Moorish (Лабаратория) все записи автора
В колонках играет - Мастер - Пепел на ветру
Настроение сейчас - =)гы...
Э.. ну, наверно, кто-то это уже читал, но я все равно... типа моя "Добрая Новогодняя сказка (или сага о том, как группа Кипелов новый год встречала").
[mоre] ДОБРАЯ НОВОГОДНЯЯ СКАЗКА
(или сага о том, как группа Кипелов Новый Год встречала)
Утро 30 декабря 2004 года
Кипелову снился блаженный сон. Он купался в желтоватой водичке. В апельсиновом соке, в смысле, а не в том, что вы подумали. Купался он значит, купался…. И вдруг…
- Па-а-адъем!
Валерка открыл глазки и узрел склонившуюся над собой Рину в колпачке новогоднего гномика.
- Вставай, моя дорогая апельсиновая плодожорка! – ласково выпнула его из-под пухового одеялка Рина
Валерка скатился на пол.
- Итак, - объявила директриса, разворачивая вынутый из кармана листок – На сегодня у нас запланированы следующие мероприятия! Первое: физзарядка! /Кипелыч заскулил/ Второе: завтрак – овсянка! /глаза Валерика наполнились слезами/ Третье: репетиция! /Валерка зашарил трясущейся ручонкой под диваном, где у него была заначена пачка апельсинового сока: «Напиться и лопнуть!» - суицидально размышлял он/ Потом короткий обед утренней овсянкой /Кипелыч сделал попытку забраться под диван/ и наконец четвертое и самое главное! Написание всей группой письма Дедушке Морозу! /на этом месте Валерка, отчаянно пытавшийся вытащить застрявшую пачку сока, упал в глубокий обморок/.
Рина удовлетворенно хмыкнула, приподняла одной левой слегка придавивший вокалиста диван и оттащила несчастного Валерика, находившегося в бессознательном состоянии, но крепко сжимавшего в руке пачку сока. Рина наклонилась, еле-еле выдернула сок из рук вокалиста и еще раз хмыкнула:
- А я-то думаю, чего он вторую неделю вокруг дивана с ружьем ходит?...
Полдень 30 декабря 2004 года
1
Зазвонил телефон. От испуга мирно дремавший Харек подскочил на метр вместе с одеялом и от этого проснулся. Взяв трубку, он сразу пожалел, что не послушал в свое время папу Маврика и не обзавелся определителем номера.
- Доброе утро, мой четвероногий друг! - ядовито сказал голос Рины Ли с того конца провода.
-Я не четвероногий! – запротестовал было Харек, но не очень уверенно.
- Не надо мне-то рассказывать! – рявкнула Рина – Мне вчера Валерий Александрович совершенно добровольный раппорт писал о том, что вы вытворяли, пока я по делам разъезжала! Такого даже при старой Арии не было (да будет земля ей металлом!)!! Я уезжала – еще прямоходящие были, и даже вроде хомосапиенсы, а приехала – зоопарк какой-то! А еще сказки рассказывали, мол, только апельсиновый сок пили!
Харик пристыжено замолчал.
- То-то же! – поучительно сказала Рина – Так вот. Я чего звоню. Пойдешь на репетицию, прихвати бумагу и ручку. Понял? Запиши в дневник!
Лешка вздохнул и полез за припрятанным под матрацем дневником, в котором Рининой рукой были проставлены сплошные двойки. В основном за поведение.
- Кстати, - подсыпала перца директор – Если на следующей неделе я не увижу росписи Маврика в дневнике… Все – харек капут будет! Ну что, записал?
- Записал… - кислым, как апельсиновый сок голосом сообщил бедный Хорь – А зачем это, тетя Рина?
- Чтоб ты спросил, – заключила директор – Ладно, мне еще двум оболтусам (ну в смысле Мане и Голованову) позвонить надо. А ты предупреди дядю Маврика.
2
Дядя Маврик новости не обрадовался.
- Наверное, опять сочинение писать будем, - констатировал он
- Какое сочинение? – хныкал в трубку Харик
- Какое-какое! – передразнил подопечного Мавр – Как на прошлой неделе! Ну то, которое на тему «За что я люблю директора группы Кипелов».
- А может как на позапрошлой? – жалобно спросил Харьков – На тему «Кого в группе я ценю больше всего»?
- Это то, за которое ты на две недели полы в студии мыл, что ли? И что ты там такого написал?...
