-–убрики

 -ѕоиск по дневнику

ѕоиск сообщений в дочь_÷ар€_2

 -ѕодписка по e-mail

 

 -—татистика

—татистика LiveInternet.ru: показано количество хитов и посетителей
—оздан: 01.07.2013
«аписей: 2580
 омментариев: 9
Ќаписано: 2731

„ј–џ („ј—“№ 2)

ѕонедельник, 28 Ќо€бр€ 2016 г. 10:26 + в цитатник

“еперь бо€лс€ –оксоланы. „то еще скажет она ему после тех горьких слов укоризны, звучащих в ее письмах? » что он ответит ей? ѕредставл€лась ему единственной искренней душой на свете. ¬се вокруг притворное, хитрое, обманчивое, лживое – и вот засветилось внезапно, заси€ло, точно расступились небеса и упало манной, пролилось нектаром, взлетело лаской самого јллаха из райских кущ. ƒес€ть лет она была с ним и возле него, сто€ла у высочайшей власти на земле, но до сих пор была совершенно равнодушна к той власти, любила —улеймана как супруга, как мужчину, и это преисполн€ло мрачную душу его гордостью еще неведомой и безмерной благодарностью к этой женщине.

 ак же он мог по€витьс€ перед ней после позорного этого похода?

Ўесть дней сидел —улейман в Ёдирне, никого не подпускал к себе, запершись во дворце, думал над тем, как войти в —тамбул.

 огда нет победы, ее следует чем-то возместить. янычарам он роздал почти триста тыс€ч дукатов – еще и неизвестно, досталось ли бы им столько после вз€ти€ ¬ены. ѕоэтому они наконец утихомирились. ј чем заткнет глотку всем крикунам в —тамбуле и во всем мире? ќт крика можно спастись только криком. ѕобеду заменить триумфальным возвращением и пышными церемони€ми в столице, которые бы превзошли все известное. ¬от мудрость власти!

«на€, что никто из властителей никогда не слушает оправданий, разослал во все дружеские земли письма, в которых писал, что пошел на ¬ену, чтобы увидетьс€ и поговорить о делах ¬енгрии с королем ‘ердинандом, но тот сбежал к чехам – и ни слуху ни духу.

ƒл€ своих подданных издал фирман, в котором хвалилс€, что помиловал осажденный город и в безмерном своем милосердии отклонил предложение о сдаче и так вернулс€ с триумфом и чистой совестью. Ќаверное, перед встречей его со —тамбулом и с возлюбленной султаншей, вспомина€ ее пречистые глаза, сам хотел очиститьс€ хот€ бы в своих султанских писани€х и хот€ бы на миг поверить, что можно сохранить чистую совесть, когда твои руки до локтей в крови. Ќо, вспомина€ ’уррем, с нетерпением ожида€ близкой встречи, уже не был султаном, становилс€ задумчивым поэтом ћухибби, влюбленным ћеджнуном, а у влюбленных в крови только сердце.

ƒнем и ночью шли большие приготовлени€. —ушили барабаны и знамена, перематывали тюрбаны, чистили коней, расправл€ли по€са, доставали припр€танные драгоценности, навешивали на себ€ дорогое оружие, приукрашивались, чистились, нар€жались. ¬ —тамбуле шуршали шелка, нат€нутые вдоль улиц, по которым должен был проехать султан, под копыта его коней бросали цветы и стлали ковры, в мечет€х молились во славу исламского оружи€, били пушки над Ѕосфором, когда победоносное войско вступало в ворота столицы, гремели медные €нычарские тулумбасы, грохотали барабаны, кричали толпы – впервые —улейман въезжал в —тамбул с такою пышностью, ошеломл€л не победой, а си€нием и силой власти, неприступностью, величавостью.

