хлопчатобумажная (прикольные_дефачки) все записи автора
Я хочу выложить одну историю. Она реальна, она из жизни. Её еще выкладывала моя старшая сестра в своем дневнике ( сейчас дневник не существует ), может кто-то уже читал ее, но все же.
История
Жизнь после смерти.
Стояло теплое летнее утро, сквозь сон я слышала, как мама провожает отца на работу, моет на кухне посуду, тихо включает телевизор. А я лежу в полудреме, нежусь в мягких объятих сна. И вдруг раздается настойчивый звонок в дверь, незнакомый голос и крик мамы. Я вскакиваю и выбегаю в коридор.
- Вика, папа умер, - мама смотрит на меня расширенными глазами и прижимает к себе.
За старшею
По дороге на работу у отца прихватило сердце. "Скорая", вызванная прохожими, не успела его довезти живимым до больницы. Мама слегла, и мне пришлось заниматься всеми приготовлениями к похоронам. конечно, помогали соседки, мамины подруги, только это была физическая помощь. Но боль, разрывающцю меня изнутри, нельзя было унять словами сотрадания. Мой парень, Андрей, тоже старался помочь мне, и, пожалуй, это был единственный человек, который мог хоть как-то утешить меня. Я не позволяла себе расслабляться: знала, что мне надо быть сильной и поднять на ноги маму. Теперь я стала для нее не только дочерью, но и сиделкой, подругой и отчасти папой. Так получилось что у меня было больше душевных сил перенести это горе. Выходило, что я осталась в семье за старшею. Длоя мамы время как быдто остановилось. Она приходила с работы, садилась в кресло и часами смотрела в одну точку. Я не знала, как вывести ее из этого состояния. С Андреем я почти не встречалась, у меня были совсем другие заботы. И хотя он всегда предлагал свою помощь, я отказывалась. Казалось, нам с мамой уже никто не поможет.
Но вот я стала замечать что мама приходит с работы веселая. К ней возвращалось ее былое жизнелюбие. Правда это меня не радовало, от нее сильно попахивало спиртным. У нее появились новые знакомые, которые зачастили к нам в гости. "Мы поминаем папу", - объясняла мама, но поминки, заканчивались попойкой. Потом мама бросила работу, из дома стали пропадать вещи. Соседи жалели меня, осуждали ее. Но мама не считала себя алкоголичкой, хотя это было очевидно для всех. Теперь я почти не общалась со своими подругами - мои заботы были для них непонятны, а мне было стыдно за маму. Андрей оставался рядом по-прежнему и не о чем не спрашивал. Он заходил за мной по утрам, когда я шла в школу, встречал после уроков. Мы шли к нему домой, и я оставалась там до позднего вечера. К себе идти мне не хотелось - мне казалось, что никакого нашего, маминого и папиного, дома больше нет. Уже вторую неделю вместе с нами жил дядя Женя - мужчина, которого привела мама.
Уже ничего не изменить
Я понимала, что маме очень трудно, она не может смириться со смертью папы и ищет себе опуру в жизни. Однако от дядя Жени были одни проблемы. Он стал поднимать на маму руку.
Однажды я проснулась от страшного шума на кухне и маминого душераздирающего крика. Я вскочила с постели и побежала на кухню. Дядя Женя замахнулся на маму топором, а она, вжавшись в угол, сидела на полу, закрываясь от него руками. У меня все поплыло перед глазами, внутри словно лопнула какая-то струна, в ушах зашумело. Взгляд упал на стол, там лежал нож. Не помня себя, я схватила его и воткнула лезвие в спину дяде Жене...
... Огромное здание суда, безучастные лица судей. Что-то говорил адвокат о неблагополучной семье, о моем несовершеннолетии. Мне было все равно. Казалось, жизнь закончилась. Меня осудили на пять лет и отправили в колонию под Вологдой.
Нам с Андреем разрешили последние свидание. Я смотрела на него, такого любимого. родного, и понимала, что потеряла его навсегда. И хотя он сказал, что любит и будет ждать меня, я намеренно наговорила ему гадостей. Слишком хорошо к нему относилась, не хотелось портить ему жизнь. Ждать меня целых пять лет, и потом жить с уголовницей? Нет, это не для него. Я даже не поцеловала его на прощание.
Новая жизнь
Я вошла в барак, и на меня уставились десятки глаз.
- Синельникова, это новенькая, проводи ее, - обратилась к одной девушке женщина, конвоировавшая меня.
Когда-то я читала об ужастных тюремных законах, поэтому ждала нападения в любой момент.
- Ну и как тебя зовут? - спросила Синельникова, оглядывая меня с ног до головы.
Я прошептала свое имя и вжала голову в плечи.
- Да не боись, если ты девка нормальная, тебя никто не тронет, а выпендриваться будешь... - она не закончила фразу, но так посмотрела на меня, что сердце ушло в пятки.
Первые ночи я не могла уснуть, а если дремала, то просыпалась от каждого шороха. Днем, как и все, работала. Нас учили плести вологодские кружева. Занятие это очень сложное, но невероятно увлекательное. Во всяком случае меня работа захватила полностью. вечерами я рисовала на бумаге узоры, придумывала новые рисунки для кружевов.
- Может, она того, не в себе, - слышала я шепот за спиной. - Одержимая какая-то, сидит, что-то чертит все время.
