В.Набоков/И.Бунин

Ах. Петухи опевают ночь.

Обоих люблю безмерно. Странно это удручающе-шутливое, а может быть, самое что ни на есть естественное.

Допустим, сегодня ты едешь по кольцевой, немного уставший, но в целом почти живой, и день на исходе, и праздники впереди. А город вокруг – растревоженный темный улей, гудит и шепчет, крадется и караулит, и ночь уже близко – она серебряной пулей
горит в груди.
Ты чуешь ее сквозь камень, как мертвую воду, и посередине тусклого перехода вдыхаешь воздух и понимаешь – яд; стоишь у холодной стены и глядишь под ноги, и шепотом говоришь: подожди немного,
кажется, я…

Да, ты: врастая в подземный седой гранит, отчетливей с каждым вдохом, страшней и глубже, прозрачный до дрожи, придумывай – почему ты прячешь глаза, нестерпимо желая – быть, как можно дольше, хоть тушкой, хоть чучелом,
только не в эту тьму…

© Катя Перченкова

Сразу две группы ученых – Atlas и CMS, - во время одного из последних запусков БАКа зарегистрировали сигнал. По ходу дела, это бозон Хиггса, но пока что никто точно не говорит, мол, подождём 2012 года... Найдём бозон и аля-улю, ага.
Но однако. Стоило впервые за два года почитать газету METRO. Чтобы увидеть единственную новость, которая могла меня заинтересовать х)))

Здравствуй, милый, какие новости? Длинен вечер. Вечер холоден в поцелуе сырых камней. Это нежность скользит сквозь время тебе навстречу, или ты, наивный мечтатель, бежишь за ней, безнадёжно и тщетно надеясь на злое чудо, понимая, что не достоин?
И чёрт бы с ней, с этой нежностью, пошлой, не нужною никому - до, ну а после - не важно. Ты сильный. Но ночь – сильней.
И она придёт.
Это просто такое время.
Это время течёт сквозь тебя ледяной рекой, обнимает, как мама в детстве, целует в темя, ждёт, пока ты уснёшь, а потом заберёт с собой.
Так ложись, закрывай глаза, разжимай ладони. В этом мире никто не в силах тебе помочь, уберечь, не разлить в застывающем эхом стоне слишком долгую,
слишком лунную
эту
ночь.

26 ноября 2011 года

Есть же такие удивительные люди.
Вот однажды он приходит в мою жизнь, открывает пинком ноги дверь в моё сердце, заходит туда и остаётся там навсегда.
На вот это самое коротенькое "навсегда", которое продлится всю мою грёбаную бессмысленную жизнь.
 Есть же вот такие удивительные люди, которые прекрасны даже тогда, когда они невыносимейше отвратительны. Даже тогда - возмутительно и дерзко прекрасны.
Вот он сводит меня с ума, и этот процесс бесконечен, сначала он похож на любовь, потом на досаду, потом превращается в нежность, и так её много, что она выплёскивается из меня, выплёскивается, разлетаясь брызгами по всему миру, выплёскивается вся, а он всё ещё там, в сердце. Или моё сердце всё ещё там, у него.
Есть такие удивительные люди, которые вмещают в себе миллион недостатков, и каждый из них - как бриллиант. Вот у других людей и достоинства какие-то вялые, тусклые, а этот - прямо диадема мисс Вселенной.
Вот он оказывается совсем рядом, вот буквально становится частью моей жизни, платит за меня в кафе, потом мы идём по тёмной дождливой московской улице, я повисаю на его локте и кладу голову ему на плечо, на этот меховой его воротник, и смеюсь, и моё сердце просто разрывается от счастья, а перед глазами до сих пор эта длинная вытянутая двойная наша тень на мокром асфальте.
Есть же такие люди, удивительные, удивительные, каждым словом своим и каждым своим жестом чужие этому миру, миру, который они превращают в цирк и театр, в феерию феерий, ослепительное торжество высокохудожественного блядства.
Вот однажды он оказывается так далеко, а это совсем не больно, переболело уже, перегорело, а сердце моё - ещё у него, или это он всё-таки тут, в моём сердце. На всё это коротенькое моё "навсегда".
Есть такие?
Или он один вот такой?
Но даже если один - он всё-таки есть, я живу в мире, где он - есть, вот уже двадцать семь лет. Я хочу жить в этом мире до самого конца своего "навсегда". В этом безумном, безумном мире, где всё-таки есть

Джонни Вейр.

<P text-align:"="" style="text-align: center">

Вдоль дороги с работы растут лекарственные ромашки. Те самые, с листвой, как укроп - тоненькие зелёные сосудики-капилляры. Я смотрю на них, и они кажутся мне красивее самых умопомрачительных орхидей, такие они белые, такие тонкие. В окно врывается влажный запах леса, и ромашки сливаются в одну нежную прозрачную полосу.

Goodwin (19:15:18 12/05/2011)
Отпуск - такое интересное время. Мне оно напоминает карманы на полотне жизни.

