-Поиск по дневнику

Поиск сообщений в Story-teller

 -Подписка по e-mail

 

 -Статистика

Статистика LiveInternet.ru: показано количество хитов и посетителей
Создан: 17.02.2006
Записей: 19
Комментариев: 164
Написано: 313

[Tales]



История пятнадцатая, ветрен(н?)ая

Четверг, 15 Марта 2007 г. 23:41 + в цитатник
Жил-был на свете Ветер. Он был совершенно разным и совсем непонятным - то холодный, злой, колючий и открыто недобродетельный, стремительно бьющий в лицо снегом, то ласковый, теплый и совершенно не спешный, легкий Ветерок солнечного июньского дня. У Ветра было потрясающее количество всяких знакомых лиц, которые привыкли считать себя его друзьями, хотя сам он так не считал - он был сам по себе, вольным и свободным. Наверное, единственно по-настоящему свободным существом. Ну да неважно, правда?
Ветер умел быть Волшебником. По вечерам, как только стемнеет, Ветер надевал плащ и гангстерскую шляпу (цилинда не признавал, по сути. Ну и неважно. Гангстерская шляпа шла ему даже больше) – просто так, для волшебного колорита, брал в руки волшебную палочку и появлялся где-нибудь. Внезапно.
И колдовал, естественно, помахивая совершенно бесполезной палочкой – зачем они Волшебникам? С палочкой каждый дурак колдовать может! Ветер тоже сначала колдовал без нее - но ему не верили, называли фокусником и вообще всячески критиковали. Обидно так - «фэкусник». Вот так-то.
А волшебная палочка была у него замечательная: припорошенная легким инеем, но теплая на ощупь, вроде бы мертвого дерева, но на ней набухали почки и фантастические цветы. Сразу видно – волшебная.
Ветер странствовал по свету, неожиданно оказываясь то там, то тут. Иногда пил Ром и очень любил Чай. Ну и Кофий, конечно, куда же без него. Интересная он личность – этот Ветер.
Больше сказать как-то нечего.



Процитировано 2 раз

История четырнадцатая, сонная и немного нелогичная

Суббота, 04 Ноября 2006 г. 00:13 + в цитатник
[Снова я засыпаю в городе N...
Снова я засыпаю в городе N...]

Где-то там, не так далеко, но и не совсем близко, в стране, где ежедневно происходят очаровательно-бессмысленные чудеса, есть чудесный город.
Город этот, воистину очаровывающий и потрясающий воображение, никогда не посещала знакомая многим вечно юная Логика.
И правда, что ей делать в Городе Снов?
Хрустальные дворцы ютятся рядом с пышными хижинами, короли пьют с нищими эль, небо рассекают под-рейсеры с джедаями на борту, а в лесах бродят высокородные эльфы, каждый третий житель умеет летать, но никому никогда об этом не скажет, и, кажется, именно этот город - родина Первого Снега.
Он ежесекундно меняется и вечно остается неизменен. Он добр и жесток. Он очарователен и отвратителен. Он - Город Снов.
Ты найдешь там все то, что ненавидишь и всех тех, кого любишь. Встретишь их внезапно, поймаешь их взгляды из окон_напротив, и точно будешь знать - это они.
В Городе Снов все совершенно бессмысленно и имеет громадный, тяжелый смысл. Там ничего никогда не бывает просто_так и все происходит внезапно, едва лишь подмигнет фонарь. Допустим, ты идешь по улице, идешь себе - вдруг паришь в облаках. Так_и_надо. Значит, ты сам того захотел. Потому что там ты - Сказочник и Чародей, и ничто и никогда не в силах этому помешать. В Городе Снов нет серых людей, серых взглядов и серых настроений. Там все непривычно ярко и невнятно, там от тебя ускользает главное и вдалеке звенит чей-то приглушенный смех. Может, так и надо?
Блуждая по улицам того города, ты неоднократно его покидаешь, попадаешь в пригороды, встречаешь сотни условно знакомых лиц и никогда ничему не удивляешься - все так и должно быть. В период с ноября по март город становится чуть-чуть другим, потому что туда приходят все те, кто устали за год - та же самая Венди. Он становится непривычно ярок даже для себя, звуки звенят и застывают в воздухе, а люди окончательно теряют серые цвета.
Представляешь, некоторые люди видят этот город Черно-Белым. В этой гамме Город ничуть не проигрывает – он даже становится более элегантен. О да, в цвете, пожалуй, ему элегантности не хватает – да и зачем? Это город звенящего Смеха.
Это город нашей мечты, это город надежд и желаний, здесь мы живем всего треть нашей жизни, даже если не помним того.
Поехали туда? Автостопом.



Процитировано 1 раз

История тринадцатая, красочная

Вторник, 03 Октября 2006 г. 00:38 + в цитатник
Слепой художник, не зная цвета,
Зимой холодной рисует лето...
 