- Я написал, что Валерия Александровича – интеллигентно сознался Харик – Он ведь фронтмен, как ни как!
- Дурак ты, - заключил Маврик – Вот Валерка умный: написал Рину Ли. Пачку сока и новый микрофон получил, между прочим!
- Ну дык я, если будет такая же тема так и напишу, что, мол ценю превыше всего своего директора! Может, бас новый получу! – размечтался Лешик
- Смотри, как бы басом не получил…
3
Маню и Головастика звонок Рины застал в борьбе с похмельным синдромом. Трубку поднял Голованов. Однако на заднем плане было слышно, как Маня ритмично выбрасывает из холодильника продукты в поисках рассола.
Пили накануне они усердно и с рвением, а посему даже голос директора их не протрезвил.
Услышав, что на репу придется нести бумагу, оба искренне удивились, но возражать не стали, хоть и ничего не поняли. Зачем нужна ручка, они тоже не поняли, но решили умно промолчать.
Вечер 30 декабря 2004 года
1
Прозвучали последние аккорды Вавилона. Репетиция закончилась.
- А теперь, дети, достаем бумагу и ручки! – скомандовала Рина.
Кипелыч, как прилежный мальчик, достал аккуратный листик в клеточку, синюю ручку и аккуратно расположил это все на коленках.
Маврик, покряхтев, достал из заднего кармана два сложенных вдесятеро листика формата А4 и две гелевые ручки. Один листик с ручкой взял себе, а другие выдал Харьку.
Маня с Головановым долго суетились и, наконец, вытащили из сумок по рулону туалетной бумаги и по карандашу.
- Значит так! – начала Рина – Думаю, что даже вы уже догадываетесь, какой праздник приближается. ДОГАДЫВАЕТЕСЬ, Я ВАС СПРАШИВАЮ?!!
Кипеловцы, задрожав, аки листики на ветру, усердно закивали. У Харика даже в шее что-то хрустнуло, но подзатыльник Маврика быстро все исправил.
- Замечательно, - ласково проговорила Рина – Какие умницы! ТАК КАКОЙ ПРАЗДНИК ПРИБЛИЖАЕТСЯ?!!!
Кипеловцы, широко раскрыв глаза (особо впечатляюще это выглядело в исполнении Кипелыча), молчали.
- Тааак… Значит никто ответить не хочет? Тогда буду спрашивать по журналу! Вот мне сейчас Харьков и ответит! Правда, Лешенька? ТЕБЯ СПРАШИВАЮТ!
- В-ва-а-аш-ш д-д-ден-нь р-р-р-о-о-жд-д-д-е-н-ни-и-я? – робко прошелестел Лешка…
… Когда беготня по студии и попытки увернуться от летевших в музыкантов гитар, микрофонов и пустых бутылок закончилась, и когда музыканты, заклеенные и перевязанные доброй в глубине души Риной, снова сидели на местах, прилежно положив руки на коленки, высокоинтеллектуальный разговор продолжился.
- Значит так, дорогой мой хор мальчиков-зайчиков, - отдуваясь проговорила Рина – Я вам скажу так: приближается Новый Год!
Кипеловцы удивленно зашумели.
- Блин! – развел руками Головастик – Дык а я думаю все – чего это у нас в студии уже дня три как какая-то зеленая хрень стоит!
- Это ёлка, дядя Андрей! – пискнул Харик с видом истинного интеллигента
- Молчать! – рявкнул Головастик – Грызунам слова не давали! Ну никакого уважения к старшим! Что за поколение растет! Ну и кто из них вырастет! Подумать страшно!! А я-то в твои годы, Леша…
- МОЛЧАТЬ! – прервала начавшуюся было лекцию Рина – Всем слушать меня!!!
И в воцарившейся тишине она принялась зловещим голосом вещать:
- Новый год, дорогие мои, это вам не вавилоны играть! И даже не падших в пророков переделывать! Это вам, понимаешь, мероприятие серьезное! И ответственное! Так вот предлагаю подумать, кто в какой костюм будет наряжаться!
- Ой! – вскочил Кипелыч – Ой! Я буду снежинкой, можно, да?!
- А я буду зайчиком! – оптимистично завопил Маврик
- Ну а я буду … буду… серым волком! – сказал Голованов, и Маврик сразу от него отодвинулся.
- А я… - Харик застенчиво зашаркал – Тетя Рина, а можно я буду Мальвиной, а?...
