-Рубрики

 -неизвестно

 -Поиск по дневнику

Поиск сообщений в No4noi

 -Подписка по e-mail

 

 -Статистика

Статистика LiveInternet.ru: показано количество хитов и посетителей
Создан: 06.11.2005
Записей: 220
Комментариев: 305
Написано: 435

я не беру на себя многое, я всего лишь говрю что хочу изменить мир. точнее показать его под другим углом восприятия - моими глазами.

на блядки сбираюся...

Воскресенье, 13 Ноября 2005 г. 12:31 + в цитатник
сегодня утром прошёлся по всем приличным магазинам города. расстроился. как всегда на меня только 1 вещь и та мне не нравится.. но утепляться надо, поэтаму пришлось купить... и шапочку заодно... щас вот пойду обмывать обновки :)
гулина денюха 001.jpg (600x800, 77Kb)

скоро ЛЫЖИ!

Воскресенье, 13 Ноября 2005 г. 10:04 + в цитатник
В колонках играет - земфира - аривидерчи
Настроение сейчас - зимнее предшоппинговое

сегодна утром немного шёл снег... у меня уже недержание, хачу на горнолыжку! говорят что малую трассу уже заснежили, но там мне делать нече :) достал лыжи из кладовки, сижу скользяк воском полирую... а сноуборд уже все канты себе заржавел за невостребованностью :)
restoraunt1.jpg (460x307, 45Kb)

Тригонометрия 2

Суббота, 12 Ноября 2005 г. 22:30 + в цитатник
сейчас сижу и качаю с сети альбом ночных снайперов "Тригонометрия-2"... очень расстроился посмотрев на список треков. качаю несколько новых композиций. звук... для мп3 оставляет желать лучшего. тексты песен избиты и посредственны. чувствуется коммерция в их творчестве, а жаль. раньше это было по настоящему искренне, от души. а теперь ради денег (2 диска ремейков..) как это ещё назвать..

от drugskywalker

Суббота, 12 Ноября 2005 г. 20:21 + в цитатник
Нас много...
И все по своим.Фотографируем подвалы, свалки...Разговариваем с бомжами о сотвореннии мира, курим по пачке за час, пьем кофе в забегаловках, греем руки в метро.Слушаем то, что любим...Любим тех, кто нас никогда не полюбит.Ощущаем, что жили уже и не раз.
Плачем...
Пьем.пьем, как пил Есенин, материмся как Маяковский...
И каждый в глубине себя...
Мы любим реинкарнацию и повторяемся с каждым движением ветра, мы помним любимых по отпечаткам на нашей одежде,
Мы читаем взахлеб, пишем в метро..на коленях.в толпе...
Мы ослеплены, мы не чувствуем друг друга по запаху, по ощущениям.Мы проходим мимо и не узнаем своих.
Мы смеемся над любой мелочью и кажемся слишком экстравертными, мы прикрываемся мишурой, дабы никто не отрыл в куче смятых бумажек наше сердце.
Мы целуемся до боли в подъездах и в вагонах метро, забывая о времени и пространстве.
Мы сжигаем то, что было дорого, сжигаем память...
Нам не одиноко...
У нас есть все и больше того...

Мы можем ощутить себя кем и чем угодно...
Мы знаем, что встречались когда-то, но забыли лица и стерли память кохиноровским ластиком...
Мы поем в переходах цоевские песни и цитируем Казанову Яшку...
Причудливо живем фильмами Литвиновой, Кустурицы, Фон Триера, Альмадовара...
И никто нас не знает...и мы пока не встретились...
Кто знает...
Может завтра мы проснемся счастливыми
И не одинокими...
Я верю...
1039974.jpg (680x951, 65Kb)

Богиня*

Суббота, 12 Ноября 2005 г. 20:01 + в цитатник
кадры из фильма "Богиня"
009.jpg (301x300, 43Kb)
006.jpg (300x300, 53Kb)

странное ощуёщение...

Суббота, 12 Ноября 2005 г. 19:36 + в цитатник
В колонках играет - земфира - кукушка
Настроение сейчас - тухлое...

Девушка: Помедленней, мне страшно!
Парень: Нет, это весело.
Девушка: Ничего подобного. Пожалуйста, это слишком страшно!
Парень: Тогда скажи мне, что ты меня любишь.
Девушка: Хорошо, Я люблю тебя. Тормози!
Парень: Теперь обними меня ОЧЕНЬ сильно.
*Девушка обнимает его*
Парень: Можешь снять мой шлем и надеть его на себя? Он мне надоел....
(в газете на следующий день)
"Мотоцикл разбился о здание из-за неполадки в тормозах. На тот момент на нём было два человека, и лишь один выжил."
На самом же деле, на половине пути по дороге, парень осознал, что тормоза сломаны, но он не хотел, чтобы девушка об этом знала. Вместо этого, он попросил её сказать, что она его любит и обнять в последний раз. Затем он заставил её надеть его шлем, чтобы она осталась жива, несмотря на то, что это означало, его смерть.

*Если вы любите кого-нибудь также сильно, скопируйте это к себе в дневник*

РЕНАТА ЛИТВИНОВА - БОЛЬНАЯ ЗВЕЗДА НАШЕГО ПЕРИОДА

Суббота, 12 Ноября 2005 г. 19:04 + в цитатник
Все-таки Ренатой Литвиновой невозможно не восхищаться. Она – самопровозглашенная наследница див прошлого века, сама себя придумавшая "Богиня". Снявшая прекрасный больной фильм.

