Сегодня на страничках ДЗ дебютирует наш друг из ЧД EL_Pelado,

Эпизод из жизни снайпера.

Все события – настоящие. Июнь 2000 года. Вымышлена фамилия одного из персонажей. О войне или коротко, или ничего.

«О том, что с человеком можно сделать ТАКОЕ, Кабанов даже не мог себе и представить. Они, вместе с Чистиком и Кирюхой, следовали в предгорья – по наводке, для того, чтобы закрыть заслоном место потенциального отхода бандитов.
Кино и, нахрен, ни в какое сравнение не шло с тем, что они нашли. Когда-то это было солдатом. Российской армии. А теперь – биомасса из ошметков кишок, внутренних органов и кусочков кожи, с форменной одеждой, словно миксером сбитая смесь
Чистик хотел было закурить, но Кир несильно дал ему по шее. Опытный боец, а их враги всегда были опытными бойцами, может унюхать вонючий запах табака на приличном расстоянии. И тогда, когда этот субъект, с тонким обонянием, решит проверить, кто же там шляется по скрытым лесом перевалам – мало может не показаться.
Кабанов сплюнул.
- Раб? – спросил он. Недалеко, как раз, находилось горное селение.
- Хер его!
Не сговариваясь, они, где руками, где палками, проверили ТАКОЕ, на наличие документов, но ничего не нашли. Тот, кто сделал это, надежно позаботился, чтобы преступление было безликим. Все равно боятся, суки черножопые.
Время у них было. Полчаса работы саперными лопатками – принесли последнее упокоение неизвестному. Сняли банданы, помолчали. Кир отметил место на карте.
- Пошли.
Через три часа они были на месте. Молча, отрыли себе укрытия, замаскировались. Где камнями и ветками, а где кусками масксети. Кабанов натянул на себя «лешего» и тщательно понапихал в накидку веток, листьев и травы. Он обустроил место чуть впереди всех, и ему было хорошо просматривать тропу. Немного выше и левее, устроился Кир с пулеметом, Чистик еще выше и правее, обеспечивал огневое прикрытие, и контроль за тылом.
Теперь нужно было ждать.
Кабанов лежал молча. Он уже промерял расстояние до места появления возможных целей. Определил ориентиры на этих расстояниях. Заприметил на открытом месте, куст, неизвестного, для себя, вида. Куст стоял на ветру, и мог помочь в определении направления и силы ветра. В уме подсчитал предварительные поправки при стрельбе, и затих. Из мыслей не уходило увиденное несколько часов назад. Нет, он уже давно не смущался от созерцания таких вещей, его мог добить разве–что запах, к запаху невозможно было привыкнуть. Просто, это был еще один неизвестный парнишка, родные которого никогда не будут иметь понятия о том, что же случилось с их сыном, братом… С одной стороны, какая разница, где лежать, раз ты уже мертв, а с другой, хотелось – чтобы помнили.
Невероятно холодной, постепенно переходящей в жар, накатилась тоскливая волна. Жалость к себе, а не к похороненному, выдавила слезу из глаз на потрескавшемся, и шелушащемся, от абы–какого бритья, лице. Захотелось хлебнуть неразбавленного спирта, или раскурить анаши.
Почти до вечера ничего не происходило. Кабанов жалел себя. Что делали Кир и Чистик, ему было не видать. Да и знать не хотелось.
В семнадцать двадцать две, со стороны долины, по тропе к перевалу, потянулась вереница из троих боевиков и двух лошадей.
Кабанов крепче сжал винтовку. Телом он образовал жесткую конструкцию по ее удержанию. Еще в первый раз, как только он взял в руки оружие, вместе с выписанной в грудь «фанерой», чтобы запомнилось лучше, он усвоил две самые важные истины: оружие ошибок не прощает, и автомат – это не член, его нужно держать, а не дрочить. Усвоил и запомнил на всю последующую жизнь, и не раз убеждался в мудрости этих постулатов.
В семнадцать пятьдесят четыре, когда Кабанов убедился, что это все их гости, а не передовой дозор, за которым тянется основная масса врагов, и взглянул на куст – ветер был сильнее, чем час назад, быстро просчитал баллистику и взял соответствующие поправки, он произвел первый выстрел.
Прицел у винтовки, четырехкратный «ПСО-1», не самый лучший представитель оптических прицелов, но и через него было хорошо видно, как почти в двухстах метрах, у третьего боевика, который шел замыкающим и вел в поводу лошадей, в районе головы, вспухло красное облако. Кабанов специально целился в последнего, чтобы тот не смог, после первого выстрела, укрыться за лошадьми. Однако враг был не лыком шит. Второй успел рвануться к передней лошади и, откинув брезент, направил в сторону засады ствол «Утеса» или «Корда», который прямо со станком был приторочен к вьючному седлу, и завел длинную очередь. Ему было неудобно, но крупнокалиберные пули калибра двенадцать и семь миллиметров, заставили Кабанова пережить не самые лучшие секунды в своей жизни.
К делу подключился Кир с пулеметом – на такой дистанции, и под таким углом – это был кинжальный огонь. Кабанов только услышал визгливый вопль Чистика:
- По лошадям не бей!!!

Они стояли у пятерых мертвецов. Троих они уничтожили, еще двое нашлись на второй лошади. Кабанов сразу отметил, что двоих – он положил точно, пока вмешался Кир с пулеметом. Одна лошадь была мертва, Кабанов машинально отметил, что в нее попало как минимум десять пуль, а вторая, выхаркивая изо рта алую пенную кровь, надрывно сипела. Пена с кровью – это легкое. Смертельная рана.
Чистик, схватив лошадь за шею, надрывно плакал, словно ребенок. У Кабанова предательски защипало в глазах, и он отошел, в сторону, хлюпая носом. Сзади подошел Кир. Он уже связался по рации с отрядом, преследовавшим боевиков. Сказал, что свои уже неподалеку.
- Пристрелить бы надо? – Сказал он.
Чистик завыл еще яростнее.
- Я не могу, - ответил Кабанов и сел на камень.
Чуть погодя к нему подошел замурзанный Чистик.
Сзади раздалась короткая очередь. И послышались тихие всхлипы Кира».

Автор темы Черный_Нигер,

Читать далее