Случайны выбор дневника Раскрыть/свернуть полный список возможностей


Найдено 82 сообщений
Cообщения с меткой

22 июня 1941 - Самое интересное в блогах

Следующие 30  »
Поэт_Степан_Кадашников

Стихотворение «День памяти и скорби» 22 июня 1941 года - одна из самых трагических дат в истории нашей страны, день начала Великой Отечественной войн

Пятница, 22 Июня 2018 г. 14:59 (ссылка)


Стихотворение «День памяти и скорби» 🔥🌟 22 июня 1941 года - одна из самых трагических дат в истории нашей страны, день начала Великой Отечественной войны советского народа против немецко-фашистских захватчиков. Дата, которая стала прологом потерь миллионов наших соотечественников, разрушения тысяч городов и деревень, чудовищных зверств, чинимых нацистскими преступниками. Миллионы наших соотечественников не вернулись с полей сражений, погибли в оккупации, умерли в тылу от ран, голода, лишений, именно в память о них написано стихотворение «День памяти и скорби». 



🌟День памяти и скорби 🌟



В день памяти и скорби 

Зажги свечу свою. 

Со всеми вместе вспомни 

Прошедшую войну, 



Июньский день, где бомбы 

Прервали детский смех, 

Тот день, где был разорван, 

На «до» и «после» - век. 



На «до войны» и «после», 

На «жизнь» и «смерть в бою», 

Где снова двадцать восемь, 

Панфиловцев, в строю. 



Где, грудью, на рассвете, 

Встал приграничный Брест, 

Тот день где, черным ветром, 

Летела смерть с небес. 



Минутою молчанья 

Погибшим долг отдай. 

Ты, в этот день печальный, 

О них не забывай. 



В день памяти и скорби 

Свою свечу зажги 

Во славу тех, кто подвиг, 

Бессмертный, совершил. 

© Степан Кадашников 



ОФ. сайт: http://kadashnikov.ru 



2141775_den_pamjati_i_skorbi_stikhbanner222 (700x476, 134Kb)



Это день памяти и скорби для тех, кто пережил и выжил, для детей и внуков миллионов солдат, что отдали жизни за мир, в котором мы сегодня живём. 

Несмотря на все тяготы и невзгоды, выпавшие на долю старшего поколения, Россия устояла. На защиту страны поднялся весь народ. И поэтому 22 июня по праву можно назвать и днём силы духа и мужества, единства многонационального Отечества, уверенности в победе за правое дело, гордости за дедов, отцов и матерей, за свою Родину. 

В рамках этой даты по всей России и за рубежом пройдут акции и митинги - «Памяти павших будьте достойны», «В сердцах. Навеки», акции "Свеча памяти". 



#Кадашников #стихиовойне #стихипровойну #деньпамятиискорби #22июня1941#свечапамяти #траурнаядата #началовойны #митинг #реквием

Метки:   Комментарии (0)КомментироватьВ цитатник или сообщество
Лезгафт

22 июня в 3.15

Пятница, 22 Июня 2018 г. 11:21 (ссылка)

К очередной скорбной дате начала вторжения на СССР гитлеровской Германии с союзниками...
Размещу немного официоза и не официоза

36734385 (300x387, 141Kb)


Весьма пронзительная и проникновенная картинка не смотря что это постер к одной уже старенькой пошаговой стратегии.























А теперь немного официального


20180622_013955 (525x700, 312Kb)

Было такое , что немцы использовали против защитников крепости несколько трофейных советских танков Т-26. Но об этом как нибудь в другой раз

20180622_014035 (525x700, 303Kb)
20180622_014128 (525x700, 295Kb)

Жаль при размещении фото качество из несколько падает и читать сложновато. Извиняюсь .

Взято здесь
IMG-20180614-WA0001 (700x525, 51Kb)
20180601_065853 (700x525, 199Kb)

А вот Российскому Военно-историческрму обществу хочется пожелать большего внимания к достоверности символики, особенно когда речь идет о Великой Отечественной Войне.

Метки:   Комментарии (5)КомментироватьВ цитатник или сообщество
Agnieszka75

В Чите 22 июня 41-го...Такою все дышало тишиной...

Пятница, 22 Июня 2018 г. 05:35 (ссылка)



 



Степан Щипачев.



Казалось, было холодно цветам,

и от росы они слегка поблёкли.

Зарю, что шла по травам и кустам,

обшарили немецкие бинокли.



Цветок, в росинках весь, к цветку приник,

и пограничник протянул к ним руки.

А немцы, кончив кофе пить, в тот миг

влезали в танки, закрывали люки.



Такою все дышало тишиной,

что вся земля еще спала, казалось.

Кто знал, что между миром и войной

всего каких-то пять минут осталось!



Я о другом не пел бы ни о чем,

а славил бы всю жизнь свою дорогу,

когда б армейским скромным трубачом

я эти пять минут трубил тревогу.




1941


 


 


Чита июня 1941 жила обычной жизнью.


Играла в футбол. Как сейчас.


 


 



20 июня 1941 года газета «Забайкальский рабочий» сообщила всем любителям футбола, что между читинским и красноярским комитетами физкультуры достигнута договоренность о проведении



21-22 июня 1941 года на стадионе «Динамо» В Чите товарищеских встреч по футболу.



21 июня: «Локомотив» (Чита) - «Локомотив» (Красноярск),



22 июня: «Динамо» (Чита) - «Локомотив» (Красноярск).



 



... Наступило 21 июня 1941 года. Трибуны стадиона к 17 часам были заполнены полностью. Пропустить это событие не мог ни один настоящий болельщик. Чтобы попасть на матч, любители футбола дежурили у кассы стадиона «Динамо», который имел всего 3000 посадочных мест. По требованию болельщиков администрация стадиона продала до 1000 дополнительных входных билетов. Многие стояли в проходах.



День выдался теплый, безоблачный, солнце светило ярко, настроение болельщиков было приподнятое, все рассуждали о предстоящем матче. У футболистов читинского «Локомотива» чувствовалась нервозность. Их соперники - рослые сибиряки, наоборот, были спокойны, уверены в себе. 



 



С первых минут встречи читинцы начали атаковать ворота красноярских футболистов. Однако гости удачно защищались и быстро переходили в контратаки, не давая отдыхать вратарю хозяев. На 38-й минуте, выдержав многочисленные атаки красноярцев, команда Читы открывает счет.



 



Не ожидавшие такого оборота гости были явно обескуражены. Они сменили одного защитника и начали активно атаковать ворота читинцев. Трибуны ревели от гула. Не один раз вратарь читинского «Локомотива» Еншин спасал команду от неминуемого гола. Казалось, красноярцы добьются своего и сравняют счет, но на 52-й минуте матча они допустили роковую ошибку. Нападающий читинцев Демедюк - излюбленный объект для критики болельщиков. Инертный и неповоротливый на поле, до тех пор, пока ему не попадется мяч. Как только это случалось, он преображался, становился пружинистым, вертким и недосягаемым в быстроте и точности удара по воротам. Медлительность Демедюка усыпила бдительность красноярских защитников. И вдруг с подачи Старкова Демедюк принимает мяч, виртуозно разворачивается, быстро обходит защиту и сильно бьет по воротам красноярцев - гол!



Так читинский «Локомотив» со счетом 2:0



обыграл именитого соперника.



 



На следующий день 22 июня на стадионе «Динамо» снова до отказа заполнены все трибуны и проходы, а также и крыши соседних домов. Всех болельщиков волнует вопрос: как «Динамо» сыграет с красноярским «Локомотивом» - победителем турнира 9-ти дорог Сибири? 



 



Команда красноярского «Локомотива» выступила в основном составе с заменой защиты. Судил матч судья республиканской категории Сергей Ковалев. И снова с первых минут встречи читинцы начинают атаковать. Красноярские защитники умело отражают атаки хозяев одну за другой и переходят широким фронтом в наступление на ворота «Динамо». Прорыв, удар по воротам, громкий вздох болельщиков, крики «молодец»! Вратарь Бриллиантов виртуозно, из-под верхней планки ворот, выбивает мяч в поле. Аплодисменты болельщиков. Болельщики «Динамо» облегченно вздыхают. Атаки красноярцев захлебнулись, читинцы оттеснили нападение и сами ринулись в атаку. О чудо! На 35-й минуте матча нападающий хозяев Сергеев забивает первый гол.



