-Поиск по дневнику

Поиск сообщений в ursulla

 -Подписка по e-mail

 

 -Постоянные читатели

 -Сообщества

Читатель сообществ (Всего в списке: 2) -МЫ- Фаворитка

 -Статистика

Статистика LiveInternet.ru: показано количество хитов и посетителей
Создан: 26.02.2006
Записей:
Комментариев:
Написано: 60

Camelia-Branch 8111757.gif (680x210, 100Kb)

о тебе

Четверг, 02 Марта 2006 г. 03:59 + в цитатник
Он взрослый. Именно это слово приходит на ум. Нет, дело не в возрасте. Разница в десяток лет не является для меня существенной. Его окружает не юношеская, а мужская аура взрослости – уверенности, спокойствия. Иногда я чувствую себя рядом с ним несмышленой девчонкой. Но его взрослость меня не пугает – напротив, она оказывается удобной и приятной. В нем нет юношеской нетерпеливости, дрожания нахальных рук, сбивчивого дыхания и желания всю меня опробовать. Очень долго каждый из нас показывал характер, наверное, хотя я изначально была уверена, что все будет именно так, как хочу я. Почти год назад мне пришла в голову наглая мысль, при взгляде на него: «Интересно, а как он целуется?». Внезапно пришла. Ни с того, ни с сего. Фрейда на меня нету. Теперь я знаю как. Он долгое время проявлял по отношению ко мне только заботливое участие. Доводил меня до «мучительного томления». По ночам я строила планы провокаций, которые вынудили бы его перейти к эротическим атакам. Но то, что ловко складывалось в мечтах, в реальной жизни быстро рассыпалось. Мешали обстоятельства. А может, было удобно нам обоим считать, что мешают обстоятельства. До определенного момента. Зачем я опять пытаюсь это анализировать? Непонятно

Рассылка
b18.gif (138x132, 6Kb)

Из присланного в асю

Четверг, 02 Марта 2006 г. 03:58 + в цитатник
Я люблю , когда мне дарят цветы и носят кофе в постель, готовят по утрам завтрак и рассказывают всякую смешную чепуху, серьезно обсуждают вопросы мирового масштаба и не просят помочь приготовить ужин и прочее, прочее. Только вот любила я это далеко не со всеми. (не моё)

рассылка

Четверг, 02 Марта 2006 г. 03:57 + в цитатник
Что меня сделало такой, какой я есть? Каждая секунда страха, счастья, любви, пустоты. Все эти молекулы времени, складывающиеся и образующие некую субстанцию - метафизическое облако, которое, наверное, и является душой. Руки пахнут корицей - мой любимый запах... А мысленно я представляю рядом одного человека… Он живёт во мне совершенно независимо от своего реального воплощения... Он - совокупность моих чувств, биения пульса, мурашек по коже - волнами по спине... Интересно, смог бы он, заглянув в мои глаза, угадать, что будет со мной?.. Построить этот вектор в необозримую, вязкую даль времени. Я иногда наблюдаю за ним из-за облаков.... И сыплю блестящие звезды в его ладошки…
(не моё)

рассылка

Вторник, 28 Февраля 2006 г. 20:50 + в цитатник
ebf137.gif (272x247, 54Kb)
Иногда в горле, где-то на уровне трахеи воздух замирает и, кажется, что дальше уже не пойдет. Тогда мне, наверное, делается страшно. Кажется, что от вот такого отношения вот этого человека в моей жизни что-то будет наперекосяк. Ну как же, как же, мы же и в самом деле связаны вот этими и этими местами. И еще вон тем местом, про которое даже и вспоминать-то не хочется. И хочешь вылечить и эти два места, чтобы не скрипели, и то, третье место как-нибудь даже совсем удалить, чтобы не всплывало рецидивом в кошмарных снах...