Франсуа Трюффо называл "великим больным фильмом" шедевр с изъяном, грандиозный замысел, не выдерживающий до конца этой грандиозности. "Богиня" Ренаты Литвиновой в этой терминологии – "прекрасный больной фильм", фильм, который сбывается, несмотря на то, что состояться не должен ни по каким законам. Его "болезнь" – среди его достоинств, как в бледном стебле травы, пробившемся сквозь асфальт автострады. Болезнь еще и в другом смысле, психологическом. На киноэкране давно уже нет нормальных людей, кадр заполонили сумасшедшие – буйные маньяки (да хотя бы Уилл Смит в "Я, робот") и легкие шизофреники (как еще назвать человека, который считает себя наполовину пауком?). Раньше, наоборот, герои были зубодробительно нормальны, а легкая странность считалась опасным отклонением от нормы. Но сумасшедших можно снимать с точки зрения нормального человека, и тогда они будут уродцами, а можно – с точки зрения сумасшедшего, и тогда мы, как в кривом зеркале, увидим в них себя. Именно такой взгляд, такая призма – у Литвиновой. Мир "Богини" – это мир, в котором нарушены время и пространство, дни теряют свою последовательность, а помещения словно пережили ядерный взрыв. Он уже – на границе реальности и сновидения, как "стекляшка", в которой на кафельные стены наклеены обложки Vogue, а не отравленной может быть только водка, и в которой пересекаются герои из мира живых и мертвых. Короче, полный декаданс. Героиня "Богини" – следователь Фаина, дитя большого города, ведущая бессмысленную жизнь без любви, не в силах даже осознать ее бессмысленности. Пьет коньяк, механически расследует остающиеся нераскрытыми преступления. Голосом Ренаты Литвиновой произносит восхитительный мусор, "типа того" и "эт самое", и называет Егорова "Ягуаровым". Полюбив, она становится Богиней, растворяется в зеркалах и прыгает в небо, чтобы остаться в нем навсегда. Зеркала в фильме – дань не только французскому фантазеру Жану Кокто и его вариациям мифа об Орфее, но и Любови Орловой и ее зазеркальному двойнику в магическом соцреализме "Светлого пути". Советские примадонны, вместе с западными дивами Гарбо и Дитрих, – источник вдохновения Литвиновой-актрисы и Литвиновой-режиссера. Роль матери-героини, которая была написана для Ноны Мордюковой, а потом предлагалась Кире Муратовой, в конце концов сыграла Светлана Светличная, и логика этого решения сияет в каждом кадре с ее участием, бежит ли она по экрану в алом платье, вызывающем в памяти отчего-то фантазии Тинто Брасса, или греет руки над тарелкой супа в той самой "стекляшке". Литвиновский текст и его совершенно особые интонации так плотно населяют пространство кадра, что в начале фильма почти все герои говорят с обертонами Ренаты. В какой-то момент, когда появившийся в кадре Максим Суханов начинает говорить просто по-человечески, вздыхаешь облегченно. Пишет и снимает Литвинова по наитию, но в монтаже соединяет куски методично и четко, разрезая и сшивая "по живому" с бесстрастностью чужого. Она смешивает триллер, сказку, детектив, мелодраму и даже немного анимации в совершенно волшебный напиток. При этом для Литвиновой важнее всего фразы, которые произносят где-то там, в потустороннем лесу с нарисованными в дешевом графическом редакторе мухоморами, персонажи в духе фантасмагорий Линча. "Мне хочется сказать, я люблю тебя, но мне некому это сказать", или: "Это азбука Морзе. Я передаю сведения. Заберите меня отсюда!", или: "Он бьет ее, догоняет, опять бьет, она кричит, а потом они целуются. В общем, они делают все то, что я так ненавижу". Потому что фильм – не только про Фаину, но и про этих странных героев, произносящих по единственной фразе, и про многих других, оставшихся за кадром, и про зрителей, сидящих в зале, которые не поняли еще, что главное в жизни – это любовь, любовь, любовь, любовь, как радостно или немного печально, но всегда удивленно произносят с экрана сменяющие друг друга люди. Рената Литвинова – наследница див прошлого века, которая единственная может позволить себе фразу одной из героинь "Богини": "Я – звезда вашего периода!". Как один из сценариев, она сочинила самое себя. Ее жизнь в предлагаемых обстоятельствах – кинорежиссера, театральной актрисы, лауреата Госпремии и прочее, и прочее, и прочее – не менее интересна, чем то, что она делает. "Богиня" – такое же естественное продолжение ее самой, что, на самом деле, редкость в искусстве, где художественные решения так сильно зависят от совсем других, материальных, соображений. Это абсолютно "авторский" фильм, в котором сама Литвинова выступила не только как актриса, режиссер и сценарист, но и как один из продюсеров. Но не в этом перечне "ролей", а именно в отчетливой индивидуальности "Богини" видна сила Литвиновой-режиссера.
048.jpg (699x465, 121Kb)
Рубрики:  fashion

"не стреляйте"

Суббота, 12 Ноября 2005 г. 17:18 + в цитатник
Настроение сейчас - земфира - не стреляйте

новая "песня" Земфиры Рамазановой. качать )БЯЗАТЕЛЬНО, всего то каких то 370 Кб... 45 секунд.

Вложение: 3503865_ne_strelayte.mp3


про рассказ

Пятница, 11 Ноября 2005 г. 18:28 + в цитатник
сегодня выложил 3ю главу рассказа.. ни о чём в общем написанного, без цели и какой либо мысли. главное - настроение. вообще всего есть 5 глав. я так и не набрался терпения закончить начатое, поэтому что уж есть. жду ваших отзывов по поводу (и без) :)

Глава 3

Пятница, 11 Ноября 2005 г. 18:20 + в цитатник
Я сегодня утром умерла.
Покурила с горя натощак,
Не доделав важные дела,
Показала смерти белый флаг
- Настасья!!! Принеси с сеней крынку с молоком… - в очередной раз голос буйно помешанной тёти Алуши заставал Настю врасплох, стоило только замечтаться…
- щас-щас тёть Алуш, уже бегу - Настя вскочила со старинного сундука, на котором провела вот уже два часа не слезая, сундук вообще был её действительно родной, и единственной в своём роде вещью в этом доме. На нём она спала, внутри хранила свои немногочисленные вещи, это было единственное место в доме, в которое не могла добраться её сводная сестричка.
С тех пор как умер отец Настёны, старый капитан в отставке, мачеха окончательно озверела, Настя уж и не знала, куда ей бежать, некуда ж вроде… а может и есть.. куда, да только вот не могла она так просто взять да и сбежать от своей «родни»…
- ну быстрея дура рыжая, не видишь пить хочет мамульчка! – провизжал пискливый, жутко картавый голосища Лизки, сводной сестрици Насти.
- да иду, иду я!– не зная как отделаться от назойливой сестрёнки прокричала в сердцах Настя.
- ещё похами мне тут сучка ты эдакая – надрывные нотки в голосе матушки заставили Настю прибавить прыти и живо очухавшись от наваждения, благополучно захлестнувшего её в последние два часа яркими, багрово – фиолетовыми волнами спрыгнуть с сундука, феноменальным размерам которого все поражались, и схватив со стола кувшинчик с молоком Настя вошла в горницу.
- на печи лежала тётя Алуша, рядом на тамбурете восседала Лизон, грозный вид которой внушал Насте небольшой страшок, хотя она никогда не боялась Лизку по настоящему, но чуяла всем сердцем, что если уж ей придется, когда нибудь перейти дорогу этой стерве, у той хватит прыти, как следует напакостить в душу…
- вот, нате матушка, испейте – вежливо сказала Настя, на что Лизка сделала такое лицо, что Настёна аж поёжилась под тяжестью взгляда тёмных, поросячьих глазок этой сучки.
- Не будешь ли ты так любезна поведать нам о вот этой вот вещице – ехидно сказала Лизон, проворно доставая из кармана серебряную цепочку с подвеской чёрного камня, с маслянистыми разводами и полупрозрачной серединой, плавно переходящей к черноте краёв. – откуда она у тебя?
Когда Настя увидела эту подвеску что то сжалось у неё в груди, встало комом в горле, так, что ни слова не смогла она сказать с полминуты примерно…
Электрическая лампочка вздрогнула и на секунду погасла, такое бывает из за постоянного перепада напряжения в сельской электросети, которую проводили ещё при царе Гороху…
На секунду Насте показалось, что под лавкой у Лизки, прямо промеж ног её сидел чёрный котяра, да глаза светились как при луне полной у этого чуда, видение казалось столь реальным, что Настя охнула и отпрянула на шаг назад. Мачеха с дочуркой своей восприняли сие действие как признак полного согласия к причастности её, бедной Настьки к этой цепочке…
- что сабака, ужнала?! – проворковала Лиза.
- ну что вы, я в первый раз вижу это.. этот медальон… - искренне призналась Настя.
- врешь, стерва ты эдакая, я тебя насквозь вижу! – прожужжала с печи, доселе молчавшая тётя Луша…
- ну что вы матушка, как я могу, вам… - начала было оправдываться Настя, да Лизка её жестко оборвала, кинув медальон под ноги Насте.
- смотри дура ты рыжая, внимательно смотри, знакомая вещь то, небось! - сказала Лизка и, повернувшись вполоборота к печке, ухмыльнулась невесть кому.
Настя осторожно нагнулась и взяла в руки медальончик, камень казался лёгким и тёплым, его было приятно держать в руках, и тут наконец до Насти дошло то, где она раньше его видела. Когда отец умирал, он дал ей старый фотоальбом их с матерью Настёны, фотографии были старые, но все безапелляционно утверждали в один голос что Настя точная копия своей матери, которая и умерла при её, Настиных, родах… дак вот, такая точно подвеска была на фотографии её мамы, сомнений не было…
- откуда она у вас? – спросила изумлённо Настя.
- а я как раз тебя о том же спрашивала, у нас то она ясен пень, откуда, от твоего отца, а вот как она оказалась в твоём проклятом сундучище, мне знать куда как более интересно… уж поверь мне на слово… - ехидно сказала тётя Алуша.
- я честное слово не знаю, клянусь… - пробубнила Настя, и проронила слезу обиды, скорее уж не на своих родичей, а на себя, на жизнь, на судьбу. Только сейчас она вспомнила, что именно в этот день умерла её мать, и следовало бы сделать выводы что и Настя тоже в этот день родилась… неужто в двенадцать ночи ей восемнадцать стукнет, а осталось то совсем ничего, вечер ведь давно.
Настя сжала свой камень так сильно, что острые края его окаймления врезались в нежную кожу ладошек, сей отрезвляющий жест был сейчас как нельзя более кстати, по крайней мере всё наконец встало на свои места. Тут ей в голову что то ударило, глаза заволокло охряной пелериной, закружилось всё вокруг…
И вот она уже стоит на опушке леса, в руках крепко сжимает свой талисман, и осознаёт что с преспокойным видов наблюдает как уже пять минут созерцает на свой, охваченный огненным духом дом, не без удовольствия вдыхая запах новой жизни, запах горящего дерева и людской плоти, откуда-то она знала, что только её удалось уйти из дома, исчезнуть просто… и ещё может тому коту… хотя кто его знает.

