-Поиск по дневнику

Поиск сообщений в Hippie_Visual_Kei

 -Подписка по e-mail

 

 -Статистика

Статистика LiveInternet.ru: показано количество хитов и посетителей
Создан: 01.07.2010
Записей:
Комментариев:
Написано: 38

Комментарии (0)

Выбор за тобой

Дневник

Воскресенье, 25 Сентября 2011 г. 14:47 + в цитатник
Автор: Chibi_Fran
Бета (она же гамма): Arissa Adashi
Название: Выбор за тобой
Пейринг: Алекс/Эрик
Жанр: Драма, ангст
Рейтинг: NC-17
Размер: миди
Статус: в процессе
Саммари: Переезд Эрика к герцогу Кентскому должен был только усложнить жизнь юноши. Однако в новом доме его поджидало нечто, под названием любовь. Он не мог признаться себе, что влюбился, ведь «ненавижу» всегда легче сказать, чем «люблю». Выбор Эрика решал дальнейшую судьбу любви двух парней, живущих в Викторианскую эпоху. Каким же будет его решение?
Дисклеймер: Все персонажи выдуманы автором.
Предупрежедние: насилие
Благодарность: благодарю Arissa Adashi за содействие^^

Предисловие

Иногда так случается, что жизнь преподносит нам сюрпризы: скверные и не очень. Дело ли это рук судьбы? Верующий человек, пожалуй, скажет, что да. Но это не так. Люди сами придумали судьбу, чтоб сыпать на неё шишки, когда не все получается так, как они хотят. Ведь это так подходит человеку: судьба, в отличие от него самого, не начнёт спорить и тратить наши и без того испорченные нервы, судьба не может стать врагом, она не может обидеться или прекратить общение с тобой - поэтому так удобно обвинять её во всех бедах.
Но если же посмотреть правде в глаза, большинство случайностей вытекает из какого-то, пусть даже незначительного, поступка человека. Тогда возникает вопрос: почему жизнь некоторых людей столь угрюма и мрачна? А это всего лишь естественный отбор. Кто выкарабкается – тот и получит в дальнейшем эту, так называемую, благосклонность судьбы. Да, это не логично, однако искать логику в жизни бессмысленно. Просто нужно выбрать свой путь и следовать ему. Кто-то живёт мечтаниями, наивно веря в чудеса. Другие просто берут от жизни всё, что та может предложить, и таких людей еще называют обывателями. Это как раз та большая прослойка людей, которые умирают, не оставив о себе и следа в памяти общества.
С другой стороны, чтобы общество тебя запомнило, приходится делать то, что оно хочет видеть. Перед человеком всегда стоит выбор, каким будет его следующий поступок, ведь можно крушить, ломать, а можно любить и сопереживать… Оставлять себя без права выбора – тоже не вариант. Прискорбно, что люди могут запомнить революционеров, полководцев и даже серийных убийц, но не могут сохранить на страницах жизни память о таком благородном чувстве, как любовь. А ведь так часто за политическими и военными интригами стоят тонкие, искренние чувства… Но никто о них и не знает, ведь это не повлияло на ход истории. Однако история одного поколения семьи может изменить целый мир. Благодаря чувствам можно выяснить первопричины многих человеческих поступков. И не важно, любовь это, ненависть или зависть – всё это вызывает эмоции, которые просто не поддаются контролю, и которые становятся причиной многих достижений и ошибок…
Имеем ли мы право судить других за их действия? Нет. Люди никогда не были способны понять страдания друг друга. Каждый в глубине души думает, что именно на его сердце раны самые болезненные и не заживающие, и только он достоин спасения самой судьбой. Поэтому часто люди эгоистично относятся к своим окружающим, не замечая обид и разочарования в их глазах. Нельзя игнорировать окружающий мир, иначе он попросту не заметит тебя, когда ты вскоре будешь молить о помощи.




1 глава

“Иногда мне лет сто,
Иногда мне лет пять,
Я ползу, как змея,
Но умею летать;
То высок до небес,
То я низок, как пень,
То я – ангел, то – бес,
То я – свет, то я – тень;
«Где же я настоящий? –
Тревожит меня: -
Пепел я или нет,
После вспышки огня?»”

