-ѕоиск по дневнику

ѕоиск сообщений в ∆и_¬а_√о

 -ѕодписка по e-mail

 

 -ѕосто€нные читатели

 -—ообщества

„итатель сообществ (¬сего в списке: 1) ћой_цитатник

 -—татистика

—татистика LiveInternet.ru: показано количество хитов и посетителей
—оздан: 01.05.2012
«аписей: 17
 омментариев: 4
Ќаписано: 22

¬ыбрана рубрика Liber librorum.


ƒругие рубрики в этом дневнике: Pensées(1), Ad hoc, или ¬с€ка€ вс€чина(2), " огда умирают люди..." (мое "стихо(7)
 омментарии (0)

—овпадение

ƒневник

—реда, 02 ћа€ 2012 г. 20:58 + в цитатник

«–еснота» — это все пестротное многообразие зримого мира, который по сути своей не длиннее ресниц, хот€ и мнитс€ огромным и многопространственным.

—игизмунд  ржижановский. «‘илософема о театре» (1923)

–убрики:  Liber librorum

 омментарии (0)

ѕохвала дневнику

ƒневник

—реда, 02 ћа€ 2012 г. 20:27 + в цитатник

                                                ’иазм: в XVI веке, когда начинали писать

                                                подобные дневники, их без отвращени€

                                                называли diaires1 — тут и diarrhee2 и glaire 3
                                                                                                           –олан Ѕарт

    Ќекто, в атласном халате или вельветовой куртке, садитс€ за огромный письменный стол или небольшое из€щное бюро, достает тетрадочку в замшевом или сафь€новом переплете, окунает перо в чернильницу и выводит, слева или справа на листе, число. «адумываетс€, покусывает перо и после недолгой паузы принимаетс€ писать. »ли он же, в джинсах и толстовке, сидит в кресле авиалайнера, погл€дывает на молочную мглу за иллюминатором, допивает остатки жалкого авиакофе, извлекает из сумки блокнот и ручку, устраиваетс€ поудобнее и пишет, слева или справа на листе, число. »ли он же, в морской робе, арестантском халате, офицерском сюртучке, меховой шубе покорител€ полюса, униформе космонавта, чиновничьем вицмундире, на корабле, в каторжном бараке, окопе, на почтовой станции, в палатке... »ли оп€ть он, в майке и мешковатых штанах, у компьютерного монитора, под рукой — чашка зеленого ча€, стакан пива, бокал вина... „еловек пишет дневник. ”же полтыс€челети€, если не больше — кто знает? — миллионы людей, знаменитых и безвестных, ведут дневники: дата, запись, снова дата. » так до бесконечности.

    «ƒневник» — одно из следствий открыти€ линейного христианского времени; ему предшествовали хроники и путевые заметки; наконец, с индивидуализацией гипотетического автора, с «рождением человека» (если верить ‘уко) в эпоху –енессанса, с внедрением в повседневную жизнь и уточнением календарей, по€вл€етс€ ќн — незаменимое утешение пишущего и
---------------------------
1 ≈жедневники (лат.).
2 ƒиаре€ (фр.).
3 —лизь (фр.).

неистощимое наслаждение читающего.  лассицизм, приверженный строгой иерархии, держал «дневник» на задворках словесности, хот€ именно эта эпоха дала первые шедевры жанра; однако первые роли в литературном спектакле «дневник» начинает играть лишь в романтическую эпоху с ее интересом к частной жизни, ко всему неожиданному, партикул€рному, частному... ¬ форме дневников начинают писать романы. ћолодой жанр набирает попул€рность в индустриальном обществе: дневники знаменитостей станов€тс€ неплохим товаром, а возникша€ во второй половине XIX века историко-филологическа€ отрасль, изготовл€юща€ ѕ——, окончательно легализует ежедневные заметочки сочинител€, вводит их в корпус «творчества», не вывод€, между прочим, из-под ведомства «жизни». ¬ прошлом столетии некоторые литературы, ставшие жертвами социальных и политических потр€сений, можно чуть ли не наполовину реконструировать из разного рода «нон-фикшн», в частности из дневников. ¬ отечественной словесности дневники Ѕлока,  узмина, ’армса, „уковского, ѕришвина, Ѕунина, Ћидии „уковской, Ћеона Ѕогданова (€ называю только первые имена, пришедшие на ум) вр€д ли представл€ют меньший интерес дл€ читател€, чем вс€ советска€ и эмигрантска€ проза. √осударственный контроль, с одной стороны, и исчезновение русского читател€ на чужбине, с другой, — все это переместило интимные, частные жанры, например — дневник, в центр писательского сознани€. Ќо и в таких литературах, как американска€, немецка€ или французска€, дневники многого сто€т: достаточно вспомнить ∆ида, —артра, ёнгера, јнаис Ќин.