Где-то там, за краем неба, в маленькой одинокой хижине живет старый-старый художник. Он дедушка, наверное, всем художникам на свете - они ведь всего лишь срисовывают то, что сотворено кистью Художника.
Художник стар, как мир, или, наверное, даже старше - никто не знает его точного возраста, а я спрашивать постеснялась. У него прозрачные голубые глаза, и он уже почти ослеп, но все же с каким-то невероятным ожесточением продолжает писать свои картины, все меньше и меньше различая цвета, но все равно превосходно их сочетая.
Он написал все худшее и лучшее, что есть в этом мире, он человек настроения, которое ясно можно проследить во всех его картинах; он творит Реальность, и я даже ему немного завидую.
Краски ему таскают сказочники, самые умные из которых давно научились выжимать цвета из эмоций и радуги. Правда, они теперь все реже навещают его - и он одиноко бродит в горах за краем неба. Однажды он задумал нарисовать самую прекрасную картину, которую хотел назвать "Счастье".
- Счастья должно хватить всем, - решительно рассуждал полуслепой художник, доставал самый большой холст, что у него был, который ему соткала знакомая ведьма, и начинал писать.
К нему потянулись все его знакомые и незнакомые личности, они тащили баночки, тюбики, ведра краски - кто сколько сумел добыть. В какой-то момент в хижине нельзя было ступить - все было заставлено краской.
И была там сочная зелень Конопатого, и солнечно-рыжий многих сказочниц, что плетут браслеты из лучей солнца и щедро их всем дарят, и жемчужная белизна детских улыбок, и холод бирюзовых морских глубин, и небесная Лазурь, и еще много-много цветов и оттенков.
Он писал долго, годы и столетия, забрасывая картину, начиная ее снова - но так и не дописал: все теплые и счастливые цвета закончились, остались только темные и холодные, которыми он рисовал портрет своей приятельницы - Смерти.
Незнакомые Знакомцы и знакомые Незнакомцы более не навещали его. Художник часами смотрел на незаконченное полотно и хандрил, а иногда уходил в горы и потом что-то дорисовывал в своей картине - но немного, ведь полотно было очень большим.
И вот, когда-то к нему заглянул один знакомый маг. Они сидели на тесной кухоньке, любовались неоконченным полотном и разговаривали.
- Что мне делать со своей картиной? - внезапно спросил Художник.
- Разорви ее на много маленьких кусочков и пусти их по ветру, - посоветовал Маг. Он был мудрым старым Магом, но Художник помнил его еще мальчишкой.
- Но как же? Я же так долго над ней трудился! - возмущался Художник. Он не любил завершать дела на полпути.
- Глупый, глупый старый Художник. Неужели ты думаешь, что смог бы ее нарисовать, даже если у тебя бы было достаточное количество красок? Одно больше счастье на всех - так не бывает. Кому-то оно обязательно обернется несчастьем, - разумно отвечал Маг. - И потом, представь, сколько ты принесешь в мир счастья, когда пустишь по ветру кусочки этого воистину огромного полотна? Это будут маленькие, домашние и очень уютные счастья, но почему бы и нет, Художник? Рискни!
- Стоит ли? А вдруг...
- Никаких "вдруг", дружище! Я тебе помогу, хочешь?
Маг шептал заклинания и делал какие-то пассы руками, Художник со слезами на глазах рвал свое бесценное полотно... Потом они поднялись вверх и с Неба пускали кусочки по ветру в разные стороны. Художник плакал. Маг смеялся.
Но в мире стало гораздо больше маленького, незаметного Счастья.

___
 
- Здравствуй, Художник. Я тебе принесла краски.
- Вечер, Сказочница. Послушай, а не могла бы ты...

 



Процитировано 2 раз

История двенадцатая, звездная

Воскресенье, 23 Июля 2006 г. 00:10 + в цитатник
[И в мною раскрашенном небе сияет чужая звезда...(с)]
 
У меня нынче Гостят. Я, конечно, знаю, что мое дело маленькое - напоить чаем да рассказать сказку, но иногда хочу верить, что это не так. А, ладно, не важно.
- Мир и благоденствие.
- Это было приветствие?
- Да.
- Тогда и тебе мир, Сказочница.
- Будешь чай?
- Чай? - мой гость заглянул в домик, сохраняя умное лицо и отрешенный вид. Я ему не верю, я видела его другим. - Не откажусь.
Я ставлю чайник на огонь, искоса наблюдая за гостем. Тот стоит у двери, скрестив руки и, кажется, дожидается приглашения.
- Да ты заходи, не стой в дверях, - пожимаю плечами и слежу за чайником; наконец, тот закипает и я завариваю чай.
- Можно? - недоверчиво спрашивает он. Сиамка тихо смеется и растворяется в тумане, махнув на прощание хвостом - она не любит таких людей.
- Можешь мне что-нибудь рассказать? - Я гляжу за окно и пью чай.
- Сегодня звездная ночь...Видишь во-о-он ту звезду?
- Какую из?
- Та, тусклая, рядом с яркой-яркой. Ее сразу не заметишь. А между тем это очень важная звезда.
Чужая звездочка, маленькая и незаметная, сказочная, можно сказать. Не будь ее - не было бы сказочников на этом свете - Конопатого, Мишеля, меня и прочих-прочих.
Она нам чужая...Она всем чужая - но все считают ее своей.
У той звезды нет обитаемых планет - это я знаю точно. Эта звезда - просто маленькое Солнце, горящее в космосе. Счастливая звезда. Звезда счастья - может быть, именно поэтому счастье часто очень незаметно?
Не зря я сказала, что звезда - чужая. Она ведь никому-никому не покровительствует, никому-никому не нужна, потому что ее никто, слышишь, никто не видит. Каждый человек считает, что у него есть своя звезда, но эту - никто не замечает. А, между прочим, может она и есть - главная. Я бы и сама не заметила ее, правда, если бы не один мой хороший друг.
Светит она себе и светит, и ее устраивает такая судьба: быть незаметной и изредка дарить людям счастье.
Простое, банальное, человеческое Счастье, которым она не обделила никого, веришь?
Может, это даже не Счастье, а ЩЯстье, как писала когда-то я-первоклассница. Ну потому что оно такое - щястье, и все тут.
И знаешь...
Во втором корпусе тридцать девятого дома по улице Миклухо-Маклая - право же, неважно где, но пусть будет этот дом, во втором окне сверху, и неважно_каким_справа, со стороны двух больших магазинов, сидит девчонка. Сидит и пускает мыльные пузыри - второй день уже.
Смешная она, эта девчонка.
Но она сама разглядела эту звезду.



