NISSAN_Moscow все записи автора Бывший защитник "Локомотива" и сборной России, а сейчас игрок "Торпедо" Вадим Евсеев дал интервью "СЭ".

Секунду назад мы попрощались.

- Да, вот еще что. - Евсеев повернулся. - Заметку назовите "Не хочу играть в "Торпедо". Или "Отпустите меня по-хорошему". Как-нибудь так...

Мы пообещали. А когда его силуэт растворился в полумраке лужниковских коридоров, переглянулись. Полтора часа общения с этим бородатым парнем - как концерт. Моментами он превосходил в устном творчестве самого себя.

- Недавно Иван Яремчук сказал в "СЭ": "Если соглашаюсь на интервью - говорю всю правду, иначе не имеет смысла". Это ведь и ваш принцип?

- Так и есть.

- Тогда скажите честно: то, что происходит в вашей жизни сегодня, называется "черная полоса"?

- У меня белая полоса. С чего вы взяли, что черная?

- Но год-то складывается совсем не так, как вы рассчитывали.

- Я не думал, что господин Бышовец меня уберет из "Локомотива". Если есть что-то от черной полосы - только это. Но сейчас в моей жизни все отлично.

ФСБ БУДЕТ ИСКАТЬ

- Вы, кстати, наведывались в кабинет к Виталию Мутко?

- Зачем?

- Он же намеревался вас вызвать и узнать все по поводу недавних заявлений о коррупции в первом дивизионе.

- Я приезжал вместе с Тукмановым, но не к Виталию Леонтьевичу. Там собралось много народу, человек двадцать - я знал лишь Толстых, Спирина и Симоняна.

- Что сказали?

- Как мне объяснили, эта беседа ничего не решает, пригласили просто поговорить. Из всех собравшихся, наверное, только Толстых адекватен. Может, еще Симонян. Другие говорили, но это была комедия. Защищали себя, еще кого-то. Толстых задал конкретные вопросы - и я сказал: "Да, был некорректен в некоторых формулировках". Он ответил: "Большое спасибо, что пришел".

- Уходя в первый дивизион, ожидали столкнуться с тем, что увидели?

- Ожидал. Футболисты же общаются.

- Так откуда удивление?

- Это было не удивление! Я что, должен играть и оставлять без внимания то, что происходит?

- Не вы один в шоке от происходящего.

- Так надо менять что-то. Вот я и решил изменить.

- В одиночку можно это сделать?

- Толстых сказал, что те два матча, против "Шинника" и "Терека", "мы будем разбирать". Представитель ФСБ, который работает с РФС, подтвердил: будем разбирать, искать.

- Вы когда-то заявили про арбитра Сухину, что "он понятия не имеет о футболе". А как на его фоне арбитры из первого дивизиона?

- У меня к Сухине было предвзятое отношение, на эмоциях сказал. Сколько раз судил мою команду - столько раз получал от него либо желтую, либо красную. В этом сезоне встретились на поле - впервые Сухина не дал карточку. Поздравил его с этим достижением. К слову, я учился в Малаховке, а Сухина там преподавал на кафедре футбола.

- Титов в этом же лужниковском подземелье поведал, что у него масса информации про судью Захарова. Вы тоже покидаете первый дивизион человеком информированным?

- Я ничего такого не собираю. Для меня каждый сыгранный матч забыт. Но если бы команда "Торпедо" занималась работой с судьями, все было бы куда спокойнее. И мы стояли бы в таблице намного выше. А получилось как?

- Как?

- Перед началом сезона нам сказали, что "Торпедо" с арбитрами работать не будет. И все. Я понял, что выйти в премьер-лигу только за счет игры будет очень тяжело.

- Если не станете мэром Мытищ, как планируете, наверняка будете тренером. И научитесь работать с судьями?

- Не знаю. Вообще-то не дело тренера этим заниматься. Впрочем, сегодня работает тренер, который деньги на всем зарабатывает.

- Это вы о...

- Все знают, о ком речь.

ПОРАЗИЛА ИСТОРИЯ С ЛОСЬКОВЫМ

- Недавно в нашем приложении "СЭ Футбол" было интервью Овчинникова. На вопрос, с кем не пошел бы в разведку, Сергей Иванович ответил намеками: "Есть один человек, все его знают". Вы тоже предпочитаете обходиться без фамилий?