Рыжие, кудрявые волосы, длинной до пояса, пожалуй, развевались на резком, холодном ветру, в зелёных, как у кошки глазах, отражалась луна, Настя стояла в одной потрепанной ночной сорочке на краю леса, внизу бурлил Инзер…
Две вековые сосны при лунном свете казались зловещими вратами ада, после которых не было ничего кроме бездонной пропасти небытия…

Но, очнувшись от дурного сна
И нащупав рядом пустоту,
Я от горла самого — до дна,
Провела незримую черту.
А потом тихонько умерла,
Чтоб ничьих не потревожить снов.
Помнишь, я венок тебе сплела
Из ошибок, слёз и васильков?
Рубрики:  first day

тоска вечерняя. стандартная.

Пятница, 11 Ноября 2005 г. 18:15 + в цитатник
наверное одинорчество - это когда не с кем съездить на кофейнь и попить кофе.. просто так.. спонтанно... все всё время занятьы, куда то спешат, болеют, у других просто нет настроения.. и это печально. неужели нельзя выделить хоть часик для друзей. это и есть главное отличие взрослой жизни. если ты считаешь себя взрослым, то у тебя всегда должно не хватать времени... даже если это на самом деле не так.
779783.jpg (471x671, 182Kb)

о людях:

Четверг, 10 Ноября 2005 г. 21:19 + в цитатник
В колонках играет - ночные снайперы - куба
Настроение сейчас - странное

божэ мой, наСРоение меняеться каждую минуту, еще каких то 60 секунд назад я был готов ПОВЕСИцА.. а тут вдруг чёта меня взбодрило!! люди, мля, у нас везде вокруг пазитифф, и если видеть только плохое, то зачем тогда жить!?
закат.jpg (700x525, 57Kb)

_ПОЕБИЗЪМЫ_

Четверг, 10 Ноября 2005 г. 19:15 + в цитатник
Цветомузыка
Арт-терапия
Кинобар
Фитнес-отель
Интернет-холодильник
Куртка-телефон Булочная-бутик
Парикмахерская – музыкальный салон

Русский вкус

Четверг, 10 Ноября 2005 г. 19:13 + в цитатник
Русский вкус
В одном из московских французских кафе мы беседуем с Александром Васильевым, знаменитым историком моды, театральным художником, дизайнером, коллекционером и меценатом. Наш разговор начался с истории создания его книг «Красота в изгнании» и «150 лет русской моды»
МОДНИК
– Когда мы познакомились много лет назад, я никак не мог предположить, что ты напишешь две огромные книги о моде. Ты был тоненьким, скромным, тихим мальчиком, коллекционировал старинные вещицы, веера, альбомы…
– А это и есть мода. Я всегда собирал, как тогда называлось, предметы материальной культуры, которые, каждый по-своему, отражали моду своей эпохи. Венский стул – это мода на австрийскую мебель братьев Тоннет, альбом с фотографиями – это тоже образы моды. В ту пору, когда я учился в школе-студии МХАТ, о моде никто не говорил. В магазинах царил «шаром-покатизм», мы не могли мечтать, о том, что на Тверской будут кафе, в которых, как на дефиле моды, девушки демонстрируют свои соболя, бриллианты… В СССР был единственный модельер Слава Зайцев. Мы знали, что где-то есть Пьер Карден, так как он делал костюмы для Майи Плисецкой, а некоторые краем уха слышали слово «диор», но не знали, с чем его едят. Слово «модник» ассоциировалось с героем фильма «Бриллиантовая рука», где Миронов изображал манекенщика Козлодоева («Брюки превращаются, превращаются брюки…»), над показами мод смеялись, это – занятие бездельников, глупых, аморальных людей. Я сгущаю краски…
– Некоторые до сих пор так думают.
– Полагаю, что многое изменилось. Я прожил во Франции 22 года, и до сих пор мое постоянное место жительства – Париж, несмотря на то что восемь месяцев в этом году я провел в Москве, из-за моего бизнеса.
– Какого?
– Дизайн интерьеров. У меня в Москве есть дизайнерское бюро «Интерьеры Александра Васильева». Мы проектируем интерьеры квартир и загородных особняков в изысканном и элегантном вкусе.
Теперь о Франции. Париж – столица моды. Французы традиционно любят приглашать русских в Дома моды – это считается довольно шикарно, так как русские приносят с собой русский вкус. Он чуть-чуть меняет французскую обыденщину, особенно в зимних коллекциях.
– Что такое русский вкус в моде?
– Это вкус к роскоши, это когда духами «Шанель №5» душат соболье манто, а поверх надевают еще нитку жемчуга. Когда любят в снегу есть икру и запивать холодной водкой, петь: «Гайда, тройка, снег пушистый…», смотреть небесно-голубыми глазами в глубокое декольте, украшенное баснословными бриллиантами, пить за здравие императрицы и бить об пол хрустальные стопки.
– А тебе приходилось?..
– Да, потому что французы уверены, что все русские бьют бокалы после каждого тоста. Наше представление и европейское представление о русском вкусе очень разнятся. Их сложилось под влиянием первой русской эмиграции, а наше – под влиянием социалистического государства. Их представления более правильные, несмотря на то, что нам это часто кажется «клюквой».