Андрей писал мне трогательные письма, но я не отвечала. Невероятно скучала по нему, но молчала. Знала, что он порядочный человек и старается поддерживать меня. А я не хотела, не имела права вмешиваться в его жизнью. Теперь такую далекую оти меня и почти нереальную для меня.
ТОлько с одной девушкой я общалась здесь, с той самой Синельниковой Наташей. Она почему-то сразу с первого дня прониклась ко мне доверием и старалась помочь. Постепенно наши отношения из преятельских переросли в дружеские, и Наташа мне рассказала что у нее есть ребенок:
- Варьке моей уже год. Она в детском бараке живет. Хожу к ней иногда. Каждую неделю почти.
Вот это была новость!
- Наташка. какая ты счастливая! У тебя есть малыш, - порадовалась я за нее.
- Раньше я тоже так думала, - усмехнулась она. - Только какое же это счастье? Одна обуза! Выйду на волю и куда я ее дену? Комната в коммуналке, работы нет. Мне бы самой как-нибудь прокормиться, а тут еще лишний рот. Оставлю ее здесь, наверное.
Я не померила своим ушам. Как можно бросить родного ребенка? Правда, Наташка, кажется, не чувствовала никакой родственности с Варей. А я завидовала Наташке, ведь у нее был человечек, для которого стоит жить. И мне так заъхотелось увидеть Варьку, и я попросила Наташу взять меня в следующей раз с собой.
Маленькая радость
В таком же, как наш, бараке было полно детей. Когда мы вошли, те, кто уже ходил бросились к нам на встречу. "Скучают без мам", - с грустью подумала я. Среди всех я сразу заметила прелестную девочку с ярко-серыми глазами, беззащитной улыбкой и нежным пушком на голове. Мне сердце подсказывало, что это Варька, и я не ошиблась. Взяла ее на руки, а она обвила мою шею, теплыми, мягкими ручонками.
- Гляди-ка, признала, - сказала Наташка. - Вообще-то она у меня дикая, не к каждому на руки идет.
Всю неделю я до поздна рассиживалась в цехе, вязала комплект для Вари.
- Наташ, когда пойдешь к дочке примерь. Мне кажется ей подойдет, - сказала я, протягивая подруге детскую шапочку и кофточку.
Вечером, перед одбоем Наташа подошла ко мне.
- Наша Варька теперь - королевишна! Даже нянечки позавидовали!
А мне было так приятно что Наташка сказала: "Наша Варька". Не знаю, что случилось, но меня тянуло к этой малышке. Хотеллось все время быть рядом с ней. видеть ее каждую минуту. И вдруг меня озарила мысль: "Няничек же не хватает, может. мне разрешат там поработать?". Я пошла к начальнику нашего барака и попросилась в детский барак. Сказала могу, если надо, полсмены работать в цехе, а потом идти к детям. Начальница удивилась - охотников работать с детьми было немного - и разрешила. Конечно, мне дали самую грязную работу: я мыла туалеты, перепелинала грудничков. Но зато Варька всегда была поблизости. Она радовалась мне, лепетала что-то на своем языке.
- Хочешь, забирай ее, я уже точно решила что откажусь от ребенка. - сказала мне Наташа.
Сердце в груди радостно подпрыгнуло. Я знала, что сейчас, мне не дадут удочерить ребенка, но перспектива что она может стать моей, грела. Я уже и представить себе не могла, как буду жить без Варьки.
Мне так захотелось поделиться с кем-то своей радостью, и я написала письмо маме, а потом, немного подумав и Андрею.
Возвращайся скорее
И вот мне сказали, что я могу пригласить родственников на свидание.Я хотела увидеть маму! Она писала редко, в основном о том, о том, что болеет, от нее отвернулись друзья, а новая работа приносит копейки. Настал день встречи. Печальная, похудевшая женщина была так не похожа на ту маму, которую я помнила. Я бросилась к ней, обняла ее, и мы обе заплакали. Только через несколько минут я пришла в себя и заметила, что в дверях стоит Андрей.
- Извини, я без предупреждения, - сказал он.
Как я хотела, как я боялась увидеть его! Я запрещала себе думать об этом, но он все равно приехал, и я была счастлива. Может быть в первый раз за все это время.
После встречи мне стало намного легче. Наташкин срок закончился, и она вышла на свободу. Но даже без подруги я не чувствую себя одинокой. У меня есть Варька, у меня есть Андрей. А недавно, мне сказали, что за хорошее поведение меня выпустят досрочно. Надеюсь месяца через три я буду дома. Вот только Варька..."Мы поженимся, постараемся забрать ее к себе..." - написал Андрей когда я рассказала ему о своих сомнениях. Вчера я была у Варьки и показала фотографию Андрея. Она ткнула пальчиком и улыбнулась.
- - - - Записала Лана - - - -
Она ни в чем не виновата
Вике пришлось слишком рано взвалить на себя ответственность за свою жизнь и за жизнь мамы. Мама Вики не смогла справиться со стрессом потери и повела себя как маленькая девочка. К сожелению рядом с Викой не оказалось взрослого человека, который помог бы ей пережить это сложный период. Вика совершила преступление испугавшись за жизнь матери.
Вика решила пормать с молодым человеком - это говорит о том что она считает себя виноватой в случившемся. Но видемо у Вики творческая, сильная натура и большое желание жить. Она сумела приспособиться к жизни в колонии. Конечно малышка Варя играет в ее выздоровлении большую роль. будем надеятся что у Вики все будет хорошо и она будет счастлива и снова обретет уверенность в себе.
GLAM