<![CDATA[В_Южная]]> http://www.liveinternet.ru/users/946592/ LiveInternet / LiveInternet.ru hourly 1 ru В_Южная http://av.li.ru/592/946592_13442074.jpg никогда не знаешь, где тебе повезёт http://www.liveinternet.ru/users/946592/ <![CDATA[Другие берега]]>
Книги Бунина я любил в отрочестве , а позже предпочитал его удивительные струящиеся стихи той парчовой прозе, которой он был знаменит. Когда я с ним познакомился в эмиграции, он только что получил Нобелевскую премию. Его болезненно занимали текучесть времени, старость, смерть,-- и он с удовольствием отметил, что держится прямее меня , хотя на тридцать лет старше. Помнится, он пригласил меня в какой-то -- вероятно дорогой и хороший -- ресторан для задушевной беседы. К сожалению, я не терплю ресторанов, водочки, закусочек, музычки -- и задушевных бесед. Бунин был озадачен моим равнодушием к рябчику и раздражен моим отказом распахнуть душу. К концу обеда нам уже было невыносимо скучно друг с другом. "Вы умрете в страшных мучениях и совершенном одиночестве",-- сказал он мне , когда мы направились к вешалкам. Худенькая девушка в черном, найдя наши тяжелые пальто, пала, с ними в объятьях, на низкий прилавок. Я хотел помочь стройному старику надеть пальто, но он остановил меня движением ладони. Продолжая учтиво бороться -- он теперь старался помочь мне,-- мы медленно выплыли в бледную пасмурность зимнего дня. Мой спутник собрался было застегнуть воротник, как вдруг его лицо перекосилось выражением недоумения и досады. Общими усилиями мы вытащили мой длинный шерстяной шарф, который девица засунула в рукав его пальто. Шарф выходил очень постепенно, это было какое-то разматывание мумии, и мы тихо вращались друг вокруг друга. Закончив эту египетскую операцию, мы молча продолжали путь до угла, где простились. В дальнейшем мы встречались на людях довольно часто, и почему-то завелся между нами какой-то удручающе-шутливый тон,-- и в общем до искусства мы с ним никогда и не договорились, а теперь поздно, и герой выходит в очередной сад, и полыхают зарницы, а потом он едет на станцию, и звезды грозно и дивно горят на гробовом бархате, и чем-то горьковатым пахнет с полей, и в бесконечно отзывчивом отдалении нашей молодости опевают ночь петухи.



Ах. Петухи опевают ночь.



Обоих люблю безмерно. Странно это удручающе-шутливое, а может быть, самое что ни на есть естественное.

]]> 0 <![CDATA[***]]> горит в груди.
Ты чуешь ее сквозь камень, как мертвую воду, и посередине тусклого перехода вдыхаешь воздух и понимаешь – яд; стоишь у холодной стены и глядишь под ноги, и шепотом говоришь: подожди немного,
кажется, я…

Да, ты: врастая в подземный седой гранит, отчетливей с каждым вдохом, страшней и глубже, прозрачный до дрожи, придумывай – почему ты прячешь глаза, нестерпимо желая – быть, как можно дольше, хоть тушкой, хоть чучелом,
только не в эту тьму…

© Катя Перченкова]]> 0 <![CDATA[Новости из CERN]]> Но однако. Стоило впервые за два года почитать газету METRO. Чтобы увидеть единственную новость, которая могла меня заинтересовать х)))]]> 0 <![CDATA[Р.Л.]]>
Здравствуй, милый, какие новости? Длинен вечер. Вечер холоден в поцелуе сырых камней. Это нежность скользит сквозь время тебе навстречу, или ты, наивный мечтатель, бежишь за ней, безнадёжно и тщетно надеясь на злое чудо, понимая, что не достоин?

И чёрт бы с ней, с этой нежностью, пошлой, не нужною никому - до, ну а после - не важно. Ты сильный. Но ночь – сильней.

И она придёт.

Это просто такое время.

Это время течёт сквозь тебя ледяной рекой, обнимает, как мама в детстве, целует в темя, ждёт, пока ты уснёшь, а потом заберёт с собой.

Так ложись, закрывай глаза, разжимай ладони. В этом мире никто не в силах тебе помочь, уберечь, не разлить в застывающем эхом стоне слишком долгую,

слишком лунную

эту

ночь.



26 ноября 2011 года


]]> 0 <![CDATA[27]]>
Есть же такие удивительные люди.

Вот однажды он приходит в мою жизнь, открывает пинком ноги дверь в моё сердце, заходит туда и остаётся там навсегда.

На вот это самое коротенькое "навсегда", которое продлится всю мою грёбаную бессмысленную жизнь.

