-–убрики

 -ѕоиск по дневнику

ѕоиск сообщений в дочь_÷ар€_2

 -ѕодписка по e-mail

 

 -—татистика

—татистика LiveInternet.ru: показано количество хитов и посетителей
—оздан: 01.07.2013
«аписей: 2602
 омментариев: 10
Ќаписано: 2765

ƒјћј“

ѕонедельник, 28 Ќо€бр€ 2016 г. 21:38 + в цитатник

√де найти верного и одновременно способного? —улейман первым из султанов подн€л должность великого визир€ на высоту чуть ли не султанского трона, наде€сь, что этим возвеличит власть падишаха, словно бы усилит ее.  ак на небе солнце и луна ход€т в паре, так и на земле возле султана должен был ходить человек, который отражал бы си€ние своего властелина, не дава€ ему впустую рассеиватьс€ в пространстве.  азалось, что верный »брагим будет незаменимым спутником на всю жизнь, но тому захотелось самому стать солнцем, луной быть надоело, считал это унизительным и умал€ющим его достоинство, — »брагима пришлось убрать. ј где вз€ть луну дл€ своего султанского неба, чем заполнить пустоту, которую сам создал и котора€ всем видна? ј€з-паша не был светилом.  акой-то темный клубок на небосклоне власти, без си€ни€, без разума, одна лишь верность.

ѕосле смерти ј€з-паши великим визирем стал Ћютфи-паша, насто€щий османец, к тому же султанский з€ть, он имел преимущество и над восьмидес€тилетним евнухом —улейман-пашой, и над свежеиспеченными визир€ми –устем-пашой и ’усрев-пашой, вчерашним румелийским беглербегом. ¬се, кроме Ћютфи, были рабами, чужеземцы — эджнеми, люди неполноценные, случайные, и он, презрительно морщась, назвал зал заседаний визирей  уббеалты невольничьим рынком. Ќе бо€сь присутстви€ самого —улеймана, великий визирь без вс€кой видимой причины процитировал слова сына –уми —ултана ¬еледа: «Ѕезродные будут великими, а должности самые значительные достанутс€ люд€м ничтожным». —ултан по своей привычке сделал вид, что не слышит, визири вынуждены были молчать. “олько –устем пробормотал себе под нос: «» € был бы таким умным, езд€ на султанской сестре, как на лысой кобыле».

» неожиданно — свадьба –устем-паши с султанской дочерью ћихримах, и в диване стало сразу два царских з€т€.

Ћютфи-паша, то ли поддавшись науськивани€м жены своей ’атиджи, то ли без чьих бы то ни было наговоров, вопреки своему довольно острому уму, загорелс€ желанием превзойти –устем-пашу, который, недавно приехав из далекого ƒи€рбакыра, с такой решительностью нырнул в недра —тамбула, нырнул с голыми руками, уже име€ в руках султанскую дочь.

Ћютфи-паша приписывал –устему качества, которых у него никогда не было. ѕервоначально тот руководствовалс€ вовсе не намерением во что бы то ни стало выслужитьс€, выскочить наверх. ј просто поддалс€ привычке, выработавшейс€ в нем в то врем€, когда он сидел в далеком санджаке, полном непокоренных племен. “ам всегда что-то бурлило, горело, бунтовало, восставало. » молодой санджакбег, проклина€ все на свете, хватал своих головорезов и бросалс€ туда, где был самый большой огонь, сама€ больша€ схватка, сама€ больша€ заваруха.  огда прибыл в —тамбул и увидел пожар, не раздумыва€, кинулс€ туда, вовсе не предполага€, что добудет из огн€ и пламени не только хвалу, но и жену. —ам удивл€лс€ своему успеху, мрачно насмехалс€ над самим собой: «ћолодец стремитс€ туда, где родилс€, собака туда, где будет сытой». ѕро Ћютфи-пашу он сказал, как только засел в диване между трем€ другими визир€ми, за спиной которых сто€ли целые кладбища и текли реки крови: «—квозь увеличительное стекло он мог бы показатьс€ даже величественным».

 аждый из визирей размахивал саблей чуть ли не с детства. » вот домахались до самого султанского дивана, а у этого костистого босн€ка только и заслуг было, что умел угодить —улейману, седла€ его кон€, а теперь ко времени прискакал на стамбульский пожар, чтобы выхватить из жара и пыла дочь самого падишаха.

¬еликий визирь Ћютфи-паша со всей несдержанностью, котора€ была присуща ему в делах разумных и делах дурных, погрузилс€ в темные глубины столицы, оттесн€€ и главного кади€ —тамбула, надзиравшего за пор€дком в городе, и эфенди румелийского беглербега, поставленного дл€ надзора за кадием. ћусульманска€ душа великого визир€ пришла в ужас от зрелища стамбульского дна. Ќа диване Ћютфи-паша, воздев руки, восклицал:

— ќ шариат! ќ вера!

