«- Малыш, а пойдем гулять по крышам?

-Зачем, Карлсон?

- Ну как это зачем – искать приключений!»

Вчерашний день однозначно нельзя посчитать за повседневное дерьмище, потому как он привнес нехило так новых ощущений. Мечники-хуечники, ролевики фиговы, дерущиеся на сабельках, вы когда-нибудь лазали по крышам? Нет? То-то же?

Началось все, собственно, с ерунды, как оно обычно и бывает. Сергей Сергеич (в дальнейшем, С.С.)  заявился к нам в институт с недвусмысленными намерениями, и припер с собой очередной опус «Руководство для начинающих распиздяев от С.С.». Сия бумага включала в себя три подраздела: как добраться из Москвы в Питер и обратно с минимальными потерями времени и денег, как лазать по московским крышам и как правильно пить. Как заслуженному алконавту, мне третий пункт был попросту без надобности[1], первый – однозначно «не-ет, я столько не выпью» (с), а вот второй показался вполне осуществимым, благо что прямо под носом был домик с очень удобной пожарной лестницей.  Вперед? Вперед.

На самом деле, для того, чтобы взгромоздиться на крышу, обязательно нужны как минимум двое. Выражаясь условно, назовем их Малыш и Карлсон. Карлсон – это один опытный распиздяй, которому по большому счету терять нечего, но именно его опыт – главное, что вам требуется. Но, в любом случае и любой ценой заставьте его лезть после вас. Если наебнетесь – утянете с собой ту козлину, что затащила вас на крышу.[2] Малышей можно иметь практически в любом количестве… ну, вряд ли вы наберете больше четырех идиотов, которым приспичило поиграть в монтажников-высотников. Малыши как правило внушаемы, неважно, что на это повлияло – природная слабость характера или количество выпитого, и их плюс лишь в том, что они беспрекословно выполняют все указания Карлсона из страха за собственную шкуру. В общем, ситуация вполне стандартная – ведущий и ведомый. Опять же, все Карлсоны когда-то были Малышами.

Итак, полезли мы на крышу где-то в районе Никитской, с нее переместились на другие дома  - они стоят почти впритык, так что расстояние между крышами не больше спичечного коробка. С.С., который, как вы правильно подумали, выполняет на полставки обязанности Карлсона, поминутно бегал по карнизам как воробей, пугая этим публику в лице меня и одного третькурсника, потом затащил туда меня, когда мы засели передохнуть в каком-то слуховом окошке, и я завел свою старую песню с припевом «мир-говно-все-люди-суки-а-солнце-ебаный-фонарь». Вы представьте себе – стоите на козыречке из листового железа, который все больше и больше прогибается – два человека-таки стоят! Внизу двенадцать этажей. В ушах свистит ветер, понемногу подталкивая тебя в спину. Что мешает тебе прямо сейчас перечеркнуть все свои недостатки, забыть о несовершенствах этого проклятого мира, закрыть глаза, шагнуть и постараться не думать, пока летишь, о том, что атеизм не предлагает никакой другой альтернативы, кроме как стать пищей для червей?

Я не смог. Не потому что струсил – просто оказалось, что кое-что меня еще тут держит. Перечеркнешь недостатки – недрогнувшей рукой уничтожишь и достоинства. Будешь потерян для мира – но и для тех людей, которым ты дорог. И потом, если просто вылазка на крышу дает такое ощущение эйфории, то сколько же всего прекрасного можно профукать из того, что предлагает тебе мир?

Как же хорошо, что я обожаю высоту и ни капельки ее не боюсь (ну, разве что на сознательном уровне: наебнешься - костей не соберешь), а то дрипнулся бы как пить дать не доходя до козырька…

Тем временем, С.С. тайно вынашивал свой собственный коварный план. Как опытный крышелаз, он уже давно заглядывался на одну строящуюся храмину. Можно было подумать, что эта деревянная покатая крыша для него медом намазана! И как только мы слегка пришли в себя и, чтобы успокоиться, поплевали вниз на прохожих, он нам указал на объект своего вожделения. Проблема заключалась в том, крыша храма находилась на определенном расстоянии от прочих, а внутрь попасть было нельзя – дорогу преграждало какое-то частное предприятие. Оставался последний вариант – совершить восхождение где-то в районе Патриков. Третьекурсник сразу въехал в ситуацию, и сказал, что ему очень нужно домой, а это все, пожалуйста, без него. Ну а мне, как смертнику со шрамами на запястье, терять было нечего. Забегая вперед, скажу, что до храма мы так и не докопались, но большая часть обитателей Патриарших лишилась своих Домов-2, Камеди-клаб, и прочей хуйни – антенн там было понатыкано до ебени матери, и мы постоянно за них зацеплялись, а об одну тарелку Нтв-плюс я даже ебнулся головой, и зазвенела сразу и тарелка, и голова.

Не скажу, что я впервые почувствовал эту легкость в теле и голове и что мне море по колено, но в последнее время я уже начал забывать, что это за ощущение. И, как видимо, я еще не в такой плохой физической форме, чтобы спокойно вскарабкиваться на пожарные лестницы, скакать по крышам и не сверзиться на землю с той же пожарки, ибо С.С., когда спускался, поминутно наступал мне на пальцы своими сапогами. На ноге красуется здоровенный фиолетовый синяк, у меня обгорели плечи и лицо – это у меня-то, главного ниггера всех времен и народов! – но день прожит не зря. Думаю, еще пара-тройка таких вылазок, и уже можно посвящать меня в Карлсоны, а тогда – обращайтесь.