ќн и к садам гарема ехал верхом, только сопровождали его уже не блест€щие визири и военачальники, а пешие евнухи, и навстречу выходили не сановные чиновники и мудрые служители Ѕога, а валиде и султанша ’асеки в мехах – одна в белых, друга€ в красных русских собол€х, и хоть зимний стамбульский день был хмурым и глин€на€ почва в садах раскисла от дождей, пр€мо в ту гр€зищу постлали длинный рулон белого лионского сукна, присланного королем ‘ранциском, и султан, сойд€ с кон€, ступил на то сукно с одной стороны, а с другой навстречу ему пошли валиде и перва€ жена ’уррем, ’асеки, и сказаны были торжественные слова приветстви€, а более ничего, ибо вокруг была тьма-тьмуща€ евнухов и служанок, и каждое произнесенное здесь слово уже сегодн€ бы разлетелось по всему —тамбулу.

’от€, по обычаю, султан обедал либо один, либо же с визир€ми и великим муфтием, в этот день он про€вил желание обедать с валиде и ’уррем, и снова не было сказано ничего лишнего, валиде упорно поджимала свои темные губы, неохотно выпуска€ из них по нескольку слов, султанша не отпугивала —улеймана неприступностью, которой он так бо€лс€, сидела мила€ и приветлива€. Ѕросала на султана еле уловимые быстрые взгл€ды исподлобь€, склон€€сь над едой, так что валиде еще крепче сжимала свои тонко очерченные губы, словно хотела сказать своему сыну, что нет в этой женщине никаких добродетелей, а если и были когда-нибудь, то давно уже зап€тнаны бесстыдством.

—улейман не мог дождатьс€, когда сможет остатьс€ наедине с –оксоланой, и в то же врем€ бо€лс€ этого мгновени€, ибо она была здесь единственным человеком, от которого он мог услышать т€желые упреки и за свой неудачный поход, и за все соде€нное в тех земл€х, где прошел его конь, и прежде всего за »брагима.  то знает, что такое власть, тот знает также, что такое страх.

» снова страхи его оказались напрасными, поскольку –оксолана, как всегда, отгадала его мысли и опасени€, тараторила о дет€х, о зное в —тамбуле (это в то врем€, когда его поливали на венгерских долинах холодные дожди!), о том, как ждала его и не могла дождатьс€. ≈е молодое тело истосковалось по мужской ласке, невыносимо долгие мес€цы ждала она его из этого бесконечного похода, порой впадала в странности: блуждала нагой по садам, запиралась в темных поко€х, никого не подпуска€ к себе, тигрицей набрасывалась на служанок, издевалась над покорной эфиопкой Ќур. » ждала, ждала своего султана. ’от€ что она говорит – разве же можно такое говорить?

– ѕочему же нельз€? – полный признательности за ее доброту, приветливо молвил —улейман. – я твой, твой. —ултан и муж. “ак же, как ты мо€ ’асеки, султанша, ’уррем. » € люблю теб€ больше всех на свете. ¬люблен, как ћеджнун, как ‘архад. ј ты? “ы до сих пор влюблена в мен€?

– ¬ султанов влюбл€ютс€ не женщины, – испуганно подн€ла она руки, как бы защища€сь, – в них влюбл€етс€ только вечность!

– я приготовил тебе подарок, достойный вечности!

– –азве мало у мен€ ваших бесценных подарков, мой повелитель?

– “акого еще не было. » никто не знал ничего подобного. ћы устроим торжественный сюннет [90] дл€ наших сыновей. ¬есь —тамбул придет на этот большой праздник. ѕослы иноземных правителей. ¬есь цвет османства.

– Ѕа€зид еще мал дл€ обрезани€, ваше величество.

– ¬озьмем ћустафу, ћехмеда и —елима.

– » ћустафу?

– ќн мой старший сын.

– » вы провозгласите его наследником престола? ј моих детей задушат, как кот€т? “огда лучше бы € задушила их в колыбели, нежели теперь так мучитьс€!

ќна заплакала, но султан посме€лс€ над ее слезами.

– Ќикто не посмеет тронуть ни одного из моих сыновей до самой моей смерти. ¬се шах-заде проживут долго и счастливо и познают все радости этого света, пока € султан.   тому же € еще не имею намерени€ называть своего наследника.  огда ‘атих завещал дл€ пользы державы передавать власть достойнейшему, он не имел в виду самого старшего. ƒостойнейшим может быть и самый младший. ѕоэтому пусть растут спокойно, не зна€ соперничества, не обремененные мыслью о т€желом будущем и неизбежности.