Процитировано 1 раз

История одиннадцатая, снежная

Воскресенье, 11 Июня 2006 г. 20:52 + в цитатник
 ...[Первый снег - какая малость...
Первый снег - какая шалость...
Первый снег - какая жалость...]
(с)
 
 
- Сказочница пришла! Расскажи нам сказку!
Меня дергают за юбку, алую цыганскую юбку….Я улыбаюсь.
- А ты себя хорошо вел?
- Да-а-а!
- Ну хорошо, слушай...
 
Знаю я одну девушку, которая была бы обыкновенной, не будь совсем-совсем особенной. Она умеет целоваться с Дождем и дружит с Конопатым, а с ним редко кто дружит. У нее длинная ночная рубашка, спутанные каштановые волосы и улыбка матери, а в ее карих глазах я вижу того мальчика, которого мне еще предстоит придумать.
Она - вечная подруга Питера Пэна, она умеет летать, но не признается, ей всю ее долгую жизнь было не больше шестнадцати.
Она родилась из первого снега, что всегда тает через несколько дней. Этот снег любят многие - он является вестником Зимы так же, как звонкая капель - вестницей непостоянной Весны.
После холодной, сырой, уже почти и не Осени, очень весело и радостно наблюдать такой снег.
Да что я говорю... Не родилась она из этого снега. Она - он и есть. Она появляется в начале марта, в промозглую сырую погоду и шлепает босиком по только что растаявшим лужам.
А то и вовсе появляется на пороге чужого дома - и ее невозможно не впустить. Появляется на пороге у тех людей, которые, как тот самый Скрипач, кидают окурки в кружки из-под кофе, оставаясь вполне себе романтиками. Кто-то, конечно, все-таки гонит ее прочь; она не обижается, она - Первый Снег.
Она умеет танцевать с Дождем и ревнует его ко всем, кто говорит, что любит его. Она не любит Сказочников; у нее на это есть веские причины. Один сказочник давным-давно проклял ее.
 
Он был непроходимым циником и смеялся надо мной так же, как я смеялась над ним. Он много курил, пил кофе, прекрасно играл на гитаре и любил мою улыбку.
 
Ему обошлось дорого то проклятье, но именно с тех пор Первый Снег приходит в самом начале марта и уходит в ноябре – такова ее судьба.
Особую нелюбовь она питает ко мне: еще бы, я была близкой подругой того Сказочника. Впрочем, неважно, она все равно не умет ненавидеть.
 
Она придет внезапно, в марте, как только впервые растает снег. Может, она придет к тебе; ты впустишь ее, почему бы не пустить?
Она проживет у тебя полгода, и ты полюбишь ее, потому что ее невозможно не полюбить. Она изменит тебя; она меняет всех, в этом ее природа.
Но в ноябре, как только растает первый снег, она уйдет. Ведь Первый Снег - это она.
Так что хорошенько подумай, пускать ли ее на порог твоего дома.

Потому что больше она не вернется.

История десятая, старая сказка про десять обычных слов

Понедельник, 08 Мая 2006 г. 22:28 + в цитатник
Краткое предисловие:
Эту сказку я уже рассказывала. И не раз. Но... Пусть будет, ладно?
 

В этот поздний вечер на улице было мало людей – погода стояла сырая и промозглая, шел дождь. Неяркий мигающий свет желтых неприветливых фонарей был угрожающим и тревожным. С деревьев слетали листья – их сбивал сильный ветер.
 
Но человека в длинном темном плаще, идущего по улице, казалось, это нисколько не волновало. В руках он нес букет цветов – белых лилий, бережно обернутых в прозрачный пластиковый пакет. Куда он шел? Зачем? Может, на какое-нибудь торжество, может, в гости к девушке, может…Число вариантов бесконечно – в хорошую погоду.
Но в эту пасмурную ночь?
Наверное, мне надо описать этого прохожего – безусловно, необычного для промозглой московской жизни, где уже ничего не может удивить.
Роста он был высокого; одет, как было сказано выше, в длинный темный плащ и широкополую шляпу, из-под которой были видны темно-русые волосы, собранные в хвост.
Глаза его, голубые от природы и красные от усталости, не умели быть отстраненными – казалось, что он живо наблюдает за каждой деталью улицы. Это качество редко встречается у нынешних путников. Они либо отстраненно глядят в землю, либо, все также отстраненно, изучают неоновые огни реклам.
Быть может, именно за внимательность этих глаз, многие люди называли взгляд этого человека недобрым.
 