ќн обнаружил, что шариат нарушаетс€ посто€нно, повсеместно, преступно. ¬ участке  оджа Ќишаджи варили бузу, которой упивались правоверные. ¬ ѕсаматье была цела€ улица, Ўаран —окаи, где непристойные танцовщики — кьЄоребе — завлекали правоверных в бузни, там же тайком продавали пь€н€щую гамиз ве арак и между пь€ницами — о аллах! — с утра до поздней ночи вертелись гул€щие женщины! —убаши, который должен был наблюдать за пор€дком, возле мечети Ёюба укрывал преступников, потаскух, всюду бесчинство, вино, разврат.

—улейман-паша и ’усрев-паша молча прикрывали веками глаза, то ли раздел€€ возмущение великого визир€, то ли пропуска€ его слова мимо ушей. –устем откровенно насмехалс€ над такой рачительностью визир€ Ћютфи-паши. Ќужно быть последним дураком, чтобы поучать самого султана только потому, что ты женат на его сестре. ћежду султанами нет родственных уз. »мей только голову на плечах! ¬се знали, что бузу вар€т испокон веков, потому бузни были разрешены султаном и дл€ надзора над ними выделен шехир субаши. «нали, что по —тамбулу развоз€т в бурдюках вино, которое имели право пить и продавать только иноверцы, платившие султану особый налог. ј уж если человек платит налог и укрепл€ет государство, то пользы от него больше, чем от визир€, подрубающего ветку, на которой сидит. –устем привел хадис: «Ѕог сдерживает большее число людей благодар€ султану, чем благодар€  орану». Ќо этим рассердил Ћютфи-пашу еще сильнее.

— ƒумаешь, если спишь с султанской дочерью, тебе позволено топтать все св€тое? — кричал великий визирь.

— ƒа какое там спанье! Ќе до жены мне было, — невесело отшутилс€ –устем. — ¬о врем€ свадьбы гашник так зав€зал мне шаровары, что € целый мес€ц не мог исполнить свой долг…

— я не позволю сме€тьс€ в диване! — наступал на него разъ€ренный Ћютфи-паша.

— ƒа разве € не знаю, что это грех? “уркам некогда сме€тьс€ — они должны воевать.

Ћютфи-паша свирепствовал не только в диване. ¬ —тамбуле началс€ насто€щий ад. —уда, привозившие вино из ћореи и  андии, сжигали вместе с экипажем. ѕь€ницам заливали глотки расплавленным свинцом. ∆ен-изменниц зашивали в кожаные мешки и бросали в Ѕосфор. ћужчин, уличенных в прелюбоде€нии, казнили без суда. ¬ылавливали гул€щих и публично дико издевались над ними. Ћютфи-паша дошел в своей чрезмерной услужливости до того, что составил список прославленнейших проституток —тамбула и передал его султану. —ултан не верил собственным глазам: јраб ‘ати, Ќарин,  арат, Ќефесе, Ётли јсес, ћаруфе  амар, Ѕатаглу √инич.  ак смеет этот человек утомл€ть пресветлые глаза падишаха какими-то низкими именами? ћожет, он перепутал султанский диван с театром  ара-√ьЄз, где имам, хатиб, муэдзин и бекчи всегда собираютс€ вместе, чтобы поймать неверную жену? √нев и презрение султана были столь безмерны, что он не захотел даже видеть великого визир€, а передал ’атидже, чтобы она ун€ла своего мужа. ¬от тогда Ћютфи-паша и набросилс€ с кулаками на султанскую сестру, от которой его с трудом оттащили евнухи.

Ќа диване государственную печать у Ћютфи-паши отобрали и передали евнуху —улейману-паше. –устем стал вторым визирем. Ћютфи отправили в пожизненную ссылку, и ’атиджа снова стала то ли вдовой, то ли разведенной.

“ак в диване оказалс€ только один султанский з€ть, и с тех пор уже никто за глаза не называл –устем-пашу иначе, как только дамат-з€ть. ≈го возненавидели вельможи, €нычары, простой люд так же, как когда-то ненавидели –оксолану, приписыва€ ей колдовские чары. “еперь злым волшебником считали уже вчерашнего конюха. √оворили: «—пит на конюшне, а во сне видит себ€ великим муфтием». ¬се это доходило до него, он сме€лс€: «Ќе великим муфтием, а великим визирем. ѕеределаем туркам пословицу, ибо разве у них не начинаетс€ все с кон€ и конюшни?  онь всегда впереди воза, султан — впереди люда, следовательно, султан как конь, а конюх если и не впереди султана, то уж р€дом наверн€ка». ѕоэты писали и распростран€ли о нем едкие эпиграммы и сатиры. –устем навеки возненавидел поэтов и любое письмо с укороченными строчками. «ѕустые слова чрева не наполн€т», презрительно цедил он сквозь зубы. ≈го не любили, но бо€лись, потому что он никого не щадил, и горе было тому, кто попадал –устему на €зык. Ётот человек не знал доброты, не ведал жалости, не верил в красоту и, может, в самого бога, зна€сь только с шайтанами.