 Есть же вот такие удивительные люди, которые прекрасны даже тогда, когда они невыносимейше отвратительны. Даже тогда - возмутительно и дерзко прекрасны.

Вот он сводит меня с ума, и этот процесс бесконечен, сначала он похож на любовь, потом на досаду, потом превращается в нежность, и так её много, что она выплёскивается из меня, выплёскивается, разлетаясь брызгами по всему миру, выплёскивается вся, а он всё ещё там, в сердце. Или моё сердце всё ещё там, у него.

Есть такие удивительные люди, которые вмещают в себе миллион недостатков, и каждый из них - как бриллиант. Вот у других людей и достоинства какие-то вялые, тусклые, а этот - прямо диадема мисс Вселенной.

Вот он оказывается совсем рядом, вот буквально становится частью моей жизни, платит за меня в кафе, потом мы идём по тёмной дождливой московской улице, я повисаю на его локте и кладу голову ему на плечо, на этот меховой его воротник, и смеюсь, и моё сердце просто разрывается от счастья, а перед глазами до сих пор эта длинная вытянутая двойная наша тень на мокром асфальте.

Есть же такие люди, удивительные, удивительные, каждым словом своим и каждым своим жестом чужие этому миру, миру, который они превращают в цирк и театр, в феерию феерий, ослепительное торжество высокохудожественного блядства.

Вот однажды он оказывается так далеко, а это совсем не больно, переболело уже, перегорело, а сердце моё - ещё у него, или это он всё-таки тут, в моём сердце. На всё это коротенькое моё "навсегда".

Есть такие?

Или он один вот такой?

Но даже если один - он всё-таки есть, я живу в мире, где он - есть, вот уже двадцать семь лет. Я хочу жить в этом мире до самого конца своего "навсегда". В этом безумном, безумном мире, где всё-таки есть



Джонни Вейр.



<P text-align:"="" style="text-align: center">


]]> 4 <![CDATA[Лето]]>
Вдоль дороги с работы растут лекарственные ромашки. Те самые, с листвой, как укроп - тоненькие зелёные сосудики-капилляры. Я смотрю на них, и они кажутся мне красивее самых умопомрачительных орхидей, такие они белые, такие тонкие. В окно врывается влажный запах леса, и ромашки сливаются в одну нежную прозрачную полосу.

]]> 0 <![CDATA[ICQ-откровения]]>
Goodwin (19:15:18 12/05/2011)

Отпуск - такое интересное время. Мне оно напоминает карманы на полотне жизни.



Goodwin (19:15:50 12/05/2011)

На время отпуска будто выпадаешь в некий карман. В этом кармане ты никому ничего не должен.



Goodwin (19:16:16 12/05/2011)

Можешь поехать и пойти, куда заблагорассудится, вставать и ложиться в любом часу.



Goodwin (19:17:13 12/05/2011)

А потом ты возвращаешься из этого кармана к тому самому месту, откуда ушёл на время. И будто ничего не было - полотно без затяжек и петель.


]]> 0 <![CDATA[После зимы]]>
Не надышаться после зимы, не наглядеться в небо,

Не окунуть ладоней в синее чистое золотое .

Вытанцевать весь лёд и в глаза весны разок заглянуть мне бы,

я знаю, там можно увидеть солнце... И что-то ещё простое



и ясное, точнёхонькое, как резец мастера,

вырисовывающего по сердцу узоры трав и цветов,

кольца Сатурна, квазары, звёздные кластеры...  

После зимы остаётся дым, уходящий под пролёты мостов,



дым, по пятам стелющийся за электричками,

запах талой воды, убегающей сквозь решётки в канализацию.

После зимы остаётся мир - с автобусами, с истеричками,

с землетрясением, едва не стёршим с земли целую нацию.



После зимы остаются ночи и дни. Остаются друзья.

Улыбаются: перезимовали. Не разбилось, даже не откололось...   

А ещё после этой - такой долгой - зимы у меня остаюсь я.   

Я - почти весна, глаза у меня зелёные, ручейком голос,



в голове музыка, в пальцах ветер, в письмах загадки...

И никак в послезимье не надышаться - такая в груди теснота.

Меж берёз у торгового центра солнце со снегом играет в прятки,

и в руках у меня золотая лучинка уркадкой стиснута...



04 апреля 2011


]]> 0 <![CDATA[*]]> Это цитата сообщения Волчица_Одина Оригинальное сообщение8195



Когда человеку семнадцать, он знает все. Если ему двадцать семь и он по-прежнему знает все - значит, ему все еще семнадцать.


(с) Р.Брэдбери "Вино из одуванчиков".

