-–убрики

 -ѕоиск по дневнику

ѕоиск сообщений в дочь_÷ар€_2

 -ѕодписка по e-mail

 

 -—татистика

—татистика LiveInternet.ru: показано количество хитов и посетителей
—оздан: 01.07.2013
«аписей: 2602
 омментариев: 9
Ќаписано: 2764

—≈Ћ»ћ

ѕонедельник, 28 Ќо€бр€ 2016 г. 22:53 + в цитатник

ƒни были переполнены пустыми и мелкими церемони€ми. ћоление в јй€-—офии. ѕосещение султаном и султаншей джамии —улеймание, которую уже заканчивал  оджа —инан. ћалые и большие переезды султанского двора то в летний дворец на Ѕосфоре, то обратно в “опкапы. ѕридворные должны были за€вл€ть о своем желании быть в свите —улеймана, тогда султан сам просматривал списки и выбирал лишь тех, кого хотел вз€ть с собой. » всюду должна была быть с ним ’уррем. ќн словно бы хотел показать, как высоко ставит свою ’асеки, как прочно св€заны они долгом, любовью, будущим. Ќичего не случилось, ничего не было, все умерло в таинственной неприступности “опкапы. ÷елые сонмища дармоедов, окружавших султана, должны были убедитьс€ в незыблемости трона, в посто€нстве чувства падишаха, в твердости его намерений всегда защищать доброе им€ султанши, котора€ стала как бы его второй сутью. Ѕыла с ним всюду. ƒолжна была про€вл€ть солидность, томилась во врем€ бесконечных церемоний, сме€лась вместе с султаном на открытых вечерах в “опкапы, которые устраивались после вечерней молитвы —улеймана в јй€-—офии.  огда —улейман приезжал с молитвы, двери в зал под куполами открывались и все придворные, вплоть до евнухов гарема, отталкива€ друг друга, наперегонки бежали к низеньким столикам, чтобы зан€ть место, да еще и протиснутьс€ как можно ближе к падишаху. —улейман с –оксоланой уже сидели за своим столиком и не без насмешливого удовольстви€ наблюдали за этой суетой.

“е, кто ждал смерти –оксоланы, первыми поверили в новое вознесение султанши и изо всех сил добивались ее милостей, обраща€сь к ней с множеством мелких просьб, и она удовлетвор€ла их, словно бы дл€ того, чтобы убедитьс€ в своей силе. » делала это каждый раз через султана, испытыва€ его терпение, к –устем-паше не обращалась ни разу — з€ть стал противен ей, может, и навсегда.

 аждое лето —тамбул задыхалс€ без воды. ƒвенадцать сел снабжали столицу водой, и все было мало. ¬озле чешм всегда толпились водовозы, доставл€вшие воду тем, кто им платил. Ѕедноту оттесн€ли и отгон€ли султанские суЄлджи. ¬оду перепродавали, ее воровали, потихоньку отвозили в свои сады, в огороды, ставили фонтаны дл€ пить€, т€нули в собственные хамамы, пренебрега€ законом, согласно которому дл€ присоединени€ к главному стамбульскому водоводу  ирк-чешме нужно было разрешение самого султана. —тамбульские купцы пожаловались –оксолане на великого визир€ –устем-пашу, который забрал почти всю воду из Ѕедестана и тайком провел ее в сады своего дворца, поставленного на краю јт-ћейдана.

ќна пошла к султану и добилась, чтобы тот наложил на дамата сто тыс€ч акча выплаты за украденную воду.

—тамбул заговорил о справедливости ’асеки.

ƒва сирийских купца привезли в —тамбул €нтарные зернышки, из которых изготовл€ли гор€чий напиток, имевший цвет и гор€чий дух тела черных невольниц. Ќапиток называлс€ кахве. —ирийцы открыли в “ахтакое кахве-хану, и народ повалил туда валом, так что муллы перепугались этого напитка и поскорее бросились с жалобой к шейх-уль-исламу. јбусууд издал фетву о запрещении нового напитка. —ирийцы, по совету мудрых людей, написали жалобу султанше, добавив к жалобе сумочку с кахве. –оксолана пригласила к себе —улеймана и угостила его напитком.

— „то это? — спросил султан. — я никогда не пил такого.

— ј кто пил? — засме€лась –оксолана.

— Ётот напиток возвращает человеку молодость.

— я рада, что ваше величество так думает.   сожалению, великий муфтий запретил этот напиток.

— «апретил? ѕочему же € ничего не слыхал и не знаю?

— ¬ам никто не сказал. Ўейх-уль-ислам в своей фетве ссылаетс€ на  оран. Ќо в  оране нет ни единого слова об этом напитке.

—  ак он называетс€?

—  ахве.

— ј из чего изготовл€етс€?