ПАРИЖСКИЕ ТАЙНЫ
– Волею судеб меня пригласили в ведущую (там учится тысяча студентов!) французскую школу моды Эсмод, и через неделю испытательного срока мне дали пятилетний контракт профессора (так во Франции называют преподавателей) по истории костюма, потому что, к сожалению, исторических знаний во Франции, как и в России, очень не хватает. Все 80-е годы я посвятил путешествиям. Я делал фотографии для моих лекций и постепенно собрал 30 тысяч слайдов. Потом меня пригасили в Королевскую академию моды в Антверпене, в Высшую школу Ля Камбр в Брюсселе и вскоре в Англию, в Королевский колледж искусств в Лондоне. Сначала каждый контракт за границей был для меня событием, я видел себя маленькой букашкой, которого вдруг приглашают «великие англичане», потому что я, как и все русские, очень комплексовал перед иностранцами. В основном из-за языкового барьера. Но когда вы снимаете языковой барьер (а я выучил французский, испанский, английский, турецкий, итальянский, сербско-хорватский языки), то вы понимаете, о чем они думают.
– Чем они отличаются от нас?
– Отсутствием страха. Генетического комплекса: «А вдруг нельзя?» А у нас страх в крови. Если честно, я был воспитан в ненависти к большевикам. И это чувство у меня с годами не выветрилось. В Париже я попал в среду белой эмиграции.
– Как это тебе удалось, ведь войти в их круг нелегко?
– Случайно. В 1983 году, придя в театр де ля Виль на спектакль «На дне» по Горькому, я обнаружил, что мое место в партере занято дамой. Она была очень стара, красива и одета, как персонаж из «Анны Карениной»: в жакетке из каракульчи, отделанной соболем, и в маленькой шляпке на лоб из того же меха. Я обратился к ней по-французски, она ответила мне с таким русским акцентом, который можно было резать ножом. Я спросил: «Вы русская?».
– Я не русская, я петербурженка! – ответила она по-русски, – а вы, наверное, беженец из советской России?
– Да.
– Милый, вы были в Царском Селе?
– Был.
– Видели там парк?
– Видел.
– А озеро?
– Тоже.
– На нем есть маленький остров. А на острове беседка, обвитая глициниями. Туда ездила наша императрица молиться всякий раз после встречи с Распутиным. Если хотите узнать продолжение, то позвоните по этому телефону, – и дала мне свой номер.

ШПИОН ИЗ МОСКВЫ
– Наталья Петровна Бологовская была актрисой Русского театра в Париже и портнихой французских домов моды. Ей было за 80, она меня пригласила к себе домой на блины с водкой и икрой. Я стал ходить к ней часто, потому что ей было интересно узнать о новой России, болтать по-русски, а мне была интересна старая, прежняя Россия, и мы подружились. А ее дочь – русская, но типичная француженка – как только мама занемогла, отправила ее в дом для престарелых. Во Франции родителей не держат дома, и все родители знают, что дети впоследствии их туда сдадут.
– Сволочи-дети.
– Да, но у них так принято. Я стал к ней ездить в предместье Парижа Монморанси, где жили еще 30 русских старушек. Всем в 80-е годы было за 90 лет, все родились в конце XIX века и встретили революцию взрослыми.
– И вот эти последние дуновения позапрошлого века ты…
– Да, захватил. Меня прозвали шпионом, потому что они были уверены, что никто другой к ним ездить не будет. Но ощущение было грандиозное. Скажем, там был замечательный барон фон Брокгаузен, корнет его величества, 102 лет. И он мне сказал: «Последний раз я видел парад в Москве на Театральной площади в 1906 году, а потом в Москву не приезжал, служил в Варшаве и в Петербурге. Какова Москва сейчас?»
Дети художницы Зинаиды Серебряковой, встретив меня, спрашивали про плотину на Днепре, имея в виду Днепрогэс. Эти люди были отрезаны от своей страны, рвались душой, и хотели увидеть Россию хотя бы одним глазком. Если бы им это удалось, может быть, этого бардака, который мы видим сегодня, этого китча и безвкусицы не было бы, они бы научили нас хорошим манерам, языку, как они научили меня… Я сейчас очень много езжу по России с лекциями. Я понимаю, что если я этого не буду делать, то как мы будем бороться с осокой, бурьяном, резедой и крапивой.
– А ты думаешь, можно победить в этой борьбе?
– Уверен. Этому помогут и уроки, которые я даю, и студенты, которые ко мне приходят, и презентации, которые я провожу, и книги… «Красоты в изгнании» мы продали около 20 тысяч экземпляров! (Для трехкилограммового иллюстрированного фолианта это фантастически много. – А.К.) Она выдержала пять переизданий на русском и издана в Нью-Йорке по-английски. Мои книги есть в каждой киногруппе, снимающей исторический фильм, в России и за рубежом.

КРАСОТА В ИЗГНАНИИ
– Это общение в доме для престарелых и с балеринами эпохи Дягилева, которых я застал в Лондоне, Нью-Йорке, Мадриде, Швейцарии помогло мне создать ту питательную среду, в которой родилась моя первая книга о моде.
Я познакомился с графом Шереметьевым, с князем Голицыным, с княгинями Шаховской и Оболенской, с графиней Толстой… В Бельгии я подружился с Апраксиными, в библиотеке у них я нашел адресную книгу русского дворянства за 1985 год. Про всех тех, кто еще жив. Живет ли он в Гондурасе, США, Бразилии, Мексике, Париже или в Японии – они все перечислены. Написано о том, кто на ком женат, у кого сколько детей, кто чем награжден, у кого какая недвижимость…
– И много их?
– Там приблизительно 300–400 имен. В двух томах. Я сделал ксерокс этого справочника и написал каждому человеку письмо с просьбой помочь в сборе материалов для книги о судьбах русской эмиграции, об истории моды… И получил около 70 ответов. Некоторые были ругательными, где мне говорили: молодой человек, все уже на том свете, где вы были раньше? И конструктивные: «Я, баронесса такая-то, мой телефон такой-то, прошу любить и жаловать, я вам все расскажу…». Я писал из Бразилии в США, из США в Венесуэлу, в Прагу. Мне отвечали, и все эти письма я сохранил. В «Красоте в изгнании» каждая глава основана на документах, в конце книги есть ссылки, их очень много… – Это громадный труд.
– Я доволен, что совершил его, потому что вскоре они все, к сожалению, ушли. Если бы я этого не сделал, никто бы этого не знал и меня бы не цитировал каждый учебник костюма для высших учебных заведений.

