-Поиск по дневнику

Поиск сообщений в bangboy

 -Подписка по e-mail

 

 -Постоянные читатели

 -Статистика

Статистика LiveInternet.ru: показано количество хитов и посетителей
Создан: 29.08.2007
Записей:
Комментариев:
Написано: 15

Все до смешного просто. Нонконформизм (от англ. non-conformism) - несогласие, непринятие норм, ценностей, целей, доминирующих в конкретной группе или в конкретном обществе. Жанр "punk-fiction" - это "беллетристика отбросов" общества, придумавшего ядерную бомбу и намеревающегося клонировать Христа. Соотвественно: нонконформизм + придуманный мной жанр "панк-фикшн" = НЕОнонконформизм

Алларм!

Вторник, 11 Сентября 2007 г. 10:27 + в цитатник

Сегодня исполнилось ровно 6 лет с тех пор, как два Боинга протаранили башни-близнецы в Нью-Йорке и погибло почти 3 тысячи человек. Это был "самый масштабный террористический акт в истории человечества" (согласно нынешней "классификации" СМИ). Как и миллионы людей в мире в то утро, я тоже с замиранием сердца следил за развитием событий по TV. Первое время я сочуствовал американцам, даже на время принял односторонний мораторий на "антиавестеризацию". Но, когда на мир посыпались бомбы и янки начали пресловутую войну с т.н. "международным терроризмом" во всех уголках света, за исключением логова "неуловимого" Усамы Бен Ладена - сочуствие сменилось разочарованием. Да, для американцев - события 11 сентября 2001-го года - на самом деле трагедия: по своим масштабам и по месту действия. Ни одна бомба не упала на территорию США в Первую или Вторую мировые войны. Я думал, что наконец-то, американцы задумаются о своей роли в мире, пересмотрят свое отношение к другим нациям, хотя бы осознают, что тот же самый СССР потерял во Второй мировой войне более 40 миллионов людей и правительства прибалтийских республик заслуживают строго наказания за поощрение фашизма, который вылился в террор планетарного масштаба. Но не тут то было. Во второй раз в своей жизни я разочаровался в Америке... Помнится в 2002-м году, мой приятель, уехавший за океан в середине 90-х, рассказывал о "подъеме" патриотизма в США. Он говорил, что после распада СССР, американцы ходили, словно опущенные в воду: консолидирующего нацию врага - больше нет, расходы на оборону - сокращаются, налогоплательщик без особого энтузиазма выкладывает свои кровные на "поддержку и развитие демократии в мире". Но, как только башни-близнецы исчезли из городского пейзажа Нью-Йорка, американское общество вновь обрело смысл жизни... Думаю, что он больше прав, чем заблуждается. Проведенное в США расследование только умножило количество вопросов... Как бы там ни было, а память погибших в событиях 11 сентября заслуживает поминовения. Лично я сегодня помолчу. Ровно 1 минуту...


Убивайте как можно больше людей - получите условный срок, а не электрический стул!

Среда, 05 Сентября 2007 г. 08:31 + в цитатник
Сегодня диспетчеры Скайгай получили за гибель десятков граждан из СНГ... по одному году условно. Еще один убийца оштрафован на 10 тысяч евро. Попробуйте пните пуделя на глазах просвещенных европейцев и вас упекут за решетку на пожизненный срок...

цЫтата №1

Воскресенье, 02 Сентября 2007 г. 14:20 + в цитатник
И не дотянуться до тебя - границы-мили-причины. И без тебя нет смысла жить. Любимая моя, ты все, что у меня есть! Любимая моя, ты все, чего у меня нет...

Novostь №1

Воскресенье, 02 Сентября 2007 г. 14:18 + в цитатник

Вчера понял, что работа у Христа - не дай Боже!  

Дело в том, что по стечению странных обстоятельств, каким-то образом я попал на "Поэтические бои без правил", которые проводились в неформальном театре АРТиШОК. Сами "бои без правил" - полной ацтой (как в плане организации, так и в плане участников). Так вот, когда я выполз (будучи "носителем" 3-х литров пива в крови) на свежий алма-атинский "воздух" покурить, то чуть было не наступил на одного любопытного чела. Время на часах было почти 23:00 ночи. Некий - значительно позднее представившийся Павлом - субъект (или уже объект?), заняв коленно-локтевую позицию, пытался преодолеть закон гравитации и утвердиться на бренной земле обоими ногами. Как выяснилось позже, этот чел приехал подзаработать в Казахстан из... Латвии. Точнее - из Риги. Будучи художником и - по совместительству - дизайнером, оформлял со своим товарищем Эдгаром какой-то очередной торгово-развлекательный комплекс в нашей южной столице. Чел был совершенно не адекватен, постоянно терял центр тяжести, здоровался с предметами вокруг себя и чуть было не получил на орехи от троих вполне адекватных парней-казахов. Что они там не поделили, я не знаю. Но в этот момент мне пришлось совершить совершенно не свойственное мне действо: вмешаться в конфликт. Уговорив троих коренных алмаатинцев не убивать этого "гостя из Риги", я совершил второе доброенах дело: согласился отметить продолжение жизни Павла пивом. После чего, добрые дела стали совершаться мной хрензнаетпочьемувелению : приведя в порядок гостя из Риги, я и мой товарищ (поэт из Караганды, приехавший ко мне в гости этим же вечером), начали водить этого слона по улицам Алма-Аты в поисках съемной квартиры, в которой он де остановился со своим другом Эдгаром. К часу ночи квартира была обнаружена, но попасть в нее Павел не смог. Его дружок Эдгар - нажравшись где-то в другом месте - забил на своего товарища и спокойно завалился спать. Все попытки достучаться до Эдгара не привели ни к чему. Павел даже несколько раз попытался просочиться сквозь зарешеченное окно, однако всякий раз срывался вниз. Столкновения с поверхностью Земли окончательно убедили Павла в том, что ему необходимо соитие - немедленное - с двумя феминами-алмаатинками. На вопрос, хватит ли тебе хотя бы на минет, Павел выгреб из кармана несколько мятых купюр номиналом в 200 тенге, и торжествующе поздоровался с собственной тенью на стене подъезда, услышав в ответ ехидную фразу, что за эти деньги и в том состоянии, в котором он находится в данный момент, его самого можно загнать в сексуальное рабство в ближайших кустах. Далее, двоих - озлобленных своим неожиданным стремлением творить добро на всей Земле - поэтов в компании с неадекватным рижанином, можно было видеть в десятке мест, но никак в квартире, где мирно храпел ничего не подозревающий Эдгар...

В общем, возложив к утру измученное нарзаном тело Павла на ступеньки родного подъезда, мы с моим другом поэтом раз и навсегда зареклись творить добро (пусть и не на всей Земле, а даже в отдельно взятом регионе планеты), удалились восвояси, по дороге раздумывая о тяжком труде сына Божьего, ходившего по воде и спасавшего заблудшие души... 