Все шокировано воззрились на своего басиста. В студии повисла удивленная тишина.
- А я Снегурочкой! – пробасил в этой полной тишине Маня.
Послышался стук четырех удивленных тел о пол.
- Ну и славно, - обрадовалась такому быстрому разрешению вопроса Рина, поднимая пинками сраженных наповал кипеловцев –Ну а теперь, сядьте, пожалуйста, обратно на свои места и приготовьтесь писать… письма Дедушке Морозу! – Рина посмотрела на часы – Итак… на старт, внимание… начали!
Кипеловцы, склонившись в три погибли, усердно застрочили что-то на коленках. Кипелыч с Мавриком даже раскраснелись от старания. Харик все время мечтательно закатывал глазки. Маня с Головановым то и дело поплевывали на карандаши и разворачивали рулоны туалетной бумаги.
4
… Кипелыч, прикрываясь свободной рукой от пытающегося списать у него Маврика, строчил:
«Дарагой Дедушка Марос!
Весь год я был прилежным и харошым мальчиком. Поэтаму, подари мне, пажалуйста, на Новый Год новую группу имени меня, а то уже заколебали эти оболтусы, вот чесное слово – в печенках уже сидят! Вот ты сам бы, дед, попробовал сыграть да попеть сними! Вот я бы и посмеялся. И еще, подари мне пожалуйста, нового директора! А то этот тоже в печенках сидит… ой что-то много у меня в печенках народу сидит… директор наш да еще и группа вся… ой, харашо, шо Теря из группы вовремя ушел, пока она еще не успела у меня в печенках разместиться… Вот говорила мне Галя «Не связывайся ты, Валера, с этими! Печень свою пожалей!», а я, дурак, не послушался…
Впрочем, о чем это я… Дык вот, а в носок мне, который я на камин повешу в студии положи пожалуйста новый микрофон. А лучше два! А лучше три или четыре! Я ведь специально для этого случая у Тери в прошлом году носок выпросил!
До свидания, дарагой Дедушка Марос!
Кипелов Валерка
PS ой прости, дедушка Марос! Я совсем забыл, что у нас нет камина в студии… поэтому я повешу свой… ой, то есть Терин носок на барабанную установку»
Дописав, Валерик прочитал все и понял, что сдавать ему это ой как страшно… А вдруг Рина решит прочитать перед тем, как отдать дедушке Морозу?!...
… Маврик, ерзая по стулу и немыслимо выгибая шею, дабы разглядеть, что пишет Кипелыч, неровно накарябывал на своем листке:
«Здрасти, уважаемый Дед Мороз!
Пишу тебе с далекой и давно зае…. надоевшей мне студии, где мы обычно репетируем под руководством нашей гром-бабы… ты не подумай, дедушка, я про Рину Ли, а не про Кипелова!
Значит, что я прошу на Новый Год?... Ну вообще мне бы хотелось, чтобы у нас сменили нашу тираниху… ой! То есть любимого нашего директора (но только ты не проговорись про то, что я этого хочу!). А в носок мой на барабанной установке положи, если не затруднит, пару новых собачек – обыкновенных дворняжек. Они на пустыре и возле помойки неподалеку от моего дома шастают, я вот только вчера видел. Сходи, полови, если не трудно. Ну а если трудно, то так и быть – есть альтернативный вариант: можешь затолкать в мой носок гитару с автографом Джимми Хэндрикса. Только предупреждаю: мухлевать не думай, морда бородатая! Пронюхаю, что ты сам расписался – Макадаш напущу!….
С любовью, Сережа Маврин »
Маня, радостно высунув язык, разглядывал свои каракули на туалетной бумаге. Рулон был исписан подчистую. В начале рулона значилось:
«Здорово, мужик с бородой (прости забыл, как имя!)
Сразу к делу. На Новый Год хачу, чтобы ты избавил меня от этих ненормальных хайрастых мужиков, от которых я уже вот несколько лет как избавиться не могу. Знаешь, мужик, они наверно меня преследуют. Вот, например, в какую группу не пойдешь – везде Кипелов… *крупное пятно скупой мужской слезы.* А в носок мой на барабанной установке положи, пожалуйста, новую барабанную установку. А также:…»
И далее до конца рулона шло перечисление.
Полюбовавшись на творение рук своих, Маня накарябал в самом конце в уголке крестик вместо росписи.
Голованов тому времени уже изгрыз половину карандаша и изорвал половину рулона бумаги. Вид его при этом был видом мучающегося творческой импотенцией художника.