Или вот в другой раз с каким-нибудь другим человеком. Уже кажется все заплаты положил, все возможные ампутации совершил, сверху приклеил бронежилет и нарисовал аккуратную бабочку для антуража, как вдруг броня начинает нежно колыхаться на груди, превращаясь в кисельнообразную медузу, сквозь которую уже летит бронепоезд, бронетранспортер и граната с зажигательной смесью, и не то, что отскочить или прикрыться, но как-то даже сообразить не успеваешь, что произошло, а человек просовывает в образовавшееся в солнечном сплетении отверстие обе руки, голову, протягивает в него свое туловище и вылезает с обратной стороны, еще ухитряясь кокетливо пнуть сзади.

А еще вот, например, третий человек, который тебе теперь друг, а раньше,.. да что там, глаза жалко старое поминать... Так вот, дружеские объятия, плавно переходящие в дружеское пощипывание мягких мест, ласковые дружеские слова, по-дружески возносящие на дружескую вершину ощущение дружеской близости. Закрываешь глаза, встаешь на край бортика, «Ты мне доверяешь?» - «Я тебе доверяю», расправляешь руки, тебя нежно держат пальцами за какие-нибудь из имеющихся ушей, и только ты собираешься оторваться от бренной земли в прекрасный дружеский полет, как вдруг... «Бам!» Свист воздуха, уносящегося вверх и свидетельствующего о том, что ты летишь в обратном направлении, «Бац!» - долетающий откуда-то сверху же снаряд того калибра, на котором Мюнгхаузен путешествовал на Луну...

А потом вдруг в этом изящном полете вниз с дружеских вершин, тело само по себе отлетает куда-то влево, обнаруживая себя на золотистой полянке, усыпанной баночками с духами, В почтовом ящике обнаруживается любовное письмо от работодателя и чек с зарплатой за неделю, а Cindy Lauper поет Girls Just Wanna Have Fun. И все. Лекарства для больных мест находятся, бронежилет восстанавливает свою молекулярную структуру, а ядро с радостным свистом пролетает мимо, неся на себе улыбающегося Мюнгхаузена. Жизнь хороша!
( не моё, но понравилось )

olgerd

Вторник, 28 Февраля 2006 г. 20:49 + в цитатник
6184941_4112652.jpg (700x500, 124Kb)

зяла у http://www.liveinternet.ru/journalshowcomments.php?journalid=825063&jpostid=10730151