ВОЗВРАЩЕНИЕ
– Когда президент Путин приезжал во Францию, ты был одним из немногих представителей русского Парижа, кто был удостоен встречи с ним. Скажи, что сейчас значит русская эмиграция для России, и Россия для эмиграции?
– Очень много. Во-первых, то молодое поколение, так называемые витязи, молодежные организации Русской зарубежной церкви, организовали выезд в Россию во всевозможные лагеря. Это привело к тому, что в Москве сейчас работает огромное количество детей белой эмиграции, которые оказались востребованы. Сюда вернулась графиня Мира Апраксина со своим мужем Николаем Друзиным и стала дизайнером интерьеров, княгиня Оболенская открыла турбюро в Петербурге… Графа Петра Шереметьева, директора консерватории Рахманинова в Париже, наградили орденом «Меценат России» (Александр Васильев тоже им награжден. – А.К.). Княгиня Мария Магалова строит госпитали и школы в Рыбинске, откуда родом были ее родители. Княжна Вяземская занимается благотворительностью в Ижевске, княгиня Куликовская из Канады – в Екатеринбурге (интервью с ней о фонде «Русский предприниматель» опубликовано в «РП», №12 (24) за 2004 год. – А.К.).

МОДА НА БЕЛОЕ – К ВОЙНЕ!
– Несколько лет назад была мода на белое в одежде, и ты меня поразил, сказав, что это к войне.
– Да, именно, и случилась война в Ираке.
– А сейчас мода к чему?
– Сейчас ретро, мода на воспоминания о XX веке: какой он был замечательный. Раньше мечтали о XXI веке: будет счастье, будет так хорошо. Он наступил, и началось: 11 сентября в Нью-Йорке, война в Ираке, Дубровка, Беслан, тайфун в Индийском океане… И все закричали: мы не хоти-и-им двадцать первого века, хотим назад в двадцатый!
Мода ведь это не только одежда, это манера жить, это – кафе, музыка, украшения, еда, машины, курорты, лекарства – все мода. Сейчас – ретро. Мы мечтаем о 80-х, 70-х, многие говорят, что при Брежневе было неплохо... Ретро было и в XVIII веке, и в XIX, ретро Греции было в Древнем Риме. Удивительное явление, опасаться его не надо, оно изменится с новой войной. Которая неминуема.

МОДНО ТО, ЧТО НЕ МОДНО
– Как ты относишься к современным русским модельерам?
– Хорошо. Они все мои друзья. Я считаю, что они сделали свой вклад в определенную эпоху. Но все выходит из моды. Как вышел из моды Художественный театр, Людмила Зыкина, Филипп Киркоров. Все входит и выходит из моды.
– А в чем секрет модного?
– Это стечение очень многих обстоятельств. Почему Диор стал модным в возрасте 42 лет, в 1947 году, – маленький толстый человек в одежде инженера? Почему Шанель смогла вернуться в Высокую моду в возрасте за 70? Почему в один год все театры ставят Чехова, а в другой год Бернарда Шоу, Оскара Уайльда или Вампилова? Моду можно объяснить как коллективное сумасшествие. Это естественное социальное стремление. В моде только то, что сильно забыто. Шанель сказала: «Модно то, что не модно».
– А можно какую-то вещь ввести в моду?
– Можно. Я, например, в России ввел в моду шарфы у мужчин. Все кому не лень носят шарфики…
– Михалков, Меньшиков, Домагаров…
– Еще Зайцев, Юдашкин. Они понимают, что шарф в определенном возрасте корректирует фигуру, вертикальная линия создает объем, к тому же это очень хорошо людям с животиком… Я ввел в моду сталинские елочные игрушки. Сейчас каждая игрушка стоит 500 рублей на блошином рынке, а раньше их били и выбрасывали. Я написал о них в журнале Vogue и сделал разворот с фотографиями. Это было в Москве семь лет назад. Теперь каждый магазин в Москве выставляет коллекцию старинных игрушек. Надо дать толчок, импульс. Я знаю этот механизм.
– Ты еще и пиарщик?
– Да, большой. Я ввел в моду свою первую книгу. Но она очень хорошая. Хотя в моде может быть и дурное: и кокаин, и даже самоубийство. А могут стать модными и здоровый образ жизни, бег трусцой, фитнес. Во Франции есть специалисты по запуску продукта на орбиту потребления и моды. Специальные агенты, которые работают над акцией введения в моду. Можно запустить в моду низкий каблук круглой формы. Для этого надо написать несколько статей, сделать ролик. Рассказать историю, как хорош этот каблук, как он оригинален, почему без него невозможно. Все начнут подражать. Можно ввести в моду актрису, Акунина, зеленый чай, суши, автомобиль…
– Тебе бы нужно среди наших олигархов ввести моду на любовь к Родине.
– Это невозможно. Здесь не их родина. А многие до сих пор говорят «эта страна» или «совок»… До любви далековато!
– А как быть?
– Помочь вернуться русским эмигрантам, если они этого пожелают. Рожать здоровых мальчиков и девочек и делать своих олигархов, которые хотели бы деньги оставить в стране, а не за границей. Иного не дано.
817310.jpg (700x527, 131Kb)

Нет прекраснее цвета CHORNOGO!!!

Четверг, 10 Ноября 2005 г. 15:41 + в цитатник
Черный цвет, чернее черного.
Жизнь тяжела - не учи ученого.
Смерть трудна - себя не обманывай.
Все, давай, счастье спать укладывай.
Белый цвет превратился в серый,
С ним увяли надежда и вера.
Цвет любви теперь фиолетовый,
Крови цвет - одним цветом с ветром.
Что-то вот небеса не синие
Солнца золото накрыто инеем
Тают в сумраке дни весенние
Пахнет сыростью цвет спасения.
Цвет мечты перестал быть розовым
Лета цвет холодит морозами.
Нет, не слушайте обреченного,
Нет прекраснее цвета CHORNOGO!!!
978451.jpg (428x652, 129Kb)
Рубрики:  fashion