А на оставшейся в живых половине бумаги было нервными буквами написано:
«Здравствуй, дорогой Дедушка Мороз!
Пишет тебе Андрей с очень умной фамилией Голованов»
К сожалению, на этом фантазия гитариста с очень умной фамилией заканчивалась.
И только один Харик писал прилежно, не подглядывая, не грызя карандаш и не хитря.
«Здравствуйте глубокоуважаемый Дед Мороз.
Еще в далеком детстве я мечтал стать суперменом. Сейчас я уже вырос и поэтому быть суперменом не хочу, хочу просто быть большим. Так что сделайте меня таким же как Теря. Я хочу, чтоб меня все боялись, особенно наш директор и Валерий Александрович. Или сделай так, чтоб Теря стал моим лучшим другом, тогда меня тоже все бояться будут. А еще сделай, пожалуйста, хорьков самыми уважаемыми зверями, тогда надо мной смеяться перестанут. А еще… а еще… Я хочу играть круче Дубинина, хоть дядя Валера и говорит, что это так, но я не верю. Просто дядя Валера добрый и не хочет меня морально обижать, что не мешает ему делать это физически, чтоб у него руки отсохли, по пальцу за каждый подзатыльник, а посему добавь ему еще рук десять, а то пальцев не хватит.
В мой носок положи, пожалуйста, две гитары, микрофон и десять комплектов барабанных палочек, я это все подарю моим товарищам по группе, чтоб они на меня меньше сердились. А для меня положи пару ботинок таких же, как в клипе «Вавилон», уж больно они всем нравятся и все мне завидуют, а так будут вдвойне завидовать, а еще самоучитель по карате. Я научусь драться, и тогда меня тоже будут бояться.
Ах, да. Еще забыл. Положи для нашей тети Грымзы, для нашего директора, маааленького котеночка, чтоб она его мучила, а нас оставила в покое.
Спасибо за внимание, дедушка. С уважением Леша Х.»
- Стоп! – скомандовала Рина, свистнув в висевший на груди свисток – Ваше время вышло! Сдавайтесь.
Кипеловцы аккуратной стопочкой сдали свои сочинения в протянутую руку Рины.
- Та-а-ак… - Рина принялась пересчитывать листики – Ага! Одного не хватает!
Кипеловцы затряслись и как по команде ринулись к выходу… Там все и встретились….
- Итааак, - зловеще проговорила Рина –КТО сегодня захотел мыть полы в этой студии (по два раза обратите внимание!)?! КТО будет изображать подтанцовку на следующем концерте?! КОГО я заставлю на табуреточке в новогоднюю ночь рассказывать стихи Пушкиной?! КТО из вас, сволочи вы хайрастые, не сдал сочинение?!!!... Поднять руку и два шага из строя!!!!
Из кучи, в которую свалились столкнувшиеся музыканты меееедленно вытянулась дрожащая ручка…
«Не Манина – слишком тоненькая… - размышляла Рина – Не Хоря, не Голованова и уж тем более не Маврина, ибо не растутаированная… А значит… это значит….»
- Ах это был ты, Валера!!!!!!!
Ручка тут же испуганно засунулась обратно. Кучка музыкантов мгновенно разбежалась, оставив на полу одного шмыгающего носом Валерика.
- Простите, дуру грешную… - залепетал бледными губами вокалист – А можна я завтра сдам?....
- А пусть он сдает сегодня! – пискнул Харик – пусть сдает! Чтоб все честно!
- Молчать, хорек басовый! – Валера показал Лешке свой кулак.
- А вот не буду молчать! – разошелся Хорь – Вот не буду! Люююдииии!! Несправедливость-то какаяааа! А вы мне не угрожайте, Валерий Александрович! Я вот знаю, что у вас дома под ванной под тазиком спрятано!!
Валерка густо покраснел.
- А! – воскликнула Рина – Это ты, Леша, про тот ящик апельсинового сока, на который Валерка так предусмотрительно положил маленький тазик? Так я его еще в прошлом году из-под ванной извлекла….
Валеркины глазки наполнились слезами за разграбленную апельсиновую заначку.
- Да нате! Нате! – зашмыгал носом он – Да забирайте вы это сочинение! Подавитесь!
Отвернувшись, он трагичным жестом театрального героя протянул свой изрядно помятый листик.
5
В раздевалке шло бурное обсуждение предстоящего праздника.