понравилось

Вторник, 28 Февраля 2006 г. 20:48 + в цитатник
Языки костра безудержно рвались ввысь, и, кажется, боролись с ночью, отбивавшейся от них своими черными крыльями. Я не могу оторвать взгляд от трех вещей: от моря, беспредельного, без грани и обманчивым горизонтом, с набегающими на песок волнами. От неба, чистого и прозрачного, с облаками подобными белой сладкой вате. От огня! На него можно смотреть бесконечно. Невозможно отвести глаз от этого танца рыже-красных лент, танцующих в паре с ночью и окольцовывающей их дымкой, под аккомпанемент потрескивающих в костре дров и запах горящего дерева. В эту черную ночь наедине с костром я сидела, поджав ноги под себя, и пела. Тихим нежным голосом, иногда приглушая его, иногда срываясь им как будто в бездну, в эту темную пустоту. Все замерло вокруг и слушало лишь мое пение, мне же нравилось, как всё окружающее слушает мою песню. Лишь эхо не оставалось смирным слушателем и подпевало мне, отражаясь в лежащей рядом гитаре. Я закрывала глаза и уносилась вместе с песней куда-то далеко, в тот смысл, что был вложен в слова и музыку. Я услышала шаги, с нарастанием звука я поняла, что они приближаются ко мне. Настороженно я замолчала, притихла, чтобы убедится, что это, действительно, звуки Его шагов. Широкоплечий и весь в черном, он что-то держал в руках, прижимая это к груди. Он сделал шаг к костру, но он, по-прежнему, не мог осветить его полностью. Огонь и ночь. Его шаги становились больше и быстрее. Откуда-то из темноты просачивались звуки, приглушенные и переливающиеся в яркую испанскую мелодию, как будто кто-то в бубен отстукивал наши шаги: навстречу друг другу. С каждым шагом я пыталась идти все быстрее и быстрее, так что ноги путались в длинном платье, а костер наблюдал за нашим кружением. Вдруг он резко подбежал ко мне, так что даже я не успела этого осознать. Я протянула вперед раскрытые ладони, он жадно схватил их, так что из второй руки выронил то, что держал, и запустил свои пальчики промеж моих. Он сжал мои пальчики с легкой болью в знак того, что мы должны опуститься на колени, я поддалась его немому желанию. Он приподнял свою голову, так, что костер осветил его. Его глаза, голубые озера с безумным эротическим блеском. И тут я поняла еще одну истину, что бесконечно могу смотреть в его глаза, тонуть и задыхаться в них. В этот момент я прыгнула в них, проникала в их глубь, почти доставала до дна и летала меж скал, стоящих в тиши. Мы так и стояли на коленях друг перед другом, утопая в глазах, а между нами лежала красная роза, которую он принес с собой. Время перестало существовать для нас. Оно стало невидимым неощутимым и бесконечным. Потом он поднял розу, сломал ей стебелек, оставив почти один бутон и вставил его в мои вьющиеся по плечам каштановые волосы. Неизвестно, сколько бы мы еще стояли так, замирая и дыша неравномерно, так что биение сердец сливалось со звуками бубна, превращаясь в еще более насыщенную страстную мелодию, если бы он резко не вскочил. Повернулся ко мне спиной и произнес еле слышно: «Я хочу, чтобы ты танцевала для меня, жгучая страсть». Он взял в руки гитару, и пальчики легким прикосновением рождали нейлоновые звуки. Бубен и гитара играли для меня страстную мелодию. Его глаза ждали танец. Я не могла им отказать. Я не могла отказать себе, танцевать для этих глаз огромное удовольствие. С ритмом музыки тело изгибалось, то, плавно, то дерзко, закручиваясь в прекрасные формы. Руки изгибались то над головой, то, охватывая талию, то с желанием поднять платье выше, так чтобы он мог видеть мои обнаженные ноги. Бедра выписывали разнообразные призывающие движения. Он отбросил гитару в сторону и влился в мой танец. Безумец! Он танцевал прекрасно. Кружа меня в своих объятьях, потом внезапно отпускал, и мне казалось, я могу, закружась в танце, упасть, но он подхватывал меня вновь. Наклоняя меня ниже, держал одной рукой за талию, другой приподнимал мою согнутую в коленях ногу. Движения дразнили нас, танец зажигал. В одно мгновение он закружил меня так, что, казалось, я улетаю вместе с ним, улетаю в ночь. Такому танцу хочется отдаваться без остатка. Искушение! Он – искушение! Жарко! Мне так жарко в его объятьях. Огненная музыка страсти билась в сердцах, в висках. Он целовал меня в губы, ловил губами каждый вздох. Эти губы, полные чувственности соблазняли меня за собой в мир самых сокровенных иллюзий. Этот мираж затуманивал сознание зрелищностью настоящего соблазна. Обнаженные тела в свете костра. Насыщенно лунный оттенок придавал им особую эротичность. Капельки пота, стекавшие по груди, отражали блики костра и стали ярким доказательством того, как мы умеем любить. Как умеет любить он, обладая любящей женщиной и чувствуя свою власть над ней. Как умею любить я, даря ему наслаждение, которое шепотом касалось моего тела, словно нежнейшие крылья бабочки. Мы летели вместе, вместе в одном порыве, в одном желании, в одном искушении. Достигнув высоты своего полета, мы растворились во влажных объятьях друг друга.
Жгучая страсть!
(не моё)

Без заголовка

Вторник, 28 Февраля 2006 г. 20:28 + в цитатник

3582077_4944.jpg (309x407, 49Kb)

