LiveInternetLiveInternet

... к тридцати пяти годам она не сильно изменилась, но как-то потускнела, поправилась еще на несколько килограмм, стала тяжелее на подъем и перестала вовсе истерить по ночам в мобильные телефоны, хотя коньяк закупала исправно. Нечастыми выходами "в люди" накачивалась по-прежнему безоглядно, с обязательными историями "за жизнь", которые со временем становились все душещипательней. Вот только люди были все те же, все то же слышали уже неоднократно, выходы становились все реже да короче, как короче с возрастом становился период времени, необходимый для напиться и пуститься во все тяжкие. Тяжкие же в свою очередь уже давно обходились без последствий. Вообще без каких бы то ни было, кроме как для лица.

Она тяжело просыпалась по утрам, долго вглядывалась в зеркало, плескала в глаза ледяной водой, в который раз зарекалась, уходила в работу, в хлопоты чужие и свои, возвращала в прокуренные легкие былую легкость, прогуливаясь весенним парком, несуетливо и довольно, переставая худеть, пекла блины и иногда танцевала, ночами, ловя в окружающих зеркалах очередные огрехи своей фигуры.

И всегда наступала ночь, когда ее отчаяние начинало корчить ее изнутри, и она, гримасничая все в те же зеркала, представляла в своей руке безупречно кривой нож, шлифовала движения харакири или сеппуки и засыпала под другое кино, уткнувшись в подушку, беспомощно свесив левую руку с кровати, а наутро уже даже не зарекалась, лишь торопливо замазывала тональным кремом очередные морщины, по обыкновению опаздывая на работу...(с)Анастасия Дудникова