      «ƒневник», пожалуй, самый «исторический» жанр. ћало того, что возник он вследствие осознани€ истории не только как «св€щенной», но и как приватной, личной; превращение его из банальных прикладных записей, из расширенной приходно-расходной книги или ренессансного органайзера в «литературный жанр» стало возможно только в процессе смены историко-культурных парадигм; иными словами, когда частный человек стал интересен не только самому себе, но и окружающим. «ападное представление об истории идеально отражаетс€ в дневнике: ибо он, вместе с автором, имеет и начало и конец. ¬рем€ движетс€ из точки ј в точку Ѕ, но — не по кругу; вместе с тиканьем часов и шелестом переворачиваемых страниц календар€ человек, ведущий дневник, мен€етс€, не важно — в худшую или лучшую сторону, но мен€етс€; он, хочет этого или нет, фиксирует опыт, который читателем расцениваетс€ одновременно как уникальный и всеобщий. ∆ивейший интерес к дневникам балансирует как раз на грани уникального и всеобщего.  ажетс€, грань эта, возникша€ в западной цивилизации всего п€ть сотен лет назад, сейчас готова вновь размытьс€.

    Ћюдей, ведущих дневники, можно условно разделить на три категории: «просто люди» — инженеры, помещики, рабочие, бухгалтеры и проч., которые привыкли регул€рно записывать событи€ своей жизни; «политики», которые ведут дневники с тайной целью «рассказать всю правду», оправдать себ€ или рассчитатьс€ с врагами в глазах потомства; «люди искусства», в том числе — писатели, дл€ которых дневник частенько превращалс€ то в мастерскую, то в светскую гостиную, то в исповедальню, то в очередное сочинение, но практически никогда — просто в перечень событий. ќтдельно сто€т еще несколько категорий: дневники возрастные (детские, особенно — если их автор несчастен в семье или интернате; юношеские — например, дневники влюбленных; старческие предсмертные и проч.), дневники, описывающие религиозный или просто мистический опыт (как тут не вспомнить —веденборга!), дневники путешестви€, одиночного заключени€ или наркотического «полета». „астенько эти категории пересекаютс€; так, бакалейщик, привыкший записывать перед сном нехитрые происшестви€ дн€, может оказатьс€ в тюремной камере или на корабле и там продолжить вести дневник; или опыт «расширени€ сознани€» может превратитьс€ в мистический или опыт умирани€; наконец, политики порой оказываютс€ «людьми искусства», и наоборот. Ќо все же социокультурные и возрастные параметры авторов всегда следует иметь в виду; прежде всего, потому, что от этого часто зависит цель ведени€ дневника; от «кто» зависит «зачем». “ак, действительно, зачем?

      „еловек, ведущий дневник, доверчив. Ѕесконечно доверчив. ќн довер€ет жизни, точнее — ее ценности, ибо зачем иначе фиксировать мельчайшие происшестви€? ќн довер€ет человеческой натуре, ибо — если ведет дневник дл€ себ€ — верит, что прочитываемый там опыт будет иметь дл€ него какую-то ценность. »ли — если надеетс€ на «суд истории» — дл€ следующих поколений. Ћюди, став€щие под сомнение существование так называемого «реального мира», не довер€ющие ничему и никому — Ќабоков, Ѕорхес, –ембо, — дневников не вели. Ћюди, не питающие иллюзий по поводу человека, тоже. „то бы стал писать Ѕеккет в дневнике?

      »так, доверие. „то происходившее вчера может быть важным, что все эти перечни визитов, разговоров и мыслей могут пригодитьс€ когда-нибудь, что прочтут, оцен€т, измен€т мнение... ¬от отсюда и «зачем» дневника.