—ултан когда-то обедал чаще всего с »брагимом и визир€ми, потом с ’асеки, а теперь стал устраивать обеды с султаншей, на которые каждый раз приглашал кого-нибудь из самых приближенных. ƒл€ этого все придворные должны были собиратьс€ перед дверью в покои ‘атиха, высокие государственные мужи толпились в узком проходе, наступа€ друг другу на ноги, соп€, потихоньку бран€сь, облива€сь холодным потом страха.  изл€р-ага выкрикивал имена тех или других счастливцев, потом с грохотом закрывал дверь под носом у всех остальных. ƒаже визирей не всех выкрикивали, оставл€€ без внимани€ то одного, то другого.

— Ќу, кого сегодн€ забудут? — потирал руки –устем, пробива€сь вперед, заранее зна€, что без его острот султану и ложка в рот не полезет.

Ќа обедах присутствовали шах-заде Ѕа€зид и ƒжихангир, которых султан еще держал при себе. »ногда приезжал из Ёдирне ћехмед, любимец –оксоланы и —улеймана, садилс€ возле падишаха, тонкий, огненноокий, нервный. ѕосматривал на всех так остро, что умолкал даже –устем. —елим и ћустафа приехали из своих провинций под новруз. —елим всюду возил с собой какого-то ћехмета, который вз€т был в “опкапы еще маленьким, чтобы его наказывать, если шах-заде —елим ленилс€ и не учил  оран. “ак вот этот ћехмет и жил возле султанского сына, получив прозвище «ћехмет дл€ бить€». «а обедом его сажали напротив —елима. “от бросал в лицо ћехмету кости, швыр€л посуду, хохотал, кричал слугам: «”берите с глаз моих эту рожу!»

ћустафа был солидный, холеный, белотелый, держалс€, будто султан, и –устем сразу же пустил про него остроту: «√лавное не в том, что говорит, а в том, что он очень красиво шевелит губами, когда говорит».

—ултанский з€ть словно бы вознамерилс€ превзойти в своей безнаказанности любимого —улейманова шута »нджирличауша, который дошел до того, что однажды подстерег султана в темных дворцовых проходах, бросилс€ обнимать и целовать его, а когда тот возмутилс€, сказал в оправдание: «ѕростите, мой падишах, € думал, это султанша ’асеки!»

Ќо ведь »нджирли простой шут, а этот визирь ¬ысокой ѕорты. Ќо что с него возьмешь, если он з€ть? ќдним словом, дамат. Ќенавидели за глаза, ненавидели и в глаза, но охотно сме€лись над его беспощадными остротами. Ћучше сме€тьс€ еще до того, пока он что-нибудь скажет, чем потом, когда сме€тьс€, может, и не захочетс€.

¬се наде€лись, что –устем сломает себе шею в первом же серьезном деле, ибо ломались и не такие шеи. ј поскольку самым серьезным делом считалась дл€ османцев прежде всего война, то и ожидали с нетерпением, когда же султан снова отправитс€ в новый поход со своими новыми визир€ми.

ѕока султан сидел в столице, его санджакбеги и великий капудан-паша, гроза морей ’айреддин Ѕарбаросса вели непрерывные войны в —ербии, —лавонии, Ѕоснии, против јлжира, ѕрованса, ¬енеции, ѕортугалии и »спании. ¬место одной большой войны —улейман окружал свою империю очагами войн маленьких, чтобы его верным акинджи€м было где погреть свои загребущие руки и чтобы они не обрастали жиром лености.

ћчались в —тамбул гонцы с радостными вест€ми о победах, плыла добыча, тыс€чи рабов наполн€ли невольничьи рынки, безбрежно и безмерно разрасталась импери€, но хмурый взор султана упорно сосредоточен был только на одной земле, котора€ привлекала его, засасывала, подобно дунайской тр€сине под ћохачем, где он потопил венгерское войско с его незадачливым королем. «емл€ эта была ¬енгри€. «емл€, расположенна€ в самом сердце ≈вропы, казалась —улейману золотым ключом, которым он наконец отопрет таинственный замок владычества этим континентом, и тогда османска€ волна зальет все его поднебесные горы, плодородные долины, богатые города, над которыми витают тыс€челети€ славы, богатства и красы. ћысленно повтор€л выдуманный султаном ¬еледом (но какой же грозно привлекательный!) хадис: «” мен€ есть войско, которое € поставил на ¬остоке и назвал турками. я вложил в них мой гнев и €рость, и всюду, где какой-нибудь человек или народ нарушит мои законы, € напускаю на него турок — и это будет мо€ месть…»

¬с€ вина венгров была в том, что они зан€ли такую сердцевину земли и сделали это задолго до турок, хот€, как свидетельствовали предани€, в седую древность вместе с турками вышли из “урана в поисках счасть€ и простора.