Он жил в мире, где не было места любви и заботе о близких и родных. В мире, где существовала лишь жестокость и безнаказанность, равнодушие и предательство. Но это был его мир, и он не собирался его ни с кем делить.
Да, он уже не помнил своего имени, похоронив его вместе с воспоминаниями о родителях, друзьях и врагах, и всех прочих, не оставив в душе ничего, кроме пустоты. Его сознание тонуло в безграничной ненависти ко всему, дышащему жизнью, ко всему, мешающему его душе ощущать бессмертие за все страдания, которые он перенес. Как же необходимо ему было спастись от снедающей его зависти и ненависти… В голове одна за другой постоянно появлялись разнообразные мысли, которые так и просили, что бы он выплеснул все свои переживания на бумаге, они сменяли друг друга и плели свою невидимую паутину в его сознании. Но он ничего не записывал, зная, что люди не поймут и не примут его взглядов на мир с той стороны прошлого и с этой стороны будущего; им не дано понять все тайны этого мира.
Он был еще совсем молод, но уже в полной мере узнал и прочувствовал на себе все проблемы существования. К сожалению, его сил было недостаточно, чтобы изменить что-либо. Он просто продолжал существовать ради себя одного, забыв о тех, кто его предал и уверив себя, что он закрыл глаза на свое прошлое. С каждым новым вздохом и ударом сердца приближался конец, которого он так ждал. Но наступит ли покой после смерти? Этого никто не знал. По правде говоря, неизвестность пугала его, но жизнь пугала еще больше. Бесконечное самоубеждение в том, что он все же счастлив, не делали его жизнь красочнее. Создав прочную мысленную стену между собой и окружающими, он наслаждался отрешенностью от этого мира. Мира людей, который был ему так ненавистен…
Жизнь его была буквально лишена всех эмоций. Злость, как и радость, были запретны, а все желания должны были оставаться неисполненными. В душе он нещадно наказывал себя самого за нестойкость, слабость, проявление любви и участия. Для него жизнь должна была оставаться серой и мучительной. Иногда он задавался вопросом: зачем он живёт? Каждый новый день его существования был точной копией предыдущего: одинаковая еда, одни и те же, уже заученные наизусть, книги, одинаково омерзительные домогательства со стороны графа. И где та мораль, о которой все говорят? Всё это сострадание и милосердие – просто маска на порочном лице общества. Угораздило же его родиться в этой ненавистной семье Ланкастер! В прочем, кто знает… А может, жизнь в других семьях не намного лучше. Но разве о многом он мечтал? О тёплом семейном уюте, о нежной любви и о простой работе. Он никогда не хотел быть впутанным в эти дворянские интриги, но его судьбу решила смерть отца, и теперь о собственных мечтах можно было забыть. Возможно, в глубине души он продолжал надеяться, что когда-нибудь всё наладится. Но разве такое бывает в реальности?
Как бы ему хотелось протянуть руку в мольбе о помощи! Хотя, на молитвы в этом мире все равно бы никто не откликнулся. Всё, что он может, - это бессмысленно тянуть руки в пустоту, в душе опасаясь, что его тщеславие и алчность возьмут верх над его сердцем. Ведь руки – это тот же мост, только отличается он особой прочностью. Тот, кто найдет на него дорогу, взяв тебя за руку – подступится к твоему сердцу, а с него не далеко и до души дойти. Боязнь перестать быть собой со временем переросла у Эрика в твердое недоверие к людям, которые его окружают. И не только к близким, а и к обществу в целом. Казалось бы, разве можно так жить? «Я один, мне так легче…» - постоянно говорил он сам себе. Пускай он и не во всем хозяин своей жизни, но в этом маленьком мирке он подобен Богу. В своем сознании он может мучить всех, кто причинил ему боль. И, видя, как они корчатся от боли, он будет улыбаться многозначительной улыбкой, которая внушает ужас всем, кто ее видел. Он любил так улыбаться, когда на очередном скучном званом вечере какой-нибудь мелкий аристократишка, лоснясь от пота и перебрав с выпивкой, шел в его сторону с очень неприличными намерениями, волоча своими толстыми ножками. С другой стороны, некоторых это только заводило еще больше, тогда он строил из себя флегматичного глупца, которому всё равно, что с ним будет. Это, кстати, даже иногда помогало; люди больше склонны к общению с коммуникабельными людьми, обладающими обаятельной улыбкой.