 

heroes.of.our.time

Воскресенье, 02 Сентября 2007 г. 10:32 + в цитатник
1
    
    
    «Access is opened. Enter a code of your account, please».
    – Yes! – Хлопнул в ладоши Денис.
    Последний уровень защиты отключен. «Вскрыть» банковский счет, оказалось не сложнее, чем добраться до финала в «SIM-SIM game».
    – Кто им защиту устанавливал?! Какой-нибудь стьюдент из Харварда?
    Денис представил себе виртуального «стьюдента из Харварда» и мигающую над его макушкой надпись со смайликом: «LOL».
    – «Я плакалЪ!» – Подражая актерам трагедий, пропел Денис.
    «Wait, please. There is a check of a code of your account», - очнулся компьютер.
    – Сим-Сим, откройся!
    Виртуальный «Сим-Сим», словно бы повинуясь приказу Дениса, на самом деле открылся. И явил взору хакера самую настоящую «сокровищницу Али-Бабы»:
    «The sum on your account makes: € 21,397»
    Денис громко присвистнул от удивления. Ничего себе, «клиент» попался! «Густой», как сказал бы его дружок Алекс. Денис даже вскочил с кресла и несколько минут с радостным видом расхаживал по квартире тетки.
    Вот теперь он купит себе новое «железо», рассчитается с долгами и кое-что останется на универ и на турпоездку в Венгрию.
    Если в Венгрии лучшее в мире порно, значит и проститутки, там – лучшие в мире!
    «Крупная рыбка!», – мысленно поздравил он себя и улыбнулся отражению в зеркале в ванной комнате.
    Умыв руки и лицо, поглядел в зеркало.
    «Значит, я теперь не сельдь!», – подумал Денис, вспомнив, как его сокурсники дразнили за бросающуюся в глаза худощавость.
    – Да. Теперь я не паршивая и нищая «сельдь». Я теперь – акула киберпространства! Бойтесь меня, киты и бегемоты – я ваш Апокалипсис! – Произнес Денис вслух и весело рассмеялся.
    Многократное эхо, отразившись от стен теткиной квартиры, вылетело в распахнутое настежь окно в кухне.
    Запустив ISQ, Денис кликнул на номер Алекса.
    – Клиент созрел!
    – Какой «клиент»?
    – Вот ты, лузер! Забыл, что ли?
    – А! Понял. Когда подъедешь?
    – Погоди. Мне еще «посылку» получить нужно.
    – Ясно. Goy, бразе!
    Перекурив у окна в кухне, Денис включил на всю громкость DVD-проигрыватель в зале и завалился на диван.
    «Illegal Substance» с «Step to the Floor» – это реальные чуваки! Моцарт – «ацтой», а Бах – нервно курит за поленицей!
    Эх, жалко время поджимает, а то поторчал бы сейчас на диване, наслаждаясь в полном одиночестве своим любимым rap-core.
    Денис снова подсел к компьютеру.
    «Enter the sum which you wish to remove from the account», – выдала машина.
    – Весь нал! – Не задумываясь ни на секунду, пропел Денис, случайно попав в тональность своей любимой rap-core группы.
    «Не обеднеет, америкос, паршивый! Его звездно-полосатая Пендосия снова нарубит себе «капусту». На каких-нибудь «гуманитарных акциях», где-нибудь в Косово или в Африке», – подумал он и приник к монитору.
    «Confirm a code of access!», – не унималась подозрительная ко всему, но проигравшая юному хакеру вчистую, система безопасности банка.
    Денис с ангельской улыбкой на устах, подтвердил код доступа и с наслаждением щелкнул указательным пальцем на клавишу «Enter».
    «We thank you for that you use our bank»
    – На здоровье! Обращайтесь! – Усмехнулся Денис, выключил компьютер и стал собираться.
    Выбравшись на улицу, Денис пошагал по набережной. Москва-река играла на солнце всеми цветами радуги. На скамье целовалась в засос влюбленная парочка. Денис пригляделся: парень – явно лох, а вот девушка – хоть куда! Причем в прямом и в переносном смысле.
    Вот и остановка. Никого. На всякий случай Денис внимательно огляделся по сторонам. Черт их знает, этих фээсбэшников из Управления «К»!
    Но все вроде бы было тихо и спокойно.
    Дождавшись маршрутку, Денис уселся в кресло и, закрыв глаза, мысленно представил себе «Pentium Duo» в своей спальной комнате…
    
    
    2
    
    
    – «Стрекоза», я – «Шмель». Захожу на боевой курс. Внимание: «Карусель». Интервал шесть минут. Подтвердите курс и интервал. Прием.
    – «Шмель», я – «Стрекоза». Курс подтверждаю. Интервал подтверждаю. Есть: «Карусель»! Прием.
    Первый залп НУРС угодил в «голову» каравана. «Чехи» бросились врассыпную. «Зеленка» мгновенно ожила. Но внезапно, откуда-то из глубины ущелья, по «вертушкам» ударил ДШК. «Трассеры» мелькнули по правому борту. Твою мать! Сосунки, а не разведка! Прохлопали «гнездо» с ДШК!
    Двадцать минут «карусели» и с сегодняшнего дня бойцы полевого командира Абу-Халиба начнут экономить боеприпасы и наркоту. До следующего каравана. Загнав боевиков в «зеленку», «вертушки» ушли с боевого курса. Теперь дело за пехотой: остатки каравана в «зеленке» для вертолетчиков, что иголка в стогу сена.
    – «Стрекоза», я – «Шмель». Курс на базу. Прием.
    – «Шмель», я – «Стрекоза». Курс подтверждаю. Прием.
    «Чехи» в бессильной злобе поливают свинцом бездонное небо. МИ-8 ведомого огрызается редкими очередями. Забирает повыше, прикрываясь бронированным бортом МИ-24. Так положено: против крупнокалиберного ДШК – у ведомого шансов нет.
    – «Шмель», я – «Стрекоза». Выхожу из «красной зоны». Справа, на 7 часов – аул. Прием.
    – «Стрекоза», я – «Шмель». Аул вижу. Прием.
    Селение внизу – у безымянной горной речушки – с виду, вполне мирный аул: на кривых улочках ни души, чистое белье во дворах, на южной окраине пасется малочисленное стадо баранов. Но – это иллюзия. Как и все на этой гребанной войне. Прозевай сегодня утром разведка армии караван для полевого командира Абу-Халиба, и местные встретили бы его боевиков шашлыком и чистой постелью.
    Это для федералов – в караване – «боевики». А для жителей этого аула – они братья, мужья или сыновья. Днем они мирно пасут своих баранов, а ночью режут глотки федералам на блокпостах.
    Палец лег на гашетку. НУРС, прочертив в воздухе дымные полосы, разнесли в пух и прах небольшую хибару на окраине аула. Следующий залп сравнял с землей соседний дом – побогаче.
    – «Шмель», я – «Стрекоза»! Немедленно прекратите огонь! Это гражданские! Прием!
    Наши жены и дети тоже были «гражданскими»! И что? Или Буйнакск был на линии фронта? Суки!
    – «Шмель», я – «Стрекоза»! Приказываю немедленно прекратить огонь! «Шмель», вы что?! С ума сошли?! Прием!
    «Да, пошел ты!»
    Суханов провел взмокшей от пота ладонью по лицу. Отогнал прочь виденье. Инстинктивно дотронулся пальцами до шрама на щеке. Москва гудела, клаксонила и бурлила. Как и год назад. Как и всегда.
    Влившись в толпу прохожих, Суханов вышел на остановку маршруток. Внезапно за его спиной раздался дробный стук. Суханов резко и нервно оглянулся. На лесах недостроенного торгово-развлекательного комплекса проворно сновали строители.
    «KITEJ», – прочел билборд вслух Суханов, и, достав из мятой пачки сигарету, криво усмехнулся. «Вот, как! Таджики строят для русичей "Китеж"…», – подумал он, прикурил и сплюнул себе под ноги.
    На душе скребли кошки. Суханов мрачнел с каждой минутой. Громадная столица подавляла и настораживала его. Но хуже всего было от ощущения одиночества. Его ожидали сорок суток заслуженного отпуска. Сорок праздных дней и спокойных ночей. В полном одиночестве: без семьи, без боевых товарищей, даже без престарелой матери, умершей еще позапрошлой осенью.
    Мысль о матери окончательно расстроила его. Суханов попытался припомнить, когда он в последний раз был на ее могиле. Память, отяжелев за двое суток дороги, выдала какие-то обрывки: дождь, порожняя бутылка водки и свежевыструганный крест…
    – Брат, тэбэ куда?
    Таксист – армянин или азербайджанец – деловито поигрывая брелоком с ключами от «Тойоты», похлопал себя по толстому брюху.
    – Нэдораго, брат. Садысь. Я Москва, как свой пять пальцэв знаю.
    Суханов поморщился и отошел в сторону. Маршрутки подъезжали одна за другой, вскоре подкатила и №911. Затоптав носком ботинка окурок, Суханов протиснулся сквозь узкие двери в салон микроавтобуса, бегло огляделся и уселся в кресло…
    