- Могу сказать, что не пошел бы в разведку с Бышовцем. Он при первом же случае сдаст. Настучит.

- Он вам неприятен?

- Неприятен. Но не из-за того, что убрал меня из "Локомотива".

- Тогда из-за чего?

- Из-за того, что делает с командой. Скандалы, интриги, расследования - как в программе "Максимум" на НТВ. С кем из "Локомотива" ни поговорю, все недовольны. Там интриги, там стучат, там не знают, что можно рассказывать, а что нельзя. С кем можно рядом стоять на улице, а с кем - нежелательно. Иначе тебе потом скажут, будто игры сдаешь. Такого в "Локомотиве" сроду не было.

- Обстановка душевности ломается быстро?

- Вы же видите - у Бышовца все нормально. А у команды - все плохо. Когда было, чтобы у "Локомотива" к середине сезона накопилось столько поражений? Чтобы разница мячей была отрицательная? Бышовец не подает в отставку из-за того, что тогда ему не выплатят неустойку. Вот и доработает, видимо, до конца чемпионата. Он думает, что самый умный. Но есть люди умнее его. Зимой объявили, что контракт с ним заключен на два года, однако в этом сезоне цель - место в Лиге чемпионов. Если "Локомотив" туда не попадет, Бышовец не удержится в клубе. Раньше не говорил в интервью про этого человека. Не захотел он Евсеева видеть в "Локомотиве" - ладно. Но то, что происходило дальше, то, что он сделал с Лоськовым, - беспредел.

- История с Лоськовым поразила сильнее, чем собственная отставка?

- Гораздо сильнее. А со мной никто, кроме Бышовца, не хотел расставаться.

- А почему он хотел?

- Знал, что Евсеев мог высказать ему все что угодно. В лицо, хоть до игры, хоть после, хоть при всех. Он этого боится. И убирает личности. Почему сейчас на Овчинникова наезжает? Овчинников - личность. Вон, какую Бышовец к себе бригаду привел - аж лавки не хватает всех рассадить. Все свои, никто ему ничего не скажет.

УКРАДЕННАЯ ФОРМА

- Вы объявили, что больше никогда не сыграете за "Торпедо". Так что ж вышли на поле в Набережных Челнах?

- Надо было попрощаться с командой. Мы с агентом решили, что этот матч отыграю.

- Клуб надавил?

- Клуб не может надавить. У меня много травм, из-за каждой могу отказаться выходить на поле.

- Рассчитывали, что прощание получится другим? Не 0:4?

- Как играть, когда эмоций - ноль? Если "Торпедо" хочет меня оставить - буду играть без эмоций все матчи. Начиная с сентября.

- Так в какой из команд окажетесь - в "Рубине" или "Сатурне"?

- Ясности нет, оба клуба во мне заинтересованы. А для меня без разницы, остаться ли в Москве или уехать в Казань. Будь моя воля, играл бы за обе эти команды.

- Лоськов оказался месяц назад в похожей ситуации.

- Знаю. Встречался с Бердыевым, и он мне объяснил, как происходил разговор с Лоськовым. Я прежде играл в командах, где бытовые вопросы не имели никакого значения. Все было на высоком уровне. А в "Торпедо" почувствовал разницу.

- Бытовой экстрим?

- Да. В "Рубине" или "Сатурне" буду играть, а не думать, где найти футболку, постирают ее или нет, и не пропадет ли она после стирки.

- У вас в "Торпедо" пропадали футболки?

- Лично у меня все пропало.

- То есть?

- Из всего комплекта, что выдали, остались единичные экземпляры. Сдавал в стирку - вещи не возвращались.

- А что же администратор?

- Товарищ Груздев (исполнительный директор "Торпедо". - Прим. "СЭ") говорил: "Мы вам в начале сезона выдали форму, больше ничего не получите".

- Сколько комплектов выдали?

- Три футболки - осталась одна. Трое шорт - остались одни.

- Если они пропадут, придется в клубном магазине докупать?

- Я уже в футболке "Спорт-Экспресса" выхожу на разминку. Другой у меня нет. Когда проходил финал ТДК в Лужниках, мне подарили.

- Она по цвету подходит, черно-белая?

