Подруга прислала фотографию, на которой мы с ней вдвоем. Смотрю я на фото и осознаю, что совершенно не помню, ни когда это было, ни где мы с ней сидим, ни кто нас фотографирует.
Понимаю только, что это было летом ))))
Даже страшно стало.
Пожалуй, мне обязательно нужно вести дневник, иначе через пару лет ничего не вспомню, что со мной было.
Вот, собственно фото.
...

Вечером сладко пахнет цветущими яблонями.

Прошлогодние цветы.
Дача

...

Если в последнее венецианское утро вдруг вспомнить, что еще (О, позор, позор!) не были в соборе Святого Марка, который тут, почти за углом, торопливо выпить капучино, языком слизнуть плотную пенку, и вихрем, сквозь уже уплотняющийся поток праздных туристов и не менее праздных продавцов масок, платочков, платков, побрякушек, стекляшек, вольта, коломбина, баута, бусиков, палантинов, масок, бусиков, бусиков, браслетиков, бликов, всплесков, шелков, водорослей, запахов, проскользнуть на пьяццу. Влиться в крошечную (я седьмая! о, маленькое, крошечное, с бусину чудо) очередь в Собор. Зайти, получить полные купола золота, по самую макушку залиться, успокоиться, не знать, на что смотреть - на пол, в купол, на мозаики, на мощи, на людей, в себя, искать божественное, почувствовать себя ВИП персоной, у которой путь в Рай выглядит, как насыпанные кофейные зерна, ароматные восточные специи - шафран, кардамон и что-то еще, названия в разных странах не сходятся в одно, дорожки раздваиваются, расстраиваются, растрачиваются, золото все чище, все ближе, и вот ты, уже почти под куполом, в золотом тумане, выходишь к лестнице на хоры, к Лодже Кавалли, балкон, ты на .... Воздух, простор, вода, солнце, солнце сквозь воду, которой пропитался воздух, не туман, а влажное марево. Чуть вниз - а там, как семечки насыпаны голуби и двойные силуэты людей. Не отличить, где силуэт, а где тень, особенно, если представить, что ты стоишь на голове, переворачиваешься, все кругом, кругом по пьяцце, бьют копытами поддельные кони, подлинные остались за спиной, спрятанные в своем стойле на хорах (путешествие во Францию не проходит даром). Химера, о нет, это уже лев, а не персидская Химера, для превращения химеры во льва достаточно пересечь водную гладь, отрастить крылья и взгромоздиться на колонну из Константинополя, так вот, лев. Хвост висит над пьяццеттой, превращение не прошло до конца гладко, не смотря на заботливо подсунутую под лапу книгу с.

еще

Задворки Венеции, Район Каннареджо. Красные акценты.

еще я и последний вечер в Венеции

Вчера мы так долго спали, а потом так долго собирались, а потом я приехала первая (что совершенно невероятно), а потом все подтягивались еще 35 минут, короче говоря на митинг мы опоздали. Четыре кулемы.
Муж надо мной долго смеялся, говорил, что ничего, мол впереди другие митинги, и если я начну собираться прямо сейчас, то возможно успею.
Мы с Кэт утешились подобранными с земли белыми ленточками, которые гордо привязали на сумки и пошли пить кофе в Costa Coffee.
Дома меня заставили испечь пирог с картошкой и грибами, он вроде бы ничего, удался.

Капуста

Как всегда, меры не знаю)

Чашка из Киева

Тоже из Иерусалима. На сегодня - одна из двух самых пьющих чашек)

+1

В основном это израильская керамика. Маленькая японская зеленая чашка - трофей с блошиного рынка, пиала - настоящая таджикская, смешная с цветочком - из Киева.
Это первая, с улицы Нахалат Шива в Иерусалиме. Теперь она с микротрещиной, пить из нее уже нельзя, служит бедняга подставкой под карандаши.

Это работа того же мастера, куплена там же, год спустя:

Облака

Спасибо, Дашенька, что дала поиграться!)

Вечер, дождь и солнце, запутавшиеся в рыболовной сети.

Я до сих пор не умею складывать кораблики. Застреваю на середине.)

Год домоводства набирает обороты. Научилась делать хачапури.

Моя первая маска из папье-маше. Делала долго, а когда закончила, то обнаружила, что нос получился кривой. Оказалось, что пластиковая форма была с изъяном.
Какое расстройство.

Надо бы того, подвести итоги года.

Фотографировала месяц назад, в маленьком Московском дворике. Через 50 метров гремит Садовое кольцо, а здесь тишь, пух, даже дети не плачут, а тихонько спят.