— ќбыкновенные зернышки с деревца, растущего в јравии. –азмолотые, вар€тс€ с водой. „то здесь недозволенного?

— ¬ самом деле. я подумаю.

—ултан заставил великого муфти€ отменить фетву.  ахвехане охватили пол-—тамбула, будто пожар. ¬скоре их было уже около полусотни в Ѕейоглу, в Ѕешикташе и даже в султанском —тамбуле по эту сторону «олотого –ога.

ќт ‘ердинанда, который после добровольного отречени€  арла стал императором, прибыл посланник, молодой фламандец ќжье √излен Ѕусбег. ѕривез богатые подарки султану и султанше, а еще наде€лс€ поразить таинственного восточного властелина не столько подарками, сколько своими знани€ми, потому что училс€ в лучших университетах ≈вропы, много путешествовал, собирал древности, любил историю, искусство, разбиралс€ во всем редкостном и необычайном.

—ултан устроил пышный прием императорскому послу. ѕеред воротами —оук-чешме на огромном зеленом ковре был поставлен «олотой трон из диван-хане, и на троне сидел падишах в красно-золотом кафтане с отпашными рукавами дл€ целовани€, свисавшими до самого ковра, а р€дом с ним султанша ’асеки — голубое атласное платье в золотой сетке, ше€, руки, голова залиты потоками бриллиантов и изумрудов, и глаза притаенно зеленоватые, будто вс€ ее жизнь.

—права от султана в белом с зеленым широченном халате сто€л великий муфтий јбусууд, возле него, в зеленом, три главных имама империи. —лева, где сидела –оксолана, — в багр€ном с золотом кафтане великий визирь –устем-паша и три визир€ дивана. «а троном среди семи султанских телохранителей — великий драгоман империи ёнус-бег, слева и справа под аркадами — темнолицые €нычары, а ближе к султанскому ковру — р€ды дильсизов в золотых латах и золотых высоких шапках. — трех сторон дворцовой площади выстроились вельможи в высоких тюрбанах, в золотых, красных, зеленых, синих, в зависимости от положени€, кафтанах, а позади вельмож неподвижно торчали на белых кон€х всадники из султанской охраны, готовые снести голову каждому, кто преступит дозволенную межу.

ѕосла, одетого в рытый бархат, буфастые коротенькие штаны, в какой-то странный берет с пером (все выгл€дело очень убого в сравнении с т€желой султанской роскошью), подвели к трону вельможи с золотыми посохами, и как только Ѕусбек ступил на зеленый ковер, два огромных дильсиза крепко схватили его под руки и почти поднесли к трону, не дав промолвить ни единого слова, наклонили к султанскому рукаву, чтобы поцеловал.

∆илистый фламандец попыталс€ было упиратьс€, но его ткнули лицом в шершавую, протканную чистым золотом ткань и потащили назад, так что он даже не успел удивитьс€.

¬последствии Ѕусбек, прожив целых семь лет в —тамбуле, напишет свои «Legationis turcicae epistolae», в которых попытаетс€ разве€ть представлени€ европейцев об ужасах, которые €кобы цар€т в ќсманской империи. Ќо о своем первом приеме, пышнейшем и одновременно позорнейшем дл€ достоинства посланника самого императора, он не скажет всей правды, отметив: «¬ел переговоры с —улейманом».

«ато имел счастье, быть может, единственный из иноземцев, видеть, в какой пышности живет султанша ’асеки, а спуст€ некоторое врем€ был допущен к ней в покои, теперь уже не по ее прихоти или просьбе, а по велению самого падишаха. —улейман хотел, чтобы весь мир видел, в каком согласии живет он с этой мудрой и необыкновенной женщиной, ради которой поломал уже не один установившийс€ обычай и готов был поломать все, что станет помехой в его любви к ’уррем.

–оксолана прин€ла Ѕусбека в поко€х валиде, которые более всего подходили дл€ этого — во-первых, потому, что были сразу же за неприступными воротами гарема, а во-вторых, считала, что европейцу при€тно будет увидеть картины ƒжентиле Ѕеллини на стенах зала приемов.

ѕосол уже не красовалс€ в своих фламандских штанишках, был в широкой, похожей на османскую одежде, но клан€лс€ не по-османски, без рабского ползани€ по коврам, а легко, грациозно, словно бы пританцовыва€.

–оксолана пригласила его сесть на подушки и угостила плодами. —ожалела, что р€дом с нею нет теперь √асана. —нова окружена была прокисшими евнухами, которых стыдно было показывать постороннему человеку, снова почувствовала на себе гнет рабства и позора. ”лыбалась послу хот€ и властно, но в то же врем€ как-то болезненно. ’орошо, что посол не заметил этого, потр€сенный неожиданным счастьем беседовать с всемогущей султаншей в неприступном гареме.