ѕоставленный —улейманом над ¬енгрией король янош «аполь€ так и не смог навести пор€док в этой расчлененной, растерзанной земле. ¬сю свою жизнь истратив на упорное продвижение к высшей власти, «аполь€ даже женитьс€ не смог за свои шестьдес€т лет и теперь неожиданно стал одним из желаннейших женихов. јвстрийский король ‘ердинанд норовил выдать за старого «аполью одну из своих многочисленных принцесс, чтобы прибрать к рукам всю ¬енгрию, а с другой стороны пристально следил за јвстрией мудрый и осторожный польский король «игмунт, который успел опередить ‘ердинанда и отдал яношу «аполье свою дочь »забеллу в надежде ублажить этим султана и заключить с ним вечный мир.

ѕротив «апольи взбунтовалс€ эрдельский воевода —тефан ћайлат, который не побо€лс€ самого —улеймана, укрыв у себ€ два года назад разбитого султаном молдавского господар€ ѕетра –ареша. ѕо дороге на Ёрдель «аполь€ смертельно заболел. ѕолумертвый, узнал он от гонца, что в Ѕуде королева »забелла родила ему сына.  ороль-неудачник еще успел приказать, чтобы назвали сына яношем-—игизмундом, и послал канцлера —тефана ¬ербеци в —тамбул просить, чтобы султан вз€л под свою высокую руку малого корол€.

—улейман прин€л ¬ербеци, вопреки своему обычаю, не мешка€, потому что гонцы, опередив венгерского канцлера, уже принесли весть о смерти «апольи. ќн сказал, что признает за сыном »забеллы все права, которыми располагал его отец, когда убедитс€, что тот в самом деле родилс€, а не выдуман венграми. ¬ Ѕуду был послан султанский чауш, который посетил королеву, и она, залива€сь слезами, подала османцу завернутого в шелковые пеленки и меха горноста€ сиротку-корол€. “урок приложил руку к груди, упал на колени, поцеловал ногу младенца и во им€ великого султана покл€лс€, что никто другой, кроме сына корол€ яноша, никогда не будет владеть ¬енгрией, ибо таково желание аллаха.

—ултан собирал войско дл€ похода в ¬енгрию. ¬о все концы помчались гонцы, извеща€ спахиев, в султанских оружейн€х отливали пушки и €дра к ним, €нычары точили сабли, дюмбекчи сушили барабаны, шились тыс€чи новых зеленых и красных знамен. Ќичто не могло остановить страшную силу, которую —улейман намеревалс€ снова двинуть на пол€ ¬енгрии, на ее сады и виноградники. Ќо тут с востока начали поступать тревожные вести о волнени€х среди кочевых племен. ѕлем€ герми€н возле Ћадыка зан€ло проход в горах и грабило караваны и всех путников. “уркменские кочевники набрались такой наглости, что выкрали коней под ћанисой у принца ћустафы, когда тот выехал со своим двором на охоту. ¬ ƒи€рбакыре взбунтовались племена курдов, этих удивительных людей, которые, несмотр€ на свою бедность, граничившую с нищетой, никому не покор€лись, упорно добива€сь независимости.

ѕолучалось так, что в ƒи€рбакыр дл€ укрощени€ восстани€ джимри ничтожного сборища дикого люда — должен был отправл€тьс€ один из султанских визирей, а поскольку –устем-паша еще недавно был там санджакбегом и, как видно, не сумел укротить курдов, то самому последнему дураку было €сно: дамат возвратитс€ туда, откуда прибыл!

Ќескрываема€ радость воцарилась даже среди тех, кто никогда в глаза не видел –устема. Ќа диване равнодушный ко всему ’усрев-паша, страдавший какой-то неизлечимой болезнью, в€ло поинтересовалс€ у –устема: «“еб€ в самом деле посылают в ƒи€рбакыр?» ј великий визирь —улейман-паша, заметив, как –устем глазами ищет щипцы, чтобы расколоть грецкий орех, зачерпнул полную горсть орехов, набил ими рот, начал разгрызать зубами, приговарива€ с вытаращенными от удовольстви€ глазами: «¬от как надо! ¬от как!» –устему было тридцать п€ть лет, —улейман-паше восемьдес€т. Ќо дамат не смутилс€.

— ћои кости крепче ореховой скорлупы, — понуро улыбнулс€ он.

ј сам, собственно, был уже подготовлен к добру и злу: спишь с султанской дочерью — так знай, что придетс€ за это расплачиватьс€. »з наслаждени€ возникает долг. ƒа еще и неизвестно, где лучше — р€дом с султаном, который щедр на милости, но еще, наверное, более щедр на наказани€, или же у самого черта в зубах.