    ѕростейша€ (и важнейша€) его цель — фиксаци€. 6 июл€ 1830 года кн€зь ѕетр јндреевич ¬€земский записывает: «Ќадобно непременно продолжать мне свой журнал: все-таки он отразит разбросанные, преломленные черты насто€щего». ƒл€ чего нужно «отражать»? ƒл€ нравоучени€, устроени€ дел, дл€ того, чтобы было что вспомнить, дл€ использовани€ в будущих произведени€х, дл€ свидетельства о временах, дл€ чего угодно. “акова, по крайней мере, первоначальна€ интенци€. ќднако, как только человек вт€гиваетс€ в ведение дневника, он обнаруживает, что пишет уже просто ни дл€ чего, из привычки, по инерции. ƒневник прив€зан к датам; сама последовательность цифр своим равномерным ритмом создает инерцию письма, и факт ведени€ записей оказываетс€ важнее их содержани€ — как в стихах, где эту роль играют размер и рифма. ¬незапное событие, шок, перебой в хронологии могут вывести автора из фиксационной инерции, он может перечесть написанное, счесть полной чепухой и прекратить делать ежедневные записи, а может и продолжить: так же или по-другому, фиксиру€, например, не событи€ жизни, а прочитанные книги или пришедшие в голову мысли. »деальный пример исключительно «фиксационного дневника» — « амер-фурьерский журнал» ’одасевича; это — скелет дневника; опытный читатель домысливает м€со на его высушенных кост€х...

    —ледующий шаг — от «фиксации» к «свидетельству». ќн предполагает уже не просто бессознательный отбор фиксируемых фактов, наоборот, этот отбор производитс€ весьма обдуманно и тщательно. “ак, попавший в ад, если бы он мог вести там дневник (а не смог бы, ибо ад — вечен), делал бы это, име€ в виду читател€ посюстороннего мира; потому и отбирал бы факты, могущие заинтересовать гипотетического читател€ (или ужаснуть — в зависимости от намерений несчастного грешника). “аковы многие дневники сталинской эпохи, дневники путешественников, заключенных, приговоренных к казни. »нтенцию их можно оценить как мемориально-назидательную; потомки должны помнить об авторе и эпохе и использовать это знание дл€ совершенствовани€ себ€ и окружающих.
 

      «десь встает важнейший вопрос: все ли авторы дневников надеютс€ на то, что их прочтут после смерти? ќтветить сложно; в любом случае многие дневники мы прочли и ни один из них, кажетс€, не был предназначен исключительно дл€ собственного употреблени€. –ечь вовсе не о том, что человек, ведущий зашифрованный дневник, который он тщательно пр€чет от окружающих, пишет дл€ потомков, — иначе зачем известный только ему шифр? ƒело в том, что, бессознательно, если он хочет потом сам читать собственный дневник, то не может не представить на своем месте другого, хот€ бы на мгновение... Ќо это бессознательно. ≈сли говорить о сознательно постулированном адресате дневников, то очевидно, что вариантов может быть только два — писать дл€ себ€ и писать дл€ других. «ƒневники-свидетельства» писаны, конечно, дл€ других, но не только они. Ќекоторые дневники велись не только дл€ себ€ или потомков, но и дл€ современников. ќтрывки из чуть ли не самых значительных дневников прошлого века — ћихаила  узмина и ‘ранца  афки — авторы зачитывали вслух друзь€м.  лассик «дневникового жанра» ¬€земский публиковал выдержки из своих записных книжек. ѕеред нами литературные тексты особого назначени€. ¬нимательнее присмотримс€ к ним.