- Нет, как раз по цвету не подходит. Оранжевая. Но это здорово - чтобы люди хоть чуть-чуть встряхнулись, начали работать. А то живут, как по партийной линии, считают каждую мелочь.

- Как клубное начальство отреагировало на оранжевую футболку?

- Никак. Боятся. Да о чем говорить, если тут руководители партбилеты не сдали! Наверное, еще надеются, что вернется советская власть.

ДРАКА С БОЛЕЛЬЩИКАМИ

- За этот год налетались рейсовыми самолетами на двадцать лет вперед?

- Да. И в аэропортах насиделся, и в автобусах наездился, на поездах. Ничего подобного в моей практике не было. Я-то потерплю. Но если от команды требуют выхода в премьер-лигу и создают такие условия - футболистам неприятно.

- Хоть один чартер за сезон был?

- Ни одного.

- Неприятные поездки случались?

- Тяжело было в Екатеринбурге. Взлетали полтора часа, самолет трясло... Было страшно. Самый гадкий самолет, какой есть - Ту-154. Но они еще почему-то летают.

- Были в жизни воздушные происшествия?

- С какого-то сбора возвращались с "Локомотивом", приземлялись в Шереметьеве - колесами почти коснулись полосы. И вдруг начали опять взлетать. Позже выяснилось - шасси с одной стороны не вышло. Я нормально перенес, зато Юрий Палыч Семин был трезвый, а из самолета вышел уже в хорошем состоянии. Разволновался... Да, к вопросу о неприятных поездках. Был еще случай в поезде по дороге из Белгорода. Подрался я с болельщиками.

- Что за болельщики?

- Торпедовские. Заглянули к нам в купе, предложили поговорить в вагоне-ресторане. Я пошел.

- Один из всей команды?

- Ну да. Фанатов там было полно. Ничего, сел, начали общаться. Минут через пять какой-то парень стал наезжать. Рассказывать про меня, про мою семью, про команду. Все в кучу смешал.

- Пьяный?

- Я почем знаю. Не проверял. Но вроде все были довольно трезвые, мы же едва от Белгорода отъехали.

- Что было дальше?

- Гонял я всех по вагону-ресторану. И фанатов, и милицию, которую кто-то вызывал. Потом откуда-то появился Бородин, успокоил меня.

- Вам в драке не досталось?

- Досталось. По спине... С того дня болельщиков "Торпедо" для меня не существует. После матчей не хлопаю им. Пока не извинятся, вообще ничего слышать о них не хочу.

- А в клубе после этого что сказали?

- Тукманов объявил, что я отчислен. Это в мае было. Сейчас август - почему до сих пор меня так и не отчислили, не могу понять.

- Наверное, оштрафовали?

- Только не знаю, на какую сумму. Когда наличными платили, все было проще. Сейчас деньги на карточку переводят. Долго разбираться, сколько на счету было, сколько начислили.

- Самая жуткая гостиница из городов нынешней первой лиги?

- В Брянске. Тумбочка, кровать, крошечный номер.

- Какая-то польза от общения с первым дивизионом есть?

- Конечно. Зарплата неплохая, хотя премии можно было бы и побольше сделать. У меня все в порядке: я игрок основного состава, практика есть.

- Скорее всего, с первой лигой вы расстанетесь. Можете сказать, что никогда больше в нее не вернетесь?

- Не зарекаюсь. Могу и во второй лиге поиграть - у себя в Мытищах.

- Так распустили же мытищинскую команду.

- Заново соберут. У нас в Мытищах денег много. Хоккейную команду создали? Создали. Мини-футбольную создали? Да. И футбольную создадут.

- Могли бы как Канчельскис уехать в Новотроицк и прекрасно там себя чувствовать?

- С удовольствием. Всю жизнь прожил в Москве, но готов уехать куда угодно. Мы с женой обсуждали эту тему - она согласна ехать со мной. Мне везде будет хорошо.

- Канчельскис вас когда-то катал по Лондону, кажется?

- Не по Лондону. Вез из Уэльса к себе домой.

- По Новотроицку экскурсию не устраивал?

- Нет, я Канчельскиса там не видел - мы прилетели поздно ночью. Кстати, в этом городе гостиница одна из лучших.

70 000 ДОЛЛАРОВ

- Ярцев нынче совершенно другой человек - по сравнению с 96-м годом?