Трибуны болельщиков ревут в восхищении. Красноярцы стараются отыграться, они все время в нападении. Удары по воротам «Динамо» следуют один за другим. Динамовцев спасает вратарь Бриллиантов, который заслуженно получал аплодисменты от присутствующих зрителей за умную игру. Красноярцы нервничают, начинают неточные пасовки, этим воспользовались игроки «Динамо». Фурса направляет мяч в левый верхний угол ворот. Вратарь красноярского «Локомотива», стоявший В правой стороне ворот, не смог дотянуться до мяча - 2:0 в пользу команды «Динамо»; зрители ликуют, на стадионе поднялся невероятный шум, в котором трудно было что-либо разобрать.



 



Вдруг кто-то громким голосом крикнул: «Товарищи, война!» Какая война? С кем война? Многие подумали - шутка, но вот из динамика громкий голос диктора Левитана: «Известия. Немецко-фашистские войска, вероломно нарушив договор о ненападении, напали на наши границы, бомбят наши города. В 19 часов по московскому времени по радио будет выступать Вячеслав Михайлович Молотов!»



 



Матч продолжался, но большинство болельщиков покинуло стадион и ринулось к громкоговорителю у вокзального забора. С волнением слушали выступление Молотова о том, что немецко-фашистские войска без объявления войны вероломно вторглись на нашу территорию, бомбят наши города. Два матча футбольных команд 21-22 июня 1941 года поставили точку в довоенном развитии спорта в Забайкалье.



 



Все торопились домой, никто не знал, что будет с ним завтра. Все понимали, что враг силен, но верили, что не ему достанется победа. Перед спортсменами жизнь поставила новые задачи. Все для борьбы, все для фронта. Летний день 22 июня стал черным днем в истории страны, он принес горе, слезы, разлуку и миллионы жертв. Десятки тысяч физкультурников ушли добровольцами на фронт, были призваны. Многие не вернулись с полей сражений.



Вечная им Слава и Память!



 




Посмотрите презентацию Малышенковой Л.Б.,



заведующей школьной библиотекой



пос Новоорловский



Забайкальского края. 



По ссылке нажать "Читать публикацию"



 


Метки:   Комментарии (5)КомментироватьВ цитатник или сообщество
Лезгафт

Конец полка. Август 1941-го.

Понедельник, 21 Августа 2017 г. 23:40 (ссылка)

В догонку к http://www.liveinternet.ru/users/1993026/post419639934/comments




Конец полка. Август 1941-го.



Оригинал взят у oper_1974 в Конец полка. Август 1941-го.

"Обращаясь к тем далеким дням, я поймал себя на мысли, что не могу припомнить лиц лейтенантов полка, да и всего среднего комсостава за небольшим исключением. Почему так? А я знал многих.
Может, их было мало в полку? Да нет, 22 июня все штатные должности были укомплектованы от командира взвода до командира батальона. Все дело в том, что лейтенантов очень быстро не стало в полку: либо они были ранены, либо убиты.
В пехоте на переднем крае долго не живут - ни рядовые, ни командиры. "Старожилы" переднего края - редкое явление. К середине июля в ротах на лейтенантских должностях остались одни сержанты.
Наверное, потому, что вначале сержантов было в 3-5 раз больше, чем лейтенантов, вот и осталось их больше. Но главное в том, что воевали сержанты по-другому. Им не надо было демонстрировать перед бойцами свою удаль и отвагу.



I57YgnI7Pzw.jpg

Читать далее...
Метки:   Комментарии (0)КомментироватьВ цитатник или сообщество
Лезгафт

Измена 1941? Странности поведения некоторых наших командиров

Суббота, 20 Августа 2017 г. 02:32 (ссылка)

Это цитата сообщения Guboss Оригинальное сообщение

Измена 1941 года




Взято отсюда  https://litobozrenie.com/2017/05/pokrovskij-s-g-izmena-1941-goda/



 




Покровский С.Г. — Измена 1941 года



Опубликовано  за авторством editor




/litobozrenie.com/wp-content/uploads/2017/05/2253-300x225.jpg" target="_blank">https://litobozrenie.com/wp-content/uploads/2017/05/2253-300x225.jpg 300w, https://litobozrenie.com/wp-content/uploads/2017/05/2253-768x576.jpg 768w" width="600" />



Измена 1941 года

автор Покровский Станислав Георгиевич



Одним из наиболее загадочных моментов в истории нашей страны является 1941 год. Загадочным не только для нас, но и для солдат, прошедших через этот год. Год парадоксальный. Героизм защитников Брестской крепости, пограничников, летчиков, совершивших несколько воздушных таранов уже в первый день войны, — резко контрастируют со сдачей в плен масс красноармейцев. В чем проблема?



Контрасты 1941 года дают поводы для самых различных толкований случившегося. Одни говорят, что сталинские репрессии лишили армию нормального командного состава. Другие — о том, что советские люди не хотели защищать ненавистный им общественный строй. Третьи — о непреодолимом превосходстве немцев в способности вести боевые действия. Суждений много. И есть известная фраза маршала Конева, не ставшего описывать начальный период войны: «Врать не хочу, а правду все равно написать не позволят».



Читать далее...
Метки:   Комментарии (3)КомментироватьВ цитатник или сообщество
Lady_Katrin_Z

Даже не снилось...! 22 июня 1941г.!

Четверг, 22 Июня 2017 г. 12:27 (ссылка)

8E185A6F-09C3-4F3F-AFDD-F561077E1088-2977-0000021125916459 (414x336, 125Kb)
E85A4637-8102-4310-A24A-859C402133FB-2977-0000021376064690 (700x569, 434Kb)
Ещё той ночью игры снились детям,
Но грозным рёвом, не пустой игрой,
Ночное небо взрезав на рассвете,
Шли самолёты на восток.
Их строй
Нёс, притаясь, начало новой ноты,
Что, дирижёрским замыслам верна,
Зловещим визгом первого полёта
Начнёт запев по имени — война.

Но дирижер не знал, что в этом звуке,
Где песнь Победы чудилась ему,
Звучат народа собственного муки,
Хрипит Берлин, поверженный в дыму.
Читать далее...
Метки:   Комментарии (5)КомментироватьВ цитатник или сообщество
Camelot_Club (Автор -Agnieszka75)

Ах, война...что ж ты сделала...

Четверг, 22 Июня 2017 г. 08:08 (ссылка)


 



 



Георгиевская лента



 



В этот июньский день, прочно осевший, независимо от возраста, едкой горечью в наших сердцах,  мысли невольно уходят в сороковые-роковые. Я родилась спустя 5 лет после Победы, но, кажется,  какой-то подсознательной памятью ПОМНЮ и грозные раскаты "Вставай, страна огромная! Вставай на смертный бой!" И тревожно лиричное "22 июня ровно в 4 утра Киев бомбили, нам объявили, что началася война..."



Военные песни наших родителей, прервавшие их мирную юность и пришедшие на смену  любовно-куплетным признаниям, отодвинувшие далеко в сторону утесовское "Как много девушек хороших..." 



Ибо эти юные создания уходили на иные свидания - с фронтом...



Как героиня моего сегодняшнего рассказа Ситникова Людмила Петровна. Скажу сразу, предваряя повествование о военной судьбе одной из многих, что мне посчастливилось лично знать эту необыкновенную женщину, скромную, с пытливым глубоким взором больших серо-голубых глаз... О себе, о жизни 17-летней девчонки, смело вставшей на пути жестокой и беспощадной войны,  говорит она сама, своим неспешным, пензенским говорком...



 



Георгиевская лента



 



 



Боец Людмила Ситникова



Очерк А.Курепиной.



 



Поезд в Кузнецк(Пензенской области) пришел уже поздно вечером. Перекладывая вещмешок с плеча на плечо, Людмила шла по темным, до боли знакомым улицам Кузнецка к родному дому. Шла медленно, прихрамывая (сказывалось ранение), вдыхая родной воздух, ощущая мир и спокойствие.



кузнецк вокзал (447x278, 73Kb)

Уже возле дома повстречала молодую парочку. Девушка, как ни странно, ее сразу узнала: «Люда!». А ведь когда три года назад Людмила уходила на фронт, она была совсем девчушкой. У дома постояла, собралась с духом, постучала в окно. К темному стеклу припало чье-то лицо: то ли отец, то ли мама. От волнения не поняла. Тихонько проговорила: «Пустите переночевать». А когда отец открыл калитку, уже не сдерживалась, с рыданиями бросилась к нему: «Папа, я вернулась».