из рассылки

Вторник, 28 Февраля 2006 г. 20:27 + в цитатник
Проснулась. Сама проснулась, без будильника. Но приятной свежести, какая бывает, когда, наконец, вдоволь выспишься, не было. Тусклый свет бесстрастно-серой погоды не попадал в комнату. Он отвесно падал вниз, даже не пытаясь пробиться сквозь оконное стекло, так как и сам знал, что слишком уж слаб для этого. Простыни тоже не дарили теплого мягкого комфорта. Ничего не хотелось. Все какое-то матовое, без отблесков жизни. Где-то такое уже было видено. Наверно, давно-давно, несколько веков назад, взгляд какого-нибудь господина фокусировался на пыльном скопище вещей в углу... на кубках с остатками вина, как на умершей радости вчерашнего дня. В сознании блекло смазаны вчера-сегодня-завтра. Эта внутренняя пустота смутная. Она не вгрызается смачно зубами туда, за грудную кость, нет... Но она страшнее. От укуса мы вскачем, побежим, и боль эта прорезав наше тело изнутри, наконец, вырвется мощной энергией. И будет спасением. ... А этот грязноватый пар-пустота отравляет нас медленно, но верно. Он слишком тускл и уныл, и поэтому не привлекает к себе внимания. Но именно он убивает нас без боли. Часто даже тоска не чувствуется. Только по утрам мы бываем близки к прозрению - липкий пар заволок утреннюю свежесть. Мы пытаемся убрать его теми средствами, которые напоминают быстродействующие средства от насморка - симптомы проходят, а болезнь живет внутри...

из рассылки

Вторник, 28 Февраля 2006 г. 20:17 + в цитатник
Если бы душа была красивым зеленым лесом, то он обязательно был бы населен. На солнечных полянах паслись бы овечки-переживания. И как заведено в любом лесу, тут были бы и свои хищники. Волки-сомнения. Известно, что любому хищнику нужна пища, и самая прекрасная пища сомнениям, конечно же – не основанные ни на чем переживания. Если вы человек, то вы обязательно испытываете душевные потрясения. В самые переломные моменты вашей жизни, когда что-то не клеится, или не получается, лес просто переполнен переживаниями. Их тысячи, сотни тысяч. Совсем малютки, которых вы еще даже не почувствовали и постарше. Они бродят по полянам питаясь вашими эмоциями. Иногда они сбиваются с пути и попадают в глухие участки леса. Тут они становятся легкой добычей хозяев этих мест - сомнений. Когда их так много, как в эти моменты жизни, то уже не одно и не два они блуждают в чаще, сюда начинает попадать много больше. Наедаясь до отвала, сомнения начинают расти. Им становится тесно в их темном участке леса и все чаще их замечают то тут, то там - на полянах. И... новая жизнь, подпитываемая надеждой стремительно тянется к небу. Пустыня безнадежности отступает под напором реки Новых Впечатлений. Камни обид тонут в озерах Забвения. Никто в этом мире больше не увидит их. Радуга Интереса появилась здесь впервые за многие лета. В мир возвращается тепло и доброта. Еще слабые деревца тянутся к небу. Они укрыты одеялом Времени. Ничто не потревожит их. Лес вырастет, обязательно вырастет. Потому что в этой душе уже соскучились по жизни. Потому что ее благословила Любовь.

из присланного.

Понедельник, 27 Февраля 2006 г. 22:31 + в цитатник
Люди остаются людьми везде, в широком смысле слова. Такие вумные, мнения свои высказывают, часто нелицеприятные. И чем тупее чел, тем во мнении своём увереннее. Правильно, мозгов то нет, чтоб посомневаться, подумать, прежде чем вываливать на других свою тупость. Тупость - агрессивна. Добродетель и мудрость - спокойно взирают свысока на юродивеньких умишком и делают выводы (молча). "Шумно бегут ручьи, море- безмолвствует..." Но мудрость уменьшает жалобы, а не страдания.