Но в это ночь человек был не один на этой улице – ему навстречу шла девушка – судьба? Нет, глупая случайность.
Девушка была вся какая-то приветливая – теплое оранжевое пальтишко, коричневые сапожки, бордовый шарф, фетровые красные перчатки и такой же берет – вполне осенний уютный наряд. Темно-рыжие волосы, умные каре-зеленые глаза.… Еще со школьных времен к ней прицепилось прозвище Яви, ничего не значащее, но такое же теплое и уютное, как и сама девушка. А еще…Еще она любила дождь.
 
Так они и шли навстречу друг другу, холодный странник с любопытными глазами и девушка, даже в эту промозглую ночь кажущаяся приветливой и теплой.
 
Тепло-холодно. Коричневый-черный. Несколько линий – цветов, звуков. Противоположных, - а потому пересекающихся.
Стук каблучков по мокрому асфальту. Сбивающееся дыхание. Девушка спешила – она не смотрела по сторонам, не разглядывала синие номера домов, ей надо было успеть домой. В кожаной сумочке тихонько позвякивали ключи. А Дождь все барабанил по никелированным сточным трубам.
 
Они просто столкнулись. Нечаянно. Внезапно.
 
- Извините, пожалуйста.
- Ничего. Вам не надо извиняться.
- Почему?
- Вы – Осень. Осени можно все. Как Вас зовут?
- Я-яви, - немного испуганно пробормотала девушка.
- Эти цветы Вам, Яви. До следующей встречи.
- За что же? – она удивленно подняла глаза.
 
Никого не было. Только из темноты слышалась реплика:
- За то, что дарите людям Осень.
 
Так они и шли по улице – девушка с лилиями и юноша - с осенними искорками в холодных голубых глазах.



Процитировано 2 раз

История девятая, о Луне и конопатом Сказочнике

Воскресенье, 16 Апреля 2006 г. 00:36 + в цитатник
В колонках играет - Мельница - Оборотень

А вы когда-нибудь видели луну? Настоящую, большую Луну, которой гордится один мой знакомый Мышонок?
Конечно, видели... Да что это я...
 
Помните, я упоминала недавно одного конопатого Сказочника? Так вот, недавно, когда мы с ним встретились, он мне рассказал про луну.
Про Зеленую Луну. Нет, он мне не рассказывал сказку, он просто упомянул. А вот я...
 
 
Когда-то, не так давно, но и не очень близко, жил на свете и в тени конопатый мальчишка, можно даже сказать, неизменно конопатый. Знаете, он из таких людей, никогда не запомнишь их внешности, зато даже через сотенку-другую веков узнаешь по какой-то одной черте лица.

Если вы хотите навеки запомнить эти веснушки, могу подсказать вам дорогу до Сказочной Скамейки. Подсказать?
Выходите из дома. Закрываете глаза. Открываете. И идете, куда глаза глядят аж до самой подозрительной скамейки, присаживаетесь на нее и тихонько, шепотом, начинаете рассказывать сказку, предварительно закрыв глаза снова. Если вам повезет - Сказочник появится рядом и расскажет парочку своих историй. Если нет - то, значит, в другой раз.

Так вот, жил тогда тот конопатый, я так и буду звать его - Конопатый, в высокой Башне с телескопом на крыше. Он очень любил смотреть на звезды и всегда мог найти какую-нибудь Альфу Центавру с первого раза.
А еще он очень любил Луну.
Так вот, жил тогда тот конопатый, я так и буду звать его - Конопатый, в высокой Башне с телескопом на крыше. Он очень любил смотреть на звезды и всегда мог найти какую-нибудь Альфу Центавру с первого раза.А еще он очень любил Луну.

Ведь никто не отрицает, что Луна - это не просто "большая белая пуговица", а что-то такое таинственное и непонятное. Можно сказать, даже просто глупо утверждать обратное! Луна - это тайна в чистом виде. Луна покровительствует Сказочникам и невозможно представить, что бы мы делали без нее.

Конопатый был умным мальчишкой и понимал, что веками он не сможет смотреть на Луну и поэтому... Поэтому он решил сделать маленькую луну и всегда носить ее при себе. Если вдуматься, не так уж сложно сделать ее, надо лишь найти камешек на дороге в свете Полной Луны, добавить чуть-чуть магии и совсем немного души - так, чтобы камешек засверкал настоящим лунным светом. Ну, еще, конечно, надо верить. Без веры вообще ничего не получится.
Конопатый верил. И однажды, когда Полная Луна серебрила деревья, он спустился со своей высокой башни и пошел искать особенный камешек, и даже нашел его и добавил немножко магии. Когда же дошла очередь до души, он поделился ею, можно сказать, от души, да так, что камешек аж засветился от счастья ровным зеленым светом, как глаза того Сказочника. А потом Конопатый поймал лунного зайчика и посадил его в этот камушек. И получилась Маленькая Луна.
Правда, Зеленая.
Но это не важно.
Когда-нибудь, если найдете на Скамейке Конопатого мальчишку с Зеленой Луной на шее, передайте ему от меня пламенный привет.


История восьмая, вовсе и не история:

Среда, 29 Марта 2006 г. 19:37 + в цитатник
Настроение сейчас - влюбленное

Случайно взглянув за окно, Сказочница подпрыгнула и прижалась щекой к холодному стеклу, разлядывая капли.
 
- Ты вернулся, Дождь! Это значит, что Зима закончилась. Это значит...Ты вернулся...Здравствуй, Дождь, я ждала тебя.
 
Мы снова вместе.