    
    3
    
    
    – Вот это, киска!
    Лёва нажал «Zoom»: камера зажужжала и приблизила картинку – красивая, с упругой грудью и широкими бедрами женщина лет 35-ти принимала ванну в своем номере.
    – Ну, давай, сладкая моя, повернись, ну… – Лёва облизнул губы и ощерил в широкой улыбке белоснежные зубы.
    Словно по команде Лёвы, женщина повернулась к камере спиной и наклонилась, намыливая свои длинные и точеные ноги.
    – Вот… Так… Вот это попка! Я б тебя… – Заерзал в кресле Лёва, расстегнул ширинку и сунул руку в плавки. – Да, вот так, киска, ниже, еще ниже…
    Цепко обхватив свой пенис, Лёва начал мастурбировать, постанывая и закатывая глаза к потолку. Еще раз приблизив картинку с помощью кнопки «Zoom», Лёва с вожделением стал разглядывать тело ничего не подозревающей женщины.
    – Я не буду продавать тебя, кошечка моя… – Зашептал, убыстряя темп руки, Лёва. – Ты станешь жемчужиной №5 в моей личной коллекции! Нет, не №5! Я сделаю тебя №2! Потому что ты прекраснее этой соседки-нимфетки! Куда ей с ее нулевым размером!
    Дыхание Лёвы участилось, внезапно тело его дернулось, сжалось в комок и тут же распрямилось во всю свою длину в кресле. Из его уст вырвался сладостный стон облегчения. Отдышавшись и прикурив сигарету, Лёва прислушался. Коридор – за дверью кабинета портье – был безлюдным.
    – Да, вот это женщина! Мне б такую! – Негромко пропел Лёва, и тут же подскочил от неожиданности – мобильный, вибрируя и заливаясь мелодией, выпал из кармана его пиджака, висевшего на спинке кресла.
    – Слушаю.
    – Добрый день, господин Ш.!
    – И вам, день добрый! – Вкрадчиво заговорил Лёва, пытаясь припомнить по голосу своего собеседника.
    – Вам должны были позвонить насчет меня…
    – Да-да! Память Лёвы сработала в нужном месте и в нужное время. – Вы хотите сделать заказ?
    – Да, я хочу сделать «заказ». Я наслышан о Вас, как о профессионале, господин Ш., и надеюсь, что Вы не обманете мои ожидания…
    Лёва поморщился, смял окурок о край пепельницы и хитро спросил:
    – О моих ценах, Вы тоже «наслышаны»?
    – О! Господин, Ш., я – очень состоятельный человек. И готов платить любые деньги. Если, конечно же, «товар» того стоит…
    Лёва заерзал в кресле от перспективы хорошо нагреть руки на богатом извращенце. Договорившись с ним о цене, Лёва наконец-то застегнул ширинку, надел пиджак и спустился в лифте в холл гостиницы. Сославшись на недомогание и, отпросившись у менеджера по персоналу (сунув ему в карман банкноту с портретом президента Гранта), Лёва вышел на проспект.
    «Любопытно, кто он, этот клиент?», – подумал он, минуя перекресток и усаживаясь на скамью остановки. Обычно такие вот «состоятельные клиенты» Лёвы, заказывают какие-нибудь извращения в духе BDSM или «голубого безумия». Этот же оказался еще тем оригиналом: ему нужна цифровая запись дефлорации двенадцатилетней девочки с… доберманом!
    – Твою мать! – Выругался вслух Лёва. – Где же я тебе добермана-то возьму?!
    На остановке он был единственным пассажиром. Добираться до своего района на такси, Лёва передумал – таксист будет везти его столько же, сколько будет плестись маршрутка. А виной тому – ставшие уже легендарными московские пробки в час-пик.
    Лёва нервно почесал кончик своего длинного носа. Он делал так всякий раз, когда глубоко задумывался. Отвлекшись от своих невеселых мыслей, тяжело вздохнув и задрав голову, Лёва уставился на плывущие куда-то облака. Затем перевел взгляд ниже, и некоторое время разглядывал триколор на шпиле Белого Дома.
    – Гм… Вот бы, где скрытую камеру установить!
    Лёва мечтательно улыбнулся: если бы ему удалось «зацепить» хоть одного своего «очень состоятельного клиента», то «прямой эфир» из «кулуаров» Белого Дома – был бы ему обеспечен! Как была бы обеспечена и его собственная старость!
    «Вот это прямой эфир!», – мысленно расхохотался Лёва. – «Там на диванах ТАКИЕ оргии – пальчики оближешь!»
    Лёва, почти не глядя на номер маршрутки, впрыгнул с легкостью юнца в ее салон, повалился в свободное кресло и с вожделением облизнул губы:
    «До ут дэс!»
    