Ќо –оксолана не успокоилась:

– Ќу, так. Ќо ведь вы позовете на сюннет и ту черкешенку, поскольку она мать ћустафы?

– ≈е убрали с моих глаз навеки. Ќа этот славный сюннет будут допущены только султанша, султанска€ мать и султанские сестры.

– ћой повелитель, мы столько времени не виделись, а разговариваем не о любви, а о делах! Ёто можно простить мужчине, но женщине – никогда!

ќн был благодарен ей за эти слова, но все же не удержалс€, чтобы не заметить:

– ѕриготовлени€ к великому празднику начнутс€ уже завтра. ѕолгода в —тамбуле только и разговоров было о приближающемс€ сюннете. Ўум, молитвы, приглашени€ иноземных послов, стройка, приготовлени€. «абылс€ позор ¬ены, не вспоминались убитые, не было и речи о голодных, нищих, несчастных. —тамбул шел навстречу сюннету! —ултан назначил день сюннета: во втором мес€це джемади, ровно через тридцать дней после первого джемади – дн€ вз€ти€ ‘атихом  онстантинопол€.

Ўесть мес€цев прошли под знаком сюннета султанских сыновей. —обственно, о самих сыновь€х никто и не думал, о них забыли сразу, каждый пример€лс€ к тому, какое место займет он в церемонии, в торжествах, как ему продвинутьс€, пропихнутьс€, зацепитьс€ хоть мизинцем. —ултан созывал диван, советовалс€, давал указани€, сам наблюдал за стройкой. –ассылались письма. ѕринимали послов. —кендер-челеби€ вместе с √рити и »брагимом изобретали и выколачивали новые налоги на сюннет. Ќа базарах кричали каждый день о приближении сюннета глашатаи – телл€лы. ѕо домам ходили женщины – окуюджу, созывали на торжество. јстрологи – мюнеджимы завер€ли, что констелл€ции звезд способствуют успешному проведению великого празднества. ѕоэты загод€ писали касиды и составл€ли назире на поэмы прославленных своих предшественников. Ќеутомимые подхалимы, алчные хапуги, мошенники и горлорезы вертелись вокруг султанского трона, обрет€ удобный случай втеретьс€ в доверие к падишаху, прославл€€ его мудрость, великодушие, щедрость и государственный ум. —тамбульские толпы, заранее смаку€ щедрые угощени€, которые предсто€т им во врем€ сюннета, прославл€ли —улеймана, кричали о своей любви к султану, благодарили его за заботливость и внимание к простому люду, хот€ потом они же станут подсчитывать расходы, как это было после свадьбы »брагима, и проклинать расточительство и нелепую роскошь.

Ќеверо€тный размах, что-то словно бы от буйства природы, от беспредельности степного раздоль€, ничего общего с убогим бытом кочевников, высокий вкус и в то же врем€ дикость, блеск и роскошь италь€нских городов и тыс€челетн€€ изысканность ÷арьграда, а ко всему этому восточные краски и звуки, безудержность – все это сливалось в невиданную еще миром торжественность, приготовлени€ми к которой были зан€ты державные люди и лизоблюды, иноземные мастера и служители Ѕога, знаменитые зодчие и простые черноробы, крикуны и примитивные дармоеды.

Ќа »пподроме  оджа —инан сооружал султанский трон на лазуритовых столбах, вывезенных из ≈гипта. Ќад престолом будет нат€нут золотой балдахин, стены в нем из самых дорогих в мире тканей, полы будут устланы тончайшими в мире персидскими коврами. —улейман несколько раз ездил на јт-ћейдан, брал с собой –оксолану, показывал ей, как идет строительство, рассказывал, как у подножь€ его престола на всю ширь јт-ћейдана будет раскинуто множество разноцветных шелковых шатров дл€ высочайших лиц державы и среди них – ближе всех к престолу – золотые шатры дл€ нее, дл€ валиде и дл€ султанских сестер, ибо он вознамерилс€ нарушить обычай, по которому женщинам запрещено присутствовать на сюннете вместе с мужчинами, и хочет сделать так, чтобы эти торжества доставили радость прежде всего ей, ’уррем.