Фронтовой судьбы страницы - ДАЛЕЕ...
Метки:   Комментарии (6)КомментироватьВ цитатник или сообщество
Agnieszka75

Ах, война...что ж ты сделала...

Среда, 22 Июня 2017 г. 02:45 (ссылка)


 



 



Георгиевская лента



 



В этот июньский день, прочно осевший, независимо от возраста, едкой горечью в наших сердцах,  мысли невольно уходят в сороковые-роковые. Я родилась спустя 5 лет после Победы, но кажется,  какой-то подсознательной памятью ПОМНЮ и грозные раскаты "Вставай, страна огромная! Вставай на смертный бой!" И тревожно лиричное "22 июня ровно в 4 утра Киев бомбили, нам объявили, что началася война..."



Военные песни наших родителей, прервавшие их мирную юность и пришедшие на смену  любовно-куплетным признаниям, отодвинувшие далеко в сторону утесовское "Как много девушек хороших..." 



Ибо эти юные создания уходили на иные свидания - с фронтом...



Как героиня моего сегодняшнего рассказа Ситникова Людмила Петровна. Скажу сразу, предваряя повествование о военной судьбе одной из многих, что мне посчастливилось лично знать эту необыкновенную женщину, скромную, с пытливым глубоким взором больших серо-голубых глаз... О себе, о жизни 17-летней девчонки, смело вставшей на пути жестокой и беспощадной войны,  говорит она сама, своим неспешным, пензенским говорком...



 



Георгиевская лента



 



 



Боец Людмила Ситникова



Очерк А.Курепиной.



 



Поезд в Кузнецк(Пензенской области) пришел уже поздно вечером. Перекладывая вещмешок с плеча на плечо, Людмила шла по темным, до боли знакомым улицам Кузнецка к родному дому. Шла медленно, прихрамывая (сказывалось ранение), вдыхая родной воздух, ощущая мир и спокойствие.



кузнецк вокзал (447x278, 73Kb)

Уже возле дома повстречала молодую парочку. Девушка, как ни странно, ее сразу узнала: «Люда!». А ведь когда три года назад Людмила уходила на фронт, она была совсем девчушкой. У дома постояла, собралась с духом, постучала в окно. К темному стеклу припало чье-то лицо: то ли отец, то ли мама. От волнения не поняла. Тихонько проговорила: «Пустите переночевать». А когда отец открыл калитку, уже не сдерживалась, с рыданиями бросилась к нему: «Папа, я вернулась».



Фронтовой судьбы страницы - ДАЛЕЕ...
Метки:   Комментарии (6)КомментироватьВ цитатник или сообщество
Лезгафт

Ко всемиррному дню балалайки. Воспоминания Михаила Федотовича Рожкова

Четверг, 23 Июня 2016 г. 11:03 (ссылка)

Да, оказывается есть и такой день.


23 июня в мире отмечают Международный день балалайки. Легендарный балалаечник народный артист России Михаил Рожков со своим инструментом прошел всю войну. А после нее прославил русскую балалайку во всем мире, покорив сердца Утесова и Руслановой, Рузвельта и Жана Маре и показав всему миру красоту русской души, символом которой всегда являлась балалайка.
...
rozhkov1 (550x309, 51Kb)

Михаил Федотович Рожков (1918 г.р.). Народный артист России. Кавалер орденов ВОВ, «За заслуги перед Оте­чеством», участник штурмов Ржева и Кенигсберга.
________________________________

НАЧАЛО

Родился 30 августа 1918 года в селе Крюковка Лукояновского района Нижегородской губернии. Отец - Федот Федорович (1883 г. рожд.). Мать - Варвара Федоровна (1884 г.р.).

Рос в многодетной семье, был младшим из семи сыновей. Он был еще ребенком, когда отец взял старших сыновей и уехал с ними на строительство железной дороги Турксиб. Михаил с мамой и братом Борисом остались в Нижнем Новгороде.

Жили очень бедно. Варвара Федоровна зарабатывала стиркой. Чтобы помочь матери, Михаил брал зимой санки и возил пассажирам багаж с вокзала. В 1925 году Михаила приняли в пионеры и направили в Дом пионеров, где ребята проводили весь день и домой приходили только ночевать. Дом носил имя латышского революционера Ансона, сделавшего много хорошего для детей Нижнего Новгорода. В Доме пионеров хорошо кормили, неплохо здесь было поставлено военно-патриотическое воспитание. Там Михаил научился плавать, бегать, приобрел хорошую физическую закалку.

Ashampoo_Snap_2015.07.12_21h46m06s_002_ (641x499, 60Kb)

В Доме пионеров время пролетало незаметно. Дети занимались в различных кружках: изобразительного искусства, музыкальном, работали в столярном и печатном цехах. Здесь был даже самодеятельный оркестр народных инструментов. В этом оркестре Михаил научился играть почти на всех народных инструментах. Именно тогда он впервые взял в руки балалайку.

Когда Михаилу Рожкову исполнилось 16 лет и пришло время выбирать профессию, своему учителю и руководителю оркестра от твердо сказал, что хочет учиться на музыканта и дирижера.

В 1934 году Михаил отправился в Ленинград поступать в Музыкальное училище имени М.П. Мусоргского. На вступительных экзаменах решительно заявил, что играет на всех инструментах и его непременно следует принять. Ему дали домру - он сыграл, дали гитару - сыграл. С балалайкой у будущего всемирно известного маэстро случился конфуз, - во время 'демонстрации мастерства' оборвались струны. Однако настойчивый и очевидно талантливый юноша был принят на подготовительный курс инструкторского отдела училища.

В училище Михаил Рожков, по совету товарищей, начал с игры на четырехструнной домре. И все шло хорошо до той поры, пока не услышал, как в одном из классов играет на балалайке Павел Нечепоренко (в то время тоже студент училища, ныне - народный артист СССР, профессор Российской академии музыки имени Гнесиных). Михаил был очарован звучанием инструмента в его руках, буквально заболел балалайкой, и на следующий день пошел к заведующему отделения А.А. Холодилину с просьбой перевести его в класс балалайки. До конца учебного года оставалось всего несколько месяцев, но Михаилу пошли на встречу, и он за эти месяцы освоил по классу балалайки программу года. Занимался Рожков, как и Нечепоренко, у В.И. Домбровского.

В училище Михаил Рожков проучился в пять лет (1934-1939), окончив его на отлично. На третий год учебы стал выступать в оркестре имени Андреева. Это был и заработок, и отличная практика. Но солистом не стал. Шел трудный процесс формирования музыканта. В.И. Домбровский посоветовал Рожкову уйти из оркестра, сказав, что у него великолепная перспектива и он будет самым знаменитым балалаечником России.

Ashampoo_Snap_2015.07.12_21h45m33s_001_ (641x503, 41Kb)

В 1939 году М.Ф. Рожков приехал в Москву на Всесоюзный конкурс исполнителей на народных инструментах, чтобы послушать его участников. В это же время в столице проходил конкурс в Краснознаменном ансамбле. Рожкова пригласили показаться, и в результате по приказу наркома обороны К.Е. Ворошилова он был определен в Центральный Дом Красной армии в балалаечный красноармейский оркестр, где проработал 7 лет, сначала солистом-балалаечником, потом - дирижером оркестра.

Название оркестра не раз менялось. Во время войны он именовался Ансамблем балалаечников Калининского фронта, затем - I-го Прибалтийского фронта, затем - Земландской группы войск в Восточной Пруссии, наконец, - Ансамблем Прибалтийского военного округа.
___________________________

ВОЙНА

- Михаил Федотович, как для вас началась война?

- Для меня война стала продолжением армии. Я уже отслужил свои два года в Ансамбле ЦДКА, куда меня определили по личному приказу Клима Ворошилова солистом балалаечного оркестра. В тот день - 22 июня 1941 года - мы как раз вернулись в Ленинград из последней поездки. Сходить в баню и - домой, к маме, в Нижний! И тут в два часа дня Молотов по радио объявляет: «Враг вероломно напал на нашу страну». Меня вызвали к начальству, увольнительную забрали. Дали пять рублей, и я поехал в Москву. А там только три часа передышки,
в которые я успел повидать брата - он служил в Кузьминках в газовых вой­сках. Мы поздоровались, поцеловались и попрощались. И я ушел в военный оркестр, с которым уехал на Калининский фронт. Помню, как по прибытии нас напутствовал будущий маршал Конев. Достал папироску свою, постучал и говорит: «Вот что я вам скажу, ребятки. Сейчас война, грустные песни уберите, дайте веселые. Заставьте солдата улыбнуться перед боем. Вот ваша боевая задача».