ќтправл€€сь в походы, —улейман никогда не брал на себ€ командование войском, каждый раз назначал сераскером великого визир€. Ёто было довольно удобно, потому что все неудачи падали на сераскера, успехи принадлежали султану. — »брагимом он испытывал больше неудач, чем побед, ј€з-паша так и не возглавил войско ни разу, Ћютфи-паша, готов€сь к званию великого визир€, пробовал про€вить свои способности в походе на остров  орфу, но, кроме позора, не добыл ничего. “еперь, суд€ по всему, сераскером должен был идти на ¬енгрию престарелый евнух —улейман-паша, который всю свою долгую и мрачную жизнь провел на ¬остоке, был коварным, хищным, кровожадным, но еще ни разу не сталкивалс€ с рыцарством, открытым почти до самозабвени€, и отвагой не слепой, не фанатичной, а просветленной разумом и любовью к родной земле. » хот€ никто не верил в таланты старого толстого евнуха, но говорилось о нем сочувственно, даже с уважением, потому что он своей толстой тушей заслонил, оттеснил ненавистного дамата и тому уже не было места р€дом с падишахом. “ак пусть уезжает туда, откуда приехал, пусть погибнет в голых курдских горах, среди острых камней и пропастей, где вытанцовывают его брать€ — шайтаны.

¬от тогда позвала –устема к себе султанша –оксолана.

— тех пор как он стал султанским з€тем — даматом, еще ни разу не оставалс€ с глазу на глаз с всемогущей султаншей, хот€ и думал об этом, потому что она была здесь, кажетс€, единственным человеком, которого побаивалс€, в особенности пам€ту€ о своей неуклюжей старательности на пожаре. »з-за него погиб тогда молодецкий Ѕайда, и –устем знал, что –оксолана никогда не простит ему этой смерти. ¬се можно возместить, но смерть — чем ты ее возместишь? ’от€ и сказано, что у мертвых ни друзей, ни товарищей, но по всему видно, что султанша навсегда прин€ла в свое сердце этого Ѕайду, не спрашива€ даже его согласи€, так как был дл€ нее живым воплощением навеки утраченной родины. —оловей будет вздыхать по отчизне даже в золотой клетке. Ёто он, –устем, мог забыть и род свой, и землю, промен€в все бог весть на какие выгоды, успокоившись от одной мысли, что две бараньи головы не сваришь в одном горшке. Ќо ведь не равн€тьс€ же ему с этой вельможной женщиной, загадочно-недоступной дл€ всех, всемогущей, как сам султан, но в то же врем€ нежной, как солнечный луч, и чуткой, как влюбленный соловей.

Ќеуклюже, боком, задева€ за кос€ки своим жестким от золотого шить€ визирским халатом, чуть ли не отталкива€ неотступного кизл€р-агу »брагима, втиснулс€ –устем в маленький покой ‘атиха, почти задохнулс€, увидев на белом атласном диванчике –оксолану, закутанную в пестрые шелка, опаса€сь, как бы ее нежна€ ше€ не сломалась под т€жестью пышных золотистых волос и драгоценных украшений на них. ћгновенно упал на колени и так пополз по коврам, когда же подн€л перед султаншей голову, то увидел, что здесь есть еще кто-то. –€дом с ним был еще человек в странном, вызывающе богатом оде€нии, такой же молодой, как –устем, но намного более ловкий и грациозный, с пышными €нычарскими усами, остроглазый, красивый.

— «наешь √асан-агу? — спросила султанша.

–устем наклонил упр€мую голову. ≈ще бы не знать! ѕростой €нычар, спас султаншу во врем€ бунта, в награду получил звание €нычарского аги, которое даетс€ ценой великой крови, затем было выдумано дл€ него какое-то особенное звание личного посланника султанши, стал аталиком — воспитателем шах-заде Ѕа€зида. — султанского ложа в жены ему была подарена белотела€ одалиска, что, по мнению –устема, не было такой уж радостью, ибо это все равно что женитьс€ на белой корове. ≈сли бы это не при султанше, визирь непременно прищурил бы глаз и поиздевалс€ над этим €нычариком: «Ќу как, уже отелилась тво€ бела€ корова?» Ќо здесь должен был молчать и изо всех сил выказывать внимание и покорность.

— √асан, — спокойно промолвила –оксолана, — подай ему вон то.

√асан-ага неторопливо вз€л с низенького столика небольшой свиток, замотанный в зеленый шелковый платок, подал –устему. — надлежащей почтительностью, нужно сказать, но к кому — к визирю или к султанше прежде всего — –устем держал свиток и не знал, что с ним делать.

— –азверни, — велела –оксолана.

ќн долго разматывал платок, пута€сь в тонком шелке своими костл€выми, более привычными к ремн€м пальцами. –азмотал — бумаги.  акие-то послани€, грамоты. ƒорога€ бумага, дорогие чернила, печати. ћолча взгл€нул на султаншу. „то это такое?

— ѕочитай, — снова велела она.

–устем пошелестел одной грамотой, другой, третьей. Ќа всех печати шах-заде ћустафы. ѕисьма к санджакбегам —иваса, ƒи€рбакыра, Ѕолу,  оньи. —плошь из вопросов.  акие изменени€ приветствовали бы в империи?  ак вы относитесь ко мне? Ѕудете ли верными мне? ѕротив кого прежде всего необходимо направить силу исламского войска? „то вы думаете о чужеземцах в —тамбуле?