- А кто уже носочки для подарков приготовил? – вопрошал Валерий Алексаныч, доставая из рукавов куртки пришитые к этим рукавам варежки.
- Я у Тери попросил! – сообщил натягивающий валенки Харик, - Вчера ему звоню, грю, дядя Теря, можно ваш носочек? А он как рявкнет чего-то в трубку, ну думаю, тут-то мне и капут! Положил в общем трубку…
- Ну а дальше-то что было?! – вся группа, затаив дыхание внимательно слушала рассказ Харькова, ибо все знали, что такое просить о чем-нибудь Терю…
- Ну а дальше… дальше слышу кто-то в дверь звонит. Открываю – Теря /вся группа от ужаса вскрикивает, Кипелыч падает в обморок/ А вот потом…
- Потом?.. – нетерпеливо вопрошает из бессознательного состояния Кипелыч
- Что было потом не помню.. – вздохнул Харик – Очнулся – гипс….
- А носок? – разочарованно вопрошала группа
- А носок на голову одет…
- А я тоже у Тери носок… ммм… одолжил… - сказал Маврик, с нежностью упаковывая свою гитарку в чехол – Когда дома у него был.. лет еще этак десять-пятнадцать назад. До сих пор пользуюсь!
- Врешь! – закричал очнувшийся Валерка – Врешь!
- Не вру!
- Врешь! Знаю я, как ты одолжил! Украл просто напросто! Бедный Тееееря!!
- Неправда!
- Правда!
- Неправда!
- Правда!
- Ну хорошо, правда! – сознался Маврик – Но я же верну! Вот попользуюсь еще лет десять и верну! А то я на будущий год хочу новую машину попросить – мне терин носок во как понадобится!
- Ну а остальные что, не приготовили носочки что ли? – удивленно натягивал шапочку с бубоном Валерка
- Приготовили, как это не приготовили! – запротестовал за себя и за Маню Головастик – Мы тоже у Тери носочки попросили. Правда он нам, жадюга дал старую какую-то пару носков… Пришлось стирать... Хотели сначала у Мани на балконе повесить, но дык он ж на первом этаже живет! Пришлось сушить на балконе у меня… Я то на пятом – дык и то, соседи с первого этажа знаете как ругались, что мы им своими простынями обзор с балкона закрываем!!...
- Так вы тоже взяли носки у Тери?! – воскликнул с ужасом в голосе Кипелыч
- Ну да…
- Кхе-кхе…насколько я помню – протянул Валерка – у Тери было всего три пары носков… Беееедный Теееря! Мы ж все его носки забрали! Мы ж его без единого носочка на зиму глядя оставили!
Кипелыч начал было плакать от жалости, но тут же остановился, вдруг поняв, ЧТО они наделали…
- Боже! Я, кажется, уже слышу его угрожающие босые шаги… - начал глючить от страха Маврик, прижимая к себе гитарку
В раздевалке стало тихо…
Обед 31 декабря 2004 года
1
- Па-а-ап… Па-а-ап… - вещал замогильным голосом девочки из рекламы сока Моя Семья сынишка Тери – Па-а-ап… Па-а-ап…
Ба-бах! Теря запустил в сына подушкой.
- Па-а-ап.. Па-а-ап… Ой, ёлкины ты палкины!
Это просто Теря высунул опухшее лицо из-под одеяла.
- Чего пристал? – пробасил он.
- Вставать пора…
- Какой вставать, сына! Вчера мы с моими сослуживцами допоздна восьмое марта отмечали…
Сын раскрыл рот
- Дык седня ж уже тридцать первое…
- Тридцать первое марта?! – удивился Теря – Ух епть как быстро время-то летит…
- Да нееет… тридцать первое декабря… Надо начинать писать письмо деду Морозу и готовить носочки для подарков!!! – оптимистично возвестил сын
Лицо Тери вытянулось….
- Носочки, говоришь?.... – Терю стали терзать смутные сомнения (заодно с головной болью) - Ну-ка, сына, пойди, посмотри в шкафу… остались там у меня носочки?....
Сын сбегал и вернулся с парой маааленьких белых носочков с вышитыми апельсинами.
- Только эти…
- Тьфу ты.. это ж Кипелыча… он еще с десяток лет по пьяни у меня оставил… А мне они даже на мизинец не налезут… Иди сына, посмотри моего размера! – Теря демонстративно вытащил из-под одеяла свою миниатюрную ножку.