ќни обмен€лись малозначительными словами, говорили по-латыни, затем –оксолана перешла на немецкий, удивив посла, который не очень свободно владел этим €зыком.

— ”дивлению моему нет предела, ваше величество! — воскликнул Ѕусбек. — ¬ы владеете столькими €зыками!

— „то же в этом удивительного?

— ¬ы велика€ султанша великой империи. ј империи никогда не признают никаких других €зыков, кроме своего собственного.

— ј известно ли вам такое пон€тие, как велика€ душа? — спросила –оксолана. —  ажетс€ мне, что величие души не имеет ничего общего с границами государств.

— ¬ы дали мне надлежащий урок, ваше величество. Ќо поверьте, что € старательный ученик. —обственно, вс€ мо€ жизнь — это учение. ƒипломат? Ёто недавно и не главное дл€ мен€. ѕривлекает мен€ истори€, ее свидетельства, пам€тники человеческого умени€ и де€ни€. ћожет, ради этого и рвалс€ в —тамбул.

–оксолана устало опустила руки на диванчик.

— —юда все рвутс€ ради этого.

— я готов был сразу кинутьс€ собирать старинные вещи! — воскликнул Ѕусбек. — „уть ли не в первый день своего пребывани€ € уже нашел редкостную греческую монету! ј какие манускрипты продаютс€ под руинами акведука ¬алента! я смотрел и не верил собственным глазам.

— „то ж.  ниги живут дольше камн€. ќ люд€х € уже не говорю.

— Ќо книги — это люди! Ёто пам€ть, продержавша€с€ тыс€челети€.

— ¬ы думаете, женщину могут интересовать тыс€челети€? — засме€лась –оксолана. — ƒл€ женщин дорога только молодость. » больше ничего. Ќо € не женщина, а султанша, поэтому охотно познакомлюсь со всем интересным, что вам удастс€ найти в —тамбуле. я тоже люблю старинные рукописи. Ќо только мусульманские. ƒругих в султанских библиотеках не держат.

— ¬аше величество, в ваших руках целый мир! ѕри вашей образованности, ваших знани€х…

— „то общего между моими знани€ми и теми богатствами —тамбула, о которых вы говорите?

— Ќо, ваше величество, вы уже давно могли бы стать владетельницей собраний, которых не знал мир!

— Ќе думала об этом.

— Ќо почему же? –азрешите заметить, что это… ” вас в руках высочайша€ власть…

— ¬ласть не всегда направл€етс€ так, как это может казатьс€ постороннему глазу.

— ќ вас говор€т: всемогуща€, как султан!

— ¬полне возможно, вполне. Ќо в определенных границах, в определенных и точно обозначенных. ѕусть вас это не удивл€ет.

— ћен€ все здесь поражает, если не сказать больше! ¬о врем€ приема вы сидели на троне р€дом с султаном. ѕерва€ женщина в истории этой величайшей империи и, кажетс€, всего мусульманского мира. я счастлив, что был свидетелем такого зрелища. ј какой счастливой должны чувствовать себ€ вы, ваше величество!

— ¬ы только мужчина, и вам никогда не пон€ть женщину.

— ѕростите, ваше величество. я знаю, что вы не только султанша, но и мать. я слышал о ваших сыновь€х — это наполн€ет мое сердце сочувствием и печалью. ѕозвольте сказать, что мне показалось странным отсутствие во врем€ приема шах-заде —елима. ¬едь он провозглашен наследником трона. », говор€т, ныне пребывает в —тамбуле. ѕри дворах европейских властелинов принцы…

— Ўах-заде —елим зан€т государственными делами, — быстро сказала –оксолана. — “ак же, как и шах-заде Ѕа€зид. √осударство требует…

Ќе могла подыскать подход€щего слова, удивл€€сь своей беспомощности, украдкой взгл€нула на посла — заметил ли он ее растер€нность? ¬р€д ли. Ѕыл слишком молодым и неопытным, к тому же никак не мог поверить, что разговаривает с самой султаншей.

— ¬аше величество, простите за дерзость, но должен вам сказать, что € не верю… не могу поверить, что у вас взрослые сыновь€. ћне кажетс€, будто € старше вас. ¬ы така€ молода€. “айна ¬остока?

— ј что такое старость? ћожет, ее и вовсе нет, а есть только изношенность души. ” одних души изношены уже смолоду, у других не тронуты до преклонных лет. „то же касаетс€ моих сыновей… ћой самый старший, ћехмед, был бы ныне таким, как вы… ј —елим всего лишь на год моложе.

— Ќо это уже зрелый мужчина!

— ƒа, зрелый.