История седьмая, городская:

Четверг, 23 Марта 2006 г. 18:39 + в цитатник
В колонках играет - Ария - Беспечный Ангел

- Могла бы ты рассказать мне одну историю? И последнюю ещё....
- Могу...
- Расскажи мне о рябине, что выросла при дороге...
 

Давным-давно, рядом с одной шумной дорогой родилось деревце, - начинает Сказочница. Путник наливает вино и пододвигает бокал ей; она вежливо отодвигает его обратно.
- Нет, оно не выросло, оно именно родилось. Потому что дорога находилось в шумном и враждебном большом городе, где деревьям, если они с самого рождения не борются за свою жизнь, нет места.
Так вот...Родилось это деревце - и удивилось: почему нет рядом других деревьев? Почему везде какие-то неоновые лампы, которые так неприятно колются своим светом?
Ведь еще семечком рябина знала (а это была именно рябина), что вокруг должны быть такие же деревья, но нет, никак не шумная автострада. Поудивлялось, да перестало; нельзя долго удивляться, когда идет борьба за жизнь.
Нельзя сказать, что легко было этой рябине - редко радовал ее дождь, редко солнце было добрым, а все чаще ездили машины, обдавая деревце грязной водой.
 
- И смрадным запахом, ломавшиеся машины душили рябину запахом бензина... – эхом добавляет путник, наблюдая за Сказочницей.
 
-  Но дерево все равно радовалось жизни, ибо горю тому дереву, что чахнет и жалуется - оно умирает, быстро-быстро, - путник кивает и наблюдает за девушкой, набивая вишневую трубку табаком. Сказочница невозмутимо продолжает:
- А еще... Еще у этого дерева была надежда. Надежда на то, что когда-нибудь выглянет солнце, когда-нибудь дождевая вода снова принесет радость. Эту надежду нашептал дереву маленький конопатый мальчишка - тот самый мальчишка, что сидит на углу двух домов и слушает звон капели и песню Скрипача.
Этот мальчишка - Сказочник. Нас, Сказочников, вообще много разбросано по свету: кто-то лучше рассказывает сказки, кто-то, как я, хуже.
Путник раскурил трубку и начал пускать дымные кольца.
- Так вот... Эта сказка еще не закончилась - дерево юно, а мальчишка мал. Да и что говорить об этом неведомом Сказочнике - он уже века сидит на той скамейке, каждый раз разный, но всегда, всегда конопатый. Этот мальчик умеет исполнять желания тех, кого он любит, и, поверь мне, он любит эту рябину, это кривое деревце, что по иронии судьбы борется за свою жизнь в центре города. Он любит дерево, которое любит Солнце и Дождь. Дождь, который люблю я, Сказочница, люблю тихо и вечно.

И знаешь... Дождь обещал мне вернуться.
А уж Солнце... Солнце мы возьмем с собой.


История шестая, весенняя

Пятница, 03 Марта 2006 г. 19:09 + в цитатник
В колонках играет - Blackmore`s Night - Greensleeves

Весна идет, Весне дорогу! (с)

 
 
- Я буду банальна, Миледи: расскажи мне, пожалуйста, о Весне и о человеке, что ей не рад.

 

Я почти недоуменно кошусь на мою Гостью. Ну ладно, не рада так не рада. Может, просто, это не ее Весна.
- Весна идет. Пусть она пока ступает совсем-совсем легко и незаметно, но она идет, пусть она только-только показалась на горизонте, но она идет и люди это чувствуют. Слышишь, вот, стук ее сапожек? Видимо, она забрела в сугроб и теперь изо всех сил топает, пытаясь стряхнуть снег. Люди, они только на вид такие холодные. Почти все чувствуют приближение весны: кто-то увидит ее мельком, кто-то поймает ее взгляд. Кто-то, как я, услышит стук ее сапожек, которые она вскоре сменит на туфельки.
 
Но есть люди, которые не рады Весне и не хотят ее чувствовать, а тем более встречать. Один из них – это безвестный скрипач, человек, казалось бы, романтичный и даже в чем-то добрый. Но почему-то он не рад приближающейся Весне и по вечерам, тревожно прислушиваясь к кристальной тишине, он боится услышать ее песню. Прислушайся и ты, мой неведомый читатель: неужели ты не можешь различить тоненького, почти жалобного голоска его скрипки, которым скрипач старается заглушить песню Весны, пока такую же тихую и тоненькую?
 
Этот неведомый скрипач играл Паганини, потом Листа, а потом и ту музыку, что сочинил сам. Он не хотел слышать песни весны, и музыка с каждой минутой становилась все более жалостливой и просящей и как будто говорила: «Не пой, Весна, пожалуйста, я не хочу и не могу тебя слушать…»
 
Но молодая Весна и не думала о безвестном скрипаче в черной рубашке. Она пела свою песню все громче, и, повинуясь ее голосу, все оживало. Снежинки таяли и превращались в дождь, Небо радовалось и становилось из серого - лазурным, да и сама жизнь наполнялась красками. Все радовалось Весне, только молодой скрипач не ждал ее прихода.
 