    
    4
    
    
    Кран что-то недовольно пробурчал и выдавил из себя ржавую струю толщиной в палец. Федор Михайлович сунул руки в раковину, как были – в хирургических перчатках.
    Несколько минут он тщетно пытался отмыть перчатки от следов крови – багровой и наверняка уже зараженной ВИЧ-инфекцией.
    Наконец, тяжело вздохнув, Федор Михайлович, отер одним движением правого предплечья со лба крупные капли пота и стал срывать с рук перчатки. Скомкав и выбросив их в мусорное ведро, вышел из ванной, вынул из заднего кармана брюк носовой платок.
    Бандерша протянула ему вполне свежее полотенце, но Федор Михайлович, промокнув лицо и руки носовым платком, устало присел на стул у кухонного стола.
    – Водка или коньяк, есть? – Спросил он отрывисто, вынул сигарету, прикурил и, сделав несколько глубоких затяжек, поглядел в лицо бандерши.
    Женщина засуетилась, принесла из зала непочатую бутылку коньяка, вынула из навесного кухонного гарнитура две рюмки. Федор Михайлович самолично откупорил бутылку, плеснул коньяк в рюмки и, не чокаясь – одним залпом – выпил.
    – Остатки… плода… снеси подальше от района… или… скорми бродячим псам… – Выдохнул он вместе с винными парами и снова затянулся сигаретой.
    Бандерша размашисто перекрестилась, выпила коньяк, полезла в карман халата и спросила:
    – Не помрет она?
    – Я не корпорация «Samsung» – гарантию не даю… – Резко ответил Федор Михайлович, потушил окурок в пепельнице и протер тем же носовым платком свои дорогие очки с диоптриями. – Дня два не трогай ее… С постели не вставать… Антибиотики и необходимые антисептики я выписал… рецепт на журнальном столике в зале…
    – Даже не знаю, как вас, доктор, отблагодарить-то? – Снова засуетилась бандерша.
    – Не надо меня благодарить… Деньги приготовила? – Опять же резко ответил ей хирург и прошел в зал.
    Бандерша на ходу сунула в его левую ладонь дюжину стодолларовых купюр.
    – Спасибо вам, доктор! Сами ведь знаете, по закону нельзя аборт делать ей… А если узнают, что она нелегалка, так совсем вытурят из страны!
    Побросав инструменты в саквояж, Федор Михайлович ничего не ответил ей и прошел к дивану. Закутанная в простыни молодая девушка, лет 20-ти, отвернувшись к стене, тихо плакала
    Присев на край дивана, Федор Михайлович взял ее тонкую бледную руку за запястье и нащупал пульс.
    – Откуда она?
    Бандерша смахнула с ресниц скупую слезинку:
    – Кишиневская…
    – И много у тебя, таких: «кишиневских»?
    Бандерша насторожилась:
    – Так, кому они тут нужны-то, кроме меня? Я им приют даю, белье меняю…
    Федор Михайлович поглядел на грязные простыни, перевел взгляд на давно не мытые полы комнаты, проследил за тараканом, спешащим по своим насекомым делам, куда-то за рассохшийся шифоньер.
    – Никому не болтай обо мне… – Встал он, пересчитал деньги, сунул их в нагрудный карман и прошел в коридор.
    «Всех не спасешь», – подумал Федор Михайлович, надевая туфли, – «Все равно она умрет от СПИДА или от ножа какого-нибудь шизанутого клиента».
    – Доктор, может, еще завтра заглянете? Я заплачу… – Осторожно спросила бандерша.
    Федор Михайлович поглядел на нее безразличным взглядом, взглянул на часы и молча вышел из притона. Спустившись по лестнице вниз, вышел из провонявшего мочой подъезда двенадцатиэтажки и поспешил к автобусной остановке.
    Нужно было торопиться – смена начиналась через полтора часа.
    Маршрутка запаздывала из-за пробок. Федор Михайлович поглядел в сторону бывшего приборостроительного завода, недавно выкупленного европейцами.
    «Если им удастся его запустить на стопроцентную мощность…», – Подумал он, вглядываясь в упершиеся в небо трубы завода, – «...экологии города придет конец».
    Покачав головой, Федор Михайлович вгляделся в номер подъезжающей к остановке маршрутки.
    – Как раз, то, что нужно! – Облегченно выдохнул он и занял место в салоне микроавтобуса…
    
    
    5
    
    
    – А почему сегодня дороже, чем вчера?
    Студент-второкурсник, в буквальном смысле слова, изнывал от желания «прикупить снежка». Но его отпугивала цена.
    Джон – в миру: Евгений – твердо стоял на своем:
    – Это тебе не манная кашка! Ее в «наша-раша» не сеют и не жнут!
    Джон прекрасно знал, что соблазн все равно одержит триумфальную победу над разумом второкурсника. И тот выложит требуемую сумму за «дорожку».
    – Вчера же дешевле было! – Не унимался студент, воровато оглядываясь по сторонам.
    – Слышь, братело, «День Сурка» только в кино бывает. Понял? Бери или уматывай!
    Второкурсник помялся. Мысленно «подбил бабки». Похоже, что его разум – медленно, но верно – сдавался перед желанием «пропонтоваться» перед своей подружкой на вечеринке. Мол, видишь, какой крутой чел с тобой зажигает?
    «Думай-думай, студент!», – Мысленно усмехнулся Джон. – «Я один, а вас вон сколько! Вместе вы сделаете меня олигархом!».
    – Может, все-таки, сбросишь малец? – В последний раз проконючил второкурсник.
    Джон окатил его холодным взглядом с головы до ног, резко развернулся и пошагал к выходу со стадиона университета.
    – Постой, Джон! Ну, постой же! – Спохватился студент.
    Джон остановился, усмехнулся и шикнул в ответ:
    – Не ори, орк! Всех ментов созовешь! Греби сюда…
    Студент, получив свою дозу, сунул чек в носок.
    – Все. Вали. И передай «Рыжему»: если он не вернет должок до среды, я его грохну. Ю хэв эндестенд ми, гай? – Джон вальяжным жестом задрал футболку, продемонстрировав студенту рукоятку пистолета «ТТ».
    – Понял-понял. – Затараторил «напряженный» Джоном второкурсник, распрощался и быстрым шагом скрылся в учебном корпусе университета.
    Покинув территорию Студенческого городка, Джон завернул в кафе и сел за столик в самом дальнем углу – подальше от любопытных глаз.
    Вынув из разных карманов деньги, Джон пересчитал «выручку», аккуратно свернул доллары в «батончик», решив тратить сегодня только рубли.
    Заказав минералку и откинувшись на мягкую спинку стула, он с довольным видом обозрел зал. Посетителей – кот наплакал. В основном – студенты. Заказывают пиво и фисташки или кофе без сахара. С такими клиентами, хозяин этого кафе обанкротится уже через месяц-другой.
    То ли дело, «бизнес Джона». Кстати, звучит круто! Навара в месяц раз в пять больше, чем в приличном ресторане, где-нибудь на Арбате. А сил затрачивается – грамм. Если отбросить «гемор» с перекупкой «снежка» у дилеров посерьезнее да постоянную опасность ментовской облавы – вообще: cool!
    А если дело и дальше пойдет в том же духе, то, через год-два – прощай, немытая Россия! Greetings, America!
    Вот тогда, Джона на самом деле будут звать «Джон». Только уже на английском языке. И он будет жить припеваючи: раскатывать по Беверли-Хиллз на Cadillac’е, тискать силиконовых блондинок и продюссировать самую забойную в Штатах rap-band’у.
    И вот тогда, эта сучка – Светка – поймет, кого она потеряла! Кого она предала, продала с потрохами! Светка…
    Джон вспомнил, как его бывшая подружка (на которой он даже собирался жениться!) переспала с преподавателем университета, чтобы сдать сессию. Вспомнил, как он – тогда еще глупый и сопливый первокурсник – выл от обиды и злости. Вспомнил он и о том, как Светка, презрительно хмыкнув, с улыбочкой стервы, заявила ему на следующий же день:
    – Какая любовь, Женечка?! С кем?! С тобой?! Ты же, никто – по жизни!
    И тогда Джон отомстил этой стерве. На одной из вечеринок, он просто «угостил» ее «снежком», под предлогом «примирения». Потом еще раз. И еще раз. И очень-очень быстро Светка подсела на наркоту.
    «Трахайся, сколько угодно! За дозу!», – Сказал ей в один прекрасный день Джон и не продал ей ни грамма «снежка». А Светку уже жестоко «ломало»…
    Чтобы сделать ей «контрольный выстрел», Джон завел себе новую подружку: длинноногую Барби с интеллектом улитки. С ней он чувствует теперь себя королем жизни, и жениться уже ни на ком не собирается.
    Допив минералку, Джон направился к выходу. Расплатившись у стойки бара, мельком оглядел себя в зеркало на входе в кафе, поправил бандаму и вышел на улицу.
    «Маршруткой будет безопасней», – подумал Джон и направился к остановке Студенческого городка.
    Там, случайно поглядев в сторону корпусов соседней с университетом средней школы, он – внезапно для себя самого – выпалил вслух:
    – Йо-майо! Вот, где не паханое поле-то!
    Удивившись своей догадливости, Джон дождался маршрутку и решил «посвятить» сегодняшний вечер реализации в ближайшем будущем своей «гениальной» идеи…
    