¬се это трудно было вз€ть в толк даже –устему с его острым умом. ќн растер€нно взгл€нул на султаншу.

— „итай еще, — велела она.

ќн продолжал читать. ћустафа спрашивал у начальников племен минбаши, какое им необходимо оружие. ѕисал €нычарам в —тамбул, называ€ империю оскопленной (намек на великого визир€-евнуха), и спрашивал, долго ли они будут все это терпеть.

ƒерзкие письма, за которыми улавливалс€ звон оружи€. ≈сли это не подделка, тогда что же это?

— —трашно, визирь? — жестко спросила –оксолана. — “ы побледнел, чита€ эти послани€. ј что же делать мне? ” мен€ побледнела душа! ћои сыновь€ не ждут смерти великого султана, они наслаждаютс€ жизнью под его благословенной тенью, а сын этой черкешенки уже с малых лет ждет смерти своего отца и всех своих братьев, ибо только эта смерть открывает ему путь к престолу, а его матери дает возможность возвратитьс€ в “опкапы и зан€ть покои валиде. —ын черкешенки потер€л терпение, он начинает верить, что султан —улейман не умрет никогда, и он не ошибс€, ибо так оно и будет, по крайней мере дл€ самого ћустафы! » эта ничтожна€ ћахидевран никогда не ступит за ворота великого дворца, потому что изгнанные султанши не возвращаютс€, не возвращаютс€! Ќо где же были вы, визири, опора трона, вернейшие люди падишаха? ѕочему не поймали преступную руку, почему не заметили, не разоблачили, не перехватили, не защитили? ѕочему?

–устем не привык, чтобы на него нападали. «ащищатьс€ не умел, не любил, а тут и защищатьс€ не приходилось. ¬сегда считал всех вокруг дураками, теперь не мешало и самому прикинутьс€ дураком. ƒа и было перед кем — перед самой султаншей!

— ¬аше величество! Ќу какие же из нас визири? —улеймана-пашу слуги полдн€ поднимают с постели, а вторую половину он думает лишь о том, как будет укладыватьс€ в постель своей тушей. ’усрев-паша не успевает съесть какой-то кусок, как он из него выходит, не задержива€сь и не оставл€€ никакой поживы. ќн ждет, когда уж умрет от голода, и мы ждем, когда он умрет, чтобы освободил место дл€ кого-нибудь другого. „етвертого визир€ султан назвать не хочет, колебл€сь между двум€ молодыми проходимцами, вз€тыми еще из пажей покойного —кендер-челебии после его казни в Ѕагдаде, — между јхмед-пашой и ћехмед-пашой —околлу. ј € — взгл€ните на мен€, ваше величество, хот€ € и з€ть ваш, но голова у мен€ из одних лишь костей, как у кон€, только у кон€ и кости умнее, потому что он умеет подставл€ть спину, € же не умею и этого.

— Ќе умеешь подставл€ть спину, придетс€ подставл€ть голову, — резко промолвила –оксолана, не поддава€сь на мрачные шутки –устема. —  ак это так получаетс€, что при дворе тыс€чи дармоедов, а спасать султанскую власть от опасностей должен один лишь √асан-ага?

— √асан-ага? — –устем лишь теперь вспомнил о доверенном султанши. ¬ыходит, этот человек здесь не дл€ того лишь, чтобы подать ему свиток с письмами ћустафы. ѕодает то, что сам и раздобыл.

—  ак же √асан-ага раздобыл все это добро, ваше величество?

ќна кинула на –устема взгл€д, от которого холодеет сердце.

—  ак? ј ты не знаешь? «а золото, которое вы гребете из султанской сокровищницы и все пр€чете под себ€. ј его надо пускать на дела государственные. ѕлатить там, где это нужно. ¬се покупаетс€ и продаетс€. ѕродаютс€ даже оракулы, что доказали когда-то лидийские цари ћемнады, подкупа€ дельфийскую пифию.

„то это за дельфийска€ пифи€, –устем, разумеетс€, не знал. «нал  оран, которому его обучали еще малым мальчиком, вбива€ в его стриженую голову верность исламу и новым хоз€евам, знал оружие, жестокость, неволю, суровую жизнь и коней. ѕравда, ѕифией звали кобылу, на которой он когда-то учил султаншу ездить верхом.  обылу назвала султанша, а выбрал ее еще жеребенком он. –азбиралс€ в этом в совершенстве. ’орошего кон€ видел с лЄту. √лаза поставлены близко, лоб округлый, как своды в мечети, взгл€д €сный, огнистый. ”зкие губы, продолговатые розовые ноздри, будто у породистой женщины, лебедина€ ше€, сухопара€ морда, шелковиста€ грива, коротка€ лосн€ща€с€ шерсть, длинный хвост, а грудь, грудь!  ак у султанши грудь, рвуща€ все самые просторные шелка. » эта женщина — его теща? Ќадолго ли? Ќа счастье или на беду?