ћогла бы еще сказать: перезрелый. » не только дл€ трона — дл€ жизни. ѕочему султан избрал его наследником? ѕотому, что был старше Ѕа€зида? »ли потому, что внешне поразительно похож на нее? ’от€ ничто не объедин€ло его с матерью, кроме рождени€. –авнодушный ко всему на свете, кроме пь€нства и разврата, с тупым, обрюзгшим лицом, этот рыжебородый мужчина не вызывал у нее ничего, кроме страха и отвращени€. »з всех известных ей зол только ненависть была хуже равнодуши€, но —елим, кажетс€, никогда не сумел бы различить этих чувств, разве что догадалс€ бы позвать своего верного ћехмеда —околлу и сказать: «ј посмотри-ка, что там такое?» ≈сли его дед —ултан явуз сам срезал драгоценные камни с тюрбанов убитых врагов, а султан —улейман хот€ бы смотрел, как это делают дл€ него €нычары, то —елим разве что удосужилс€ бы послать кого-нибудь и сказать: «ѕойди-ка, принеси сюда вон то». ј сам даже пальцем бы не пошевельнул.

ќ том, как он начал пить, была даже байка. –оксолана и сама готова была поверить в эту побасенку, ибо откуда же нашло на него все это? ј рассказывали так. ƒескать, еще будучи подростком, прогуливалс€ он по столице со своей свитой и на одной из улиц встретил молодого османца, который повел себ€ очень дерзко.

— “ы знаешь, что € шах-заде? — закричал —елим.

— ј ты знаешь, что € Ѕери [51] ћустафа? — не испугалс€ тот. — ≈сли хочешь продать —тамбул, € куплю. “огда ты станешь ћустафой, а € шах-заде.

— ƒа за что же ты, несчастный, купишь —тамбул?

— «а что? ј тебе какое дело? ј много будешь разглагольствовать, € куплю и теб€, ибо кто ты, как не сын рабыни, то есть раб, а раб — это не человек, а просто вещь, которую следует продавать на торгах.

ѕь€ного заперли в зиндан, а наутро поставили перед разъ€ренным —елимом. » тот затопал ногами на Ѕери ћустафу.

—  ак посмел ты, сын шайтана и свиньи!..

— ќ сын всемогущего властелина, — упал на колени Ѕери ћустафа, — если бы ты вчера был в таком состо€нии, в каком находилс€ €, ты отдал бы за это господство над всем миром.

—елим отведал и оставил возле себ€ Ѕери ћустафу, чтобы пить вдвоем. —менил ему им€, а с течением времени окружил себ€ еще большими бездельниками и прожигал врем€ в гульбищах, в попойках, в поездках на охоту, пропадал в своем гареме, не заботилс€ ни о чем, кроме удовольствий. ѕопада€ на торжества к султану, —елим либо говорил глупости, либо бормотал что-то на охотничьем жаргоне. ≈л как обжора. Ќа охоте бежал впереди собак. ѕровозглашенный наследником трона, устроил ученый спор с улемами и швыр€л сапогом в лицо тому, кто пыталс€ с ним не соглашатьс€. Ѕолее всего любил сост€зани€ всадников на ослах, победител€м вручал золотой прут. Ќи о чем не заботилс€, ни о чем не думал, во всем полагалс€ на ћехмеда —околлу, который к своей врожденной ловкости старательно и упорно прибавл€л учение всюду, где только был, и с годами вырос в царедворца, воина и государственного мужа, который мог бы ублажить самого требовательного властелина, а не только этого равнодушного, отупевшего от власти и богатства наследника трона.

ћожет, все изменилось бы к лучшему, если бы удалось убрать этого зловещего —околлу, но он словно бы владел звериным предчувствием опасности и каждый раз ускользал от западни, которую готовили дл€ него. —пасс€ даже во врем€ заговора –оксоланы. јхмед-паша послал тогда своих людей, чтобы привели —околлу к нему и по дороге убили за непослушание, ибо напрасно было наде€тьс€, чтобы тот шел к садразаму как овечка. Ќо —околлу в столице не нашли. ¬месте с шах-заде —елимом он отправилс€ на ловы неизвестно куда. ѕоехал на охоту в то врем€, когда султан лежал почти мертв! Ќа это способен был только —елим, а —околлу даже не попыталс€ отговорить его.  ак бы там ни было, но случилось. —околлу уцелел, а султан, узнав о поступке —елима, похвалил сына за то, что своевременно бежал от заговорщиков, чтобы не встревать в это богопротивное дело, и с тех пор еще более настойчиво выказывал свое расположение к нему, не замеча€ развращенности и растлени€ своего наследника.

–оксолане казалось, что только душа Ѕа€зида, единственного из ее сыновей, не поддавалась растлению ни властью, ни страст€ми, ни наслаждени€ми, ни жадностью. ѕочему же не замечал и не мог пон€ть этого султан?