И он хотел, чтобы люди слышали голос его скрипки. Чтобы слышали голос той скрипки, которая не подпевает Весне.
Он надел пальто и поднялся на крышу своего дома.
Осторожно провел смычком по струнам скрипки, которая уже устала петь.
Но вдруг он остановился и услышал музыку Весны – щебет птиц, стук каблучков по асфальту, звон капели, уханье ветра в тупиках, шорох дождя. Вся эти звуки неожиданно красиво сливались и превращались в одну мелодию, именно ту, что могла аккомпанировать красавице Весне.
Но в этой музыке не было солирующего инструмента, который бы повел ее за собой и превратил бы в настоящее произведение искусства.
Юноша тихонько улыбнулся и заиграл.
Так было? Или ему казалось, что потом к нему присоединились и тоненький голосок флейты, и хрустальные переливы арфы, и одобрительный бас контрабаса.
А Весна все пела свою песню.
И помогала ей старая скрипка юноши-скрипача, который когда-то не хотел прихода чьей-то Весны.


История пятая, пасмурная, но добрая:

Среда, 01 Марта 2006 г. 00:14 + в цитатник
В колонках играет - Blackmore`s Night - Spirit Of The Sea
- Расскажи мне о Дожде...
- О Дожде? Сказочница влюблена в осенний ливень, только никому не говори, хорошо?
- Никому не скажу.

- ...Это будет нашей тайной. Я расскажу тебе о том, как Сказочница раз и на всегда полюбила холодный и неуютный осенний ливень, - начинаю я, поглядывая на букет золотых кленовых листьев, сегодня утром обнаруженный на подоконнике, - все началось с того, что в конце жаркого и удушливого августа Сказочница тяжело заболела. Не очень красивая, однако, самая правдивая правда. И вот... Через месяц после болезни, в конце сентября, ей разрешили выйти на улицу. Был пасмурный день, накрапывал легкий дождик, а сказочница радовалась своей свободе. Еще бы, она месяц не выходила из дома и с тоской наблюдала в окошке красавицу-Осень.
Она гуляла и вдруг...пришел ливень, - я улыбаюсь, - пришел, и Сказочница просто влюбилась. Как оно не банально, но с самого первого взгляда...

 - А ты любишь желтые зонтики, Дождь?
Дождь шел рядом и загадочно молчал.
- О, прости. Ты же вообще их не любишь. А знаешь...Может, люди, которые закрываются от тебя, просто любят зонтики?
- А может, они не любят, когда Небо плачет? - слегка улыбался Дождь, и я торопливо стирала слезу со щеки. То_ли_его, то_ли_мою. Торопливо говорила, почти скороговоркой, что при моей риторике весьма сложно:
- Знаешь, Дождь, я обещаю, что никогда, слышишь? никогда-никогда! не раскрою зонтик, почувствовав твои слезы на своем лице.
- Глупенькая, ты же заболеешь... Зачем? Зачем все это?
- Просто... Я люблю тебя.

 - Это мне? Спасибо! - я с восторгом рассматривала охапку золотистых кленовых листьев, которые Дождь сбил с ветвей. И как-то совсем по-детски краснела, зарываясь в листья, чтобы Дождь не заметил. А подняв голову, я замечала, что он спрятался.
- А-у-у-у! - все так же наивно выкрикивала я и тут же шептала: - Все...Все к черту!
Это было любимой игрой Дождя. Он вообще скрытный и недоверчивый, и прятки, или, как зовут это чопорные англичане high&sick – игра как раз для него.
Раскрасневшаяся, лохматая, я все же находила Дождь и подставляла руки, твердо намереваясь собрать его в ладони и заставить жить у себя. Но нет, Дождь хитер. Его не соберешь в ладони и не заставишь находиться в банке.
- Ты что? Я же тогда стану совсем другим! - Это правда. Дождь утратит свою дьявольскую привлекательность и перестанет быть диким и свободным. Я разжимала руки и глядела на то, как Дождь, похожий на непримиримое Время, утекал сквозь пальцы.
 Капли барабанили по гаражу вполне определенно и я слышала такт: раз-два-три...Раз-два-три..
- Ну, раз ты так хочешь, - дождь отбивал каплями так, а я смеялась и откидывала назад мокрую челку. И мы танцевали, ловя ошарашенные взгляды прохожих.
 

- ...А потом капли начали стихать, и Сказочница поняла, что пора прощаться. А еще она поняла, что теперь будет любить Дождь все свою оставшуюся жизнь...
 
- До встречи, господин Осенний Ливень, - шепнула тогда я и смахнула слезу. Свою_слезу.
 
 
- ...Вот она, наша тайна. И знаем ее только мы трое – Я, Дождь и ты.

Priroda.103.www.soft-teleport.ru.jpg (640x427, 51Kb)

История никакая, какая-то, но не такая:

Понедельник, 27 Февраля 2006 г. 23:05 + в цитатник
5442187.jpg (100x100, 10Kb)
Оно сегодня все - такое. Все какое-то правильное и в то же время - не то, что хочется и совсем даже не то, что надо. И я какая-то очень...Не та, какая я есть, но в то же время - это точно я, и нет никаких сомнений!
Нет...Сегодня не будет историй.
Истории - они слишком прозрачные, чтобы  рассказывать их в там состоянии, как Сказочница сейчас.
Знаете...А давайте, вы мне поможете?
 
Просто просто тот, кто хочет, попросит у меня вполне конкретную историю на конкретную тему. И я ее расскажу.
Только вот Сказочница не уверена, понравится ли вам ее история.