рассылка

Понедельник, 27 Февраля 2006 г. 20:23 + в цитатник
Любовь - напиток богов. Не пейте ее залпом, если не готовы к тому, что вслед за обжигающим терпким вкусом последует тяжкое похмелье. Но Любовь может принести и наслаждение. Только пить ее надо медленно, маленькими глотками. Тогда вы сумеете в полной мере ощутить и нежную текстуру, и мускусный аромат этого напитка, испытаете всю гамму чувств. Узнаете вы и всю прелесть послевкусия, когда от любви остаются лишь воспоминания, ласкающие самолюбие. Вам захочется продлить очарование, подольше сохранить хоть частичку этого вкуса, и вы долго не будете впускать в сердце другие чувства, что бы не испортить ощущение любви… Потом вам захочется испить Любви еще раз, но чаша окажется пуста. И тогда начнется долгий поиск суррогатов, которыми можно будет заглушить эту тягу. Но ничто не окажется таким близким по вкусу к Любви, как страсть. Не обманывайте себя: у Любви и страсти нет ничего общего, кроме того, что оба чувства пьянят. Вы будете упиваться страстью, но так и не сможете вернуть в сердце радость. Яд страсти разрушит вашу душу, как спирт печень алкоголика, и вы не сможете жить, как жили раньше, храня память о Любви. Но боги дают смертным испить этого напитка лишь однажды. Это и великий дар и самое страшное наказание.
(не моё)

рассылка

Понедельник, 27 Февраля 2006 г. 20:21 + в цитатник
j82yxk.gif (188x236, 27Kb)
Что же Вам рассказать о себе, Вам, которые всегда знают все заранее, встречая чужие откровения со снисходительной улыбкой?

Фамилия. Имя. Отчество. Паспортные данные. Истории болезней. Гороскоп. Линии руки. Объем груди, талии, бедер, цвет глаз, рост, вес. Должность. Номера телефонов. Прописка. Я ли это? Да, это я.

Друзья, знакомые, сотрудники. Список ежедневно просматриваемых телепередач. Рэгги или блюзы, звучащие в сереньких ракушках от Sony. Слегка потертые джинсы с разноцветной бахромой, безумно-полосатая футболка, сияющая всеми оттенками кислотной радуги. Дурацкая алая шапочка. Пирсинг. Татуировки. Внутреннее, тайное, глубоко скрытое, выползающее, осторожно просачивающееся наружу, проявляющееся в цветах одежды которую я ношу, запахах, которые я выбираю, книгах, которые я читаю, людях, с которыми мне нравится быть.