- Такой же. Я и шел-то не в "Торпедо", а к Ярцеву. Потом его убрали, и я не понимаю: по какой причине меня не отпускают? В чем загвоздка?

- "Торпедо" вас бесплатно получило?

- Да. "Локомотив" хотел за меня какие-то деньги, но я пошел к Семину и сказал: "Или отдаете меня бесплатно, или в "Торпедо" не ухожу". Семин решил вопрос. "Локомотив" должен был какие-то премиальные - вот "Торпедо" и нашло эти деньги. Выплатило мне 70 тысяч долларов.

- Теперь за вас хотят получить больше?

- И "Рубин", и "Сатурн" готовы за меня платить. И не понимаю позицию "Торпедо", которое не желает отпускать. Мне Алешин сказал, что такого футболиста, как я, в жизни не видел.

- Такого славного?

- Этого я не знаю. Понимайте как хотите. Я понял так, что клубу очень нужен. А я не хочу играть за "Торпедо".

- У вас не было пункта в контракте, по которому можете уйти вслед за Ярцевым?

- Не было. Я не сомневался, что здесь порядочные люди. А ведь Ярцев мне говорил: "Давай запишем - я ухожу, и ты тоже. Первый круг отыграешь, затем в "Локомотив" вернешься". Но я решил: нет, подпишу обычный контракт.

- В год, когда "Торпедо" вылетало из премьер-лиги, многие игроки не разговаривали между собой. Сейчас атмосфера хорошая?

- Понятно, что мы не выходим в высшую лигу, и руководство приняло решение омолаживать команду. С опытными игроками уже начали прощаться. Некрасиво, что их обвиняют в том, чего они не делали.

- В "сдачах"?

- Кто-то якобы сдавал игры, кто-то играл на тотализаторе, кто-то еще что-то... Можно сказать по-человечески: "Вы не выполнили задачу. Теперь ставка на молодежь". И не выдумывать "сюжеты".

- Всем уже ясно, что "Торпедо" не вышло?

- По-моему, всем.

- Никто из тренеров не пытался из вас дипломата сделать?

- Какой из меня дипломат?! Я же не могу врать в глаза!

- Научить не старались?

- Меня не надо учить. Сам кого угодно могу научить.

ОТКРЫТЫЙ ЧЕЛОВЕК МУСЛИН

- Вы о Муслине тепло отзывались. Что он лично вам дал?

- Ничего. Просто Муслин - открытый, честный. Хороший человек. Антипод Бышовцу. Подойдет и в глаза тебе все скажет. За спиной повторит то же самое.

- Наиболее памятный разговор с Муслином?

- Да не надо никаких разговоров. Человек чем хорош?

- Чем?

- Тем, что не мешает. Не баламутит. А в принципе он и Семин - люди одного толка. Футбол для них на первом месте. Только в отличие от Семина Муслин в перерыве не кричал.

- Над Муслином и его автомобилем вы как-то, помнится, шутили.

- Ага. Ему купили машину от клуба, "пассат". На котором сейчас Бышовец не хочет ездить. Так я Муслину сказал: "Садитесь к Спахичу, у него машина еще хуже".

- Много было тренеров, над которыми могли пошутить?

- До Бышовца со всеми шутил. Правда, с Олегом Иванычем шутки плохи были, но ребята постарше отваживались. Мне Семин время от времени говорил: "Заканчивай со своим черным юмором!"

- Над знаменитой шапочкой-"петушок" Юрия Палыча не посмеивались?

- Нет. Известно, что он человек суеверный, к приметам трепетно относится. А мы Семину белого жеребца хотели подарить и саблю.

- Почему?

- Потому что после победы он всегда, как на коне, скачет.

- Самый экстремальный перерыв в вашей карьере?

- Года три назад Семин обвинил нас в сдаче игры. Первый тайм проигрывали московскому "Динамо" 0:2, и он заявил такое в перерыве. Овчинников ему тоже сразу многое высказал, а после матча мы минут десять не заходили в раздевалку.

- Там был только Семин?

- Семин и Эштреков. Не понимали, что происходит. А мы все стояли в коридоре.

- Матч как закончился?

- 4:2 выиграли. Семин потом извинился. До последнего времени в "Локомотиве" всегда была семейная обстановка.