    
    6
    
    
    «Аллах избавил верующих от бедствий Судного дня и одарил их процветанием и радостью, и за то, что они терпели, Он воздаст им райскими садами и шёлковыми одеяниями. Они будут лежать на ложах, не зная ни зноя, ни мороза. Тень деревьев будет осенять их, а плоды будут низко склоняться над ними. К ним приблизятся девы с сосудами из серебра и чашами из хрусталя – хрусталя серебряного, блистающего совершенством. Чередой обходят их вечно юные отроки. Взглянув на них, ты примешь их за жемчуг рассыпанный. Когда же присмотришься, то увидишь великое блаженство и великую власть. Они облачены в зелёные одеяния из атласа и парчи, на них ожерелья серебряные. Напоил их Аллах напитком чистым. Поистине, это – вознаграждение вам, воздаяние благодарностью за ваше усердие».
    – Нет! Только не ОМОН! – Руслан на мгновенье замер, надвинул на глаза бейсболку и свернул за угол станции метро. Мимо него, горланя лозунги и распивая на ходу пиво, прошли футбольные фанаты какой-то столичной команды.
    Сжав в бессильной ярости кулаки, Руслан прижался к стене здания станции. Нет! Нет! Нет! Только не это! Как он посмотрит в глаза Учителя? Что он скажет в ответ на Его укоризненный и полный печали взор?
    Руслан выглянул из-за угла: шансы на то, что он проскочит мимо ментов – равны нулю! Он не имеет права рисковать, так бездумно. Ведь столько правоверных мусульман, возлагают на него свои надежды, столько людей сделали все, рисковали своей свободой и жизнями, чтобы он мог совершить свой Акт Возмездия!
    – Ну, почему именно сегодня?! – Почти рыдая, выдохнул он и, поникнув головой, побрел прочь от станции метро.
    Присев на первую попавшуюся скамейку, Руслан уставился в прохожих отсутствующим взглядом. Что делать? Как быть? Как исполнить волю Всевышнего? Как исполнить волю Учителя?
    Руслан попытался проанализировать ситуацию, но ничего не вышло. Духота душила его, тяжелый рюкзак натирал плечи, провода царапали живот под футболкой.
    Рядом, оглашая округу беззаботным смехом, остановились две школьницы. Лет 14-15 на вид, прикинул Руслан и воспрял духом.
    «А, может быть, их?», – подумал он и пригляделся к девчонкам: одна с «дрэдами» и в джинсовых шортиках, другая – с черно-розовыми косичками а-ля «эмо», в коротенькой мини-юбке, едва прикрывающей трусики.
    Руслан вскочил со скамьи, сделал несколько шагов в направленье школьниц, но тут же осекся и в нерешительности начал топтаться на месте.
    «Нет… Две малолетки – это не Цель», – промелькнуло в голове Руслана и он снова сел на скамью, обхватив руками начинавшую гудеть голову.
    Просигналив какому-то водителю-«чайнику», маршрутка №911 подкатила к остановке. Руслан вскочил и не раздумывая ни секунды, прошел в салон микроавтобуса. Салон был пустым. Руслан сел в кресло, поближе к водителю, и попытался сосредоточиться.
    «В том саду девы напоят их из чаши напитком, настоянном на имбире, из райского источника, прозванного Салсабилом. Им будут предоставлены в тех садах пречистые супруги. Аллах одарит верующих наслаждениями тела и души. Гурии с белоснежной кожей и чёрными глазами. Они очищены от телесной грязи и душевных недостатков. Лёжа на прекрасных ложах, люди будут наслаждаться райскими плодами и неописуемым общением с гуриями. Будут эти девы с потупленными очами, которых прежде не касался ни человек, ни джинн. Поистине, Мы сотворили их и сохранили девственницами, любящими, равными по возрасту…»
    Маршрутка, выбравшись из пробок, набрала скорость. В окне мелькнула ТЭЦ. Минут через пять – набережная. Руслан оглядел с ног до головы нового пассажира: худой паренек, скорее всего глюкнутый на «Doom» юзер. Руслан отвернулся и стал разглядывать серый городской пейзаж за окном. Вот и вокзал. Руслан вгляделся в лицо очередного пассажира: подтянутый мужчина, лет сорока, если бы не шрам на щеке, выглядел бы моложе. Подхватив с остановки у гостиницы следующего своего пассажира, маршрутка снова стала лавировать в пробках. Руслан оживился: уже трое, если не считать водителя и его самого. Да и рожа у этого мужика, который сел у гостиницы, Руслану сразу не понравилась. И весь он был какой-то скользкий тип. Вырулив на проспект, маршрутка подсадила в салон еще одного пассажира: степенного, но очень мрачного, мужика в очках. У Студенческого городка, Руслан окончательно принял решение и поглядел на севшего рядом с ним рэпера…
    «Да, да. Истинно так! Велик Аллах! А люди – дерьмо. Глина, смешанная с дерьмом – это мы. И я был таким, как они. Но я очистился. Я открыл свое сердце Аллаху. А в их сердцах – зло. Их сердца полны злобы, зависти, наживы, похоти. Да, да. Истинно так! Я исполню волю Аллаха, и в мире станет меньше дерьма…»
    Руслан взглянул на часы: без двадцати минут седьмого вечера.
    «Пора!», – решил он и внезапно для всех вскочил со своего места.
    Водитель маршрутки недовольно глянул в его сторону:
    – Чего вскочил? По требованию – не останавливаю!
    Руслан сунул руку в карман и резким движением свел контакты взрывателя.
    – Аллах, акбар! – Выкрикнул он, и ослепительная вспышка поглотила весь мир…

Game over...

Воскресенье, 02 Сентября 2007 г. 10:28 + в цитатник

Гденах в интерфейсе этого худшего из миров опции save и load?!


Из меня...