      ¬€земский стал вести свои записные книжки, поддавшись оба€нию модного тогда Ѕайрона: ««ачем € начал писать свой журнал? Ќечего греха таить, от того, что в “Memoires” о Ѕайроне (Moor) нашел € отрывки дневника его. ј мен€ черт так и дергает всегда вослед за великими». ¬прочем, вли€ние Ѕайрона исчерпалось побудительным мотивом. ««аписные книжки» ¬€земского — совершенно оригинальный жанр, на их страницах можно обнаружить статистические данные о промышленности и торговле, светские сплетни, исторические анекдоты, рассуждени€ автора о политике и литературе, черновики стихов и писем, путевые заметки, отчеты о лечебных купани€х, визитах, разговорах, выписки из книг, газет, все, что угодно. «ћой ум — колода карт», — призналс€ автор ««аписных книжек» в стихотворении. ƒневник ¬€земского представл€ет собой именно перетасованную колоду карт; особенно если вспомнить, что сами ««аписные книжки» велись порою параллельно в разных тетрадочках и даже на отдельных листочках. ќднако этот кажущийс€ хаос с годами приобретал черты внутренней гармонии.  ажетс€, ¬€земский стал понимать, что его дневник — не просто место фиксации разрозненных феноменов окружающего мира («он отразит разбросанные, преломленные черты насто€щего»), но сам «обиходный» мир автора и его поколени€, который стал исчезать уже в 1840-е годы, а к 1860-м от него не осталось уже ничего. ¬ ««аписных книжках» этот мир — историко-литературный и бытовой, приватный русский двор€нский мир  арамзина, ƒмитриева, јлександра “ургенева, ∆уковского — не «воссоздаетс€», а «создаетс€» в том виде, в котором никогда не существовал: тыс€чи персонажей, событий, книг, мнений. ќтветчиком за этот ми𠬈земский назначил себ€ и тем самым литературно оправдал свою чудовищно долгую жизнь: «ѕредани€ нередко бывают выше и дороже самих событий».

    ≈сли «€» ¬€земского в его ««аписных книжках» составлено, на манер калейдоскопа, из пестрого мелькани€ окружающего мира, который он с маниакальным упорством фиксирует, то в дневниках  афки, наоборот, внешний мир — продолжение панических страхов и нестойких надежд изначально заданного «€» автора. ¬€земский во многом был наследником французской литературы XVIII века, времени Ёнциклопедии, котора€ и есть фиксаци€ в случайном — алфавитном — пор€дке феноменов мира.  афка, конечно, хотел бы видеть себ€ учеником √Єте, того самого √Єте, который сочинил дневник италь€нского путешестви€, но, пожалуй, только его скромные путевые дневники (да еще попытка вместе с ћаксом Ѕродом написать нечто вроде романа, состо€щего из параллельных путевых дневников двух друзей с разным характером) могут свидетельствовать, что ученик действительно пыталс€ следовать за учителем. »стоки его дневника — не в XVIII веке, а в рубеже XIX—’’; он — не об окружающем мире, а о внутреннем; ему более всего подошло бы название первой прозаической вещи самого  афки — «»стори€ одной борьбы».

    ƒневник дл€  афки — не просто привычка и, конечно, не самоцель, он — инструмент, инструмент в борьбе с самим собой, инструмент автопедагогики. „астично его содержание составл€ет обсуждение возможностей жить (то есть писать) и констатаци€ невозможности их реализации. Ёто — т€жба, так хорошо знакома€ нам по прозе  афки; т€жба настырна€, утомительна€, непрекращающа€с€; аргументы чередой привлекаютс€ в нескончаемом процессе обсуждени€ pro et contra. ¬ылазки во внешний мир фиксируютс€, в основном, дл€ того, чтобы пополнить запасы аргументов; если бы не эти вылазки, то борьба закончилась бы быстро — вместе с доводами. ¬опрос заключаетс€ в том, зачем вообще  афка вел дневник.  ажетс€, он был необходим ему, чтобы самой фиксацией, дневниковой хронологией упор€дочить темный хаос «процесса», который писатель вершил над собой. Ёта т€жба — основной источник прозы  афки; неудивительно, что другую часть его дневника занимают наброски к будущим вещам, записи снов, подсмотренных мимолетных сценок и уличных картинок, которые он €вно собиралс€ использовать в будущих сочинени€х. ¬€земский в ««аписных книжках» создает исторически ограниченный «внешний мир»,  афка в дневниках — а-исторический внутренний мир, в который, несмотр€ на несколько метких наблюдений, почти ничего не проникает извне. ≈го запись в день начала ѕервой мировой войны несколько напоминает дневник Ќикола€ II: «√ермани€ объ€вила –оссии войну. ѕосле обеда школа плавани€». 11 дней спуст€ война с –оссией дает себ€ знать совершенно особым, кафковским, способом: он заносит в дневник прозаический отрывок «¬оспоминание о дороге в  альду», который начинаетс€ так: « огда-то, много лет тому назад, € служил на узкоколейке в глубине –оссии». Ёто чуть ли не лучший образец малой прозы  афки. ‘акт начала войны превращаетс€ в его сознании в очередное видение, аллегорию экзистенциального удела: Ѕогом забыта€ хибара на российской железной дороге, одиночество, бессилие, отча€ние, безнадежна€ борьба.

