*Группа узбеков работала на сезонных работах в моем поселке. У парня

одного – не то, чтобы нового русского, так – оборзевший средний класс. 

В перечень их задач входило выложить плиткой дорожку. Битой плиткой – на 

манер мозаики. Для этой работы они привлекли земляка – сгорбленного 

старичка, который принялся за работу медлительно, но очень прилежно – 

кусочки плитки ложились не просто гармонично, но даже с каким-то 

художественным решением. Старичку работа была в радость – он 

задерживался допоздна. 

И вот, в выходной, когда остальные работники уже ушли, к дому подъехал 

хозяин. Он приехал не один – из его иномарки выпорхнуло некое белокурое 

создание. Вместе они направились к дому. Старичок оторвался от работы и 

отошел в сторонку, надеясь в тайне, что хозяин оценит его работу. Как бы 

не так. 

- Слышь, цунареф, че долго-то так?! – рявкнул, проходя мимо, молодой 

  хозяин жизни. И, сочтя, что демонстрация власти была недостаточно 

  убедительной для дамы, добавил: - Сложи-ка дрова в поленницу! А то уже 

  неделю валяются! 

- Хозяин, но я – каменщик... - с характерным тягучим акцентом попробовал 

  возразить старичок. 

- Слышь, цунареф, я тебе бабки плачу!!! Какой ты каменщик, если неделю 

  копаешься – дорожку замостить не можешь?!! 

И, смачно сплюнув под ноги старику, парень увлек восхищенную барышню в 

дом... Старик перевел взгляд на груду дров, потом – на свою тропинку, 

потом – снова на дрова... Вздохнув, он принялся за работу.

Утром, весьма довольный собой хозяин вышел на крыльцо. Он сладко 

потянулся, одновременно зевая и... застыл в растопыренной позе с открытым 

ртом! Прямо посреди участка стояло НЕЧТО. Это был бурого цвета 

правильный КВАДРАТ два-на-два метра. Обалдевший парень сделал два шага 

вперед, и осознал, что перед ним – ПОЛЕННИЦА! Стоящая сама по себе, без 

единой опоры! Мало того – ее верхний край был идеально ровным – гладкие 

края поленьев были подогнаны заподлицо. Левая и правая стороны не были

такими идеальными, но, тем не менее, также были очень ровными. 

- Цу... Цунареф!!! Ты... Ты... - Хозяин быстрыми шагами направился к сидящему 

  у стены сарая с опущенной головой старику. – Ты охренел?!!! 

С этими словами он толкнул поленницу, намериваясь устранить сие 

новообразование... Не тут то было! Поленница даже не покачнулась! Парень 

замер и снова удивленно уставился на нее. 

- Ты ее склеил, что ли? – то ли спросил, то ли просто подумал он вслух. 

Тут он увидел рядом с поленицей колоду, на которую, судя по всему, 

забирался старик, чтобы положить верхние ряды. Хозяин вскочил на нее и 

дернул полено из верхнего ряда... Полено легко снялось. С обратной (не 

гладкой) стороны оно оказалось увенчанным двумя выпирающими сучками. 

Парень посмотрел на то место, где оно лежало. Нижний ряд был уложен так, 

что его поленья образовывали две малюсенькие ниши, в которые эти самые 

сучки вставлялись, как штепсель в розетку... 

Парень положил полено на место и перевел взгляд на старика. 

- Ну ты... Ты даешь цу... Эй! – Парень спрыгнул с колоды и приблизился. 

  Ты... Вам плохо? 

Старику не было плохо. Он умер. Уставшим, но довольным. 

Парень оплатил похороны. Плитки из тропинки и поленья из поленницы 

пронумеровали, сфотографировали и перенесли на кладбище. Там из них 

сделали собственно тропинку и ограду вокруг могильного камня. На этом 

камне высекли имя, годы жизни, и рельефную Звезду Героя 

Социалистического Труда, которую "цунареф", оказывается, получил в 

далеком 1955-ом. За "Байконур". *