Читать далее...
Метки:   Комментарии (0)КомментироватьВ цитатник или сообщество
Лезгафт

22 июня 1941 из воспоминаний А.А. Начинкина

Среда, 22 Июня 2016 г. 10:45 (ссылка)

30398.p (94x120, 4Kb)
Из воспоминаний Андриана Алексеевича НАЧИНКИНА

А. А. Начинкин – воентехник II ранга, командир взвода 13-го танкового полка 7-й танковой дивизии 6-го механизированного корпуса. Свою героическую жизнь он перенял у своего отца, полного георгиевского кавалера, героя Первой мировой войны Алексея Матвеевича Начинкина. Наряду с солдатами-победителями он дошёл до Берлина.
... за войну Андриан Алексеевич был дважды пленён. Навсегда была изувечена левая рука. Перебитые сотнями осколков ноги не позволяли ему передвигаться без костылей. Тяжелейшая контузия повлекла за собой потерю слуха и зрения. Но он никогда ни о чём не жалел. Нет, он не считал себя героем. Он говорил, что просто выполнял свой долг.

«22 июня 1941 года. 3.30 утра. Ещё солнышко только-только показалось из-за горизонта, как немецкие самолёты начали нас бомбить. Нам повезло, нашей бригадой командовал опытный майор Лагутин, Герой Советского Союза. Последнюю неделю до войны он заставлял экипажи спать около танков в палатках. Так мы и поступали. Те, кто в ту ночь остался ночевать в казармах, были уничтожены утром во время бомбёжек. Бомбардировщики бросали бомбы, а штурмовики – расстреливали. Но нам повезло, наш танковый батальон практически не пострадал в первую бомбёжку. Одного патруля всё ж таки убило. Мы увидели смерть первый раз: оторванная рука прямо с рукавом на ветке сосны, вороночка на земле, а в ней горелое мясо. Как оно пахнет! Это отвратительный запах. Один только он был убит, но нас всё равно это потрясло. Рядом был автобат, и вся бомбёжка пришлась как раз на него. И чёрный дым застелил весь наш лес. Командир батальона быстро сообразил, что это всё не провокация. Что началась война. Флажками он дал нам сигнал: «Делай, как я». Все бросились в танки и вытянулись из леса на Варшавское шоссе. Дорога была закрыта деревьями и напоминала туннель. В этом зелёном туннеле мы и вытянулись. И сколько немец ни пытался – очень мало попадал. Тогда мы потеряли три танка, потому что в них авиационный бензин и эти танки очень быстро горят.
Мы прибыли в другой лес. У нас там были подготовленные запасные позиции. Быстренько пришла походная кухня. Она сварила завтрак – пшённый концентрат. «Команда получить завтрак, получить патроны, получить гранаты!» – донеслось до нас. В танке Т-34 четыре человека экипажа. Один за кашей на всех побежал, другой за патронами, третий за гранатами. Получить-то мы успели, но не успели съесть эту кашу. Немецкий самолёт разведчик-корректировщик (мы его называли «Рама») дал наши координаты. Вновь налетели бомбардировщики – и давай в этот лес спускать бомбы. Солдаты бросились каждый в свою щель. Там, в щели, сожмёшься на дне в комок, голову вниз опустишь и сидишь.

Это была первая в моей жизни бомбёжка. Она мне показалась очень долгой. Земля сотрясается, песок сыплется, за шиворот засыпается. И только и слышишь – взрывы. Потом, чувствую, гарь пошла. Горит что-то. Видимо, наши танки. Через какое-то время всё стихло. И мысль такая вкралась мне в голову: «Наверное, я остался в живых один. Что же я буду делать?» Я вылез, стряхнул с себя песок, сел у своей щели, ноги вниз спустил, сижу. Никого не видно, густой противный дым всё застелил. Вдруг, слышу, кто-то тонким голосом кричит: «Помогите. Помогите…» На этот крик я и побежал. С разных сторон ещё люди выскочили, тоже побежали на голос. Подбегаем, смотрим, сидит около сосны старший лейтенант. А у него живот распорот: кишки выпали, и он их вставляет туда, запихивает, заправляет. Мы окружили его, человек 10–12, и не знаем, что делать. А он только и делает, что заправляет. Потом прибежали врач с фельдшером, положили лейтенанта на носилки и унесли. Мы смотрим по сторонам, а кругом ещё люди лежат. Те, кто не успел в эти щели вниз головой броситься. Старшине роты, хорошему, сильному человеку, разрубило осколком ногу. Пока его нашли, у него кровь уже не струёй шла, а медленно так сочилась, настолько много он её потерял. Такая вот была первая бомбёжка.

Тут же командир собрал нас по машинам и повёз в другой лес, чтобы нас «Рама» так быстро не нашла. Ближе к полудню к нам на самолёте прибыл первый заместитель командующего округом генерал Болдин. Это был первый советский самолёт, что мы увидели в небе в тот день. И последний. Мы всё дивились, что ни одного самолёта в воздухе. У всех вопрос: «Куда они делись? Мы же беззащитные!» Ведь ещё вчера их сколько было, самолётов! Весь день летали, с утра до вечера. Одни улетали, другие прилетают, кувыркаются. Их, наверное, больше сотни было. Но ни одного в небе теперь. Даже генерал прилетел на учебном самолёте. Зенитных средств у нас почти не было. И эта беззащитность с воздуха очень дорого нам обошлась в первый день войны. Немец сжёг нам все лёгкие танки, часть огнемётных. Остались только Т-34. За первый день в своём батальоне мы потеряли около 40% танков. Естественно, и личный состав сгорел.

До вечера немец бомбил нас ещё много раз, и мы без конца меняли места. Часа в 3 дня немец посчитал, что уже крепко нас потрепал. Но Болдин организовал встречный бой с танками немцев. Наш первый бой. Вначале появились немецкие мотоциклисты-разведчики с пулемётами. Мы их быстро обстреляли, и они ретировались. Потом на нас пошли танки. Наш первый бой 22 июня 1941 года шёл около 3 часов. Мы впервые вживую увидели немцев и их танки. Бой был коротким. Они думали, что бомбёжки нас полностью расстроят. Но нет. Мы немцев быстро танками раздавили, мало кому удалось уйти. Когда мы вылезли из танков, у нас все лица были в крови – обшивка внутри танка в нас мелкими кусочками отлетала. Кому-то глаз выбило, кому-то щёку расцарапало, мне осколок попал в переносицу.

После первого боя мы поняли, что могли бы смять немца. Потому что танки у него оказались слабее. Наш батальон был тяжелотанковый. У нас были танки Т-34, КВ-1 и КВ-2. Мы тогда десятка полтора немецких танков уничтожили. А остальные повернули и ушли. Посмотрели мы на эти немецкие танки, а они во многом уступают нашим: и по калибру пушек, и по броне, и по самой конструкции танка. Нам всё интересно было. Мы к танку, что на бок повален, подойдём и смотрим, как у него всё устроено. ...


Источник http://www.pravoslavie.ru/38367.html

Метки:   Комментарии (3)КомментироватьВ цитатник или сообщество
Дневник_одной_ЛЕДИ

22 июня 1941г. ровно в четыре часа ...

Вторник, 22 Июня 2016 г. 00:30 (ссылка)


Настроение сейчас - ...









.. и помолчим...





73182905[1] (640x426, 117Kb)


Метки:   Комментарии (0)КомментироватьВ цитатник или сообщество
Лебедев_Сергей

22 июня...

Понедельник, 25 Апреля 2016 г. 17:50 (ссылка)




И еще один был день рождения, совсем другой. Видите ли, 20 апреля день рождения Виктора Суворова, он же Резун Владимир Богданович. Это человек, который в свое время, уже почти 30 лет назад в одиночку раскачал и столкнул камень истории начала Второй мировой войны. Сейчас его точка зрения является достаточно общеизвестной, устоявшейся, продолжающей раздражать официальных историков, причем отнюдь не только российских, но и английских и французских, и американских, и израильских. Ну, потому что она, так сказать, не совпадает с традиционной точкой зрения. Но она никак ничем не опровергнута. Написана уже небольшая библиотека книг – «небольшая» — это, по-моему, штук под 60 уже книг – опровергающая основную книгу Суворова «Ледокол» о том, что все было не так. И сейчас трудно вспомнить их названия. Можно вспомнить несколько основных фамилий этих «антиледокольцев», но нет смысла. То есть могут уличить в отдельных неточностях – запросто. Могут уличить в некоторых передергах, мягких таких как бы дискуссионных – могут. Но в общем и целом тенденция не опровергается.