 



U-76 (версилбреснах)

Воскресенье, 02 Сентября 2007 г. 10:25 + в цитатник
я – субмарина
адская машина
и – тридцать лет на перископной глубине
я – Апокалипсис
ХАМАС
от нетерпенья лихорадит весь боекомплект
с начинкой максимального масштаба:
Марат – Пол Пот – Саддам Хусейн – Ким Ир Сен
законспирирован-подстрижен-пьян-надушен
и с мертвой бабочкой у злого кадыка
я – капер: в море – в воздухе – в огне – на суше
и автономен в бесконечных переходах бытия
мой экипаж – подобран и подогнан
как шестеренки в механизме КНР
промазан маслом-репрессирован-откормлен
и спаян весь единым чутким руководством
трех главных атомов Чернобыльской АЭС:
тов. Маузер, тов. П. Максим и тов. Наган
и сотен миллионов бесфамильных клеток
я – весь – один бинар-тротиловый эквивалент
я – сотне Хиросим и Нагасаки сразу равен
и я натаскан на Идею словно доберман
и ненавижу: правых-левых-ультра-контра
PR-маркетинг-мелодрамы-галстуки-от-Гучи
OB-McDonalds-Stimorol-Tefal-Bananza-Microsoft
и 40 градусов мой корпус снова греют
акустик ловит SOS – то собственный мой пол
и даже для тебя я не понятен:
задумчив-странен-хмур-и-неопрятен
и виртуален ISQ я в те часы
когда в твое насиликоненное тело
вбиваю я энзэшную торпеду
сонаром «Сайонара» вновь тебя ощупав
я ухожу под водку-быт-долги-Йонеску-rock’n’roll
и убираясь в порт на малых оборотах
усвоив крейсерства неповторимый горький вкус
(как перистальтикой – говядины кусок)
всплываю-бросив-якоря-отдраиваю-люки
встаю-с-постели-чищу-зубы-одеваюсь
и (умывая в ванной face прохладною водой)
шепчу с усмешкой своему же отраженью:
– Куда деваться, нах, с "Яллоу сабмарин"?!

Без заголовка

Воскресенье, 02 Сентября 2007 г. 10:22 + в цитатник

Однажды в один хреновый день я... проснулся. Нет, не знаменитым. Я проснулся вообще... Мир продолжал гудеть-клаксонить-вопить-торговать-пить-убивать. А я стоял у зеркала в ванной и впервые осознанно вглядывался в свое лицо. Это было лицо чела, который не пошел на работу, послал нахуй очередную подругу, отключил сотовый, вернул серьгу в ухо - как и положенонах! - не уплатил налоги и не отчислил ни пенни в пенсионный (ХРЕН ОНИ ДОЖДУТЬСЯ МОЕЙ СТАРОСТИ!)... Я чувствовал себя некоей подлодкой - этакой субмариной со стягом кригсмарин на флагштоке, наконец-то отыскавшей секретный фарватер в дельте Амазонки жизни...


Нах я все это несу?! Поднимай перескоп в следующий мой пост и лови в паутину прицела верлибр U-76, камрад!

 



Гуд бай, Америка!

Воскресенье, 02 Сентября 2007 г. 10:19 + в цитатник
– Гуд бай, Америка! Страна величайших возможностей. Родина демократии и Harley Davidson, рок-н-ролла и Playboy, Барби и Coca Cola, MacDonald’s и Кеннеди, Бэтмана и бейсбола, ковбоя Marlboro и Сэлинджера, Уорхола и Кольта!
Гуд бай, Америка, обожающая судить всех и вся, и боготворящая Судный день!
Я прощаюсь с тобой, Америка, чтобы судить тебя беспристрастно!
Я буду судить тебя, тем же самым судом, которым все эти долгие годы ты судила меня.
Ты пришла в дом моего детства, и я поверил тебе. Но ты обманула меня, моих родителей, моих братьев и сестер.
Моя семья ютилась на сорока квадратных метрах в самой дешевой квартире в нищем пригороде Сеула. Но мои родители продали все, что у них было, и приехали в Америку. Меня привезли в Сиэтл в возрасте восьми лет. Что я мог тогда понимать?
Моя семья поселилась в городке Блэксбург, отец и мать содержат химчистку и отстирывают грязное белье заносчивых яппи из Вашингтона. Они рады своему куску хлеба, и всякий раз голосуют за того кандидата в президенты, который обещает не умножать налоги.
Пятнадцать лет я живу в этой стране, но не стал для нее «своим». Почему? Потому что у меня жуткий акцент? Или все дело в том, что у меня другой разрез глаз и цвет кожи?
Для кого же тогда написаны все эти высокопарные слова в Декларации Независимости о том, что «все люди сотворены равными, и все они одарены Создателем некоторыми неотъемлемыми правами, к числу которых принадлежат жизнь, свобода и стремление к счастью»?
Ну, уж явно не для этих двух самок – Эмили и Анны! Представляю их диалог на вечеринке у капитана футбольной команды университета:
– Мне сегодня на e-mail снова пришло письмо от этого… Как его?.. Ну, от этого корейца…
– Он не кореец, а китаец…
– Правда? А какая разница?
– Cool!
Я «чужой» здесь только потому, что мои глаза видят дальше моего собственного носа!
Вот моя старшая сестра, так, та – безоговорочно приняла условия игры: окончила университет в Принстоне, забилась серой мышкой в угол офиса, помалкивает в тряпочку и грезит своей «The American Dream».
Я поступил в Технологический университет Вирджинии. Я мечтал писать сценарии и ставить пьесы на большой сцене. Я день и ночь зубрил всех этих шекспиров и байронов. Я прилежный ученик, и многому научился у гениального Квентина: чем больше крови – тем выше рейтинг!
Я написал им для школьного спектакля свою самую лучшую пьесу – «Ричард Макбиф». Но эта ровесница тираннозавров – преподаватель курса английской литературы – Люсинда Рой накатала на меня жалобу президенту университета. А этот старпер Стегер еще и упек меня на целые сутки в психиатрическую лечебницу «Access».
Чем им не понравился мой сюжет?! Вполне современный, в духе идеологии Holly Wood: паренек мстит своему отчиму за сексуальные домогательства и в финале пьесы отпиливает ему голову бензопилой.
А чем был плох мой веселый сценарий на Хэллоуин, где весь класс охотился за своим классным руководителем и метал друг в друга молотки?
Ни тем ли, что автор пьесы – «косоглазый»?
Эй, миссис Рой, а почему бы вам ни отвести за руку в полицейский участок самого Тарантино? Или у вас кишка тонка?
Конечно, прошептать за моей спиной: «Убирайся обратно в свой Китай!» – это куда проще…
Да, я мечтал творить и прославиться. Но вместо этого, я сижу и записываю на видео свой Манифест:

«Знаете ли вы, каково это, когда вам плюют в лицо или пихают в рот дерьмо? Знаете ли вы, что значит самому рыть свою могилу? Вы, как вандалы издевались над моим сердцем, насиловали мою душу, пытали мое сознание. Вы думали, это очередная жалкая жизнь, которую вы уничтожаете. Спасибо вам, я умираю, как Иисус Христос, чтобы вдохновить поколения слабых и беззащитных людей.
У вас было все, что вы хотели. Но «Мерседесов» вам мало, золотых ожерелий вам тоже недостаточно… Водка, коньяк… Вашего разврата вам мало?! Я бы мог и не делать этого. Мог убежать, спрятаться, но больше такого не будет. Не для себя, а для детей своих, сестер и братьев я делаю это…
У вас были сотни миллиардов шансов предотвратить сегодняшний день. Но вы предпочли пролить мою кровь. Вы загнали меня в угол и оставили мне только один выход. Это решение было принято вами. Теперь на ваших руках кровь, которая никогда не смоется»…