      ¬ дневнике  афки действительно много прозаических фрагментов; это ставит вопрос о соотношении жанров «дневника» и «фрагмента». ¬ книге «–олан Ѕарт о –олане Ѕарте» можно обнаружить такой фрагмент: «ѕрикрыва€сь как алиби отказом от развернутых рассуждений, начинаешь регул€рно писать фрагменты; и от фрагмента незаметно переходишь к “дневнику”. –аз так, то не получаетс€ ли, что все здесь написанное имеет целью получить право вести “дневник”...)». ƒействительно ли, организовав фрагменты хронологически, поставив дату в начале каждого из них, мы получим дневник? Ќе есть ли само сочинение «фрагментов» лишь шаг к ведению «дневника»?

      Ќет. ‘рагмент, если он не следствие некоей внешней, физической катастрофы, разрушившей полный текст, а продукт авторской стратегии, работает с идеей «полноты»; читателю фрагмента предлагаетс€ эту полноту «вообразить», достроить в сознании, узнать по когт€м льва. јвтор фрагмента рассчитывает на определенный эффект, он знает, чем закончитс€ сюжет, осколок которого он предлагает. ƒневник имеет дело не с полнотой, а с прот€женностью, он выт€нут вдоль временной оси, и читатель никогда не догадаетс€, когда же будет последн€€ запись. ƒневник, состо€щий из одних фрагментов, не фиксирующий, а только рассуждающий, — не насто€щий дневник; датировка записей становитс€ в таком случае ненужным украшением; к примеру, записи Ћидии яковлевны √инзбург никак нельз€ назвать «дневником».

    —ама √инзбург обращает внимание на еще одно важное отличие. «ѕишущий дневник продвигаетс€ наугад, не зна€ еще ни своей судьбы, ни судьбы своих знакомых. Ёто поступательна€ динамика, исполненна€ случайностей и непроверенных событий. –оман обладает ретроспективной динамикой, предполагающей закономерности и оценки». ƒобавим от себ€, не только «роман», но и «фрагмент». –азница — в принципе отбора материала. “от, кто ведет дневник, безусловно, отбирает событи€ и мысли прошедшего дн€ (иначе кажда€ дневникова€ запись стремилась бы к бесконечности; колоссальный «”лисс» ƒжойса — ведь только скелет, сухой конспект гипотетического полного описани€ одного дн€!), но делает выбор из того, что случайно попало в поле зрени€; он не знает, что в конце концов получитс€ из каждой вещи и ситуации, будет ли это иметь значение дл€ жизни его и окружающих. јвтор фрагмента (как и романа, рассказа и проч.) отбирает материал, следу€ логике выдуманного сюжета (или невыдуманного, но такого, финал которого ему известен). ƒневник пассажира «“итаника» и роман в виде фрагмента дневника пассажира злосчастного лайнера будут повествовать о разных вещах.