Дело в том, что давно известно: истинность теории подтверждается или опровергается объемом, мощью ее объясняющей силы. Вот когда все факты, имеющие место быть, укладываются в какую-то теорию – судя по всему эта теория верна. Это вообще ко всему относится.



Так вот, теория суворовская начала Второй мировой и начала Великой Отечественной войны, она обладает огромной объясняющей силой. То есть, когда оказывается, что еще 13 июня, то есть в тот же день, когда сообщение ТАСС — «мирный отдых советских трудящихся» и тому подобное… «выполнение договорных обязательств Германии и СССР между собой» — конечно же… — 13 числа посол Советского Союза в Англии Майский встречается с министром иностранных дел правительства Черчилля Энтони Иденом и говорят они о своих общих интересах. Заметьте, остается 9 суток, до 22 июня. Официально Советский Союз – партнер Германии, воюющей с Англией, и, тем не менее, они уже договариваются с Англией. Но, на самом деле, можно очень долго об этом рассказывать. Смысла нет. Желающие могут читать, нежелающие могут еще раз плюнуть.



Но без этого нет, вы понимаете, истории Второй мировой войны. И с этим связан вопрос об усилении ответственности за фальсификацию истории, как товарищ Бастрыкин, начальник Следственного комитета предложил, в самом деле, как так, кто чего отрицает, например, референдум в Крыму… Знаете, я не хочу сейчас говорить о референдуме в Крыму. Там уже столько говорилось, что во рту навязло. А вот, что касается фальсификации истории – фальсификация истории – это, когда что-то скрывают или о чем-то пишут неправду. Потому что умолчание – это одна из важнейших фигур лжи. Вот сказать: гражданин Иванов избил гражданина Петрова – это правда? Это, как подойти. Избил – правда, одновременно – ложь. Потому что на самом деле гражданин Петров исподтишка норовил его тяпнуть по башке водопроводной трубой и воткнуть в него ножик и чуть его не убил, и начал бить первый. Картина резко меняется. Скрыть действия гражданина Петрова – означает, солгать.



 


Таким образом, и создавалась вся советская история, ибо засекреченность архивов означает категорическое спрятывание того, что делал гражданин Петров со своей водопроводной трубой и ножом за углом, пока гражданин Иванов шел по улице. Понимаете, какая история? Когда от тебя чего-то скрывают, значит, тебе врут. Когда тебе не врут, то нечего от тебя и скрывать. Вот, понимаете, вся простая история. Судьбы Бастрыкина, его истории, его будущего, его карьеры мы сейчас касаться не будем. Это мы сейчас просто о прошедшем дне рождения.



Эхо Москвы :: Подумать только…: Михаил Веллер

Метки:   Комментарии (1)КомментироватьВ цитатник или сообщество
Лезгафт

Каким было 22 июня 41-г. в разных уголках СССР. Из воспоминаний

Понедельник, 22 Июня 2015 г. 12:09 (ссылка)

Каким было 22 июня 41-го

«Первый день войны был на удивление спокойным». Муза Бурлакова, журналист и режиссёр социального театра «Доверие», Петербург

Когда началась война, мне было шесть лет. Родители отдыхали на юге, а мы с бабушкой и старшим братом – на даче. 22-го июня стояла отличная погода, обычный летний день. Вдруг у оврага недалеко от дачи появились красноармейцы. Они стали копать землю. Солдаты раскопали странный слой, там была разноцветная глина: синяя, зелёная, жёлтая. Нам, детям, было очень интересно. Мы путались под ногами у красноармейцев. От них мы и узнали, что началась война, ведь на даче не было ни радио, ни киоска с газетами.

755dd0bcb388dc13ca0a1bb73b801d77 (620x473, 43Kb)
Шестилетняя Муза незадолго до июня 1941-го. Фото: Из личного архива / Муза Бурлакова


В тот же день на дачу приехала мама, забрала нас в город. В Ленинграде уже начиналась суматоха. Люди бегали по улицам и пытались запасаться продуктами. В сквере у памятника Горькому стояла тележка с газировкой. К ней выстроилась длинная очередь – люди изнывали от жары. Мимо тележки проходил строй военных: они с вожделением смотрели на эту газировку с сиропами. Народ сразу расступился и пропустил их без очереди.

Паники и ужаса у нас не было. Из книг у меня было представление о войне. Я понимала, что можно погибнуть, но страха не ощущала. Телевизора ведь тоже не было.

Вечером в дверь квартиры постучалась бригада по сбору цветного металла для нужд армии. Бабушка отдала им большой таз для варенья. Я тоже очень хотела помочь красноармейцам и притащила старинную семейную реликвию – бронзовый подсвечник.

Если первый день войны был относительно спокойным, то потом всё стало развиваться очень быстро – обстрелы, бомбёжки, блокада. Я до сих пор вздрагиваю, когда слышу звук нереактивного мотора – а вдруг летит вражеский самолёт?



«Кружок естествоиспытателей в первые дни войны приняли за диверсантов». Людмила Кузьмичёва, пенсионер, Нижний Новгород

В июне 1941 года мне было всего 19 лет, и начало войны я… пропустила. Я училась в Московском институте геодезии, съёмки и картографии, но заболела брюшным тифом, ушла в академический отпуск и вернулась в родной город. Случилось так, что в те дни в Горьком сформировали экспедицию из восьми молодых людей, которые должны были исследовать верховья малых рек области – Кезы, Линды и Керженца. Возглавить эту экспедицию предложили мне.

d6993d10a1bb26443f20ca6d14e25968 (620x359, 65Kb)
Людмила Кузьмичёва (на фото – вторая слева) узнала, что идёт война, на три дня позже. Фото: Из личного архива / Людмила Кузьмичёва

Было тепло, солнечно. 22 июня рано утром мальчики поймали рыбу и сварили вкусную уху. Помню, мы начали копать и сразу же нашли предметы неандертальского быта. Ещё спорили, скребок это или просто кремень. Никакой связи с городом у нас не было.

В таком счастливом неведении прожили три дня, пока не закончились продукты. Пришлось искать по карте ближайший населённый пункт и идти туда за продовольствием.

Заходим в село: неестественная тишина. Ни людей, ни животных. Даже петухи молчат.

Навстречу естествоиспытателям вышла деревенская женщина. Оглядела недоверчиво: «Вы кто такие?».

«Мы из научной экспедиции, – отвечаем. – Нам бы председателя вашего повидать».

«А нет никого, – недружелюбно буркнула женщина. – Вечером приедет начальство – разберётся. А вы пока от жары передохните в амбаре: там прохладно».

Зашли в амбар и вдруг с удивлением услышали за спинами лязг щеколды. Бросились к запертой двери и стали колотить в неё кулаками.

«Сидите тихо, диверсанты, – говорит хозяйка. – А то думали, что мы вас не узнаем. Какая-такая экспедиция, когда в стране такое горе?»

Так и просидели до вечера взаперти, голодные, в недоумении, какие могут быть диверсанты в семёновской глухомани.

Только вечером, когда приехал председатель колхоза с милиционером, мы узнали, что идёт война, и у нас волею судьбы получилось на три мирных дня больше. Вернулись в Горький, а там наших парней уже ждали повестки.

Читать далее...
Метки:   Комментарии (0)КомментироватьВ цитатник или сообщество
angreal

Фото и видео хроника 22 июня 1941 года

Пятница, 22 Мая 2015 г. 10:40 (ссылка)






22 июня 1941 года  предрассветную тишину внезапно разорвали взрывы ревущих снарядов. Так началась война.



Тогда еще никто не знал, что в историю человечества она войдет как самая кровопролитная. Никто не догадывался, что советскому народу предстоит пройти через нечеловеческие испытания, пройти и победить. Избавить мир от фашизма, показав всем, что дух солдата Красной Армии не дано сломить захватчикам. Никто и предположить не мог, что названия городов-героев станут известны всему миру, что Сталинград станет символом стойкости наших людей, Ленинград — символом мужества, Брест — символом отваги. Что, наравне с мужчинами-воинами, землю от фашисткой чумы геройски станут защищать старики, женщины и дети.



1418 дней и ночей войны....