Гм, пафоса многовато.
Но, догадаются ли все эти высоколобые профессора из Вашингтона, что мой древнегреческий пафос имеет своим страдательным залогом – причастие ко всему, что происходит в этой стране? Поймут ли они, что в этом чертовом мире, в котором правят деньги и секс, выпендреж и страдание идут рука об руку?
Вряд ли. 
Скорее всего, свалят все в одну навозную кучу патологии, и буду куковать над ней со своим ненаглядным Фрейдом.
Они назовут меня «психопатом» и спрячут головы в песок. Никто и никогда в этой стране не признает вопиющего факта – Америка на всех парах несется в пропасть!
Какое, к чертям собачьим, равенство?! У каждого своя свобода…
Они будут писать обо мне всякую чушь, пришпилят мне ярлык «аутиста», но никогда не признаются самим себе: «Shit! Тут что-то не так, раз уж в наших школах и университетах гремят выстрелы, а весь окружающий мир ненавидит наше стремление заставить всех жить по-американски?!»…
Эй, хитромудрые кукловоды с Капитолийского холма! Вам нужны миллиарды на войну с «международным терроризмом»?
Хотите, я вам подыграю?
Так уж и быть, пусть ваши «малдеры» да «скали» этим же вечером торжествующе орут «Bingo!», обнаружив на моем сайте, какую-нибудь исламистскую абракадабру.
Что-то вроде этого: «Ismail Ax».
Вот будет визгу на всех этих ABC-NBC-BBC:

«Америка атакована исламским террористом!
Трагическая гибель десятков американских граждан!»

Лицемеры! Как можно жалеть людей, которые сомневаются в существовании Бога и принимают на веру фокусы Копперфильда? Людей, которые раздумывают, стоит ли жить завтра, если уже сегодня галлон бензина стоит два бакса?
Ни сегодня, так завтра, где-нибудь в Ираке взлетит на воздух какая-нибудь кофейня, и сотня ни в чем не повинных гражданских отдадут Богу душу. Но всем в этом мире будет наплевать на них. Конечно, иракцы – это вам не «американские граждане»!
Бьюсь об заклад – репортеры надорвут свои луженые глотки:

«Сегодняшняя трагедия превзошла по количеству жертв бойню восьмилетней давности в Литтлтоне!»

Тоже мне, «прирожденные убийцы».
Харрис и Клебольд – прыщавые тинэйджеры, объевшиеся попкорна! Надо иметь куриные мозги, чтобы превратить величественный акт возмездия в пошлое телешоу. Они бы еще взяли с собой «базуку» и напялили на свои пустые черепушки маски из «Крика».
Fuck off!
Glok – вот идеальное оружие возмездия! 9-тимиллиметровый, с магазином на 17 патронов, он будет выглядеть в моей руке против самозарядных карабинов этих «шоуменов» из Коломбины, как римский «гладиус» против топорища галла.
Я выложил за него 571 бакс в оружейном магазине в соседнем штате Айдахо и заплатил бы еще столько же за второй ствол, но у этого толстопузого Джимми не нашлось даже лишней обоймы к первому. Так, что мне пришлось докупать патроны через аукцион E-bay.
Куда проще было полгода тому назад с приобретением «Вальтера». Десять минут разговора, две сотни баксов в карман черномазого за углом университета, и я – вооружен до зубов!
А иначе нельзя, в противном случае ты рискуешь попасть в переделку, из которой существует только один выход: вперед ногами. В этой стране равных возможностей, безоружный человек – подозрителен: от него можно ждать, чего угодно!
Жаль нельзя прихватить с собой еще и молоток, как дружище Тэ Су.
Ну да ладно. Нужно торопиться. Цепи и кодовые замки тоже пригодятся.
Почему янки не поставят этой феминистке Кволек памятник, где-нибудь на углу Уолл-стрит и Броуд? Она же сэкономила Пентагону миллиарды баксов, а уйдет на стандартную пенсию и будет доживать свои дни, сидя на веранде и довязывая бесконечные гетры для внука.
Хотя, какое мне дело до этого?
Поверх этого бронежилета я надену черную футболку. Правда, в ней и в черных перчатках с бейсболкой, я теперь похож на скаута-переростка.
Как быстро летит время! Уже половина восьмого утра.
С чего бы начать? Может сразу же двинуть к общежитию West Amber Johnston? Или – прямиком в учебные корпуса Norris Hall?
Нужно же еще успеть занести на почту Манифест.
Shit! Надо было брать с собой видеокамеру! Завтра же все газеты мира вышли бы с заголовком:

«Репортаж от лица убийцы!»

Вот была бы всем сенсациям – сенсация!
Ну почему самые гениальные мысли приходят мне в голову в самый последний момент?!
Это же стопроцентная Пулицеровская премия. Посмертно…

Fuck №2

Воскресенье, 02 Сентября 2007 г. 10:18 + в цитатник
Почему Чо Сен Хи стрелял не в президента США Джорджа Буша-мл., а в обычных американцев? Думаю вот по какой причине: власть всегда охраняет себя - армия-полиция-КГБ-законы-суд — от граждан. Попробуй дотянись до Буша-Саркози-Путина! Но он поступил иначе: он стрелял в… ИСТОЧНИК ВЛАСТИ — в ГРАЖДАН! И попал в самое яблочко. Сегодня его называют «сумасшедшим», но на самом деле, прячут голову в песок.

"ШОУ МАСТ ГОУ ОН"

Воскресенье, 02 Сентября 2007 г. 10:17 + в цитатник

 