    »так, от «фиксации» к «свидетельству», от «свидетельства» к «созданию мира» или «автопедагогике». “акова логика смены мотивации авторов дневника. ќднако множество случаев не подпадают под эту схему; один из самых неуловимых и двусмысленных — колоссальный дневник ћихаила  узмина. ќн охватывает гигантский промежуток времени (по крайней мере, то, что дошло до нас) — с 22 августа 1905 года до 31 декабр€ 1934-го — с неизбежными дл€ такого срока и столь неспокойной эпохи пробелами. ќ дневнике  узмина написано много; чтобы не повтор€тьс€, обращу внимание лишь на одно обсто€тельство. Ёто очень двусмысленный текст, прежде всего — по авторскому намерению. ¬нешне он походит на обычную фиксацию (сам  узмин писал: «...мой дневник чисто реальный, мелочной и личный»), только сильнее обычного эмоционально окрашенную. ќднако, на самом деле, он — по крайней мере в 1905—1906 годах — выполн€л совершенно иную функцию: жизнестроительную.  узмин читал свой дневник друзь€м-«гафизитам» (а до этого „ичерину) и тем самым подстегивал оформление гомосексуальной субкультурной группы. Ѕогемна€ жизнь фиксировалась в дневниковых запис€х, которые, будучи обнародованными, питали формирующиес€ модели сексуального и культурного поведени€. Ќе то чтобы  узмин не различал «жизни» и «искусства»; наоборот, дл€ него, кроме искусства, по-насто€щему ничего не существовало, только оно было онтологичным, а «жизнь» занимала скромное место где-то на задворках. ќн лишь холодно усмехалс€ на упреки в «скуке, тесноте и мелочности» своего дневника: «–азве € должен жить так, чтобы дневник был интересен?  акой вздор». ƒневник интересен сам по себе, безо вс€кой жизни, наоборот, с его помощью жизнь можно сделать «интересней», «легче», он может придать ей крыль€, сделать фактом искусства.

    ј факт искусства, рукопись, можно продать, что  узмин безуспешно и пыталс€ сделать в 1918—1921 годах, пока в 1933-м дневник не купил √ослитмузей. “ак по-деловому относ€тс€ к завершенной вещи, товару, а не к интимнейшим запис€м; это еще раз доказывает, что с определенной точки зрени€ автор видел в дневнике такой же текст, как и его стихи или проза. ¬се они, как минимум, равноценны дл€  узмина: дневник — не «поставщик» набросков и мыслей дл€ «высокой литературы»; скорее он — комментарий к стихам и прозе, но не следует забывать, что стихи с прозой  узмина тоже есть комментарий к его дневнику.

    ƒневник  узмина можно считать предтечей современных электронных дневников. —уществующа€ в »нтернете система LiveJournal (LJ) 4 дает возможность ее пользователю не только вести дневник, открыва€ его дл€ всех желающих, не только получать отклики на свои записи и отвечать на них, но и формировать приватное сообщество, выстраива€ из великого множества LJ-стов дневниковую линию своих «друзей» (то есть тех пользователей, кто кажетс€ наиболее близким или интересным). ƒальше больше: в LJ посто€нно обсуждаетс€, кто кого прибавил себе в этот самый список «друзей», а кого — удалил и почему. ¬спыхивают конфликты, коп€тс€ обиды и проч. ¬ конце концов формируютс€ сообщества дневников по интересам: порно,  ортасар, водка, черносотенна€ публицистика, эксгибиционизм — все, что угодно, может найти приверженцев в LJ. ≈ще важна€ деталь: пользователь LJ может выступать под своим именем, а может и замаскироватьс€, создать виртуальный персонаж, с соответствующей биографией, перечнем интересов, стилем. »ными словами, возможности «дневника» как жанра в LJ почти бесконечны.

    “ем прискорбнее и поучительнее провал всей этой затеи. „тение чужих LJ заставл€ет вспомнить слова —артра: «ад — это другие». »менно не «другой», а «другие»; ежедневный поток записей — с некоторыми исключени€ми — невообразимо скучен. »ногда возникает ощущение, что все это сочинили несколько ловких молодых людей, недостаточно талантливых, чтобы вообразить каких-то других авторов, кроме себ€, со своим стилем, своими любимыми книжками, группами, напитками, шутками, политическими взгл€дами и эмоци€ми. „то же до двойников и виртуальных персонажей, то все они — под другими именами — просто дублируют своих создателей. Ћитераторы запросто вывешивают в своих дневниках новые сочинени€, фрагменты из неоконченного или просто занимаютс€ саморекламой. Ќаиболее искушенные пытаютс€ следовать известным литературным примерам, но и это не совсем выходит, ибо сам материал сопротивл€етс€, и уникальной интонации — того, что делает незабываемым чтением дневники Ѕлока или —артра, — не уловишь. ѕо моим скромным наблюдени€м, многие из самых интересных LJ уже закрыты авторами.