Странно, что именно такими мыслями он встретил то утро. Поначалу все было как обычно: утренний туалет, скудный завтрак, обжигающе горячий чай во внутреннем дворе особняка, который хоть немного помогал собраться с мыслями и начать день, и, конечно же, поход в библиотеку. Лениво перебирая ногами, Эрик практически полз по устеленному дорогими коврами коридору в сторону вместилища его лучших друзей – книг. Он уже было взялся за ручку двери, как вдруг услышал знакомые шаги. Тело Эрика инстинктивно содрогнулось от страха встречи с графом. Столкнуться с ним в коридоре на пустынном третьем этаже особняка означает попасться в его цепкие руки на целый день, а этого Эрик боялся больше всего.
Граф Ланкастер медленно подошел к оцепеневшему племяннику и безмолвно коснулся рукой его плеча. Парень старался ничем не выдать страха и зажмурил глаза в наивном желании раствориться в воздухе. Однако, через несколько секунд он услышал следующее:
- Не знаю, обрадует тебя это или нет… Впрочем, ты всегда был довольно равнодушен ко всему происходящему в этом мире. Дела обстоят так, что я отправляю тебя жить к дальнему родственнику моей жены, Теодору Кентскому. До завтра ты должен собрать вещи. Постарайся успеть.
И уже через мгновенье Эрик перестал ощущать тяжесть руки герцога, а по пустому коридору эхом пронесся затихающий отзвук пугающих шагов. Весь оставшийся день юноша никак не мог сосредоточиться. Какой же теперь будет его жизнь? Изменится ли что-то или же герцог Кентский окажется ничем не лучше Ланкастера? Он слышал кое-что об этом герцоге. Род Кентских относится к одной из высших ступеней английской иерархии, в то время как о Ланкастерах практически забыли в высшем обществе. Их титулы нынче гораздо ниже, а некогда уважаемого дома Плантагенетов уже, можно сказать, вовсе не существует. Граф Ланкастер надеялся вернуть былой почет своей семье, посредством женитьбы на дальней родственнице герцога Кентского, но отец девушки был против. Таким образом, разозлив отца, Авель потеряла права на наследство. Эрик знал, что у этого герцога трое сыновей; «Стоит остерегаться этих чистокровных сыночков-аристократов» - инстинктивно подумал юноша. Юноша отбросил очередную книгу, так как мысли так и сновали в его голове. Он всегда старался относиться ко всему происходящему хладнокровно, однако новость о переезде не давала ему покоя. Злясь на себя за неспособность сохранять спокойствие духа, Ланкастер резко поднялся, опрокинув стул. Грохот разнесся по привычно молчаливой библиотеке, а его отголосок еще долго блуждал призраком между высокими полками, полными книг, книг, как ребенок, который едва научился читать и не может выбрать, что же ему прочесть. На долю секунды Эрику показалось, что звук этот пытается проникнуть в самые глубины его души, в те закоулки, где живут совесть, любовь, надежда и другие человечные чувства. «Человечные? Право, не знаю, стоит ли их так называть», - внезапно подумалось ему. В мире нынче больше жестокости, алчности, зависти и лжи, нежели любви, сострадания и простого милосердия. Выходит, большая часть населения земли – не люди? А не людям свойственно не человеческое поведение – не доброе, мрачное и воинственное. Душевный мрак – он как заразный вирус: им заражаются даже животные, прирученные людьми. Волк бы не тронул человека без необходимости, возможно, только ради пищи или в целях самозащиты. А что же собаки? Люди одомашнили волков и научили их нападать на своих же укротителей. Это так же, как родители, которые воспитали своего ребёнка – яблоко от яблони недалеко падает... «Что ж, ведь я не такой… - пронеслась самодовольная мысль в голове Эрика. – Я сам себя воспитал, а потому не похож на других», - думал он, готовясь ко сну. «Как незаметно пролетает время!» - мысли продолжали кружиться в медленном сонном вальсе. Еще недавно юноша наблюдал розоватый восход солнца, но уже виднеется тонкий серп убывающего месяца. Страшно утратить добрые взаимоотношения со временем; его нужно ценить и уважать, дабы не пожалеть о совершенных, или наоборот, не случившихся поступках. Но какой смысл для него, Эрика, сохранять свое время и свои годы? Зачем беречь свою красоту, которую никто не ценит и на которую некому смотреть? И нужна ли ему бессмысленная, скучная жизнь, в которой, кроме себя, ему больше некого любить? Вот так и рождается самовлюбленность и эгоизм, скажете вы. Но Эрику эти качества можно простить. Горделивость и намёк на жестокость только придавали ему дополнительного обаяния. Развязав тонкую ленту, которой он обычно подвязывал свои густые, шелковистые медно-рыжие волосы, юноша лёг в постель, плотно закутавшись в одеяло. Он был очень чувствителен к холоду, а потому сырая и ветреная погода Англии была ему совсем не по душе, особенно сейчас, в середине осени. Что же будет завтра? Как сложится жизнь в совершенно новых, непривычных условиях? Ему было страшно засыпать в неведении…

Метки:  

 Страницы: [1]