История четвертая, посвященная Мышонку:

Воскресенье, 26 Февраля 2006 г. 23:57 + в цитатник
В колонках играет - Act of Demon or the Work of God

Ш: Так, вот примерная карта...
Д: Вот тут одна река, вот вторая...
Ш: Нет, тут одна река!
***
Ш: Вот та самая вторая река.
Миледи и Сестренка, одновременно: Ты говорил, что здесь ОДНА река!
Из историй о Битцевском лесопарке.
 
 
Сестренка - это вам не Сестрица.
С Сестрицой у нас есть общие родственники в виде братьев, а Сестренка - он просто Сестренка. Мышонок.
Она такая, какая есть. Tale quale.
И Сказочница ее очень любит.
Слушай мою историю, Мышонок, слушай...
 
Расскажу я тебе про узоры на воде.
Вы когда-нибудь пробовали жечь снег?
Зря, очень занимательное занятие!
- А помнишь, мы рисовали узоры краской на воде?
- Помню.
В далеких-далеких краях, где человека нет и в помине, и и красота природы нетронута и хрустальна, живет бабочка. Это она сейчас живет, а скоро умрет. Бабочки вообще недолго живут и не успевают в полной мере насладиться миром. Но это не важно, Мышонок. Важно то, что эта бабочка родилась рядом с водопадом, водопадом искрящихся на солнце капель...
Знаешь, я хочу стать этой бабочкой и прожить эту пару дней, глядя на узоры, что создает водопад в реке, что рисует случайная травинка, плывущая по течению, или же водомерка, бегущая по своим делам.
Я хочу увидеть - и умереть.
Я умру точно так же, как ты, когда получишь воджеленные крылья и бросишься на скалы.
Крылья - это самая большая мечта Ра'Энн. Яркие, расписные, хрупкие, почти хрустальные крылья, которые похожи на узоры на воде, которую мы с с тобой, Мышонок, разрисовывали гуашью в первом классе.
Хотя нет, я вру.
Не те узоры, что мы рисовали гуашью...Такие узоры не нарисуешь краской, тяжелой и оттого грубой. Такие узоры можно нарисовать водой, огнем и воздухом.
Хрустальные переливы и перламутровые пятна...
Увидеть, взлететь и - умереть.
И остаться в чужих мыслях хрустальным узором, сумасшедшей Хрустальной Бабочкой.
Или разбиться, разлететься в пыль и осесть на воде.
Или промелькнуть в чужих головах незнакомой мыслью: 
Con amore, Vitrea Papilio..

5936226.jpg (485x643, 154Kb)

История третья, личного характера:

Пятница, 24 Февраля 2006 г. 00:37 + в цитатник

С какой-то неясной тоской я наблюдаю за моей младшей сестрицей. Сестрица тоскует по дому, она давно не была в своей квартире.... Да и вообще в родном городе. Она скучает.
А Сказочница, как она окрестила меня и какое имя я приняла с удовольствием, хоть и не имею на него прав, должна помочь. Да, Сказочница... Она утешит.
Только вот я не знаю, понравится ли Сестрице моя история.
- Давным-давно, когда мечты еще уже были хрупкими и хрустальными, но людей еще не было и в помине, а воздушные шары были из области научной фантастики, - я улыбаюсь, рассказывать - легко и приятно, нет тяжелого осадка на душе от еще не придуманной сказки, - жили ангелы. И...среди них была одна девушка. Да, девушка-Ангел...
Попала она из родной заснеженной родины в теплые края. Некоторые, конечно, скажут, что это хорошо - нет Зимы, осеннего пронизывающего ветра, всегда тепло и уютно. Но ты же знаешь, что это не так, правда? Девушка очень хотела вернуться домой, ведь Зима была серебряной и яркой, а Осень - золотой и уютной, Весна - юной и чудесной, а то вечное Лето, что было здесь, было удушливым и надоевшим. Если бы тогда знали, что такое почта и что такое письменность, девушка отправляла бы по почте письма в никуда с просьбами вернуть ее домой. Она верила в чудо... Она верила, что заснет, а потом проснется и - дома! и в мечтах все было так легко и приятно, так хрустально и чисто...
Но мечты были хрупкими. Им постоянно что-то угрожало.
И вот...Однажды, - я перевожу дыхание, - однажды девушка увидела снег. Настоящий, белый, хрустящий снег, искристым слоям покрывающий сочную зеленую траву. Девушка  хватала его руками, она со слезами в больших карих глазах смотрела на то, как с неба, кружась, падают хлопья белого, чистого снега, взлетала к облакам и ловила губами снежинки.
Она была счастлива.
 
- А что было потом? И почему пошел снег?
 
Я улыбаюсь. Мне незачем говорить причины, да и нужны ли они... Но у этой сказки не будет хорошего конца. Потому что я_так_хочу. Хотя нет, не потому что я так хочу. Если бы я хотела, я бы изменила в этой сказке все, начиная с первого предложения. И все было бы хорошо. Но это была бы уже не та сказка.
- Потом, Сестрица, все холодало и холодало. С каждым днем становилось больше снега, больше ангелов замерзало и умирало. А ей все было нипочем - она была счастлива. Она смотрела, как снежинки тают на ее ладонях, каким красивым узором оседают они на волосах...
Но затем снежинки перестали таять у нее на руках, глаза закрылись навсегда, а крылья, ее белоснежные крылья были безжалостно сломаны  при ударе о землю...
Она рухнула нелепо...
А ее мечта исполнилась.