Bang! Bang! Bang!
Полумрак разрывают ослепительные вспышки выстрелов. Коридор наполнен лязганьем, грохотом и дымом пороховых газов. Гильзы со звоном сыплются на пол и раскатываются по невидимым углам. Я иду по коридору и расстреливаю все, что движется. То, что уже не движется – тоже получает пулю: доверяй, но проверяй! У меня в руке пистолет и теперь мне по барабану все эти сопливые посиделки на «лобном месте». Плевать я хотел на зрительские симпатии и иммунитеты, рейтинги и кастинги. Я методично обхожу комнату за комнатой и оставляю после себя тишину и трупы. «Победителя шоу ожидает приз в один миллион долларов!», и этим победителем буду я: потому что я с каждым шагом и выстрелом приближаюсь к главному входу. Спасибо, дедушка, мне пригодился твой фронтовой «ТТ»: Doom-2 – форева!
Bang! Bang! Bang!
Кем я был всего лишь триста шестьдесят четыре дня тому назад?! Кто знал меня, кто взыскал моего внимания?! Я приехал в столицу из нищего и голодного Мухосранска, который вы никогда не отыщите на политической карте страны. Мне тридцать лет, я никого не люблю, ничего не умею и я ни черта не смыслю в этой гребанной жизни. Я, всего лишь, хотел стать «звездой»: раздавать налево и направо автографы и интервью, красоваться на обложках глянцевых журналов и путешествовать по миру за ваш счет в обнимку со своей подружкой. Только поэтому я был готов на все: интриговать с парнями и лгать девушкам, кривляться в рекламных роликах, любить и ненавидеть, завтракать и мочиться, принимать душ и заниматься любовью под пристальным наблюдением сотни видеокамер…
Bang! Bang! Bang!
Мне всегда не нравился этот сосед-гомосексуалист… Вообще-то я хотел начать именно с него… Ну, зачем ему, скажите мне на милость, миллион долларов? Зачем миллион этой блондинке, прическа которой теперь навсегда испорчена? Ну, куда они потратят все эти сумасшедшие деньги?! Купят себе квартиру в центре столицы и Bentley, отправятся в кругосветное путешествие, накачают силиконом сиськи и спустят в ночных клубах на проституток? Теперь это мое шоу и я передумал тратить деньги впустую. На этот миллион долларов я одену и накормлю всех беспризорников, бомжей и нищих в стране. Или установлю во всех школах и домах престарелых пожарную сигнализацию. Хотя, если говорить честно, я планировал конвертировать шесть призовых нолей в ультрасовременный Спас-На-Крови с неоновыми иконами…
Bang! Bang! Bang!
Вас не устраивает мой мотив? Я перезаряжаю обойму, надеваю наушники и кручу «Volume» до отказа. У меня есть другой мотив, и даже слова к нему и сейчас они звучат в моих ушах: «Load up on guns and bring your friends. It's fun to lose and to pretend. She's over bored and self assured. Oh no, I know a dirty word. Hello, hello, hello, how low? I'm worse at what I do best and for this gift I feel blessed our little tribe has always been and always will until the end. Hello, hello, hello, how low? And I forget just why I taste. Oh yeah, I guess it makes me smile. I found it hard, it was hard to find. Oh well, whatever, never mind. Hello, hello, hello, how low? With the lights out, it's less dangerous. Here we are now, entertain us. I feel stupid and contagious. Here we are now entertaining us. A mulatto and albino. A mosquito my libido. Yay, a denial…»
Bang! Bang! Bang!
Домохозяйки сваливаются в обморок, малолетние фанатки вскрывают себе вены, завистливые копирайтеры кусают локти. Воздух перенасыщен стенаниями, вонью подмышек и ароматом миллиона купюр с портретами мертвых президентов американских соединенных штатов. Сотня видеокамер продолжает фиксировать каждый мой шаг, отслеживать любое мое движение, своевременно меняя ракурсы и планы. Вот я стою посреди коридора, перезаряжаю обойму и машу ручкой телезрителям. Следующий кадр: я уже выбиваю ногой дверь и врываюсь в очередную комнату. Теперь – крупный план: вспышка – грохот – новая жертва корчится в луже крови. Bingo! Я попал! Одним махом: в своих жертв, во все таблоиды мира и в историю человечества! Я хохочу во все горло и продолжаю «выигрывать» свой миллион…
Bang! Bang! Bang!
Главный режиссер блюет на свою соседку – ответственного секретаря. Та, – бледная и с размазанной тушью и помадой – бьется в истерике в ногах генерального продюсера. В дальнем углу кабинета неистово молится всем богам подряд финансовый директор. Шум, гам, тарарам! Все куда-то и кому-то звонят! Но генеральный продюсер неумолим: он сосредоточен и не отрывает свой взгляд от мониторов. Он решительно задерживает трясущуюся руку главного режиссера над красной кнопкой «Прямой эфир». Потому что генеральный продюсер никогда в жизни не прекратит прямую трансляцию! Потому что, мои «Bang! Bang! Bang!» – это его приз международного фестиваля в Канах, роскошная вилла, шикарная модель в постели и белоснежная яхта на рейде в одном флаконе! Это же, мать вашу, ПРАЙМ-ТАЙМ!!!
Bang! Bang! Bang!
Впервые в этом помещении мертвая тишина… Впервые за триста шестьдесят четыре дня… Господи, ты слышишь эту тишину? Нет, я не волшебник, я всего лишь превратил Гоморру в Содом… Нет, я не пущу себе пулю в лоб и не выброшусь во время штурма. Даже и не надейтесь! Меня не поставят к стенке и не поджарят на электрическом стуле. Это – преступление без наказания. Ведь в этой демократической стране давным-давно отменили смертную казнь. Да, дамы и господа, я буду жить. И миллионы налогоплательщиков изо дня в день будут оплачивать мне камеру-одиночку, крепкий табак и оловянную миску с баландой. И вы уже никогда не забудете меня! Вам просто не дадут ни малейшей возможности стереть меня из своей памяти. Потому что я, еще полчаса назад, переплюнул все кассовые сборы «Natural Born Killers» старины Оливера…
Bang! Bang! Bang!
Я всаживаю последнюю пулю в свое собственное отражение в зеркале. Полицейские врываются в холл и валят меня на пол. Аккуратно, интеллигентно, зачитывая вслух мои права. Они знают, что в эту минуту их действия отслеживает сотня видеокамер. А у главного входа уже дюжина репортеров и ослепительный свет софитов. Я, мать вашу, «звезда»! Вы аплодируете мне, да-да, все вы – аплодируете: МНЕ! Открыто и с улыбкой или мысленно и с усмешкой – не важно! Потому что, каждый из вас хотел сделать то же самое. Каждый раз, когда включал телевизор. Каждый раз, когда видел на экране эти лица. Мои руки скручены за спиной, но я усмехаюсь в ответ на все вопросы журналистов. В очередь, сукины дети! Только в присутствии моего адвоката. Да-да, дамы и господа, «show must go on»…

BANG!


Fuck №1

Воскресенье, 02 Сентября 2007 г. 10:14 + в цитатник

Подними голову, камрад, оторви свои бессовестные глаза от монитора с порнухой! Видишь этот глаз Большого Брата? Он следит за тобой весь твой рабочий день. Даже когда ты дрочишь в опустевшем офисе - он цифрует твои вздохи и движения. Он следит за каждым твоим шагом: ты проигнорировал "зебру", спер с полки сникерс, задремал на фуникулере, поссал в лифте. "Show mast гоу он" камрад! И ты в нем - не последний герой 


Кто виноват и что делать? Читай выше...


Дневник bangboy

Среда, 29 Августа 2007 г. 12:42 + в цитатник
Прежде всего расскажу немного о себе: родился, крестился, учился, напился, влюбился, разбился... наконец - воткнулся: Бог - жжот, жизнь - ацтой, люди - говнюки, я - нелегальная субстанция, все остальное - иллюзия (и далее - по Кьеркегору & Co). И не стоит шарить рукой в поисках кнопки ESC: волшебник в педерастическом геликоптере свалил на хаус, оставив нас без огневой поддержки в этих гребаных каменных джунглях. Все ушли на фронт, кроме меня: будучи фтыкателем-по-жизни, я воткнул свой штык в землю - мол: "Генерал, наведите справки, я не трус... но мне в другую сторону... и, если вы, генерал, предпочитаете Канны, то меня манят Каны!" Сперев со склада барабан, я шагаю по жизни с презрительной усмешкой на устах и мне все по ба-ра-ба-ну: работа-деньги-семья-налоги-пенсия - все это ретро, меня же фтыкает от всего, что обладает приставкой "нео"...

Метки:  

Поиск сообщений в bangboy
Страницы: [1] Календарь