ƒаже теперь, когда над империей нависла угроза от бунтовщика, провозгласившего себ€ султанским сыном ћустафой, и когда именно Ѕа€зид кинулс€ спасать трон, а —елим продолжал пь€нствовать в летнем дворце на Ѕосфоре, —улейман не изменил своего отношени€ к сыновь€м.

—тара€ хазнедар-уста как-то сказала султанше, что дл€ гарема куплена у адмирала ѕи€ли-паши молода€ невольница.

— –азве € не велела не покупать людей! — сурово взгл€нула на нее –оксолана.

— ћы просили ѕи€ли-пашу, чтобы он подарил девушку, но капудан-паша уперс€. ѕривез ее только дл€ гарема его величества, но непременно за золото, ибо то, что куплено, всегда ценитс€ выше, девушка же стоит того она одарена неземной красотой.

— “ы смеешь говорить это мне?

–оксолана никогда не кичилась своей красотой, никогда не принуждала восторгатьс€ своими женскими достоинствами, ибо все принадлежало только ей, но ведь в этих дворцах царило неписаное правило: не восхвал€ть при султанше других женщин, — почему же оно должно нарушатьс€ именно при ней?

— “ы расхваливаешь красоту какой-то девчушки? — повторила ’уррем.

— ¬аше величество, — склонилась в поклоне стара€ турчанка, — это создание принадлежит к числу чудес, на которые способен только всемогущий аллах.

— ќна мусульманка?

— ƒа, она прин€ла истинную веру. ¬ гареме ее прозвали Ќурбана.

— «начит, эта властительница мира родилась не в царстве аллаха?

— јллах всемогущ и вездесущ.

— ѕоэтому вы поскорее и нарекли ее владычицей мира?

— ¬аше величество, кизл€р-ага хочет показать ее падишаху.

— ’орошо. ѕокажешь ее мне.

 огда Ќурбану привели к ней, –оксолана невольно подн€ла руку к глазам. ƒевушка ослепл€ла своей неземной красотой, своим невиданной нежности лицом, огромными синими глазами, каким-то си€нием, излучавшимс€ от нее, будто таинственный зодиакальный свет.

≈ще больше поражена была –оксолана, когда узнала о жизни этой шестнадцатилетней девушки. ќна была марранкой, из »спании, принадлежала к народу, который подвергалс€ гонени€м в течение многих веков. ќстатки марранов изгнал ‘илипп, а тех, кто не хотел покидать своего жилища, хватала в свои немилосердные руки инквизици€. –одители Ќурбаны вместе с несколькими сотн€ми семей таких же изгнанников осели на —ицилии, но местные фанатики прогнали их оттуда. Ќа стареньком паруснике несчастные поплыли на восток, наде€сь спастись — о диво! — во владени€х султана —улеймана. Ќо на море их вз€ли в рабство венецианцы и продали на ћальте. ќттуда хоз€ева повезли их во ‘ранцию, но по дороге ужасна€ бур€ вдребезги разбила корабль, и все марраны нашли свою смерть на морском дне. Ќурбана, единственна€ из всех, чудом спаслась, ухватившись за обломок корабл€. ѕотер€вшую сознание, ее выловили турецкие корсары и, пораженные ее красотой, привезли в —тамбул.

–оксолана держала девушку в гареме два года. ”чила ее €зыку, пению и танцам, обхождению — готовила дл€ Ѕа€зида. „ерез несколько мес€цев после того, как привез он в —тамбул тело ƒжихангира, показала ему Ќурбану. Ќо Ѕа€зид лишь посме€лс€ над материнским восторгом.

— Ёто не дл€ мен€!

— Ќо почему же?

— —лишком красива€. Ѕудто и не насто€ща€. Ѕудто нарисованна€ г€уром. “акой нужны рабы, а € люблю свободу.

–оксолана попыталась уговорить его, а сама торжествовала в душе: и тут он оказалс€ насто€щим ее сыном, не поклон€лс€ красивой внешности, сразу проникал в сущность, а что можно увидеть в этой ослепл€ющей девушке, кроме порабощени€ ее красотой!

Ќо теперь, как думала султанша, и наступил подход€щий момент отдать наконец Ќурбану одному из ее сыновей, но не Ѕа€зиду, а —елиму — пусть вперит свой взор в эту невиданную красоту и забудет обо всем на свете. ћожет, хоть тогда султан поймет, кому следует передать трон и наследство.

ќна послала Ќурбану с евнухами и старой хазнедар-уста в летний дворец на Ѕосфоре, где упорно сидел —елим, не выезжа€ даже в ћанису, передала сыну и письмо. ѕисала: «Ѕолее красивой девушки еще не видывали “опкапы. —ынок, прими ее в свой гарем. Ќе будешь ка€тьс€».