Глава 2

Четверг, 10 Ноября 2005 г. 15:36 + в цитатник
Бескрылому не разбиться,
Безвольные не взлетают.
А волк умирать ложится
Туда, где светло не бывает.
Прошло около пятидесяти лет с того момента как я попробовал вкус крови, я почти не изменился, вопреки всем предрассудкам о вампиризме меня не страшил ни солнечный свет, ни серебро, разве что к крестам я относился с лёгкой опаской. Я никак не мог понять кто я, вроде если я питаюсь кровью, значит я вампир, но в то же время, на этом сходства полностью заканчивались, по крайней мере недостатки, ещё стоит отметить что никакой «сверхсилы» я не ощущал… вопреки убеждениям Иосифа Александровича, от то мне пророчил помимо вечной жизни ещё и кучу «плюшек» скорее мешающих наслаждаться всей этой роскошью. В наследство от него мне достался весьма симпатичный особнячок в Подмосковье и квартирка, так называемый перевалочный пункт, у аэродрома Тушино. Я уладил все дела братства в Владивостоке, и сейчас направлялся домой, если можно было считать домом мои многочисленные временные пристанища, мне нравилось постоянно менять место жительства… первое время я конечно не сильно выбражал и вполне прекрасно себя чувствовал и в милом особнячке, который, я почерпнул эти сведения из многочисленных исторических документов, являлся когда то домом одного не безызвестного помещика, в военное время там был госпиталь, больничная атмосфера царила там и по сей день, только теперь этот дом местные жители побаивались и старались не приближаться к нему близко даже днём, а уж ночью и вовсе обходили за сто вёрст… пол пути до столицы оставалось мне ехать, как на одной станции, именуемой Магнитогорск, с виду вполне индустриальный город, только вот воздух там даже мне, бессмертному, резал лёгкие, не понимаю, как там люди выживают, с человеческим то здоровьем. В одном купе со мной ехала женщина, лет сорока с виду, не особо разговорчивая, что мне и требовалось, так что первая часть пути так и не удосужилась отпечататься в памяти яркими впечатлениями, дама всю дорогу читала книжки, сначала она основательно погружалась в два романчика Марининой, по прочтению коих взялась на мою полнейшее изумление за томик моего, с позволения сказать учителя, и по совместительству приёмного «папочки» Иосифа Александровича Бродского, при его жизни я не очень интересовался его творчеством, а тут такой шанс…
Увидев что леди изрядно поднадоела лирика моего наставника, я поинтересовался можно ли взять почитать сей литературный труд, на что она согласилась, прибавив при этом что то вроде «не думаю, что вам понравится, если уж меня это не проняло…».
Я взял тоненькое дорожное издание и наугад открыв страницу, стал читать хитросплетённые четверостишья, многие из образов мне показались жутко знакомыми, в некоторых даже я узнавал себя, интересно, никогда не думал что он был настолько ко мне привязан…
Поезд остановился, прямо напротив нашего окна стояло здание вокзала, симпатичное с виду сооружение, видно что его строили ещё при советской власти, а сейчас его ещё усердно реставрируют, фасады уже были готовы, а вот судя по количеству строительного мусора и маскировочной плёнки, в самом здании ещё кипели реставрационные работы. Выходить я не стал, слишком уж тяжёлый воздух, про себя подумал, что если здесь металлургический комбинат, значит в воздухе полно оксидов металлов, а кто меня знает, может это и есть моя слабость… в наше купе вошёл молодой человек лет двадцати, с приятной внешностью и бесконечно усталым взглядом, измученные глаза не способны были ни на что, кроме как прокричать «оставьте меня в покое, я ухожу», молодой человек сел на противоположную сторону от меня и, не поздоровавшись, уставился в одну точку, а потом и вовсе отключился почти на три часа.
Вскоре после того, как проводница проверила наши билеты, поезд прибыл на станцию Инзер, тем временем молодой человек, представившийся Лексом уже пришёл в норму и начал подавать признаки жизни, я предложил ему выйти покурить, на что он ответил, что дескать не курит, но выйти, подышать свежим воздухом не откажется. Мы вышли на перрон, Лекс подошёл до заборчика, видимо предназначавшегося, для того, чтобы всякие кие зеваки не свалились в бурные воды Инзера, который бурлил далеко внизу, и опять погрузился в себя.
В голове промелькнула интересная идея, навестит соплеменничков, поселившихся на вершине горы, резко поднимающейся из мятежных вод реки на другой стороне. Освещённый луной, на самом пике среди редких вековых деревьев стоял весьма приличных размеров замок, освещённый луной он смотрелся великолепно и величественно, вполне могло оказаться что это одна из зарубежных резиденций нашего любимого батюшки, князя Влада Цепеша… уж слишком зажиточно выглядело сие убежище.
Лекс разумеется не видел никакого замка, ну это и не мудрено, любой мало-мальски образованный колдун способен без особых усилий создать превосходную иллюзию и оградить себя от лишних глаз наблюдательных людишек. Только вот жалко, что сердце людей невозможно было обмануть, и место сие, как над ним не колдуй, всё равно будет вызывать зловещие ассоциации и пугать людей зловещностью и аурой страха и всё тех же пресловутых чудес, которые используются сугубо в бытовых целях обывателями замка, вопреки о представлении людишек о том, что колдуны в своих целях преследуют абстрактные цели уничтожения мира. Ничего подобного! Просто они обычно считают недостойным зарабатывать на жизнь традиционным способом, и приходиться пользоваться очевидной магией, окрестив про себя бытовой, её более безобидную разновидность…
Я простоял неподвижно у вагона, лишь потягивая сигарету, пока не подошла проводница, и не предупредила меня о том, что через пять минут поезд отбывает. Я подошел к Лексу, и сообщил ему этот прискорбный факт, тот попятился назад, поскользнулся и оказался в моих объятиях. На улице было прекрасная летняя ночь, небо было чистое, здесь видимо недавно прошёл дождь, судя по приличным лужам, и в воздухе стоял назойливых свежий аромат хвойной смолы, в низине у реки стелилась лёгкая дымка, жаркий день сказался на дождливой ночи прекрасным явлением в народе именуемым «ночная радуга», это когда после дождя, ночью, поднимаются пары воды и в свете луны преломляются семи цветами радуги. Красота неописуемая. Когда мы садились в вагон, я подметил то, что у Лекса были мокрые волосы, что не могло меня не удивлять…
Рубрики:  first day

опровержение фактов (пост)

Четверг, 10 Ноября 2005 г. 15:32 + в цитатник
1. планета оказалась "земля"
2. в институт довезли на машине
3. подрамников было 2
4. и они не размокли патамушта шёл мелкий снежок
5. с писцом меня так и не познакомили
6. настроение поднялось (привет Мичи и Полоске)
7. скрывался весь день от Шенцовой и она не отчитала меня насчёт сроков проекта :)
8. рейтинг ещё не вывесили
9. сигарет не было и в киоску было холодно идти
10. Анечка в силу моего хорошего настроения так и не познакомилась с писцом (я ж его и сам то ещё не знаю..)
11. сидел до 4х (дальше меня уже не хватило)
12. домой меня привезли!!! :)
13. в пепельнице остались жЫрнющие бычки от кэпитан блэка!! :)
14. сижу в интернете..
15. а завтра нет физры!!!