Сын ушел и вернулся ни с чем.
- Нету, папа…Ты ж еще недавно почти все раздал дяде Валере, дяде Харькову ну и вообще…
- Та-а-ак…. – зловеще протянул Теря, поднимаясь.
2
- Он же нас убьеееет…! – хныкал в трубку Валерка – раздавит на фик!...
- Вот именно! – дрожал в ответ Маврик – А я только гитару новую купииил!...
- У меня ж деетииии… - хныкал Кипелыч
- У меня ж Варежка сиротоооой останеццаааа… - всхлипывал Маврик…
- И что же нам теперь делать? – скорбным альтино вопрошал Валерка
- А я что, Пушкин(а) что ли… - возмущенно плакал в трубку уже приготовившийся к смерти Маврик. – Давай всю группу соберем и спросим….
3
На общем совете группы дрожащие и при каждом шорохе бросающиеся под барабанную установку музыканты постановили:
1. Все-таки использовать терины носочки в качестве емкости для подарков, но во избежание несчастных случаев при приходе Тери – см. пункты 2, 3, 4
2. Все терины носочки постирать и заштопать.
3. Все терины носочки украсить гирляндами и бантиками
4. Повесить их красиво и «с уважением» (последний пункт был придуман Валерием Алексанычем)
А также во избежание всяких ЧП:
1. Спрятать подальше все свои инструменты.
2. Вывезти за пределы города МаКаДашник, Варежку и прочую живность, включая жен и близких родственников.
3. А также в тайне от Рины Ли ее решено было никуда не вывозить….
Вечер 31 декабря.
1
- Ну что, долго вы там еще прихорашиваться намерены?! – прикрикнула Рина, деликатно колотя ногой в дверь раздевалки – Чего копошиться: натянули костюмчики и пошли!
- Сейчас… - послышался из-за двери голос Кипелыча – Мы уже идем, Риноч… ай! Маврик, балбес! Сейчас хвост тебе оторву, заяц дурацкий!
- Ах так?! – донеслось из-за двери – Это кто тут еще заяц дурацкий?! А хвост я вообще два дня шил!
- А все равно дурацкий! – упрямствовал Валерка
Потом послышались звуки ударов вперемешку с странным шипением («Ну ты щас ответишь за зайца!»), профессиональными визгами («А я все Рине расскажу!»), очень ритмичным ворчанием («А мне вообще все по барабану!»), интеллигентными призывами («Дядя Валера! Дядя Маврик! Давайте жить дружно! … Ай! Ладно, я пошутил! Только бант мой не трогайте!») и флегматичными фразами («А я самый умный… самый умный… в драку не полезу… Чтооо? Это кто тут «головастик пацифичный»?! Это я-то?! Ну всёёё..»).
Закатив глаза, Рина вздохнула, пинком открыла дверь раздевалки и узрела типичную картину для представителей местной флоры и фауны.
… На верхушке дерущегося клубка музыкантов находился в тот момент никто иной, как пацифист Голованов в изодранном костюме Серого волка и с искривившимся в комичной гримасе лицом, ибо в это время его за хайр держала Мальвина в перекосившемся набок голубеньком банте. Сбоку на Мальвине сидела Снегурочка и басила что-то о нелегкой жизни барабанщиков. Точно под Снегурочкой виднелся продранный костюмчик Снежинки, которая, вопя, аки мамонт у дантиста, остервенело рвала на ком-то костюмчик Зайчика… Этот «кто-то» возлежал в самом низу кучки и флегматично барабанил пальцами по полу.
Несколькими хорошими пинками Рина разогнала дерущихся и успокоила взбесившихся. Затем самолично присобачила обратно бант утирающей глазенки Мальвине, поправила растрепавшуюся косу небритой Снегурочке, приклеила оторвавшиеся части хнычущей Снежинке, приделала обратно хвост Зайцу, вернула клок выдранных волос Серому волку и затем пинком выставила всех из раздевали – на утренник.
Утренник проходил по заранее запланированному графику. Сначала водили дружные хороводы вокруг елочки то под Химеру, то под Антихриста, то под Вавилон. Потом ели испеченные Риной пирог, стараясь не морщиться, ибо это было для здоровья в сто раз опаснее, чем есть ринины пироги. Потом пришла Марга и музыкантам пришлось ублажать ее рассказами ее же стихотворений по очереди и на стульчике, пока она не ушла. Потом Маврик, Голованов, Маня и Кипелыч получили от Рины по шее за попытку споить их юного басиста сначала кефиром, потом апельсиновым соком. Потом юный басист получил за то, что испачкал передник своего платьица крошками от печенья.