- Легионеры, которых становилось больше и больше, не вносили разлад в семейный уклад?

- Пытались, но мы им не давали. Бикея быстро остудили.

- По вашим словам, он оскорбил Муслина. Как?

- При команде, вот как. Беседа шла на французском, но кто-то в "Локомотиве" язык знал и всем нам перевел, что за разговор у них получился. Муслин после Бикея простил, но уточнил у нас: "Вы его прощаете?" Я сказал - нет. И Бикея убрали из команды.

- Как Бикей умудрился с Руополо подраться в машине?

- Ребята рассказывали, что подрались. У них на троих была одна машина с водителем. Есть люди, которые ставят себя выше коллектива, и это заметно. Не только Бикей, еще Кингстон мудрил - но и его остудили. Одумался.

"ЧТО ХОЧУ, ТО И ГОВОРЮ"

- Возвращаясь к вашему уходу из "Локомотива" - как Семин допустил, что клуб так прощается с легендами?

- Семин меня не отпускал. Сказал - "не уходи". Играй в дубле, получай зарплату.

- "Жди"?

- Да, жди. На это ответил, что просто так получать зарплату не собираюсь. Я хороший футболист, в нормальной форме и ухожу. Было предложение от "Шинника". Но как дошло до личного контракта, начались некрасивые вещи. Я встретился с человеком по фамилии Шишлов. Беседа длилась ровно тридцать секунд. С Юраном мы договаривались об одной сумме, этот человек назвал другие цифры. Говорю: "Нет", он отвечает: "Я так и знал". Все, разошлись.

- Семин в нынешнем "Локомотиве" может только советовать, но не принимать решения?

- Никогда ни к чьим советам не прислушивался. У меня своя голова. Вы до сих пор не поняли, зачем Семина сделали президентом?

- Зачем?

- Чтобы ни журналисты, ни болельщики не задавали вопрос, почему Юрия Палыча не взяли в команду. Его сделали президентом, но решает все Липатов.

- Липатов - для многих загадка. Что это за человек?

- Хоть он и говорил, что Евсеев в прошлом году был в плохой форме, я так не считаю. Но мне Липатов ничего худого не сделал. Ему велели заниматься "Локомотивом" - он и занимается, как может.

- В какой момент почувствовали, что между Семиным и Филатовым пробежала кошка?

- Не знаю, что пробежало, но началось это давно. В команде об этом знали.

- В том числе в первый чемпионский сезон?

- Да. Но когда они встречались вместе, я вражды не видел.

- Филатов с командой попрощался?

- Нет. Я ему совсем недавно звонил и был удивлен, насколько доброжелательно Валерий Николаевич со мной общался. Возможно, я что-то неправильно делал, когда из команды убирали Муслина.

- Зачем звонили-то?

- Узнать, как дела. Оказался в компании с общим знакомым, тот набрал номер Валерия Николаевича.

- Момент, когда забирали из "Локомотива" трудовую книжку, - драматичный?

- Очень. Трогательно все получилось. Собрались Семин, Коротков, я. Были и слезы, и душевный разговор на прощание. Не покидало чувство, что уходишь из семьи. Да "Локомотив" и был для меня настоящей семьей.

- Интуиция не подсказывает, что рано или поздно принесете назад трудовую книжку?

- Но уже точно не в качестве футболиста. Семин, уверен, возьмет меня на работу в клуб.

- Гуренко, Сенников, Маминов, Пашинин - все они тоже доживают в "Локомотиве" последние месяцы, как считаете?

- С Маминовым и Пашининым все ясно. Тем более что у обоих заканчиваются контракты. Хотя мое мнение - их обязательно надо сохранить в команде. Пусть будут редко выходить на поле. Но это легенды "Локомотива", с 92-го года играют там! Такими людьми нужно дорожить. Они потом отплатят клубу, когда начнут работать в его структуре.

- Чем вы сегодняшний отличаетесь от самого себя - 25-летнего?

- Стал личностью. Что хочу, то и говорю. Теперь я опытный.

- Булыкин не устает повторять: "Я еще вернусь в сборную". А вы - вернетесь?