Ќурбану привели как раз тогда, когда пь€ный —елим наслаждалс€ пением и танцами своих одалисок. ƒес€тка полтора голых девушек под звуки бубна и тарбук кружились вокруг шах-заде, который в€ло кивал головой и проводил пальцем сверху вниз, сверху вниз, покачива€сь, будто тр€пичный божок. ѕисьма султанши читать не стал, отбросил его в сторону, как это делал даже с фирманами самого султана. ¬ гареме р€дом с ним не было советчика и наставника ћехмеда —околлу, и он делал что хотел. Ќо у хазнедар-уста было повеление передать Ќурбану в руки шах-заде, поэтому, несмотр€ на сопротивление девушки, непривычной к таким зрелищам, старуха все же протолкалась с нею сквозь вереницу голых танцовщиц и подвела к —елиму. “от захлопал покрасневшими глазами, взгл€нув на странную девушку, укутанную в шелк, тогда как все тут были нагие.

—  то ты, красавица? — спросил неуверенно.

’азнедар-уста ответила вместо Ќурбаны:

— Ёто рабын€, которую прислала вам мать-султанша, мой шах-заде.

— ≈сли прислала султанша, € беру теб€, — сказал —елим и указал девушке, чтобы села р€дом с ним. — ”меешь танцевать?

ƒевушка испуганно огл€нулась.

— –азве в  оране не записано, что правоверные не смеют обнажатьс€ друг перед другом? — прошептала она.

— “ак это же правоверные, а ты рабын€! — пь€но захохотал —елим и рванул с нее шелковое покрывало. — —нимай это тр€пье! ћигом!

ќна вскочила на ноги словно бы дл€ того, чтобы выполнить его повеление, сама же, закрыва€сь от стыда и возмущени€, выбежала из зала.

–азъ€ренный —елим начал швыр€ть в голых танцовщиц чаши с вином и шербетом, восклица€:

— ¬он отсюда, паскудные шлюхи! ¬се убирайтесь! ƒо единой!

”тром, протрезвившись и прочитав письмо матери, —елим велел привести к нему Ќурбану.

ќна вошла, поклонилась и с немым упреком сверкнула на него своими огромными глазами, так что —елим даже почувствовал нечто похожее на неловкость, хот€ и не ведал, что это такое. ”дивл€€сь самому себе, ласково пригласил девушку:

— ѕодойди ближе, Ќурбана!

ѕока она шла, у него было такое впечатление, будто земл€ под ним расступаетс€ и он повисает на облаке блаженства.

— —€дь! — почти крикнул ей, а потом закрыл глаза и тихо простонал: — “ы и вправду жива€ или, может, призрак?

— Ќаверное, жива€, — тихо ответила девушка.

— “огда теб€ нельз€ показывать никому из смертных, потому что ты величайшее сокровище на этом свете.

— ћой властелин, € не согласна с вами, — возразила Ќурбана.

— “ы не согласна? ’орошо. ≈сли так, то самое дорогое на свете мо€ любовь к тебе! — гор€чо воскликнул —елим и прот€нул к ней руку.

Ќурбана еле заметно отпр€нула, уклон€€сь от его прикосновени€, и тихо промолвила:

— ƒействительно тво€ любовь, мой властелин, будет дл€ мен€ самым большим сокровищем, если мои дни продл€тс€ и глаза твои не будут искать поко€ на других красавицах.

— ”спокойс€, — засме€лс€ —елим, — не будет дл€ мен€ красавицы ни на этом, ни на том свете, никто мен€ не сможет разлучить с тобой!

«нала ли –оксолана, что послала —елиму девушку, котора€ станет когда-то такой же всемогущей султаншей, как и она сама? ≈сли бы знала, наверное, никогда не сделала бы этого. Ќаде€лась, что —елим потер€ет разум возле Ќурбаны, а произошло совсем по-другому: в него словно бы влилась кака€-то неслыханна€ сила, завладевша€ им до конца его дней. —елим вызвал своего верного —околлу, накричал на него, почему замешкалс€ в —тамбуле, потом кинулс€ к султану с просьбой отпустить его в ћанису, на что —улейман ответил кратко:

— ћы считали, что ты уже давно там.

Ќа долю же Ѕа€зида досталась прокл€та€ јмаси€, город изгнани€ и смертей. Ѕа€зид прислал султану голову Ћжемустафы в кожаном мешке, но навстречу ему полетел фирман не с приглашением в столицу, не с помилованием, а с суровым повелением ехать в јмасию, мину€ —тамбул.

» это после той смертельной опасности, на которую он шел ради спокойстви€ в империи!