Свыше 26 миллионов человеческих жизней…




Читать далее...
Метки:   Комментарии (0)КомментироватьВ цитатник или сообщество
Лезгафт

22 июня 41. Первый поцелуй

Воскресенье, 22 Июня 2014 г. 22:59 (ссылка)

Первый поцелуй на прощанье. Как великая любовь родилась в день начала войны



«Вам трудно представить, но для меня ужас первого дня смешан с первым в моей жизни чувством», - сквозь слёзы вспоминает Вера Косицына из Краснодар­ского края.

В 1941 г. Вера окончила 1-й курс Киевского торгово-экономического техникума. На летних каникулах домой, в Ростовскую область, не поехала. Устроилась в пионерлагерь вожатой.

Ей 17 лет, подопечным девочкам по 14. Разница - три года. Вера ощущала себя взрослой, и главным событием, разбавлявшим будни с пионерскими кост­рами, были походы на танцы.

- В нескольких километрах была станция Шепетовка, - вспоминает Вера Фоминична. - И мы с девчатами-вожатыми, уложив пионеров, тайком бегали туда на танцплощадку. В нескольких километрах стояла воинская часть, и каждая из нас мечтала, чтобы её пригласил военный.

«Игорь Ильин, сержант РККА», - представился ей в первый же вечер кавалер. «Вера, студентка», - зарделась девушка. Первое чувство - самое яркое, трепетное и волнующее. Сержант стал первым в её жизни мужчиной, которому она подарила свой поцелуй.

- Провожал он меня и в ту ночь. Увольнительная была до ноля часов, Игорь торопился. Дошли до пионерлагеря, постояли… Девчонок тоже кавалеры провожали. Мы не скоро разошлись, разбирали достоинства кавалеров и хвастались количеством поцелуев. А потом как в песне: «Киев бомбили, нам объявили, что началася война»… Проснулись мы от непрекращающегося гула. Зажгли свет, выскочили на улицу и увидели самолёты. Они словно текли по небу. Пионерки мои, перепуганные, стояли кто в чём: у кого одеяло на плечах, кто в одних трусиках. В таком виде на грузовик нас фашисты и загнали...

Появлению машин предшест­вовали немецкие мотоциклисты-автоматчики.

- Мне запомнился немец, рукава формы у него были засучены. Я ещё удивиться успела: разве по уставу? А он автомат вскинул и Танечку из моего отряда убил. И Галю. И других детей, как сейчас говорят, с семитской внешностью. В грузовик поместилось три десятка детей и нас, вожатых, двое. Борта были низкие, на первом ухабе два пионера вывалились. Из грузовика, который следом шёл, их застрелили, одного мальчика водитель переехал нарочно. Дети плакали в полный голос. Было очень страшно, очень! Я некрещёная, не знала молитв, но просила Бога, чтобы нас спасла Красная армия.

Старших детей я попросила рассредоточиться по периметру кузова и взяться за руки, чтобы больше никто не вывалился. Рёв стоял такой, что мотор заглушал. Мы, конечно, не знали, что война началась, но поняли, что произошло что-то ужасное. Видели на дороге трупы расстрелянных.


Сержант Ильин, прощаясь с Верой 21 июня, нежно поцеловал её в ладошку, к каждому пальчику прикоснулся губами. «Пять пальчиков - пять дней. Через пять дней мы снова увидимся…»

- Жизнь прожила с ощущением, что Игорь был моей судьбой, - говорит Вера Фоминична. - Как мы удивлялись, что в Киеве, живя на соседних улицах, ни разу не встретились! Как договаривались после Шепетовки не потеряться... Как всю войну в концлагере Дортмунда придумывала я себе нашу встречу: у меня - платье новое, у него - грудь в орденах. Вспоминала, как целует он меня и пальцы мои гладит… Любовь его меня всю войну грела. Спасала меня.

Мужа Вера Фоминична нашла себе «на Игоря похожего».

...А сержант Ильин погиб 22 июня 1941 г. Об этом ей много лет спустя рассказали его родители.

Источник http://www.aif.ru/society/people/1190450

Метки:   Комментарии (4)КомментироватьВ цитатник или сообщество
Ермоловская_Татьяна

22.06.1941 г. Вторжение...

Воскресенье, 22 Июня 2014 г. 08:56 (ссылка)



bc983c5a35f0ce22b7cbe37ca72961f9 (85x41, 9Kb)
ertata
Метки:   Комментарии (0)КомментироватьВ цитатник или сообщество
Лезгафт

Письмо из Бреста ранним утром 22 июня

Понедельник, 26 Августа 2013 г. 11:05 (ссылка)

Взято здесь http://www.liveinternet.ru/users/3231255/post286365167/

Письмо из Бреста ранним утром 22 июня

"Окрестности Тересполя, государственная граница СССР и оккупированной Польши, 21 июня, 23.00 по берлинскому времени.
Рядовой 3-го батальона 135-го полка 45-й пехотной дивизии вермахта Франц Йоган Копфингер был не на шутку эмоционально возбужден. Только что перед строем зачитали обращение фюрера в связи с предстоящей войной с русскими. Теперь, наконец, стала ясна цель их полуторамесячного пребывания у границы с Советами. Война будет, это решение окончательное и бесповоротное. Франц Йоган с воодушевлением воспринял информацию о том. что, наконец, прекратится эта бессмысленная рутина с мелкими маневрами на левой стороне Буга. Они завтра, вернее, уже почти сегодня через несколько часов пойдут ковать славу Третьего Рейха. Франц Копфингер никогда ранее не бывал в бою, для него переход через Буг будет боевым крещением. Франц уверен в себе и в своих товарищах. У него нет никаких сомнений в исходе войны с русскими. Ему не терпелось продолжить славные боевые традиции австрийского рода Копфингеров, которые берут свои истоки еще со времен Дунайской монархии. Он мечтал о Железном Рыцарском кресте с дубовыми листьями и был абсолютно уверен в том, что пришлет домой своей возлюбленной Хельге фотографию с Восточного фронта, где он будет позировать в каком-нибудь крупном советском городе в парадной форме. И обязательно с боевыми наградами.
befehlsausgabe.bzn8v0cup6o0s4g4scgws8occ.ejcuplo1l0oo0sk8c40s8osc4.th

Франц подошел поближе к солдатам своей штурмовой группы 3-го батальона 135-го полка. В глазах своих сослуживцев он стремился найти взаимопонимание относительно позитивного восприятия предстоящего похода на Восток. Однако вместо всеобщего воодушевления он увидел максимально сосредоточенные и серьезные лица. Солдаты батальона молча переживали в себе информацию о том, что уже через несколько часов они вступят в бой с коммунистами. В воздухе витало напряжение, все тихо и молча курили. "Чертовы старики!" - подумал про них Франц. Фельдфебель Герд Мельцингер  воевал еще в Первую Мировую в кайзеровской армии, в батальоне его уважительно называли "дедушка Герд". Мельцингер был добродушным старым воякой, всю жизнь отдавший воинской службе. Обер-ефрейтор Герман Линке поучаствовал и в польской и во французской кампаниях. У него уже был накоплен солидный опыт участия в боевых действиях, но всякий раз в перерывах между боями он рассматривал фотографии своей семьи, живущей в Котбусе. Рядовой Андреас Файерзингер смачно затягивался сигаретой. Также как и Линке, его дома ждала жена с той лишь разницей, что она в  скором времени должна будет родить. Именно сейчас, как никогда, ей необходимо поддержка, но Андреас не может быть с ней рядом, ведь ему предстоит этот проклятый поход на Восток. И когда он вернется в свой родной Инсбрук не мог знать даже Господь Бог. "Наверное, им есть что терять" - подумал про себя Франц Иоганн Копфингер. Впрочем, у солдата должно быть железное сердце. Потерять он может только свою жизнь, которую необходимо отдать за Великую Германию. Солдат не должен думать ни о чем, кроме как о победе над врагом!
В 12 часов ночи вторая штурмовая группа 135-го пехотного полка, в которую входил Франц Копфингер, получила приказ бесшумно выдвинуться в район сосредоточения на передовые позиции.
Sturmgruppe.22 june1941
Впереди виднелась река Буг, так называемая водная граница между Польшей и СССР.
y_2785e4c3
Согласно поступившему в дивизию сигналу "Дортмунд" наступление сил 135-го полка начинается в 3.19 утра по берлинскому времени. В 3.15 минут должна была начаться артподготовка и ровно через четыре минуты первая штурмовая группа батальона на резиновых лодках отправится на ту сторону реки. Артиллеристы мортиры "Карл" готовили орудие к бою.
pnzuxjzb3.9boqnvjwnm04owck08s0o0s.ejcuplo1l0oo0sk8c40s8osc4.th

Читать далее...
Метки:   Комментарии (0)КомментироватьВ цитатник или сообщество
Лезгафт

ПЕРВЫМИ ВСТУПИЛИ В БОЙ

Понедельник, 24 Июня 2013 г. 09:55 (ссылка)

ПЕРВЫМИ ВСТУПИЛИ В БОЙ

22 июня перед глазами невольно возникают картины того далекого прошлого, когда разразилась жестокая бескомпромиссная война, названная вождём советского народа Великой Отечественной. Отступление частей и соединений Красной Армии под ударами превосходящих сил фашистского вермахта. Героическое сопротивление красноармейцев и командиров разбитых и отрезанных от своих тылов дивизий и армий, выход из окружения и продолжение борьбы на новых рубежах и даже нанесение контрударов, заставляющих врага не только приостановиться, но даже кое-где попятиться. Уже тогда, в 1941-м хотелось увидеть и услышать тех, кто прошел этот кромешный ад.