- Нет. Мне 31 год. Хиддинк омолаживает команду. Я никогда не был зациклен: "Во что бы то ни стало попасть в сборную!" Вызвали - значит, заслужил. Не вызвали - больше выходных. Тоже замечательно. В прошлом году Хиддинк меня пригласил, когда кто-то получил травму. Отыграл нормально.

В МАШИНЕ У СЕМИНА

- Главное человеческое качество для тренера?

- Открытость. Для меня, как для игрока, это важно.

- И вы при этом готовы идти к Бердыеву?

- Готов. Во время нашей встречи он показался мне открытым.

- Как полагаете, почему пропал из виду хороший человек Зернов, ваш первый тренер? Каких качеств ему не хватило?

- Слишком добрый он. Даже когда повышал голос, было видно, что делал это без всякой охоты. Но по крайней мере в спартаковском дубле Зернов находился на своем месте. Об этом тренере у меня остались теплые воспоминания. Он фактически дал мне дорогу в большой футбол, за что я ему очень благодарен.

- Одна из ваших крылатых фраз: "Я всегда боялся Романцева". Помните?

- Конечно. Как я мог не бояться его в 20 лет? Были перед глазами примеры. Стоило кому-то что-то не так сказать Романцеву - игрок тут же искал себе новую команду. Поэтому я всегда молчал, не хотел, чтобы меня убрали из "Спартака". С детства болел за этот клуб и дорожил каждой минутой, проведенной там.

- Но в итоге променяли его на "Локомотив".

- Годы шли, в "Спартаке" я не имел твердого места в составе, а играть хотелось. Все решила встреча в Сокольниках в машине Семина. Большое он произвел на меня впечатление! Мы сразу обо всем договорились.

- Когда Алексея Смертина из "Уралана" перехватил "Локомотив", его отец, который мечтал сына отправить в киевское "Динамо", поражался: "Фантастика, как Семин умеет уговаривать игроков!"

- К Семину почему все хорошо относятся? Простой мужик, в разговоре не виляет, не обманывает. Этим и берет.

- Вот только культовые для "Локомотива" фигуры получали едва ли не меньше всех - тот же Овчинников об этом упоминал. Не задевало?

- Если приезжал легионер, который был выше по мастерству, - нет вопросов. Но когда привозили какого-нибудь "петрушку"... Нет, не задевало. Было смешно. Семин, впрочем, не включал игрока в состав лишь потому, что у него большая зарплата. Играли те, кто действительно сильнее.

- Вести денежные разговоры с начальством стесняетесь?

- Я в "Локомотиве" много никогда и не просил. Соглашался на то, что предлагали. В этом смысле самым продуктивным был мой последний контракт. И то, возможно, допустил ошибку, что не ушел в другой клуб. Мне предлагали условия получше, чем те, на которые подписался в "Локомотиве".

- Кажется, Овчинников убедил вас остаться?

- И он, и Филатов, пообещавший после окончания карьеры найти мне работу в клубе. Но главное - привык я к "Локомотиву", никуда оттуда не рвался.

- Вы в разговоре как-то зареклись держать деньги на банковском счету после дефолта 98-го. Крепко тогда попали?

- На шесть тысяч долларов. Года через три их, к счастью, отдали, но все равно пришлось понервничать. В 98-м для меня это были большие деньги. В "Спартаке" зарабатывал в то время две с половиной тысячи долларов.

- Судья Игорь Егоров, владелец казино и ночного клуба, утверждает, что ему и семье вполне хватает на жизнь полутора тысяч долларов. А вам?

- Не занимался такими подсчетами. Сейчас много денег уходит на строительство загородного дома. Далее по плану - ремонт квартиры. В общем, деньги у меня особо не задерживаются.

СНЫ НА УСТАНОВКАХ

- Валерий Овчинников по прозвищу Борман как-то устроил в нижегородском "Локомотиве" собрание на семь часов. Потом говорил: "Только я и Фидель Кастро способны на такое". А вам какое-нибудь собрание запомнилось?

- Не люблю собрания, разборы матчей, теоретические занятия. Говорить и все показывать надо на поле. А подолгу фишки двигать, телевизор смотреть - для меня мука. Моментально клонит в сон.

- У всех тренеров на "теории" засыпали?

