В памяти каждая хата видна
Ветер в Чернобыльской скорби голосит…
Вот передо мной и за мною она,
Деревня, которую все-таки сносят.
Радость и боль переходят в испуг –
Скоро и нас переехать попросят…
Значит, бывай, за околицей луг
С деревней, которую все-таки сносят.
Значит, бывай, плодоносный наш сад,
Щедрый и в эту, последнюю осень.
Посадки такие у каждой из хат
В деревне, которую все-таки сносят.
Не подниму заслезившихся глаз:
Больше не жнут здесь и больше не косят…
Будет мне сниться, я знаю не раз
Деревня, которую все-таки сносят.
Красивый город, берег Припяти,
Слегка шумит сосновый бор,
Как будто грудь крутую выпятив,
Весну встречает крошка-порт.
А там, вдали, там за деревьями,
Трубою высится АЭС.
Вокруг поля, поля с деревнями,
И речка и зеленый лес.
Весенний день уже кончается,
Еще один апрельский день.
И ночь тихонько подбирается,
На город, опуская ТЕНЬ.
Не прошло и полгода -
Саркофагом закрыли,
Тот четвертый реактор,
На проклятой АЭС.
Но за эти полгода
Сколько жизней сгубили,
И поля и озера,
И речку и лес.
Стала выжженной зона,
Все вокруг опустело,
Только высится черный
Стальной саркофаг,
"Рыжий" лес захоронен,
Лишь сосна уцелела,
И стоит обелиском
После этих атак.
На станции дела велись не гладко,
Не берегли здесь детище свое.
В итоге – смертной оказалась схватка
…Закружило в небе воронье,
зацарствовав над потемневшим хлебом,
склонившим спелый колос на полях,
неубранным под мирным, ясным небом…
прости нас, плодородная земля,…
Что строили своими же руками
У Припяти огромную АЭС,
Забыв, что так нежна ты под ногами
И то, что так красив зеленый лес,
Забыв о том, что сами не из стали,
Что нашим детям хочется пожить…
Работать грозный атом мы заставили,
Не научившись от него лечить.
Прости земля, что мы все также множим
АЭСы, Атоммаши, химзаводы,…
Какой же саркофаг спасти нас сможет,
Когда весь воздух загрязним и воды?
Мы все за землю-матушку в ответе,
За наши рощи, реки и поля…
Задумайтесь, пока нам солнце светит
И пахнет хлебным колосом земля.