]]> 0 <![CDATA[Let's talk about]]> SIZE





Прямая ссылка на случай глюков: http://www.youtube.com/watch?v=fKTu6B4Rgek&feature=player_embedded

]]> 1 <![CDATA[1900-й]]> Ты жив по настоящему до  тех пор,  пока у тебя есть  в запасе хорошая история и  кто-то, кому можно ее рассказать


Олег Меньшиков.


Океан.


Амеееерика!!!...


и Музыка. Музыка. Музыка.


Совершенно. Неверотяный. Сектакль.


Вам никогда не бывало страшно, что вас разорвет на мельчайшие части при мысли одной об огромности мира, лишь только подумать, а чтобы в нем жить...

]]> 2 <![CDATA[Стивен Хокинг "Чёрные дыры и молодые вселенные"]]> Я    хочу    предположить ,  что    понятие    свободной    воли   и моральной ответственности за свои поступки — это на самом деле рабочие теории, наподобие гидродинамики. Возможно, все наши поступки предопределены некой великой единой теорией. Если эта теория говорит, что мы должны кончить жизнь на виселице, то мы не утонем. Но чтобы пуститься на утлой лодчонке по бурному морю, вы должны быть абсолютно уверены, что вам уготована виселица.  Я   заметил, что даже люди, утверждающие, что все предопределено и что мы не можем ничего изменить, всегда смотрят по сторонам, переходя дорогу. Возможно, те, кто не смотрит, просто не доживают, чтобы рассказать свою историю.

 


Мне    нужны    дискуссии    с    другими    людьми .  Я   обнаружил, что изложение идей  другим    мне   очень помогает. Даже если собеседники не высказывают ничего интересного, сама необходимость организовывать свои мысли так, чтобы они были понятны  другим , часто подсказывала  мне   новый путь вперед.

]]> 0 <![CDATA[слёзы Джульетты]]>


Прямая ссылка на случай глюков: http://www.youtube.com/watch?v=MAY1UoQYMHk&feature=player_embedded



 

]]> 3 <![CDATA[10]]>

]]> 1 <![CDATA[***]]> Моё сердце трепещет, как лист.

В снах моих - круженье планет,

Обступили звёзды постель:

Я вращаюсь и сплю,

Ты, Земля, - моя колыбель.


Марвин Мерсер, школа №153, 5-й класс,

Гарлем, Нью-Йорк, штат Нью-Йорк (1981)



 

]]> 0 <![CDATA[in-love]]>


Они знали, что сделать.

]]> 2 <![CDATA[[science fiction]]]>  Richard Dawkins - The God Delusion


*my inception*


Stephen Hawking - A Brief History of Time


Brian Greene - The Elegant Universe (Superstrings, Hidden Dimentions and the quest for the Ultimate Theory)


Волновые функции, вероятности, квантовое туннелирование, беспорядочные флуктуации вакуумной энергии, перемешивание пространства и времени, относительность одновременности, искривление пространства, чёрные дыры, Большой взрыв.


...струнные петли и вибрирующие капли, которые увлекают все элементы мироздания в танец колеблющихся мод, педантично исполняемый во Вселенной с многочисленными скрытыми измерениями, способными претерпевать экстремальные изгибы, при которых структура пространства-времени рвется и затем снова себя восстанавливает...


OMFG


What's the next?

]]> 0 <![CDATA[***]]> 5 <![CDATA[2011]]> Новый пасмурный день, не скупясь, Ворожея-зима

Оплетает прозрачно-серебряной канителью.

Осторожно вздыхают, пригревшись вдоль улиц, дома,

И позёмка чуть слышно шуршит по земле каруселью.



Новый день, новый снег опускается с белого неба,

Укрывая дома одеялом из козьего пуха.

Я иду меж деревьев в стеклярусе, будто сквозь небыль

Небывалую... Звон их так нежно касается слуха,



Так колюче и ласково щёки снежинки целуют...

Новый день. Умирающий год. Посвежевшие чувства.

Где-то выше домов отчуждённое солнце зимует,

Без него в исчезающем небе становится пусто,



Мы на дне мирозданья под слоем бесцветного льда,

Отливающего голубым в помертвевшем свете...

Наступающий год будет нежен как никогда...

Как никто... Как нигде на промёрзшем до белого свете...



04 января 2011

]]> 1 <![CDATA[***]]> Ворожит...




И каждая иголочка замурована в ледяной плен... Я иду на работу мимо кустов с длинными, свисающими вниз ветками - ветки все унизаны стеклярусом. Провожу по ним легонько рукой - и они звенят, будто музыка ветра.


А сейчас их припорошил снежок, и они стали похожи на белые пушистые оленьи рожки.


 

]]> 0