- У всех, кроме Романцева. У Олега Иваныча все было интересно и понятно. А вот у Сабитова перед игрой с "КАМАЗом" уснул. Да я не только на установках засыпал. Вон, в субботу смотрел с трибуны матч "Локомотив" - "Динамо". В конце первого тайма игра убаюкала, минут двадцать подремал. Но проснулся вовремя. Голы успел увидеть.

- После какого поражения в вашей жизни в раздевалке стояла особенно гнетущая тишина?

- После "Рапида". Эх, такую игру отдали! Но больше всего убила фраза Эштрекова в раздевалке. Состояние шоковое, все молчат. Заходит Филатов, и Эштреков спокойно говорит: "Завтра - на базу. Баня, массаж. Те, кто не играл, будут тренироваться". На тот момент эти слова звучали дико. Только что из-под носа ушла Лига чемпионов - и вдруг такая обыденность...

- Пребывание Эштрекова на посту главного тренера "Локомотива" вообще оставило массу вопросов. Как вам с ним работалось?

- Об Эштрекове вспоминать не хочу. Очень некрасиво он себя повел по отношению к Семину, которого как-то после матча не пустили в раздевалку. Не в курсе, чье это было решение - Эштрекова или Филатова, но меня возмутил сам факт.

- Когда Эштреков много лет был вторым тренером, у вас с ним не возникало проблем?

- В том-то все и дело. Потому и неприятно было видеть такие перемены в человеке.

- С подлыми футболистами на поле сталкивались?

- В первую очередь на ум приходит Короман. Трусливый парень. Сам из стыков ножки убирает, а исподтишка ударить может. Раз специально в меня шипами въехал, так потом я с ним не церемонился. В каждом матче от меня получал по ногам. Не уважаю таких игроков. На поле всегда видно, кто и что представляет собой в обычной жизни. Полная противоположность Короману, к примеру, Ленар Гильмуллин. Вот это был футболист. Когда играли друг против друга, у нас шла хоть и жесткая, но настоящая мужская борьба. Оттого так близко к сердцу принял его гибель.

В "ТОРПЕДО" - ТОЛЬКО С БОРОДОЙ

- Не забыли, Вадим, как однажды разгневали Путина?

- Я?! Путина?! Чем же, интересно?

- Тем, что в сборной резинку во время исполнения гимна жевали. Путин увидел это по телевизору, позвонил Тягачеву, тот Колоскову, который об этом и рассказал корреспондентам.

- Ну жевал ее, что с того? Важно, не то, как себя ведешь, а то, что делаешь для страны.

- Гимн поете?

- Нет. Слов нового гимна не знаю. Вот старый еще со школы отлично помню.

- Что за история, когда пару лет назад вы прилетели из Франции со сбора "Локомотива" в горнолыжных ботинках и очках?

- Поспорил с командой на тысячу долларов, что проеду так весь путь - от отеля до Шереметьева. В общей сложности 17 часов провел в горнолыжных ботинках и очках. А заводилой выступил Лоськов.

- Со стороны Семина возражений не последовало?

- Он на день раньше уехал со сбора, и встретились мы уже в Барселоне, откуда был рейс в Москву. Сначала Палыч меня не заметил. Но когда сдавали багаж, ему намекнули, что надо посмотреть на Евсеева. Он обернулся и оторопел. Только и выдал свое любимое выражение: "Ой, e!" Потом рассмеялся и указал на меня таможенникам. "Проверьте, что у него в ботинках. Наверняка что-нибудь припрятал". Так что Семин сам не прочь пошутить.

- А жена встречала вас в аэропорту?

- Встречала. Увидев меня в таком виде, расплакалась и убежала. Она не любит, когда я так шучу. "Почему у тебя детство еще не прошло?" - спрашивает. А я вот думаю - разве это плохо?

- Бороду давно решили отращивать?

- Дал себе зарок: пока из "Торпедо" не уйду - к бритве не притронусь. Скоро милиция, наверное, начнет останавливать, паспорт проверять. Жена крайне отрицательно относится к моему новому имиджу, но я для себя твердо все решил.

- А если вдруг полностью контракт с "Торпедо", рассчитанный до конца 2008-го года, придется отработать?

- Значит, буду как Лев Толстой. Хотят в "Торпедо" увидеть меня с такой бородищей - пожалуйста, могут еще полтора сезона никуда не отпускать. Слово я сдержу.