Свет бледно-желтого уличного фонаря и его наливающееся карминово-красным нервно подрагивающее отражение в бокале мукузани. Крупнолистное ощущение недосказанности, смешанное с табачным дымом и травянистым запахом Кензо, тонкой струйкой вливающееся в Ваш вечер, заставляющее что-то забыть и о чем-то задуматься. Это тоже я. Я терпеть не могу походы, ночные купания, песни у костра под водку и расстроенную гитару. На меня наводят уныние туристские тропы и непокоренные вершины. Я - не романтик. Я хочу, чтобы было сухо и комфортно. Мне, съедаемой стаей голодных комариных самок, плевать на красоту рассветов или закатов. Я - стерва, я дрянь, я прелесть что такое. Любите меня или убейте. Третьего не дано, я не прощу вам никаких вариантов, я прокрадусь вам в душу и тихо сожру ее изнутри. Я умею любить как никто другой, любовью направляющей, указывающей путь - так багряный, с прожилками лист ложится в начало нужной дорожки китайского сада. Я как никто другой умею ненавидеть - легко, ненавязчиво, не напрягаясь, играючи наступая на любимые мозоли и с нежной улыбкой выплескивая бочки дегтя в ваши бережно хранимые медовые наперстки.
Испуганный, ничего не понимающий и ни в чем не уверенный крохотный пушистый зверек, забившийся в щель между плинтусом и шкафом -я. Стыдливая мимоза, робкая, сворачивающая листики от неосторожного прикосновения - я. Влажные простыни наших соитий, бесстыдная розовая раковина с драгоценной жемчужиной внутри, поющая, раскрытая навстречу Единственному - я. Простенький можжевеловый браслетик, украшенный кусочком янтаря, недосоленный овощной суп и светло-серые жалюзи, скрывающие маленький кухонный рай от растущих за окном любопытных акаций, стакан фруктового сока, проливающийся на ковровое покрытие, треснувшая деревянная курительная трубка, альбомы старых фотографий, на которых уже не разобрать лиц, не вспомнить имен, пыльные сандалии, брошенные в угол прихожей, несвоевременные признания, недописанные стихи, недолюбленные мужчины - я, я, я...
Я умею дарить себя всю и сразу, не жалея и не сомневаясь, я - выставка спонтанной живописи - о, да, на это стоит посмотреть - пальцы, ладони, размазывающие разноцветное по белому, оставляющие отпечатки, завитки, пятна, полосы - ни о чем, ни для кого, в никуда, в молочную туманность чистоты. Я - внезапный вопль в ночном переулке - кто-то наступил на кошку, а, может быть, получил удар ножом под седьмое ребро и теперь медленно оседает, прислонившись спиной к пыльной стене. Я - пролог и эпилог, между которыми - триста неаккуратно, с мясом вырванных страниц. Я та, которую можно любить всю жизнь и однажды пройти мимо, не узнав при встрече. Я - Пенелопа, которая будет верно ждать вас ровно девятнадцать лет, триста шестьдесят четыре дня и двадцать три с половиной часа, а за полчаса до вашего возвращения отправится путешествовать с труппой бродячего театра.
Я подарю вам луну и все звезды - вещи, которые я дарю, всегда очень красивы, потрясающе бесполезны и никогда не могут кому-либо принадлежать. Я то, что навсегда. Я исчезну без следа, не оставив никаких воспоминаний. Но я вернусь.
Я обязательно вернусь. Только не знаю когда.

( не моё )

колдовство?

Понедельник, 27 Февраля 2006 г. 20:19 + в цитатник
Водила кругами. Рисовала тонкими пальчиками случайными по бёдрам, языком шершавым по запястью искала, гадала кольцами, глазами хитрыми ласкала, лелеяла потаённо-жаркое.
Серебристой барракудой медленно время на себя замыкала. Бликовала вишнёво-карим, манила в глубины бесстыдства, в бархатные недра неведомого закулисья. Шорохами-шелками-шелестом тишшшшшшше…
Шаманила по подолу, травами расшитому, змейками-браслетами вилась-свивалась, рыжим на солнце, медным, обманным, лисьим. Наивности детской под ресницами таила – терпко ли? всласть? Тоненько-тоненько шила нервиками-точечками осторожно по скользкому краю.
На солнечные зайцы улыбок рассыпалась брызгами. Хрустально звенела первой гитарной. Медленно в кругу зеркал – донага, до света живого, до крови откровенности. Текла сквозь пальцы призрачным шёпотом, имена забывая, пульсируя горячечно.
В каждую линию на ладонях втирала запах твой, куталась в случайные взгляды – наготу прятала ближе, ближе к тебе... Напряжённо и осторожно держала дистанцию в миллиметры – не ближе, не дальше ба-лан-си-ру-я я... Ростками бледными сквозь шершавую шкуру асфальта твоей мужесткости сочилась.
Ластилась, льнула, почти нагло, почти по-шлюшьи, едва сдерживая выдох-скулёж, с пересохших губ последней каплей – да на язык горячий… Стелилась, покорная, нежная, такая смешная – до изнеможения. Шелковым цунами покрывал топила, в истому сладкую увлекая.
Животом впалым, белым, незащищённым на взгляд единственный напоролась… А-ах… гильза от пули навылет между коленками круглыми зажата. Из ран молоко и мёд сочится, в уголках рта – берёзовый сок… Плачет от счастья раненая зверька – слышишь смех детский, беспечный? В глазах стынет морозное январское небушко – высоко-высоко… Фонтанчиками нежность из порванных жил – пей, целебное… пей, тает же…
Пальцы расслабленно бродят-петляют по свежим царапинам на плечах твоих, тоненькую ткань заклинаний выплетают, на новый круг обрекая. БезумнаЯ, залюблю до ночей белых-белых…

Позволишь ли?