– ”же определено на диване, что это будет длитьс€ ровно двадцать дней, – сказал он. – ¬есь —тамбул готовитс€ с радостью и благодарностью. ¬сюду царит небывалое воодушевление. ƒаже звери из моего зверинца готов€тс€ к сюннету. ћы пообещали отпустить на волю одного вз€того в рабство немца, который хочет поразить нас невиданным зрелищем бо€ львов с диким вепрем. “ы должна €витьс€ на сюннете во всем блеске и роскоши, какие только может дать тебе твое высочайшее положение в державе.

– ћожет, выступить вместе с дикими звер€ми? – засме€лась –оксолана.

– ∆енщинам прежде всего следует позаботитьс€ о соответственных нар€дах. —ултанша должна €вл€тьс€ на глаза толпы в новом убранстве перед каждой молитвой.

– ѕ€ть молитв на день и двадцать дней сюннета – следовательно, сто новых платьев только дл€ этой церемонии? ¬аша щедрость воистину не имеет границ, мой повелитель! я должна бы радоватьс€ и сме€тьс€ в час сюннета, но, боюсь, буду плакать, дума€ о своих дет€х, о том, как им больно.

– Ёто делаетс€ во им€ јллаха.

– Ќо почему все, что творитс€ во им€ јллаха, должно сопровождатьс€ болью?

– ј что такое боль? ћожет, это и есть жизнь.

– “огда как объ€снить плач и стенани€, которые услышал пророк, подн€вшись на седьмое небо? –азве то не человеческий плач и почему люди, вместо того чтобы радоватьс€ жизни, оплакивают ее?

– “о плач ангелов, которые со слезами вымаливают у јллаха прощени€ грехов дл€ правоверных. ¬ час сюннета мы устроим ученый спор мудрых улемов, чтобы раскрыть все величие этого обр€да, который оставл€ет на человеке знак принадлежности его к истинной вере, к избранникам јллаха.

–оксолана вздохнула.  ак все просто.  аждый негод€й может стать избранником јллаха, пожертвовав дл€ этого такою малостью!

– я буду с нетерпением ждать этого высокого торжества, – сказала она.

– я не сомневаюсь, что ты будешь довольна невиданным зрелищем, – пообещал султан.

«релище действительно оказалось исключительным.

— утра назначенного дн€ —улейман с султаншей и валиде, в сопровождении всего двора прибыл на јт-ћейдан, где поблизости от €нычарской казармы-мехтерхане уже высилс€ его роскошный престол, а перед ним во всю ширь прежнего царьградского »пподрома играли €ркими красками пышные шатры дл€ приближенных, вельмож и прислужников. Ќавстречу султану вышли второй и третий визири – ј€з-паша и  асим-паша, великий визирь »брагим ждал падишаха особо, посреди »пподрома, окруженный €нычарскими агами и вельможами. ¬се были пешие, только султан на коне, которого держали за золотые поводь€, ид€ по сторонам, имрахор султанских конюшен –устем-паша и его помощник. ƒо престола —улеймана сопровождали двадцать побежденных вельмож – их поставили потом у античных статуй, вывезенных »брагимом из Ѕуды.

Ќастал великий обр€д целовани€ султановой руки. ƒопущены были вернейшие визири, вельможи, военные старшины, мудрые улемы. –евели от восторга толпы, и откликались рычанием звери султанского зверинца. Ћьвам, рыс€м, леопардам, пантерам, медвед€м, слонам как будто бы тоже не терпелось поскорее присоединитьс€ к тому, что с таким буйством начиналось на »пподроме. »грали военные оркестры, неутомимо и безумолчно били пушки над Ѕосфором и возле всех ворот —тамбула. ¬ том реве, криках и грохоте никто не заметил, что султанска€ сестра ’атиджа не €вилась на празднество, хот€ оно происходило чуть ли не перед ее дворцом.

»брагиму сказала: «Ќе хочу видеть недоносков этой ведьмы!» —ултану никто не решилс€ доложить о ’атидже, он же сам вр€д ли заметил это в первые дни, полностью поглощенный своими высокими об€занност€ми повелител€ торжеств.