Я был призван в армию лишь в октябре того грозного года. Нашим первым наставником был угрюмый, неразговорчивый ефрейтор. Ему было поручено пестовать нас, молодых красноармейцев. Мы, только что окончившие среднюю школу, были сведены в роту «А» 133-го запасного стрелкового полка 46-й запасной стрелковой бригады, держались в резерве для направления в военные училища. Взводом, в котором находился я, командовал этот ефрейтор. Откуда-то нам стало известно, что он с первого дня войны участвовал в боевых действиях, отходил вместе со своей частью под натиском превосходящих сил противника, был тяжело ранен, при выписке из госпиталя был признан медицинской комиссией ограниченно годным к военной службе в военное время. В перерывах между занятиями мы, его подчиненные, пробовали его расспросить о боевых действиях, в которых он участвовал, Но наш командир чаще всего отмалчивался, ему, видимо, было трудно вспоминать пережитое. Раз или два он обмолвился о противнике: «Силен он, много танков, и пехота вооружена автоматами, так и косит длинными очередями. А самолеты строчат из пулеметов и по отдельным солдатам, и по беженцам». Тогда, в ноябре - декабре 1941 года, разузнать подробнее о событиях, происшедших в самом начале войны, из уст непосредственных участников не удалось.

В моей памяти не сохранились и какие-либо встречи, беседы, проходившие в то далекое военное время в передышках между боями на фронте, в госпиталях, тыловых частях, с участниками приграничных сражений. И только после войны я, когда служил в 71-й гвардейской стрелковой дивизии, подружился с гвардии старшим лейтенантом Сергеем Зотовым, заместителем командира батареи 45-миллиметровых пушек. Я же был тогда заместителем командира 1-й стрелковой роты. Сергей был года на два старше меня. В один из зимних дней 1946-го года я зашел к нему в канцелярию батареи. И наш разговор как-то незаметно подошел к событиям начала войны. И здесь Сергей сказал: «А я-то начинал войну здесь, в Каунасе, был рядовым красноармейцем, проходил срочную службу. Помню, нас рано утром подняли по тревоге и пешим порядком вывели на боевые позиции ближе к тогдашней границе. В это время немецкая авиация вовсю бомбила город. Недолго мы продержались на тех позициях, обошли нас фашисты. Пришлось отходить. Неприятно вспоминать все это, но Победу все же одержали мы!» Но более подробного рассказа я тогда не услышал.

Тема начала войны постоянно беспокоила меня. После того, как я уволился из армии и приехал на постоянное место жительства в Москву, я стал разыскивать своих однополчан, правда, не сразу - надо было решать квартирные дела, подыскивать работу, которая была бы интересна для меня. Разыскал своих однополчан по 331-й и 88-й сд, в которых я воевал, лишь в 1972 году. Со временем познакомился со многими однополчанами. Особое внимание обращал на себя Алексей Андреевич Романов. Его все уважали, считались с его мнением, но он старался оставаться в тени, не стремился занять какое-либо руководящее положение в ветеранской организации. Какие-то невидимые нити сблизили нас. Из его уст я услышал о его участии в Смоленском сражении 1941 года.

Алексей Андреевич родился 6 сентября 1920 года в семье потомственных крестьян. В 1938 году после окончания 9 классов средней школы пошел учиться в Киевское пехотное училище (правда, мечтал стать военным летчиком, занимался в аэроклубе). В конце 1939-го года, когда началась советско-финская война, в училище был сделан досрочный выпуск, и многие бывшие курсанты, а теперь молодые лейтенанты оказались на поле брани. Алексей воевал на Петрозаводском направлении, командовал пулеметным взводом, а затем ротой. После окончания войны командовал подразделением, был выдвинут на должность адъютанта старшего (начальника штаба) стрелкового батальона в 204-м стрелковом полку 10-й стрелковой дивизии. Летом 1940 года дивизию передислоцировали в Литву, с которой был заключен договор о дружбе и взаимопомощи, а затем она добровольно вступила в состав СССР. 27 мая 1941 года Алексею был предоставлен долгожданный отпуск. Когда он уезжал из Каунаса в Мытищи, где проживали его родители, на душе было тревожно - пахло войной.

22 июня, как только Алексей узнал о нападении фашистской Германии на наше советское государство, снялся с учета в райвоенкомате и спешно - на вокзал, с первым же поездом выехал к месту службы, но доехать до Каунаса, откуда он выезжал в отпуск, не удалось, ибо уже 24 июня там были немецко-фашистские войска. Ссадили с поезда Алексея еще в Смоленске и сразу же назначили первым помощником начальника штаба (ПНШ-1) 811-го стрелкового полка 229-й стрелковой дивизии 20-й армии. В этом качестве он участвовал в Смоленском сражении с самого начала и до конца. Тогда армии Западного фронта не только отбивались от наседавших и обходивших их немецко-фашистских войск, но сами переходили крупными силами в наступление, что, в частности, заставило немецкое командование 30 июля принять решение о временном прекращении наступательных действий на Московском направлении и переходе к обороне, а также отказаться от намерения перебросить 3-ю танковую группу на помощь группе армий «Север», ведущей боевые действия на Ленинградском направлении.

Побывал Алексей и в окружении, а затем в составе всей армии с боями выходил из него. На глазах Алексея вражеская авиация и артиллерия беспощадно бомбили древний Смоленск, превращая его в руины. Алексей постоянно был на передовой: либо на наблюдательном пункте командира полка, либо в подразделениях, ведущих бой с противником. 15 июля в районе Смоленска он был легко ранен. Едва ему залечили рану в дивизионном медсанбате, как он снова в своем полку. Полк дрался за каждый населенный пункт, за каждую пядь родной земли. Но приходилось отходить под натиском превосходящих сил врага.

6 сентября А.А. Романов вновь был ранен, на этот раз тяжело, вражеская пуля поразила грудь, пробила легкое. На всю жизнь ему запомнилась Соловьева переправа, когда у Днепра скопилась масса войск нескольких армий Западного фронта, отходящих на восток. Вместе с войсками отходили и беженцы, а фашистская авиация ежедневно беспощадно бомбила единственный мост, наведенный, а затем каждую ночь восстанавливаемый саперами, поливала из пулеметов войска и беженцев. Алексей самостоятельно не мог передвигаться. Санитарная машина, на которой вывозили его, чудом вырвалась из огневого пекла и доставила его в Вязьму. Затем он лечился в Иванове. Военно-врачебная комиссия при выписке из госпиталя признала его ограниченно годным к военной службе в военное время. В связи с этим он получил назначение на должность начальника штаба отдельного гужевого транспортного батальона. Но после его просьбы, изложенной в рапорте на имя командующего 22-й армией генерала В.А. Юшкевича о направлении его на передовую, 7 декабря 1941 года А.А. Романов был назначен помощником начальника оперативного отделения штаба 331-й Брянской Пролетарской стрелковой дивизии. В ее составе он прошел боевой путь вплоть до июля 1944 года, когда его, уже подполковника, начальника оперативного отделения штаба дивизии, прямо из действующей армии направили учиться в Военную академию им. М.В. Фрунзе.