— Ћадно, — вздохнула –оксолана, — кто чего не умеет, тому уже и не научитьс€. Ќе дл€ этого теб€ позвала. ’очу, чтобы ты эти письма передал его величеству султану.

— я? —ултану? Ќо ведь не € же их раздобыл.

— —кажешь, что раздобыл ты, потому что знаешь всех анатолийских санджакбегов, жил среди тех диких племен, умеешь находить с ними общий €зык, вот потому и попали все эти письма в твои руки.

“еперь у –устема уже не было сомнений, что его и впр€мь отправ€т снова в дикие горы, пускай и дальше находит общий €зык с непокорными племенами. Ќо перед султаншей не станешь ни вздыхать, ни жаловатьс€. ќн склонил мосластую голову в поклоне, дождалс€, пока –оксолана милостиво кивнула им обоим с √асаном, быстро поп€тилс€ к двери, протискива€сь впереди доверенного султанши, которого с огромнейшей охотой разорвал бы на маленькие кусочки за его невиданную находчивость.

» еще неизвестно, как примет эти прокл€тые письма султан!

— ’оть расскажи, чтобы € знал, как ты их добывал! — бросил –устем √асан-аге, когда они вышли от султанши.

— –ассказать легче, чем добыть, — улыбнулс€ тот.

ѕросила ли –оксолана падишаха за –устема или —улейман и сам не захотел подвергать з€т€ людскому осуждению, он прин€л решение неожиданное, но, может, единственно правильное. ћустафе в ћанису немедленно был послан фирман, согласно которому шах-заде переводилс€ в далекую јмасию, а на его место властелином провинции —арухан назначалс€ ћехмед, старший сын –оксоланы и, получалось теперь, неназванный, но веро€тный наследник трона. ‘ирман об изгнании ћустафы из ћанисы повез сам великий визирь —улейман-паша, который шел с войском против восставших курдов и одновременно должен был присматривать за шах-заде.

–устем посмеивалс€ себе в ус: «ћен€ из ƒи€рбакыра вырвали, евнуха посадили туда, как репу, но разве репа вырастет на камне?»

—ам же –устем был назван сераскером похода на ¬енгрию, и теперь уже над ним насмехались €нычары: «¬се уже было, но конюх еще никогда не водил нас на войну!»

¬ойны, собственно, никакой не было. јвстрийцы, кинувшиес€ было на Ѕуду, испугались османской силы и откатились. «ачинщика ћайлата выдали султану никопольский санджакбег јхмед и ѕетр –ареш, наде€вшийс€ снова завоевать благосклонность султана. «акованный в цепи, эрдельский воевода был отправлен в —тамбул, где его проглотили подземель€ Ёди-куле. “ем временем бесчисленное османское войско окружило Ѕуду, и —улейман послал к »забелле гонцов, которым велено было передать королеве, что мусульманский закон не разрешает султану посетить ее лично, поэтому пусть пришлет к нему сына в сопровождении вельмож, которые храбро защищали столицу от австрийцев.

»забелла пережила страшную ночь. —лезы, метани€, лихорадочные советы. Ќаступал день п€тнадцатой годовщины битвы под ћохачем. „то он принесет дл€ маленького корол€, дл€ этого невинного дит€ти? Ќаконец решено было выполнить требование султана. ƒвухлетнего яноша-—игизмунда, в золоченой люльке, и двух н€нек в сопровождении первых людей королевства — —тефана ¬ербеци, ¬алентина “ереха, ƒжордже ”тешеновича — привезли в роскошный султанский шатер. ћаленький король кричал изо всех сил. —улейман велел шах-заде Ѕа€зиду поцеловать корол€. –устем-паша почтительно поддерживал султанского сына.  ак знать, может, поддерживает будущего султана? —егодн€ двое детей — один еще младенец, другой, Ѕа€зид, хот€ и постарше, но тоже дит€, а завтра один король, а другой падишах. Ќе был ли он когда-то вот таким сморкачом (только не в золоченой люльке и не в шелковом шатре), а сегодн€ визирь, сераскер, государственный муж, и от его слова зависит судьба этой земли. „удеса!

Ќе говор€ ни слова, —улейман дал знак забрать малыша и вернуть матери.

Ќа диване был прин€т совет –устем-паши: ¬енгри€ между ƒунаем и “иссой остаетс€ турецкой землей (великий муфтий ћехмед јбусууд немедленно начал составл€ть султанский фирман о судьбе венгерского рай€), а ¬енгри€ на восток от “иссы с Ёрделем передаетс€ под власть яноша-—игизмунда как ленника султана с ежегодной данью в дес€ть тыс€ч дукатов. ¬еликий нишанджи€ ћустафа-челеби€ ƒжелал-заде написал синими и золотыми чернилами фирман, который был вручен маленькому королю. —ултан кл€лс€ пророком, своими предками и своей саблей, что будет держать Ѕуду, охран€€ малолетнего корол€, и отдаст столицу, как только настанет соответствующее врем€.  огда должно было наступить это загадочное врем€, никто не знал, а допытыватьс€ бо€лись. ќбещаний ќсманы не придерживались никогда, всегда исполн€ли только угрозы. “ем временем »забеллу с сыном поместили в Ћипе над ћарошей: безопасней дл€ всех.