Предрешено. Дожить бы тобой до утра...

(не моё)

Поздравляю с началос масленницы!

Понедельник, 27 Февраля 2006 г. 00:37 + в цитатник

6126450_Bezuymyannuyy_5.jpg (400x350, 49Kb)

неизвестный автор

Воскресенье, 26 Февраля 2006 г. 21:43 + в цитатник
Я, сударь, та еще графиня,
И Вы, ни дать, ни взять - графин.
Любовная я героиня,
А Вы - любовный героин.
Вечерняя бесстрастность – поза,
Застой в простуженной крови.
И к полночи нужна нам доза
Нескучной, ветреной любви.
Но новизны очарованья
В ней нет который год подряд.
Как на уроке фехтованья,
Рапирой тычем наугад.
Юнцам приличен метод тыка,
Неискушенность - их удел.
А мы трезвы, и вяжем лыко.
Душа же хочет в беспредел.
В любви рассудочность - помеха,
Наш долг супружеский растет.
И завтра, лопаясь от смеха,
Мы выставим друг другу счет.
«Любви счастливые моменты»,
Слагаясь выросли в года,
Такие наросли проценты,
Что не сочтемся никогда.

5611367_hr.gif (300x22, 0Kb)

как и прежде

Воскресенье, 26 Февраля 2006 г. 21:42 + в цитатник
Я, как и прежде, люблю курить за кофе… Сегодня было как раз то мгновение, затянувшееся во вздохе чувственного дыма сигареты, то интригующее замирание пепла, взгляд, скользящий неторопливо, немного приоткрыты губы, передающие интерес и задумчивость. Все это уже отработано до автоматизма. Отработано на тебе. Я деликатна, тактична, избалована красотой, изысканно одета и умею увлечь мужчину. Я принадлежу всем и не принадлежу никому. Правда сегодня я решила быть только твоей. Да, все это отработано на тебе. Ты мой подопытный кролик. Тот самый пьянящий аромат кофе… Я загадочно улыбаюсь. Глубокий завораживающий взгляд. Сакраментальное признание. Легкое прикосновение рук, губ. Разговор чувствами. Мускат. Нерешительность. Вкус страсти и мяты. И вот ты уже во власти моих чар. Холодок поцелуев на бархатистой коже… И все тот же кусочек льда. Нет, его уже не растопить никому. Даже тебе не удастся это сделать. Слишком поздно. Слишком много было боли. Слишком много любви. Слишком много мужчин. Всего, пожалуй, было «слишком». Прощаемся… Тебе и так было позволено сегодня больше, чем полагается. И уже дома ты почувствуешь меня в воздухе. Мой запах, мои поцелуи, мои духи по всему телу. Ах, этот запах. Такой таинственный, непосредственный, нерешительный, настойчивый, обезоруживающий, как сама любовь. Ты ждешь меня каждое мгновенье, сам не отдавая в этом отчета. Ты ждешь меня, как миг, когда все ясно и понятно. Когда, все, что нас окружает, дышит гармонией и полнотой чувств, когда все просто и исключительно красиво. Окунаешься в сонный шлейф моей улыбки и провожаешь с грустью... и вкусом мяты.