А до этого было участие в Московской битве, в боях под Ржевом, а затем в Смоленской наступательной операции, в которой он проявил себя не только как умелый штабной офицер, но и как талантливый и отважный командир. Ему было поручено командовать передовым отрядом дивизии, который по своей численности и вооружению превосходил стрелковый батальон. Передовой отряд под командованием А.А. Романова в ночь с 24 на 25 сентября 1943-го года, найдя брешь в обороне противника, вступил в Смоленск и прошел до моста через Днепр, подавил сопротивление фашистских подразделений, форсировал реку частично по горящему мосту, частично - на подручных средствах и вышел на одну из центральных площадей города. Рейд передового отряда в значительной степени облегчил решение задачи по очистке Смоленска от немецко-фашистских оккупантов.

В составе колонны Военной академии им. М.В. Фрунзе А.А. Романов участвовал в Параде Победы. После войны закончив эту, а затем и Военную академию Генштаба, был назначен начальником штаба стрелкового корпуса, затем советником по оперативным вопросам при Генеральном штабе Монгольской Народной Армии, а также длительное время был преподавателем, доцентом в академии им. М.В. Фрунзе. Почетный гражданин города Смоленска и поселка Шаховская Московской области.

К сожалению его уже нет в живых. 4 сентября 2006 года он скоропостижно скончался.

Значительно позже, уже в наступившем веке, познакомился я еще с одним участником боев начального периода войны - Корнеевым Дмитрием Корнеевичем, председателем Совета ветеранов 4-й армии. Соединения этой армии уже с раннего утра 22 июня 1941 года отражали сильнейший натиск вероломно напавших немецко-фашистских войск в районе Бреста.

Дмитрий Корнеевич, когда я с ним познакомился, был далеко не молод. Родился он 19 августа 1916 года в Смоленской губернии. К началу Великой Отечественной войны уже имел боевой опыт - участвовал в войне с белофинами, был политруком стрелковой роты в 113-й стрелковой дивизии, наступавшей на Карельском перешейке. Зима была холодная, и он тогда застудил ноги, лечился, а в мае 1941 года ему дали путевку в санаторий г. Саки, грязи которого здорово ему помогли. Уезжал Дмитрий Корнеевич в отпуск из Слуцка, где тогда был расквартирован его 679-й стрелковый полк 113-й стрелковой дивизии, в котором он служил политруком 5-й стрелковой роты. Д.К. Корнеев после санатория заехал в Москву, встретился с братьями в Одинцове, вернулся в Слуцк, а полка там уже нет, - вся дивизия была выдвинута к границе, в район местечка Семятиче, что севернее Бреста.

Прибыл в полк политрук Д.К. Корнеев 19 июня, подразделения размещались в палаточном лагере в 2-х км от границы. Положение было напряженное, хотя внешне все выглядело благополучно. Было видно, как с обеих сторон границы прохаживаются пограничники. 21 июня поздно вечером личному составу показывали кинофильм, никто не подозревал, что через несколько часов начнется война. В 4 часа утра послышался гул самолетов, которые летели на восток, звук далеких выстрелов. Послышалась команда: «Боевая тревога. Взять максимальное количество боеприпасов!». Подразделения были построены и бегом направились на боевые позиции. В связи с тем, что эти позиции были определены полку недавно, они представляли собой легкие полевые укрепления: окопы для стрельбы стоя и соответствующие ходы сообщения, сплошных траншей не было, ДЗОТов, не говоря уже о ДОТах, тоже не было. Командир полка майор Джахуа приказал: «Находиться в окопах! Огонь не открывать! Возможно, это провокация». Позиции полка обстреливались, разорвалось несколько снарядов и мин в расположении батальона, бойцы и командиры напряженно ждали: что же дальше? С нашей стороны - ни выстрела. И тогда, когда немецкая пехота с танками перешла границу, то без приказа командира полка, по команде командиров рот был открыт огонь по вражеским цепям. Атака немцев была отбита. Полк три дня отбивал атаки немцев, только к концу третьего дня врагу удалось вклиниться в оборону первого батальона, и немецко-фашистские войска стали охватывать позиции полка. В этот момент последовал приказ на отход. Сначала отходили организованно, но когда глубоко в нашем тылу оказались крупные части и соединения врага, разбились на мелкие группы. Группе, в которой шел Дмитрий Корнеев, в районе г. Барановичи удалось смотать 2 км кабеля. Иногда эти группы соединялись и вели бои с вражескими тыловыми подразделениями. Последний такой бой, который хорошо ему запомнился, проходил в день его рождения - 19 августа под Бобруйском у стекольного завода. У старой государственной границы вышли на оборонительную линию. Но в ДОТах не было ни пушек, ни пулеметов, ни боеприпасов. В одном из населённых пунктов Д.К. Корнеев нашёл газету «Правда» с речью И.В. Сталина от 3.07.1941, которая стала программой действия для всего советского народа и руководством к действию для тех, кто оказался на территории, занятой немецко-фашистскими захватчиками. В районе Бобруйска, куда переместилась группа, в которой был Д.К. Корнеев, нашёлся радиоприёмник. Стали записывать сообщения Совинформбюро, а затем переписывать и распространять среди населения. Однажды из засады обстреляли немецкую колонну. Там были убитые и раненые, а сама группа вовремя ушла от преследования. В конце октября Д.К. Корнеев примкнул к партизанскому отряду, через некоторое время стал комиссаром партизанского отряда имени Котовского в партизанской бригаде имени Чкалова.

После освобождения Белоруссии от фашистов Д.К. Корнеев участвовал в восстановлении народного хозяйства этой республики. В 1953 году переехал в Москву, окончил педагогический институт им. Н.К. Крупской, преподавал историю в школах. В 1967 году Дмитрий Корнеевич был назначен директором новой школы N384, в которой создал прекрасный музей имени героев Брестской крепости и партизан Белоруссии, являющийся одним из лучших в Москве. Д.К. Корнеев длительное время возглавлял Совет ветеранов 4-й армии Западного фронта, встретившей немецко-фашистское нашествие 22 июня 1941 года в районе Бреста. 17 ноября 2010 года сердце пламенного патриота перестало биться.

Все меньше и меньше становится живых участников Великой войны, среди них тех, кто встретил полчища немецко-фашистских захватчиков 22 июня, осталось совсем мало. Великая благодарность им от ныне живущих.

Н.В. ШЛЯПНИКОВ, председатель Совета ветеранов 331-й Брянской Пролетарской стрелковой дивизии

Об авторе: Шляпников Николай Васильевич, гвардии полковник в отставке.

Родился 19 июля 1923 г. в городе Кузнецк Пензенской обл. в семье рабочего. 18 июня 1941 г. закончил 428 сш г. Москвы. С 11 июля по 17.октября 1941 г. работал слесарем-сборщиком на заводе N266 им. Лепсе наркомата авиационной промышленности (Москва).

24 октября 1941 г. был призван в ряды Красной Армии. После обучения в запасном полку во второй половине декабря 1941 г. был направлен в Действующую армию, принимал участие в боях на Западном фронте при освобождении Волоколамского, Шаховского районов Московской области и Кармановского района Смоленской области, а также в боях под Ржевом в составе 331 и 88 сд. Дважды тяжело ранен. После окончания 2-го Ленинградского военного пехотного училища командовал учебным пулеметным взводом в 50-й литовской запасной стрелковой дивизии. Готовил сержантов для фронта (Литва).

После окончания войны продолжил службу в Вооруженных Силах на командных и политических должностях в стрелковых, мотострелковых и ракетной дивизиях.

В 1968 году по состоянию здоровья был уволен с военной службы, работал на Московском телевизионном заводе и в др. организациях.

С 1996 г. председатель Совета ветеранов 331 сд, с 2003 г. работает в Московском Комитете ветеранов войны. С 2007 г. председатель Объединенного совета ветеранских организаций общевойсковых объединений и стрелковых соединений N2, член бюро МКВВ. Автор книги «Нас 331-я сплотила», брошюры «Мы из 331-й» и более 60 статей о боевых действиях в Великой Отечественной войне и о своих однополчанах.

Награжден 3 боевыми орденами и 26 медалями.


http://svoim.info/201125/?25_6_1

Метки:   Комментарии (0)КомментироватьВ цитатник или сообщество

Следующие 30  »

<22 июня 1941 - Самое интересное в блогах

Страницы: [1] 2 3 ..
.. 10

LiveInternet.Ru Ссылки: на главную|почта|знакомства|одноклассники|фото|открытки|тесты|чат
О проекте: помощь|контакты|разместить рекламу|версия для pda