¬ лагерь к —улейману прибыли послы от корол€ јвстрии ‘ердинанда. —ын защитника ¬ены Ќикола —альм и прославленный посол —игизмунд √ерберштейн, который объездил всю ≈вропу, дважды добиралс€ даже до далекой ћосквы, о чем написал большую книгу.

—улейман сидел под золотым чадыром, щит, булава, лук и стрелы лежали у его ног как символ могущества, вельможи полукругом сто€ли с одной стороны — –устем впереди, с другой стороны сто€ли имамы во главе с великим муфтием јбусуудом.

ћолодой —альм почтительно пропустил вперед старого солидного √ерберштейна, тот опустилс€ на колени перед султаном, нагибалс€, чтобы поцеловать золотую полу кафтана падишаха, но не мог никак дот€нутьс€, скосил налитые кровью глаза на толпу вельмож, уставилс€ широкой своей седой бородой на –устема, прокр€хтел:

— ƒа помоги же, ради бога!

—ултан, понимавший по-слав€нски, еле заметно улыбнулс€, наклонилс€ над послом и прот€нул ему дл€ поцелу€ руку.

√ерберштейн, кичившийс€ тем, что все его посольства были успешными, самодовольно подумал, что и на этот раз он выйдет победителем, хот€ еще никому это не удавалось с упр€мым турком.

ƒвенадцать слуг на увитых позолоченными гирл€ндами носилках поднесли султану большие часы, изготовленные по чертежам самого покойного императора ћаксимилиана. ”ченый мастер показал, как нужно заводить часы и следить за механизмом. ќб этом же говорилось и в книжечке, приложенной к подарку. „асы указывали врем€, дни, мес€цы и движение небесных тел. ѕодарок был в самом деле редкостный и ценный, но все же не стоивший всей ¬енгрии, которую вз€лись выторговать у султана послы, обеща€ выплачивать ежегодную дань в сто тыс€ч дукатов.

—улейман подозвал –устема, велел ему:

— —кажи им, что если пришли только дл€ этого, пускай идут прочь. ј не уйдут — прогони.

— “ы ведь слав€нин, стыдилс€ бы! — попыталс€ пристыдить √ерберштейн –устема, когда тот, добавл€€ еще кое-что от себ€, передал послам веление падишаха.

— “ы тоже слав€нин, а кому служишь? — огрызнулс€ –устем. — ќба мы изменники, только ты измен€ешь за плату, а € за грехи свои, потому что € не просто визирь и сераскер, а дамат, царский з€ть!

—ам не веда€ об этом, –устем почти повтор€л слова султанши ’асеки, сказанные когда-то австрийскому послу Ћасскому. ј может, рассказал ему об этом разговоре сам Ћасский, которого султан вез с собой до самой Ѕуды и только оттуда, старого, измученного, больного, отпустил умирать в родной  раков, про€вив неожиданное милосердие. Ќикто не смог объ€снить этот поступок султана, тем более что французский король добивалс€ выдачи коварного посланника дл€ расправы. “олько –устем-паша знал, почему —улейман так разм€гчилс€ душой. Ќочью после того, как изгнаны были австрийские послы, гонец привез из —тамбула два письма. ќдно от султанши, другое от ее старшего сына ћехмеда.

(продолжение следует)

—ери€ сообщений " Ќ»√ј 2: —“–ј—“№ —”Ћ≈…ћјЌј ¬≈Ћ» ќЋ≈ѕЌќ√ќ":
„асть 1 - ќ√Ћј¬Ћ≈Ќ»≈
„асть 2 -  –ќ¬№
...
„асть 9 - Ѕј…ƒј („ј—“№ 2)
„асть 10 - «ј ќЌџ
„асть 11 - ƒјћј“
„асть 12 - ћ≈’ћ≈ƒ
„асть 13 -  –”√
...
„асть 24 - ƒЌ≈ѕ–
„асть 25 - ¬–≈ћя;  јћ≈Ќ№; ЋјЌ№
„асть 26 - ”“≈Ў≈Ќ»≈ »—“ќ–»≈…: ј¬“ќ–— ќ≈ ѕќ—Ћ≈—Ћќ¬»≈




 

ƒобавить комментарий:
“екст комментари€: смайлики

ѕроверка орфографии: (найти ошибки)

ѕрикрепить картинку:

 ѕереводить URL в ссылку
 ѕодписатьс€ на комментарии
 ѕодписать картинку