А тем временем стрелка настенных часов в студии медленно приближалась к полуночи…
2
Злой, как тысяча чертей Теря натянул на босую ногу валенок и вышел, хлопнув дверью так, что в детской упал сын, а на кухне жена. У соседей снизу свалилась люстра, у соседей сверху – елка. У соседей слева дети стали заикаться, а у соседей справа до сих пор бегают и смеются.
А Теря тем временем шел знакомой дорогой по направлению к студии. Вот он уже всходит на крыльцо, вот он уже тянется к ручке двери, вот он уже открывает дверь вместе с дверным косяком, входит и …
…Холст в так украшавшей его маске зеленого чудовища застыл с недонесенным до рта огурцом на вилке. Дуб поперхнулся кефиром и удивленно уронил на пол челюсть. У Попова от ужаса сразу развилась вся его химическая завивка. У Беркута же напротив – она тут же появилась. Макс хлопал глазами, не в силах поверить, что это сам Теря…
- Тьфу, елкины-палкины… - говорит Теря, с досадой раздавая всем щелчки и подзатыльники, переворачивая стол и попутно съедая весь новогодний ужин и выпивая весь новогодний кефир – Тьфу ты! Не туда зашел…
На выходе он хотел по привычке хлопнуть дверью, но двери, к сожалению, не оказалось. Поэтому Теря просто нагнулся и прошел сквозь зиявшую на месте двери дыру и скрылся в снежной тьме.
В наступившей тишине послышался жалобный и гундосый плач голодного Беркута. Гитаристы с грустью подыгрывали ему. Макс, смахивая навернувшиеся слезы, постукивал большой ложкой по абсолютно пустой тарелке.
3
- Что-то Теря не идет – шептал Валерка, склоняясь к Маврику – странно… может, он забыл про носочки?!...
- Ага, как же! Забыл! – делал страшные глаза Маврик – Жди!
- А может не придет? – с надеждой перекрещивался Валера – Авось пронесет….
- Тетя Рина! – вскочил Харик – А можно уже подарки смотреть?
- Нет, Леша, нельзя пока – пробормотала Рина, поглядывая на часы – Сядь и жди.
Кипеловцы, вздохнув, поудобнее уселись на стульчиках напротив часов, положили руки на коленки и принялись ждать.
- И чтобы ни с места тут у меня! – предупредила Рина, одевая шубу и направляясь к выходу – А я пойду прогуляюсь пока…
4
Теря несся на всех порах. По дороге ему попался какой-то странный мужик в красном с белым мехом пальто и с большим красным мешком, вылезавший из трубы какого-то дома. Недолго думая, Теря схватил его за длинную белую бороду, сбил с ног, отнял меховые сапоги, теплое пальто. Отнял и мешок, вытряхнув из него все содержимое: детские игрушки и еще всякую подобную фигню.
Надев все только что обретенные обновы и взвалив мешок на плечи, Теря пошагал по направлению к студии.
5
- Дядя Маврик! – донимал Харек – А Дед Мороз существует на самом деле?
- Нет, сынок, - отвечал Маврик, с ужасом поглядывая на часы – Это фантастика….
И тут… Ба-бах! Дверь студии отлетела к противоположной стене и в дверном (точнее бездверном проеме) показался чей-то силуэт с мешком на плечах. Часы начали мрачно бить полночь.
Все музыканты, задрожав, прижались друг к другу. И только Харик кинулся на встречу фигуре, застывшей на пороге.
- Дедушка Мороз пришел! Дедушка Мороз пришел! – вопил он – Ура! Можно уже подарки смотреть!
И он кинулся к висевшим на установке носочкам…
6
Теря, едва завидев, знакомые очертания студии, уже начал звереть. Пока всходил на крыльцо – из ушей начал валить пар. Пока срывал с петель дверь, глаза налились красным… И вот он стоит на пороге в предвкушении страшной кары и справедливого возмездия за разграбленные носки! Музыканты в страхе жмутся друг к другу! И… и опять весь кайф испортил Харек…
Теря при виде кинувшегося к ЕГО носкам Харика (который вдобавок посмел обозвать его «дедом»!) озверел окончательно. А когда узрел, ЧТО с его любимыми полосатыми носочками сделали эти гады (носочки были украшены бантиками и бубончиками, усыпаны гирляндами и обвешаны хлопушками и конфетками!!)- увидев все это, Теря не просто озверел, да он просто… он просто.. ну ооооочень озверел!