Goodwin (19:15:50 12/05/2011)
На время отпуска будто выпадаешь в некий карман. В этом кармане ты никому ничего не должен.

Goodwin (19:16:16 12/05/2011)
Можешь поехать и пойти, куда заблагорассудится, вставать и ложиться в любом часу.

Goodwin (19:17:13 12/05/2011)
А потом ты возвращаешься из этого кармана к тому самому месту, откуда ушёл на время. И будто ничего не было - полотно без затяжек и петель.

Не надышаться после зимы, не наглядеться в небо,
Не окунуть ладоней в синее чистое золотое .
Вытанцевать весь лёд и в глаза весны разок заглянуть мне бы,
я знаю, там можно увидеть солнце... И что-то ещё простое

и ясное, точнёхонькое, как резец мастера,
вырисовывающего по сердцу узоры трав и цветов,
кольца Сатурна, квазары, звёздные кластеры...  
После зимы остаётся дым, уходящий под пролёты мостов,

дым, по пятам стелющийся за электричками,
запах талой воды, убегающей сквозь решётки в канализацию.
После зимы остаётся мир - с автобусами, с истеричками,
с землетрясением, едва не стёршим с земли целую нацию.

После зимы остаются ночи и дни. Остаются друзья.
Улыбаются: перезимовали. Не разбилось, даже не откололось...   
А ещё после этой - такой долгой - зимы у меня остаюсь я.   
Я - почти весна, глаза у меня зелёные, ручейком голос,

в голове музыка, в пальцах ветер, в письмах загадки...
И никак в послезимье не надышаться - такая в груди теснота.
Меж берёз у торгового центра солнце со снегом играет в прятки,
и в руках у меня золотая лучинка уркадкой стиснута...

04 апреля 2011

SIZE

Прямая ссылка на случай глюков: http://www.youtube.com/watch?v=fKTu6B4Rgek&feature=player_embedded

Ты жив по настоящему до  тех пор,  пока у тебя есть  в запасе хорошая история и  кто-то, кому можно ее рассказать

Олег Меньшиков.

Океан.

Амеееерика!!!...

и Музыка. Музыка. Музыка.

Совершенно. Неверотяный. Сектакль.

Вам никогда не бывало страшно, что вас разорвет на мельчайшие части при мысли одной об огромности мира, лишь только подумать, а чтобы в нем жить...

Я    хочу    предположить ,  что    понятие    свободной    воли   и моральной ответственности за свои поступки — это на самом деле рабочие теории, наподобие гидродинамики. Возможно, все наши поступки предопределены некой великой единой теорией. Если эта теория говорит, что мы должны кончить жизнь на виселице, то мы не утонем. Но чтобы пуститься на утлой лодчонке по бурному морю, вы должны быть абсолютно уверены, что вам уготована виселица.  Я   заметил, что даже люди, утверждающие, что все предопределено и что мы не можем ничего изменить, всегда смотрят по сторонам, переходя дорогу. Возможно, те, кто не смотрит, просто не доживают, чтобы рассказать свою историю.
 

Мне    нужны    дискуссии    с    другими    людьми .  Я   обнаружил, что изложение идей  другим    мне   очень помогает. Даже если собеседники не высказывают ничего интересного, сама необходимость организовывать свои мысли так, чтобы они были понятны  другим , часто подсказывала  мне   новый путь вперед.

Прямая ссылка на случай глюков: http://www.youtube.com/watch?v=MAY1UoQYMHk&feature=player_embedded

 

Моё сердце трепещет, как лист.
В снах моих - круженье планет,
Обступили звёзды постель:
Я вращаюсь и сплю,
Ты, Земля, - моя колыбель.

Марвин Мерсер, школа №153, 5-й класс,
Гарлем, Нью-Йорк, штат Нью-Йорк (1981)

 

Они знали, что сделать.

 Richard Dawkins - The God Delusion

*my inception*

Stephen Hawking - A Brief History of Time

Brian Greene - The Elegant Universe (Superstrings, Hidden Dimentions and the quest for the Ultimate Theory)

Волновые функции, вероятности, квантовое туннелирование, беспорядочные флуктуации вакуумной энергии, перемешивание пространства и времени, относительность одновременности, искривление пространства, чёрные дыры, Большой взрыв.

...струнные петли и вибрирующие капли, которые увлекают все элементы мироздания в танец колеблющихся мод, педантично исполняемый во Вселенной с многочисленными скрытыми измерениями, способными претерпевать экстремальные изгибы, при которых структура пространства-времени рвется и затем снова себя восстанавливает...

OMFG

What's the next?

На мой субъективный взгляд в науке нет ничего более красивого, чем Теория Относительности.

Новый пасмурный день, не скупясь, Ворожея-зима
Оплетает прозрачно-серебряной канителью.
Осторожно вздыхают, пригревшись вдоль улиц, дома,
И позёмка чуть слышно шуршит по земле каруселью.