вот так и работают синоптики :)
840117.jpg (700x653, 195Kb)

интервью с Александром Васильевым

Четверг, 10 Ноября 2005 г. 15:24 + в цитатник
Геополитические претензии Александра Васильева
Главное напутствие авторитета моды Александра Васильева российским модницам и модникам: «Любите и плодитесь»
Эксклюзивное интервью обозревателю Fashion Monitor Юлии СУСЛОВОЙ.

Александр, вы – авторитет в области моды и стиля, и Вы часто бываете в столице. Скажите, Москва – модный, стильный город?

А что значит «модный»? А Париж, Лондон, Нью-Йорк - модные города? Ведь мода – это не для всех. В каждом городе есть только острова моды. В Москве – тоже самое. Глобально Москва – уродливый провинциальный город. Здесь грязно, неприятно в подъездах, на улицах бранная речь, много неопрятных людей. И вместе с тем, Москва – это город богатства и роскоши, потрясающих ресторанов, каких нет больше нигде в мире, миллионов, которые растрачиваются легко, потому что легко заработаны. Это город очень красивых девушек, в которых смешаны крови разных национальностей, но сознание не космополитично.
У них детское мироощущение в красивой оболочке. Этот город интенсивно развивается. И в этом его можно сравнить с большими метрополиями мира. Например, с Шанхаем или Мехико. Потому что Москва – все-таки не европейский город, по ментальности он ближе к Азии. Это не город эстетики, а город ярких красок. Вчера я был на одном вечере, и одна дама спросила меня: «Вы так говорите, как будто мы живем здесь в каменном веке…» Я ответил: «Нет, но – в бронзовом. Вам нравится все блестящее».

Да, вы часто говорите о том, что в России уже есть деньги, но еще нет знаний. Какие знания вы имеете в виду?
Вы знаете, это довольно сложно: человеку, который не обладает этим, он и не поймет о чем речь. Это – некий культурный бэкграунд, память, наследие. В России нет ни одной семьи со старыми деньгами, которые владеют средствами на протяжении последних 200-300 лет. Здесь есть только «новые богатые», и история их средств – максимум 10 лет. И знания, которые им нужны, это всё, это вековые знания, информация о мировой культуре, для того, чтобы отличить хорошее от плохого. За 10 лет этому научиться, увы, нельзя. Причем, внешнее они, как все нувориши, хватают очень быстро. Но вот внутреннего нет. Вот сейчас я создаю фирму по авторскому дизайну интерьеров. И самое удивительное, с чем я столкнулся: при всех заказах на уникальные интерьеры в Москве не было ни одного заказа на книжный шкаф. Ни одного! Да, есть домашние кинотеатры, которые пакуются в тумбочки. Исключение – одна дама. Она заказала огромный книжный шкаф для своей коллекции кукол Барби.

Вот чего у них нет – желания читать книги, ходить в оперу, слушать высокую музыку, философствовать. И чего у них уже никогда не будет – это благородства. Это слово вообще не популярно в России, здесь не очень понимают – о чем идет речь.

У благородства есть определение?
Да, это чувство, которое не измеряется в деньгах. А в России все, и любовь, и дружба, измеряется в денежном эквиваленте и категории личной пользы. Здесь нет абсолютной ценностной шкалы, и людям нет с чем сравнить, чтобы определить качество чувств. Обычный комментарий по этому поводу: «Не парься!» И это, в общем, выражает, глубину чувств этих людей.
Я выпускаю в России книги, практически ничего на этом не зарабатывая. Но я вижу необходимость этого. Их тиражируют, ставят в кино, в балете. Оттуда воруют иллюстрации. Это хорошо, потому что значит, что эта информация интересует людей.

Негативные стороны отечественной ментальности Вы связываете с советским периодом?
Советский период, безусловно, виноват в том, что суть русского народа долго уничтожали, как могли. И в области духовного сейчас вернулись к язычеству, поклонению одновременно нескольким богам и множеству суеверий. Современный русский человек верит в любую примету: кошку, понедельник, сглаз, битое зеркало… Это говорит о том, насколько сильно за советское время, из-за утраты веры, возродилось язычество. И это сильно отражается на ментальности, что они до сих пор верят, что это чучело неизвестного человека, которое хранят в мексиканской пирамиде на Красной площади, это и есть символ российской истории. А все знают, что их всего 6, и их меняют и одевают в разные костюмы. Но верят, что любой из них – этот тот самый святой, которого нельзя двигать. И в 2003 году надо ходить по Ленинскому проспекту и ехать в Санкт-Петербург по Ленинградскому шоссе. Я никогда не видел народа, который с такой яростью отстаивал бы название улицы Урицкого или Володарского в обмен на Рождественскую или Пасхальную. Потому что они – не христиане, им это не близко. Здесь нет генетического прошлого. Родственные деревья обрываются в 1917 году.

Вы думаете, эту ситуацию можно изменить?
Я не смогу. Я слишком слабый и маловлиятельный человек. Должно быть перерождение ментальности. Но я считаю, что каждая моя акция в издании книг, дизайне, выставках, образовании, телевидении – все это добавляет маленькую каплю в общую чашу. И наконец она перельется через край. И новое поколение поймет, что главное – очищение мозгов. Без этого у России нет будущего. Сейчас это будущее для меня темно. Самая главная забота – низкая рождаемость и большая смертность. Все остальное, политика или финансы, меня не интересует. Я полагаю, что страна находится в генетическом тупике. Вы вымираем. И это немножко похоже на «Титаник»: в Москве открывают новые рестораны, танцуют на палубах кораблей, а Сибирь и Дальний Восток пустеют. Так мы все потеряем. Мы должны заселять эти места. И мода – это только вторично. Вот людей в столице волнует: модные ли у них ботинки. Да успокойтесь, модные. И девушки у вас красивые. И парни – ничего. И машины дорогие. Но главное, дорогие мои, что вы вымираете. И в этом моя главная претензия к большевизму, что они подрубили рождаемость в стране. И все – остальное – частности, которые приложатся. Какая разница: какой модельер станет модным и как возродить русский дизайн? А кто всё это будет носить?

Ведь Москва – это только витрина, это отдельный мир, а не Россия. Но и здесь есть ностальгия. Недавно я был на светском вечере – открытии гольф-клуба России в культурном центре искусств Галины Вишневской. Там были сестра короля Швеции принцесса Бергитта и графиня Тышкевич. Обе – усыпанные бриллиантами и только что с Майорки. Но ведь были свои собственные принцессы с таким же количеством бриллиантов. Их расстреляли, а теперь напрокат берем на Майорке польских и шведских аристократок. Были свои, полно: красивые, знатные, культурные, величественные, с усадьбами, библиотеками, картинным галереями, воспоминаниями, семьями.