ќтцу послал голову смертельного врага, а матери писал письма о мрачных дн€х и часах своего пути. ќ том, как скакал на коне со своими верными людьми (возле него всегда ют€тс€ бездомные люди, бездомные псы, чувству€ его открытую и добрую душу). ќ том, как пробежало врем€ в долинах рек и над горными вершинами. ќ том, как распугивали они всех встречных, а позже увидели, что никто их уже не боитс€, ибо весь горный край перед —ерезом был полон бунтовщиков.   ћустафе т€нулись, наверное, все самые бедные люди, идущие со всех концов империи. √р€зные, немытые, охваченные отча€нием, в рваных кожухах, с нечесаными бородами, без оружи€, с одними коль€ми да камн€ми шли к нему, как к спасителю ћахди, которого ждут в тыс€чном году хиджры. ∆арили на огне баранов, рвали на куски м€со, пили кислое вино или простую воду из горных ручьев, говорили глухо, угрожающе, несметное множество людей давало им силу, считали, что испугают султана одним лишь своим видом, ведь разве же не испугалс€ этот всемогущий султан когда-то на ƒунае простой жабы, котора€ выпрыгнула у него из-под ног, и не перенес переправы на другое место?

Ѕыла у них уже и сво€ грозна€ молитва: «ќтче наш, иже в —тамбуле еси, не осв€титс€ им€ твое, вол€ тво€ не исполнитс€ ни на небеси, ни на земле, трон твой качаетс€ и падает. ƒай нам хлеб наш насущный, тобою отн€тый, не вводи себ€ во искушение прелест€ми ’асеки, но избави нас от твоих прокл€тых головорезов. јминь».

ѕам€ть людска€ была глубже книг. »бо в книги не всегда загл€дывают, а пам€ть с человеком неразлучна. —ид€ у костров, повстанцы вспоминали какого-то шейха Ѕедреддина, который сто лет тому назад в этих местах подн€л бедный люд против султана ћехмеда „елеби, обеща€ отобрать у вельмож и разделить между теми, кто ничего не имеет, еду, одежду, скот, имущество и даже землю. ” шейха было слово, но не было никакого оружи€. ≈го схватили султанские воины и привели к мевл€не ’айдару. “от, намека€ на хадис пророка, спросил: «„его заслуживает человек, стрем€щийс€ расколоть мусульманскую общину, сплоченную вокруг человека достойнейшего?» Ѕедреддин твердо ответил: «ћеч очищает все грехи!» —ултан ћехмед помиловал Ѕедреддина. ≈му не стали отсекать голову, ибо нет горшей кары дл€ мусульманина, чем лишить его тело целостности, дарованной аллахом. Ўейха повесили на дереве в —ерезе. ћюриды тайно сн€ли и похоронили его, а спуст€ врем€ поставили гробницу. » вот теперь простой люд вспомнил Ѕедреддина, и его им€ было у всех на устах.

Ѕа€зид со своими людьми вынужден был переодетьс€ в простую одежду. —пр€тал свой золоченый панцирь под темным гр€зным халатом, не расчесывал бороды, не умывалс€, пропиталс€ дымом у костров, забыл обо всем, что было в прошлом, углубл€лс€ все дальше и дальше в расположение повстанцев, стрем€сь во что бы то ни стало добратьс€ до самозванца. “от был неуловим. ≈го тщательно охран€ли, где-то пр€тали, не подпускали к нему никого чужого. Ќужно было стать своим дл€ этих людей, добра€ слава дл€ которых дороже золотого по€са. “айно снос€сь с румелийским беглербегом, он договорилс€, чтобы тот выслал против повстанцев незначительную силу, а сам, зна€ об этом, подн€л безоружных и разбил султанское войско. ¬ойд€ в доверие, стал своим, и они начали допытыватьс€: « то ты?» » хот€ времени у него было мало, он все же не торопилс€, избегал пр€мого ответа, отшучивалс€: «“от, что свинью д€дькой не называет». » еще учил их, что если хот€т умалить какое-нибудь преступление, следует его только удачно назвать.   примеру, не резн€, а стычка. “ак мог бы и султану сказать, что не покушалс€ на его жизнь, а только страдал от несовместимости крови с —елимом с тех пор, как тот был назван наследником трона.

—амозванец услышал о необычайном пришельце и прислал спросить, кто он такой.  ак мог Ѕа€зид себ€ назвать? —казать — шах-заде, султанский сын? Ѕыл бы немедленно убит повстанцами, которые признавали только одного султанского сына — того, что называлс€ ћустафой.

“огда он сказал:

— “оварищ вашего ћустафы из овечьего загона.

Ётим люд€м, что всю жизнь пасли овец, понравились такие слова. ќни передали их ћустафе, и тот, вспомнив овечий загон, сразу пон€л, кто к нему прибыл. ћустафа позвал к себе Ѕа€зида и устроил ему пышную встречу, на которой был зажарен целый олень, подстреленный в горах. ќлен€ принесли на сплетенных из белой лозы носилках, в его спине торчал острый охотничий нож. —амозванец показал на нож Ѕа€зиду и приветливо промолвил:

— ѕусть уважаемый гость первым начнет угощение.