Он надулся от злости так, что на нем мгновенно лопнуло красное пальтишко с белым мехом. Убедившись окончательно, что к ним пожаловал именно Теря, а не Дед Мороз, кипеловцы дружно и с визгом кинулись в раздевалку и заперли в дверь. Харик, уже начинающий подозревать что-то недоброе, отчаянно заколотил кулачками по этой самой двери. Теря медленно двинулся на него…
Затаившиеся в раздевалке кипеловцы с ужасом слушали происходящее за дверью и уже составляли список претендентов на как раз в сей момент освобождавшуюся роль басиста в группе, как вдруг визги за дверью прекратились, и они поняли, что пришел их черед…
Дверь в раздевалку вылетела с такой скоростью, что никто даже моргнуть не успел. И на пороге появился Теря, из кармана которого торчал голубой бантик…
Утро 1 января 2005 года
1
… Очнулся Маврик, как ни странно, в теплой и уютной постели. И главное – в своей!
«Наверно, мне весь этот кошмар приснился!» - решил Мавр, не открывая глаз. Но когда попытался их открыть, понял, что ему мешает большой фингал под глазом…
Кое-как разлепив глаза, Маврик с трудом дотянулся до телефона и набрал номер Кипелыча. На том конце сняли трубку и трагично молчали.
- Валера?
- Хнык-хнык…
- Валера!
- ЫЫЫ…
- ВАЛЕРА!!!
- А?! Да?! Алло…
- Это я, Маврик. Ты живой?
- Хнык-хнык…
- Чего с тобой? Сильно побил? – сочувствовал Маврик
- Да лучше бы до смерти избииил! – трагично произнес Золотой Голос – А то все подарки забраааааал!!! ЫЫЫЫ!!!!...
2
Теря очнулся у себя дома. Почему-то он был в красных сапогах и белым мехом и в колпаке такой же примерно окраски. В одной руке он сжимал пустую бутылку кефира, а в другой – огромный мешок… Заглянув туда, он поразился, чего только там не нашел…
Четыре микрофона, одну живую собачку, гитару с автографом Джимми Хэндрикса, две простые гитары, разобранную барабанную установку, десять комплектов барабанных палочек, пару маленьких ботинок, подозрительно напоминавших ботинки Харька в клипе Вавилон, самоучитель по карате и на дне – маленького котеночка. А в карманах Теря обнаружил еще и все свои носочки и даже более того – один голубенький бантик!
Всему обнаруженному практичный Теря сразу же нашел применение.
Теперь у вокалиста Артерии, Булгакова, есть аж четыре запасных микрофона, один котенок, пара симпатяжных ботиночек и зачем-то барабанная установка с большим количеством комплектов барабанных палочек, перевязанных голубым бантиком (после угроз Тери оторвать голову – пришлось взять).
А у Тери теперь есть три новые гитары и одна из них - с автографом Джимми Хэндрикса, а также он теперь умеет драться, аки монах Шаолиня и каждое утро выгуливает небольшую белую собачку.
Вечер 1 января 2005 года
Если бы кто-то в это время проходил мимо кипеловской студии, он бы узрел странную картину: пятеро хайрастых мужиков дружно убирались и драили полы под присмотром воинственной Рины Ли, которая самолично и растащила поверженных музыкантов (в том числе и Терю!) по домам в тот злополучный новогодний вечер и от которой не помог избавиться даже почти всемогущий Дед Мороз.
Вот так и закончилась эта добрая новогодняя сказка.
Post Scriptum
В довершение остается только добавить, что арийская студия еще долго оставалась без двери, ибо жестоко оставленные без выпивки на Новый Год арийцы вплоть до Рождества не могли прийти в себя от потрясения. И еще очень долго над арийской студией звучал скорбный вой обездоленного Беркута, почти похоронные звуки гитар вперемешку со звуком стучащей по тарелке ложки и одинокий хруст, производимый Холстом, у коего на вилке остался один-единственный огурец… [/mоre]
Moorish
-Блуждающая- (Лабаратория) все записи автора
-Вот. И просто, что бы было чисто. Больше я ни о чём не прошу. Ладно? Валера?
Мстя_моя_Страшна