Да, я как и прежде, люблю курить за кофе… Тот самый пьянящий аромат кофе… И все тот же кусочек льда, который не растопить никому. И тебе это не удастся сделать. Не удастся ли?..
рассылка



Процитировано 1 раз

о чувствах

Воскресенье, 26 Февраля 2006 г. 21:37 + в цитатник
Ее утомляли люди, и она очень уставала от шума. Дома ей было спокойнее. А еще дома у нее был компьютер. Она садилась в кресло и закрывала глаза. Ей было немного одиноко. Снова в голову лезли грустные мысли о том, что она совсем одна. Она пыталась их прогнать, но они не слушались ее. У нее было так много друзей и подруг. Они все так хорошо к ней относились. Вот только никто ее не понимал. И от этого ей было грустно. Она притягивала к себе мужчин. Они постоянно крутились возле нее. Хотели попробовать кусочек ее и делали ей разные предложения. И ей становилось немного обидно. Она понимала, что их не интересуют ее мысли, ее надежды, мечты, и отказывала им. Она не давала им пользоваться и играться собою. Она знала, что она не игрушка и не украшение. И еще ей было как-то пусто с ними, она даже не пыталась этого скрыть. Тогда мужчины обижались и называли ее странной. А она была собой. Она никому не говорила об этом, но у нее была большая тайна. (На то они и тайны, чтобы никому о них не рассказывать). В глубине души она все еще продолжала любить одного мужчину, который видел в ней нечто большее, чем украшение. И если не понял, то хотя бы пытался понять ее, такую непонятную. И интересовался тем, что творится у нее внутри. И пытался ей помочь, хотя у него так ничего и не вышло. Потому она и продолжала любить его. С большого расстояния такого далекого и близкого. Вы спросите, знал ли он об этом. Знал, конечно… Нет, он вовсе не был жестоким. Его тоже мучило то, что она не рядом и что она влюблена в него. Но он знал, что они, возможно, никогда не встретятся... Так она и продолжала жить... Хотя и было ей уже не 25. И столько тоски и грусти было в ней из-за этого вначале! Столько мужчин рядом, и так с ними пусто. И так нужен тот один, который далеко-далеко. А потом она поняла, что нет разницы, где он. Он есть где-то, и этого достаточно. То, что он далеко, - совсем не важно. Главное то, что она его любит. И так ей было больно. Все-таки эта любовь, она такая жестокая. Она не могла сказать «Да» ни одному другому мужчине, а тот, который ей нужен, так далеко. От этих мучений она даже пыталась избавиться, иногда она срывалась и обижалась на него. Но как могла она приказать своему сердцу? И она продолжала любить его. Мучилась, плакала, страдала и ничего не могла поделать с этим... Она была белой вороной и возвращалась домой, и снова ей лезли в голову всякие мысли. И одна особенно ее мучила — «Одиночество в толпе». Бывает же такое, прицепится какая-то мысль, никуда от нее не денешься. Она пыталась прогнать ее: Ну, какое, какое одиночество? Одиночество — это когда никого нет рядом. А тут люди, много людей рядом. Какое тут одиночество? Это такая у нее была жизнь. Она жила, покупала себе множество вещей и украшений, и никому не показывала своей грусти. Никому не рассказывала своих секретов, и потому многие считали ее странной и загадочной. А ее загадка была в том, что она продолжала любить мужчину, который был далеко. И ничего она не могла с этим поделать, и не знала, будут ли они вместе. И не могла она по-другому, чем продолжать отказывать мужчинам, которые крутились вокруг нее. И все-таки она была больше счастлива, чем несчастна. Неважно где, неважно за сколько километров где-то был человек, который, в отличие от всех остальных, видел в ней не куклу и не украшение...

Рассылка



Процитировано 1 раз

Без заголовка

Воскресенье, 26 Февраля 2006 г. 19:56 + в цитатник
Я знаю свои таланты и способности, и всегда умею найти им применение.
Творческий потенциал находит выражение во всех моих делах.
Работая над собой, я повышаю свою самооценку.
Внутренняя работа – основание для любого внешнего успеха.
Успех рождается во мне, и зависит только от меня.
3195911_rad.gif (193x100, 4Kb)

Не знаю что написать.

Воскресенье, 26 Февраля 2006 г. 19:40 + в цитатник

6103017_Bezuymyannuyy_3.jpg (486x350, 74Kb)


Поиск сообщений в ursulla
Страницы: 2 [1] Календарь