Бля, вот она популярность...)))
Нашла на одном спортивном сайте совершенно случайно. респект аффтару. Смешно, сипец)) Всем мешкам посвящаецца)))
Властанька Петржуков.
Пан Властанька Петржуков, пятидесятилетний мальчик, отданный три года тому назад в ученье к сапожнику Трактоляхину, в ночь под Рождество не ложился спать. Дождавшись, когда хозяева клуба и представители КДК ушли к заутрене, он достал из хозяйского шкапа пузырек с чернилами, ручку с заржавленным пером и, разложив перед собой измятый лист бумаги, стал писать. Прежде чем вывести первую букву, он несколько раз пугливо оглянулся на двери и окна, покосился на темный образ плешивого мужчины с зачесаными напробор русыми волосами на фоне какого-то бело-сине-красного полотна, по обе стороны которого тянулись полки с колодками, и прерывисто вздохнул. Бумага лежала на скамье, а сам он стоял перед скамьей на коленях.
"Милый дедушка, Виталий Валентичнович! - писал он. - И пишу тебе письмо. Поздравляю вас с Рождеством и желаю тебе всего от господа бога и Сюзаннки. Нету у меня ни отца, ни маменьки, только ты у меня один остался".
Властанька перевел глаза на темное окно, в котором мелькало отражение его свечки, и живо вообразил себе своего деда Виталия Валентиновича, служащего ночным сторожем у господ Путиных. Это маленький, тощенький, но необыкновенно юркий и подвижной старикашка лет 55-ти, с вечно смеющимся лицом и пьяными глазами. Днем он спит в людской кухне или балагурит с журналистками, Танюшей Копыловой, ночью же, окутанный в просторный тулуп, ходит вокруг Лужников и стучит в свою колотушку. За ним, опустив головы, шагают старая Симонянка и кобелек Колоскюн , прозванный так за свой черный цвет и тело, длинное, как у колоска. Этот Колоскюн необыкновенно почтителен и ласков, одинаково умильно смотрит как на своих, так и на чужих, но кредитом не пользуется. Под его почтительностью и смирением скрывается самое иезуитское ехидство. Никто лучше его не умеет вовремя подкрасться к Федорычеву и цапнуть за карман, забраться в бюджет РФПЛ или украсть у спортшколы набор гетр. Ему уж не раз отбивали задние ноги, раза два его вешали, каждую неделю пороли до полусмерти, но он всегда оживал. Теперь, наверно, дед стоит у Лужников, щурит глаза на ярко-зеленые пятна на зеленом гдр-овском потасканном ковре, обменянном в комиссионке на честь росссиского футбола, который выполняет функции газона 29 поколения, притопывая проплешины, выеденные молью, балагурит с дворней. Колотушка его подвязана к шее. Он всплескивает руками, пожимается от холода и, старчески хихикая, щиплет то Копылову, то Будникову...тоже милую барышню, похожую чем-то на мужичка в очках.
- Табачку нешто нам понюхать? - говорит он, подставляя бабам (Копыловой и Будниковой).
Бабы нюхают и чихают. Дед приходит в неописанный восторг, заливается веселым смехом и кричит:
- Отдирай, примерзло! Дают понюхать табаку и собакам. Симонянка, обвязанная красно-белой тряпкой чихает, крутит мордой и, обиженная, отходит в сторону. Колоскюн же из почтительности не чихает и вертит хвостом. А погода великолепная. Воздух тих и прозрачен как финансовая отчетность клубов РФПЛ .
Властанька вздохнул, умокнул перо и продолжал писать:
"А вчерась мне была выволочка. Хозяин выволок меня за волосья на двор и отчесал шпандырем за то, что я заменил Ширла во втором тайме с Покрышником и в 68 раз не смог переиграть этого га-зайкиного собутыльника. А на неделе хозяйка - Лиля Чирикова велела мне игроков прикупить...европейских...думающих..с головой, а я купил с хвостом, и чешуей - оказались - не-то македонцы, не-то албанцы- по 10 тыс. долларов - пучок, 15 - связка. Так она взяла их в охапку и ейными мордами начала меня в харю тыкать. Тренеры других клубов надо мной насмехаются, посылают в Чехию за Пыжиками и Чижиками для Кубаней и Покрышников и велят красть у Крылышек новобранцев , а Джигхатов - барин ихний бьет за это чем попадя. А трансферной пищи нету никакой. Утром дают на просмотр игроков дубля Широкого Бряга , в обед третий состав Оломуца и к вечеру юниоров из Градец-Кралове, а чтоб музыку послушать в исполнении Вагнера или Моцарта, то хозяева не дают, батарейки плеера жалеют. А денег на откаты судьям не выделяют - говорят - мы должны быть честны перед партией и Отечеством, но я то знаю в целях экономии. Я уж сам пытался стянуть чирик из хозяской кассы на мороженое Ходыревкову, а барин просек и меня покалечил. Коррупционером назвал. Ракалья этакая! А как иначе? Трудно же обыгрывать своими-то силами, да чутьем тренерским. А кругом коррупция и взяточничество, вон у этого усатого...как таракан - чириков куры не клюют - он по целому брикету крем-брюле может отдавать судейскому предводителю- Правникому. К ним все-то и благосклонны. Не любят меня и город, все интриги плетут против нас. Милый дедушка, сделай божецкую милость, возьми меня отсюда домой, на деревню в Ческе-Будиеевице, нету никакой моей возможности... Кланяюсь тебе в ножки и буду вечно бога молить, увези меня отсюда, а то помру..."
Властанька свернул вчетверо исписанный лист и вложил его в конверт, купленный накануне за копейку... Подумав немного, он умакнул перо и написал адрес:
На деревню дедушке. Потом почесался, подумал и прибавил: "Владимиру Владимировичу в кирпичный барак у красного колумбария в длинной стене". Довольный письмом, он надел шапку и, не набрасывая на себя шубейки, прямо в рубахе выбежал на улицу...
я больше так не буду... 