-




Процитировано 1 раз

История вторая, тихая:

Воскресенье, 19 Февраля 2006 г. 16:21 + в цитатник
В колонках играет - Ария - Castlevania

Тишина...тс-с-с-с...
Тихо-тихо, тишина...
(с) Дельфин
***
- Какую историю ты хотел бы от меня услышать?
- Если я скажу тишину, ты обидишься?
- Ту историю, которую ты хотел бы услышать, ты не услышишь и не увидишь. Но она будет.
***
 
Тишина пришла по наши души...
Вы слышали когда-нибудь Тишину? Нет, не ту тишину, когда тихо вокруг, не ту, когда все молчат, а ту, что внутри Вас? Которая давит, давит так, что иногда нет сил просто вздохнуть?
Эта Тишина путешествует только под руку со Страхом, или, что еще хуже, с Ужасом.
Ее можно услышать.. Иногда.
Иногда она появляется среди шумной компании, иногда - в заброшенном старом доме. Услышать ее можно в любой момент, и тогда - не ждите ничего хорошего.
Ра'Энн слышала такую тишину.
Ее можно услышать на секунду, а можно - на часы.
Однажды, едет по дороге, лето, птицы поют, рядом Братец едет, смеется. И вдруг - Тишина.
Вроде бы все звуки на месте. Но все - мертво. Даже смех Братца - мертвый.
И страшно...Просто страшно.
А потом оно прошло - это ощущение страха, Тишины, злобного одиночества. И Тишина ушла, перестала давить.
А Ра'Энн очухалась и перестала ехать, петляя.
***
- А что было потом, РаЭнн?
- А потом Братец заехал в овраг и перевернулся.
- Вот такая вот неромантическая подробность.. Может, он тоже услышал Тишину?
- Нет, он просто замечтался и не обехал один маленький камешек.


История первая, неинтересная: Имя

Суббота, 18 Февраля 2006 г. 16:25 + в цитатник

Это так весело - быть влюбленной идиоткой!

Shinigami

Конечно! Можно умереть и заново родиться!

 Ra'Ann a.k.a Milady

 

 Раз история первая, то вы должны немного узнать о вашем Рассказчике.

Нет ничего плохого в том, чтобы рассказывать свою жизнь в пустоту.

А когда закрываешь глаза, мир теряет смысл.

 

 

Вы слушайте, ежели хотите. Я не держу.

 

 

Так вот. Жила как-то, в каком-то королевстве, а может и федерации, юная девушка. Была девушка умной не по годам, но глупенькой соответственно возрасту. В школе училась, с ровесницами дружила, и горя не знала. Была, может, немного странной, да кто замечал-то? Никто. Дружила девушка с Дождем, да улыбалась загадочно, а когда была дома, писала в дневник - все то, что вспомнилось и запомнилось в течение дня.

Мы все взрослеем. Мы даже можем сказать, что становимся с годами умнее, но, как говаривал один мой знакомый Мышонок, сказать-то мы что угодно можем.

В общем, самооценка у нашей девушки явно была поднебесной. Иначе зачем, скажите, она смотрела на все снисходительно, не имея к тому, в общем-то, никаких прав?

Звали ее…А какая, собственно, разница, как звали там какую-то девушку, тем более что у нее имен-то было видимо-невидимо: ее звали и Ра’Энн, и Рохмой, и Миледи, и Весп…Кто-то называл ее Хлоп-Хлоп, а кто-то обыкновенной Сестрицей.

Сойдемся на том, что девушка была безымянной, ладно? Мало ли сейчас по миру бродит безымянных девушек – да миллионы! И не важно, что написано у них в паспорте, важно, как их называют.

Таким Nemo нельзя влюбляться – они начинают искать свое имя. То, единственно правильное имя, которое будет принадлежать именно им, и никому более. Но бесхозных имен на свете, которые ищут своих хозяев, еще больше, и поэтому очень редко влюбленным Nemo везет. Чаще они или сходят с ума… Или привыкают к Nemo.

Наша Знакомая не хотела привыкать, но и сходить с ума…

Хотя, чего врать…Сходила она с ума на почве имен, сходила.

И все же, быть влюбленной идиоткой – это исключительно веселое занятие. Можно умереть и заново родиться, и все буквально в течение каких-то недель.

Окрестить своего любимого Гостем и нарочито подчеркивать, что он тут не задержится, просто Погостит и уйдет, пытаться выдумывать имена, рыская по словарикам…

…Нет, ну мало ли что! Может она и не ведает о том, что Ветер знает все имена на свете, и можно лишь попросить его нашептать тебе твое...

 

Гость действительно не задерживался - приходил и уходил, когда ему вздумается, спорил с Дождем, добросовестно делал вид, что он там и вовсе не причем, посмеивался тихонько, но подыгрывал изо всех сил.

А наша повзрослевшая Знакомая, но ничуть не поумневшая, видела тихие насмешки, да и сама посмеивалась: она ни к чему не умела относиться серьезно. Даже к собственным сказкам.

Через некоторое время ее кто-то назвал Сказочницей.

А она воистину полюбила это имя.

Кто знает, может, Ветер и впрямь окрестил ее именно так?

Действительно, кто знает…


Tales

Пятница, 17 Февраля 2006 г. 22:48 + в цитатник
~~~~~
Я снова начинаю свой рассказ.
~~~~~


Поиск сообщений в Story-teller
Страницы: [1] Календарь