Вы известны пристрастием к аристократическим кругам. Но ведь это чрезвычайно узкий круг людей, их и тогда, и сейчас мало. Вы находите эту среду деятельной?
Да, мало. Но я не принимаю этой демократии во всем мире: разве сейчас у каждого в доме висит Рембрандт и потрясающие апартаменты? Конечно, богатство элитарно. Но разве мы хотим иметь элиту, которая пьет пиво и хрюкает? А это то, что я вижу сейчас. И элита всегда впереди, это двигатель прогресса, потому что ей подражают. Но чему подражают сейчас в Москве? Я уважаю «новых русских». Они дают мне деньги, работу, они – щедрые ребята. И у них одна мечта: сделать как во дворце, как у графа. Никто не хочет делать как у работника ДнепроГЭС или лифтера. Нужен эталон! А чему подражать здесь?

А можете ли Вы определить Ваш собственный стиль, в творчестве и жизни?
Мой стиль – исторический. Люблю старину, величавую роскошь. Не люблю показной блеск. Это проявляется в моих работах. Говорят, что это не востребовано всеми. Но я и не стремлюсь всем понравиться. От поп-звезд меня отделяет то, что мне нет нужды стремиться ко всеобщей любви. Говорят еще, что я – большой сноб. Ну и пускай, в стране должны быть свои снобы, а то ни одного не осталось.

Что ж, кристаллизованная во времени старина – это достойно. Но нас интересует и современность, а именно – судьба российских модельеров. По вашему мнению, что нужно для их коммерческого успеха молодых дизайнеров?
Молодые русские модельеры никогда не станут кутюрье с мировым именем: у них другой возраст и другой опыт. Но они могут стать неплохими хористами. Самое главное, что им сейчас нужно – выучить иностранные языки, и не один. Модельер должен иметь возможность выразить себя и понять других, иметь возможность общаться. Затем, нужно изучать менеджмент моды, который предусматривает планирование. А не на уровне спонтанных идей «срастется – не страстется», как это делается в России. Здесь идею обычно рождаются в час ночи. А надо PR, фотографии, релизы – и все не впопыхах в последний день. Для этого я преподаю теорию, историю и менеджмент моды.

Но это деньги, инвестиции, которых нет…
Это проблема. Ведь здесь нужен частный капитал, который в России руководствуется самодурными импульсами. Это еще у Островского было описано в «Темном царстве». На уровне: «Я тебя люблю, даю тебе миллион», «Ты мой такой друган, сейчас я тебе отсыплю полтора миллиона», «Я сейчас здесь все окна побъю, а потом заплачу». Всё это почти как у африканских королей. Нужны нормальные государственные структуры, которые будут вести планомерную политику и системные инвестиции. Самая перспективная из дизайнерских школ сейчас – Омская. Недавно я был приятно поражен Тбилисской школой. Каждый год приходят новые имена. Здесь дают хорошую подготовку, ведь в России изучают рисунок, мастера могут и рисовать, и кроить. На Западе это разделяется, и художник не всегда представляет себе – как это воплотить. Отечественным модельерам нужно подтянуться в информационном плане, освоить закономерности модных тенденций. Чтобы не придумывать еще раз что-то оригинальное, которое уже давно изобрели.

Чем может помочь в этом процессе журналистика?
Журналистика выросла. Появились аналитики моды, которые чаще умнее, чем их западные коллеги. В России сохранилась традиция писательства. Она не прерывалась, писали «в стол». Поэтому я хвалю журналистов. Но им тоже надо знать языки, чтобы, по крайней мере, не путать имена и названия. Вот, знаменитый город Канны. Это – множественное число, но его упрямо обзывают «Канн». Да и Versace долго учили. Я внес свою лепту, будучи корреспондентом журналов Vogue и Harpers Bazar во Франции. И сейчас журналисты уже перестали всех подряд хвалить. Стали понимать, что если блестки – не обязательно замечательно.

Как специалист, дайте пару советов жертвам моды и фанатам брендов.
Не горячиться. Нужно понимать, что все бренды живут и умирают. Знаменитые имена, даже Скиапарелли, никто сейчас уже не знает. Все они завершатся. И вместо экстравагантной сумочки я советую прикупить отменный диванчик красного дерева, он дешевле встанет и останется с вами на всю жизнь. Сумочка будет вашим другом полтора сезона, потом она или развалится, или выйдет из моды. А диванчик будет с вами всю жизнь. Но я понимаю этих людей. Сам гонялся за марками. Сегодня для меня важнее моя сфера обитания. Я больше верю в движимость и недвижимость, чем в имена. Ведь все вещи все равно шьются в Китае, а бренд – это только наклейка. Но как курьезность моды, меня это интересует. Я понимаю психологию этих людей, которые действительно боятся, что их засмеют. И важнее здесь наличие собственного вкуса. Отсутствие стиля удобно прикрыть надписью.

Было чрезвычайно приятно пообщаться, и напоследок – риторический вопрос: что такое стиль?
Здесь нет универсальных советов. Это может прийти когда угодно или не прийти вообще. Я вот не знаю, но все равно меня все узнают. Есть образ. Нужно понимать себя и одеваться так, как ты это чувствуешь.
Сегодняшняя молодежь меня радует. Она при компьютерах, поездила по миру, жадно впитывает информацию, учит языки. Не потерять бы при этом родной язык. И вообще-то все это очень интересно. Приходится надеяться…
1094376.jpg (700x517, 62Kb)
Рубрики:  fashion

последняя на сегодня запись :)

Среда, 09 Ноября 2005 г. 22:20 + в цитатник
щас натягивал подрамник.. утром проснусь в 6 от жуткого мата.. рассыпал в коридоре коробку канцелярских кнопок и в потёмках боюсь что мог пропустить пару штучек когда собирал их обратно :) подрамник натянулся хренова.. бумага не ГОСТовская, палёная.. трещит по швам и размокает до состояния тряпк (кто знает тот поймёт:) )...
хорошее начало хорошего дня.. мля...

прогноз на день грыдущий:

Среда, 09 Ноября 2005 г. 21:54 + в цитатник
1. проснулся на планете "THE Мля"
2. пошёл в институт
3. с натянутым подрамником для живописи!
4. подрамник промок по дороге и разошёлся по швам
5. меня познакомили со славным зверем писцом (мой препод по живописи и рисунку) респект Голубеву В.И.
6. настроение испортилось из за просмотра.
7. настроение испортила Шенцова потаму как я не принёс ей дизайн проект (Полоске респект отдельный моя флэшка у неё...)
8. посмотрел на свой рейтинг и очень расстроился
9. курю и думаю взяться за ум перед сессией
10. иду знакомить полоумную тётушку Меньш с моим хорошим другом писцом... (анечка почитай и приди подготовленной)
11. сижу до закрытия кафедры делаю живопись
12. приползаю на бровях домой
13. обнаруживаю что кончились сигареты и иду стреляться (вешаться\топиться) нужное подчеркнуть..
14. сижу до 3х в инете
15. сплю на клавиатуре (дабы вызвать отпечатавшимися на лице клавишами жалость у нашей физручки наутро)

буду очень рад если хоть один из пунктов не состоится, в чё мне с трудом верится...
3398167_3924_b.jpg (450x350, 44Kb)


Поиск сообщений в No4noi
Страницы: 11 ..
.. 4 3 [2] 1 Календарь