INOK (Inokda) все записи автора
На самом деле там в несколько страниц рассуждение. о нас и о них, о разнице. Я чуточку выдеру. Терпите. :) Или не терпите - пропускайте.
Викторианцы относились всерьёз к тем вещам, к которым мы относимся достаточно пренебрежительно; и это серьёзное отношение выражалось, в частности, в том, что говорить вслух об интимной стороне жизни не полагалось, не было принято - между тем как мы, выработав собственные правила, поступаем как раз наоборот.
....
Когда мы предаём огласке то, что истинные викторианцыпредпочитали держать в секрете, мы в каком-то смысле проявляем даже большее викторианство - если употреблять это слово с оттенком осуждения, - чем они, поскольку сломав барьер труднодоступности, запретности и уничтожив ореол тайны, мы в значительной мере испортили и само удовольствие.
INOK (Inokda) все записи автора
Там она подошла к зеркалу, не глядя в него медленно закрыла лицо руками и также медленно убрала их от глаз. То, что она увидела, вынести было невозможно. Две секунды спустя она уже стояла на коленях возле своей кровати и молча плакала, уткнувшись в ветхое покрывало. Лучше бы она молилась? Но она была уверена, что молится.
//не подумайте, что у неё с лицом было что-то не в порядке. Только несчастье.
INOK (Inokda) все записи автора
Сто лет тому назад Эксетер отстоял от столицы гораздо дальше, чем сегодня, и посему нечестивые удовольствия, за которыми нынче вся Британия устремляется в Лондон, он должен был обеспечивать себе сам.
Это из начала главы. Вообще автор так красиво каждую главу начинает. и так же красиво заканчивает.
INOK (Inokda) все записи автора
Хм. хм-хм-хм.
... бедность приучила её обходиться без стольких вещей, так успешно вытравила в ней жажду приобретения чего бы то ни было, что она, как матрос, долгое время сидевший на одном сухаре в день, отвыкла наедаться досыта.
Ведь он (Чарльз) был викторианцем. Едва ли он мог увидеть то, что сами мы - причём располагая гораздо более широкими познаниями и уроками философии экзистенциализма - только-только начинаем понимать, а именно что желание удержать и желание наслаждаться взаиморазрушающи. Ему следовало сказать себе: "Я обладаю этим сейчас, и потому я счастлив"; вместо этого он - совсем по-викториански - говорил: "Я не могу обладать этим вечно, и потому мне грустно".
Доктор:
- Дорогой друг, - возразил мне Жаффе, - ошибочно предполагать, что все люди обладают одинаковой способностью чувствовать.
Роберт думает:
И вдруг я увидел, что значу что-то для другого человека и что он счастлив только от того, что я рядом с ним. Такие слова сами по себе звучат очень просто, но когда вдумаешься в них, начинаешь понимать, как всё это бесконечно важно. Это может поднять бурю в душе человека и совершенно преобразить его. Это любовь и всё-таки нечто другое. Что-то такое, ради чего стоит жить. Мужчина не может жить ради любви. Но жить ради другого человека может.
INOK (Inokda) все записи автора
- ...Но насчёт лени ещё далеко не всё ясно. Она - начало всякого счастья и конец всяческой философии. Полежим ещё немного рядом. Человек слишком мало лежит. он вечно стоит или сидит. Это вредно для нормального биологического самочувствия. Только когда лежишь, полностью примиряешься с самим собой.
=========
Человек всегда велик в намерениях. но не в их выполнении. В этом и состоит его очарование.
INOK (Inokda) все записи автора
- Скажи, Роза, что ты, собственно, думаешь о любви? - спросил я. - Ведь в этих делах ты понимаешь толк.
Она разразилась звонким смехом.
- Перестань говорить об этом, - сказала она, успокоившись. - Любовь! О мой Артур! Когда я вспоминаю этого подлеца, я и теперь ещё чувствую слабость в коленях. А если по-серьёзному, так вот что я тебе скажу, Робби: человеческая жизнь тянется слишком долго для одной любви. Просто слишком долго. Артур сказал мне это, когда сбежал от меня. И это верно. Любовь чудесна. Но кому-то из двух всегда становится скучно. А другой остаётся ни с чем. Застынет и чего-то ждёт... Ждёт, как безумный...
- Ясно, - сказал я. - Но ведь без любви человек - не более чем покойник в отпуске.
... В баре ты как-то рассказывал о своём друге Валентине. После войны он всё время думал: какое это счастье - жить. И в сравнении с этим счастьем всё остальное казалось ему незначительным.
Диалог с главным героем:
Фрау Залевски озабоченно покачала своей величественной головой:
До чего странны нынешние молодые люди. Прошлое вы ненавидите, настоящее презираете, а будущее вам безразлично. Вряд ли это приведёт к хорошему концу.
- А что вы, собственно, называете хорошим концом? - спросил я. Хороший конец бывает лишь тогда, когда до него всё было плохо. Уж куда как лучше плохой конец.
INOK (Inokda) все записи автора
В конечном счете, дорогая маркиза, мужчины весьма непоследовательны, весьма забавны; мы любим их только потому, что не даём себе труда их изучить. Послушайте их: как они собою довольны! Вообразите, ведь они считают себя во всех отношениях выше нас. Жалкие создания! Они выше нас, они! Господи помилуй, да в чём же? Это слабые существа, чьё великодушие и хвалёная сила никогда не могут совладать с прихотью, страстями, самой ничтожной приманкой чувств. Иное дело женщина; уж когда женщине вздумается быть сильной, она сильна по-настоящему, сильна во всём. Самые заветные свои желания мы способны принести в жертву гордости. Одного лишь самолюбия и того достаточно женщине, чтобы стать подлинной героиней.
Г-жа Риккобони.
Это продолжение незаконченного романа Мариво "Жизнь Марианны". Пожалуй. сам мариво так бы не написал - мужик ведь.
И я хотела бы на бал,
Пугаться вечером теней...
Но ты мне избы поджигал
И вынуждал ловить коней.
А также... Господи-ты-боже-мой, а похоже ведь.
* * *
Непогода всё ближе и ближе.
Ну и что же
в сердцах
остаётся?
Я смогу, я обязана выжить
И без ласковой нежности солнца.
Разлетаются рыжие космы,
Золотые спадают браслеты...
Наконец-то - нормальная осень,
А не жалкое бабское лето.
* * *
А прельстись я твоими шашнями -
Потеряла бы цвет и запах.
Я бы стала совсем домашнею,
С педикюром на бритых лапах.
Пробавлялась бы сериалами,
Изменила бы - делать нечего -
Я себя, неплохую малую,
По подобию человечьему,
В перспективе имея вдовушку,
А покуда - обличье лапочки,
Попивала бы тихо кровушку
Из тебя, подавая тапочки...
Когда ты меня покинешь,
Ко мне возвратится муза
С глазами филологини
И жизненным багажом
Внимательной умной стервы,
Хранительницы искусства.
Я стану писать шедевры,
Как ты от меня ушёл.
И - никуда не деться -
Меня назовут поэтом.
Стыдливо забьётся сердце
В пустой уголок груди.
В литературной школе
Я стану давать советы
Как надо писать о боли.