¬озле Ѕа€зида никого из его приспешников не было. ќн был один среди вернейших сторонников Ћжемустафы. Ќо что такое верность? –азве у нее нет границ? ќна кончаетс€ на берегу тех рек, в которых течет кровь и нигде ни одного моста.   тому же и сам Ћжемустафа не мог полагатьс€ даже на своих самых приближенных. Ќа нем была стальна€ кольчуга, на голове стальной шлем, стальными пластинками были прикрыты уши, ше€, на колен€х, на локт€х и на плечах плотные медные латы — нигде ни малейшей полоски кожи, ни единой щелочки, через которую можно было бы прорубитьс€ мечом.  ому же верил этот человек?

— “ы так и спишь? — спросил Ѕа€зид.

— ј что? — спокойно ответил тот. — ѕредосторожность, пока не с€ду на трон в —тамбуле.

— “ы же хотел разделить со мною царство?

— ’отел.

— “огда как же —тамбул?

— —тамбул останетс€ столицей –умелии. “ебе — все, что по ту сторону Ѕосфора.

— ћне —тамбул ни к чему. Ћюблю Ѕурсу. ≈шиль Ѕурса — «елена€ Ѕурса! „то может быть прекраснее на свете?

Ѕа€зид пример€лс€ к оленю. ¬ыбрал самый сочный кусок.  ажетс€, там, где бугр€тс€ шейные мышцы. ¬з€лс€ за истертую ручку охотничьего ножа, опробовал лезвие. ќстрое, словно мост, по которому души правоверных должны попадать в рай. »скоса взгл€нул на самозванца, и в свете костра сверкнула у того узенька€ полоска кожи под подбородком, между кольчугой и защитной сеткой шлема.

— ј слыхал ли ты, — пример€€сь к оленьему седлу, медленно промолвил Ѕа€зид, — слыхал ли ты, как когда-то ѕир —ултан јбдал подн€л восстание кресть€н против падишаха —улеймана, объединившись с кызылбашами, и за это был повешен в —ивасе? »ли о том, как когда-то очень давно самозваный сын сельджукского султана  ей  авуса Ћжеси€вуш подн€л бунт в ћунке?

— ѕри чем тут Ћжеси€вуш?

— ≈го поймали, живьем содрали с него кожу, набили соломой и возили по городам дл€ острастки. “ак бывает со всеми самозванцами.

—казав это, Ѕа€зид вонзил Ћжемустафе нож в горло, тот захрипел, заклокотал кровью и повалилс€ пр€мо в костер.

— я султанский сын Ѕа€зид! — крикнул шах-заде. — ј это презренный самозванец, обманувший всех вас!

», рванув свой халат, он показал им свой золотой панцирь. Ќо золото не ослепило этих людей, их поразила смерть того, за кем они шли, кому верили. “еперь он был мертв, и они стали беспомощными, как дети.

ћолча расходились по своим горам, а Ѕа€зид, отослав султану голову самозванца, поехал в Ёдирне ждать помиловани€ из —тамбула. ¬место помиловани€ ему определили јмасию.

„тобы хоть немного утешить своего любимого сына, –оксолана написала Ѕа€зиду, что јмаси€ славитс€ своими €блоками. ћогла бы еще добавить: и смерт€ми.

¬споминала название этого далекого города с содроганием. ѕочему Ѕа€зид не осталс€ в –огатине, когда посылала его туда совсем еще юным? » почему не послала его с √асаном снова в свою землю? ћожет, затер€лс€ бы там, как √асан, о котором нет никаких вестей вот уже три лета.

(продолжение следует)

—ери€ сообщений " Ќ»√ј 2: —“–ј—“№ —”Ћ≈…ћјЌј ¬≈Ћ» ќЋ≈ѕЌќ√ќ":
„асть 1 - ќ√Ћј¬Ћ≈Ќ»≈
„асть 2 -  –ќ¬№
...
„асть 21 - —Ћ”„ј…Ќќ—“»
„асть 22 - ќ“ћў≈Ќ»≈
„асть 23 - —≈Ћ»ћ
„асть 24 - ƒЌ≈ѕ–
„асть 25 - ¬–≈ћя;  јћ≈Ќ№; ЋјЌ№
„асть 26 - ”“≈Ў≈Ќ»≈ »—“ќ–»≈…: ј¬“ќ–— ќ≈ ѕќ—Ћ≈—Ћќ¬»≈




 

ƒобавить комментарий:
“екст комментари€: смайлики

ѕроверка орфографии: (найти ошибки)

ѕрикрепить картинку:

 ѕереводить URL в ссылку
 ѕодписатьс€ на комментарии
 ѕодписать картинку