------------------------

4 www.livejournal.com.  –ечь, конечно, идет только о русской версии.
  [см. так же: Ѕлог]

      LJ — превосходный материал дл€ нынешнего социолога, дл€ будущего историка (хот€ € не знаю, как долго эти записи будут хранитьс€ в Cети), но — не дл€ читател€. ≈го художественна€ (и экзистенциальна€) неудача — в том, что он окончательно размыл грань уникального и всеобщего, на котором полтыс€челети€ держитс€ интерес к дневнику. LJ пишетс€ совсем не дл€ себ€, он вообще не дневник, а система сигналов, позвол€юща€ знакомитьс€, заводить виртуальную (и не только) дружбу, находить единомышленников. ≈ще один способ пестовани€ общих ценностей поколени€, или полутора поколений, — от 18 до 35 лет. ќбщность небогатого социального и культурного опыта подавл€ющего числа пользователей LJ и делает чтение дневниковых лент удивительно монотонным и скучным. ”знаетс€ сразу всЄ; при этом нетипических реакций, неожиданных рассуждений, вообще всего приватного и штучного в LJ почти не найти — а именно этим и восхищает дневник  узмина, один из первых «публичных», «жизнеорганизующих» дневников.

      » все же. Ќесмотр€ на разговоры о «конце человека», «смерти автора» и «фабрике симул€кров», мы по-прежнему €вл€емс€ общественными животными, чье поведение по большей части обусловлено социумом и историей. » — в то же врем€ — мы есть продукт наследственности, собственного опыта, тончайшей психической организации (кармы, своих и чужих грехов, бессознательных комплексов и страхов, последнего посещени€ инопланет€н — ненужное зачеркнуть). ¬ каждом это сочетание уникально, и нам есть что записать, склонившись над тетрадкой или клавиатурой, став€ в дневнике сегодн€шнее число: «6.02.2003. ≈ле-еле покончил с текстом о дневниках. ”тром смог наконец достать в библиотеке издание 29 г. «ап. книжек ¬€з. с предисловием Ћя. Yesss!!! ”спел вернутьс€ до насто€щей метели. «вонил ¬. о путеводителе, он раздобыл его. ѕолучил письмо от ћ. — конференци€ в —аратове отменена, жаль, видно, не судьба мне продвигатьс€ южнее Ќижнего по ¬олге».


 ирилл  обрин. –ежим доступа - http://ec-dejavu.ru/d/Diary.html.

 

–убрики:  Liber librorum
Ad hoc, или ¬с€ка€ вс€чина

 омментарии (0)

ћонах та його улюблений к≥т

ƒневник

¬торник, 01 ћа€ 2012 г. 20:22 + в цитатник

я ≥ ѕангур, к≥т м≥й б≥лий,

 ожен маЇмо св≥й фах:

я в сво≥м мистецтв≥ вм≥лий,

¬≥н же т€мить у мишах.

 

я люблю - сильн≥ш за славу! -

 ниг розбори забарн≥,

ѕангур м≥й - свою забаву,

≤ не заздрить в≥н мен≥.

 

 оли з ним удвох ми в хат≥ -

ќпов≥дка не нудна! -

™ в нас - без к≥нц€ зан€тт€! -

√ра дл€ розуму одна.

 

¬ с≥т≥ часом заженемо:

ћишу - в≥н, уживши хист,

Ќу а € - складну проблему,

ўо затемнювала зм≥ст.

 

¬≥н у муру каменюки

«≥р впина блискучий св≥й,

я ж - у тонкощ≥ науки

—в≥й слабкий, але €сний.

 

¬≥н вт≥шаЇтьс€, €к мишу

√острим к≥гтем прищемить,

я - також, €к найскладн≥шу

–озв'€жу проблему вмить.

 

≤ хоч так весь час, н≥кому

“ут н≥хто не заважа,

 ожен сам соб≥ самому

¬ласним хистом догоджа.

 

¬≥н - великий майстер в прац≥,

ўо виконуЇ щодн€,

я - в своњй: з ус≥х труднац≥й

«добувать €сне знанн€.

≤рланд≥€, к≥н. VIII - поч. IX ст.