Новый день, новый снег опускается с белого неба,
Укрывая дома одеялом из козьего пуха.
Я иду меж деревьев в стеклярусе, будто сквозь небыль
Небывалую... Звон их так нежно касается слуха,

Так колюче и ласково щёки снежинки целуют...
Новый день. Умирающий год. Посвежевшие чувства.
Где-то выше домов отчуждённое солнце зимует,
Без него в исчезающем небе становится пусто,

Мы на дне мирозданья под слоем бесцветного льда,
Отливающего голубым в помертвевшем свете...
Наступающий год будет нежен как никогда...
Как никто... Как нигде на промёрзшем до белого свете...

04 января 2011

Ворожит...

И каждая иголочка замурована в ледяной плен... Я иду на работу мимо кустов с длинными, свисающими вниз ветками - ветки все унизаны стеклярусом. Провожу по ним легонько рукой - и они звенят, будто музыка ветра.

А сейчас их припорошил снежок, и они стали похожи на белые пушистые оленьи рожки.

 

Улицы с утра оплетает серебряная канитель, к вечеру заливает алмазная глазурь - и по ней только ехать, но никак не идти.  Зима ворожит...

  Би-би-си начала транслировать передачу «Диски необитаемого острова» в 1942 году, и эта программа установила на радио рекорд долговечности. К настоящему времени она стала чем-то вроде национального достояния. За все эти годы программа приняла огромное количество гостей. В ней брали интервью у писателей, артистов, музыкантов, киноактеров и кинорежиссеров, деятелей спорта, комиков, поваров, садовников, учителей, танцоров, политиков, членов королевской семьи, мультипликаторов – и ученых. Гостей (к ним всегда обращались как к потерпевшим кораблекрушение) просили выбрать восемь аудиозаписей, которые они взяли бы с собой, если бы им пришлось остаться в одиночестве на необитаемом острове. Их также просили назвать предмет роскоши (неодушевленный) и книгу (предполагалось, что соответствующий религиозный текст – Библия, Коран – уже есть на острове, так же как и сочинения Шекспира). Наличие средств воспроизведения считалось само собой разумеющимся. Рекламируя программу, обычно объявляли: «...Предполагается, что у вас есть граммофон и множество игл к нему». Сегодня предполагается, что для прослушивания записей есть заряжающийся от солнечного света MP3-плеер.

Итак, вы, наверное, всё уже поняли. Небольшой заснеженный онлайн-радиоэфир, в который приглашаются все читатели этого журнала. Восемь аудиозаписей, предмет роскоши, книга. Буду рада подробностям и пояснениям выбора. Welcome в комментарии!

Наверное, это будет по-настоящему одинокое странствие, превосходящее всякое воображение, полёт к далёкой цели в абсолютной пустоте, без надежды случайно встретить на пути даже атом водорода. А каково это очутиться в бездне и верить всем сердцем, что ты приближаешься к тайнам Вселенной? Как долго мы будем лететь?.. Как долго мы сможем лететь?…

[must see]

Ты ложишься спать, а где-то
Наступает час рассвета.

За окном зима, а где-то
Жаркое, сухое лето.

Много на земле людей.
Мир велик.
Запомни это.

© Роман Сеф

без комментариев

Ах, какой залитый светом мир, и откуда только он льётся, свет этот - ведь небо давно, давно затянуто, забито мокрой, грязной тучеватой. А мир переливается и звучит.

И это, кажется, даже лучше, чем я представляла... впрочем, нет. Это просто иначе. Так - и представить себе нельзя было. Пронзительно настоящий вышел у Джоша альбом. Записанный за раз - без сведения инструментов и голосов, без перезаписи неудачных мест и какой-либо "чистки", живой, трепетный и искренний, весь - разговор по душам, весь - вдохи и выдохи с дрожью где-то между сердцем и животом, в самом нежном чувствительном. Мир совершенно внешний - небо и тучи, снег, облетающая листва и утренний чуть мерцающий туман, - вдруг беспрепятственно выливается в мир совершенно внутренний, перемешивается со всем невысказанным-невыплаканным... и начинает петь. Будто нет всего сковывающего, притягивающего ноги к земле - ни тела, ни моды, ни транспорта и расписания работы, ни зарплат, ни цен, ни проводов, ни радиоволн. Одна сплошная живая музыка. Просто фантастика этот Illuminations.

А может всё потому, что я ТАК ждала.

11 декабря к нам приезжают люди, о концерте которых я и мечтать когда-то не смела. Билет - вот он, лежит на сабвуфере, его можно потрогать - но невозможно осознать, что я чувствую - теперь. Спустя столько лет.

Что я буду чувствовать, если Джош приедет наконец - но через семь лет.

Notre-Dame и все, чьи фамилии я когда-то не умела произносить без мурашек. Гару, Лавуа, Фиори, Пеллетье... Эти песни, которыми я жила и дышала когда-то. Это всё у меня будет - теперь.

Зима выдыхает на счёт "три", осень уходит неслышно, мы замерли и ждём снегопадов. А мир залит светом, и откуда только он льётся?..

целая тут

Мыслечувства