–убрики:  Liber librorum

 омментарии (0)

»така

ƒневник

¬торник, 01 ћа€ 2012 г. 20:08 + в цитатник

ќтправл€€сь на »таку, молись, чтобы путь был длинным,
полным открытий, радости, приключений.
Ќе страшись ни циклопов, ни лестригонов,
не бойс€ разгневанного ѕосейдона.
ѕомни: ты не столкнешьс€ с ними,
покуда душой ты бодр и возвышен мыслью,
покуда возвышенное волненье
владеет тобой и питает сердце.
Ќи циклопы, ни лестригоны,
ни разгневанный ѕосейдон не в силах
остановить теб€ – если только
у теб€ самого в душе они не гнезд€тс€,
если тво€ душа не вынудит их возникнуть.
ћолись, чтоб путь оказалс€ длинным,
с множеством летних дней, когда,
трепеща от счасть€ и предвкушень€,
на рассвете ты будешь вплывать впервые
в незнакомые гавани. ћедли на ‘иникийских
базарах, толкайс€ в лавчонках, щупай
ткани, €нтарь, перламутр, кораллы,
вещицы, сделанные из эбена,
скупай благовонь€ и притирань€,
притирань€ и благовони€ всех сортов;
странствуй по городам ≈гипта,
учись, все врем€ учись у тех, кто обладает знаньем.
ѕосто€нно помни про »таку – ибо это
цель твоего путешестви€. Ќе старайс€
сократить его. Ћучше наоборот
дать раст€нутьс€ ему на годы,
чтоб достигнуть острова в старости обогащенным
опытом странствий, не ожида€
от »таки никаких чудес.
»така теб€ привела в движенье.
Ќе будь ее, ты б не пустилс€ в путь.
Ѕольше она дать ничего не может.
ƒаже крайне убогой ты »такой не обманут.
”мудренный опытом, вс€кое повидавший,
ты легко догадаешьс€, что »така эта значит.

 онстантинос  авафис

–убрики:  Liber librorum

 омментарии (0)

Magnus Contemplator (XIII в.)

ƒневник

¬торник, 01 ћа€ 2012 г. 20:04 + в цитатник


¬ день Ѕлаговещень€ природа почивает:
» звери сп€т в норах и травы не растут;
Ќа срывах скал гнЄзд птицы не свивают, -
Ћишь мысль философа свершает вечный труд.

«а слюд€ным окном, в уединЄнной келье,
Ќад книгой и душой мыслитель наклонЄн.
»здалека, с квадратных башен Ќейльи
„уть доплеснулс€ Angelus'а звон.

¬ шести inquarto - –азум јвгустина;
"“имей" и Ѕибли€; Ѕоэций; "Sic et Non ";
¬ труд јристотел€ о четверопричине
јльберт ¬еликий мыслью погружЄн.

"Quod est finalis Causa?" - он пишет,
» видит: тени пали от идей;
»з теней мы. » нас в волнах колышут
”дары Ћогоса немеркнущих лучей.

- "Sic credo, Domine". - Ќад шелестом страничным
¬друг прошуршали взмахи зыбких крыл:
“о дальний серафим с заззвездий безграничных,
Ћет€, шум крыл с шептаньем книжным слил.

—игизмунд  ржижановский

–убрики:  Liber librorum

 омментарии (0)

’мари

ƒневник

¬торник, 01 ћа€ 2012 г. 19:54 + в цитатник

Ќе буде реч≥ жодноњ, що з нењ
Ќе стала б хмара.  атедральний храм
« широких брил, б≥бл≥йн≥сть шиб ≥ рам -
”се зр≥вн€Ї час. ≤ "ќд≥ссе€"

ћ≥нлива, наче море. ўось нове
” н≥й щоразу бачимо. Ќезнане
„иЇсь лице на тебе з люстра гл€не,
… непевним лаб≥ринтом день пливе.

ћи т≥, що проминаЇмо. Ѕезкра€
Ќа обр≥њ мов хмара розтаЇ -
ќце наш образ. ≤ншою стаЇ
… сама себе тро€нда не вп≥знаЇ.

“и - це хмарина, море, забутт€
≤ те, що загубив без воротт€...

’. Ћ. Ѕорхес

пер. ≤.  ачуровського

–убрики:  Liber librorum


 —траницы: [1]