Ќа второй день поклон€лись падишаху старые визири, паши, мудрецы, на третий – санджакбеги, эмиры азиатских племен, иноземные послы. ќдних принимали молча, другим султан благосклонно кивал головой, иным отзывалс€ ласковым словом, со своим бывшим визирем ѕири ћехмедом даже обмен€лс€ стихами, поскольку оба они считали себ€ прежде всего поэтами.

¬се, кто шел на поклон к султану, несли дары. ƒамасские шелка и египетские полотна, индийские шали и муслин, греческа€ б€зь и венецианские кружева, золото и серебро, сосуды, наполненные драгоценност€ми, сапфировые чаши, хрустальные кубки, китайский фарфор, русские меха, арабские скакуны, турецкие и мамелюкские кони, греческие мальчики, венгерские и эфиопские рабы – не было конца щедрым подношени€м, каждый старалс€ превзойти других щедростью, изобретательностью, поразить чем-то невиданным, редкостным, про€вить широту своей души. ѕодарки одного только великого визир€ »брагима были стоимостью в п€тьдес€т тыс€ч дукатов. ¬печатление создавалось такое, что к ногам —улеймана брошено было в эти дни еще одно царство. —ултан в своей щедрости роздал его многим, теперь все было подобрано и возвращено законному владельцу.

Ќа четвертый день —улеймана окружили улемы, бывшие его учител€, наставники его сыновей. —ултан угощал их коржиками, фруктами, щербетом. ∆онглеры и акробаты развлекали присутствующих. “анцевали кечеки-мальчики в женском оде€нии. Ўуты веселили люд. ћеддахи рассказывали смешные истории.  арагьЄзчики показывали свои представлени€ о приключени€х выдумщика  ара√ьЄза и его почтенного друга ’адживата. Ѕорцы-пехлеваны показывали свою силу. ћамелюки устраивали конные игрища. ¬ечером заси€ли огн€ми полтыс€чи стамбульских джамий. Ќа јт-ћейдане горели сделанные из дерева три вражеские крепости, каждую из которых оборон€ли сто вит€зей. ѕосле вз€ти€ крепостей из них было выведено много прекрасных рабов – мальчиков и девочек.

“олько на седьмой день прекратились развлечени€, и €нычары пошли в обр€довый поход с пальмовыми ветками, с зажженными свечами, цветами и плодами, с фигурами птиц и животных, которые должны были символизировать мужскую силу.

ƒалее, вплоть до тринадцатого дн€, снова продолжались сост€зани€ в изобретательности, ловкости и разнузданности.

—ост€зались музыканты, кто кого переиграет, пехлеваны – перет€гива€ канатом друг друга, мор€ки и €нычары – взбира€сь на гладенькие столбы, смазанные бараньим салом или намыленные, акробаты, прыгавшие через египетский обелиск и каменные столбы. —нова слон€лись повсюду меддахи и болтуны, слышались скабрезные припевки и торжественные касиды, танцовщиков сменили поэты, всем были дарованы золотые и серебр€ные монетки, которые бросались в шапку победител€ или приклеивались ко лбу, чтобы все видели отмеченных.

«агадочный немец выполнил свое обещание. ѕривезли большую клетку с трем€ львами и бросили в нее гигантского вепр€, опутанного сыром€тными ремн€ми. ¬епрь наставл€л на львов свои страшные клыки, боролс€ за жизнь упорно и жестоко, но в конце концов был растерзан ловкими хищниками под рев толпы.

Ќемцу даровали свободу и кошелек с дукатами.

ћежду тем главных виновников празднества повезли в хамам дл€ торжественного омовени€. ¬переди шли хафизы, чита€  оран, за ними стамбульска€ детвора, сопровождавша€ поход, кричала: «јминдерин!»

Ќа следующий день первые лица государства, уполномоченные на это падишахом, пошли в “опкапы и привели оттуда трех султанских сыновей в золотых оде€ни€х. Ќа »пподроме ћустафу, ћехмеда и —елима ждали визири, чтобы сопровождать их к султанскому трону.

ƒвенадцатилетний ћустафа, белотелый, высокий, сильный, быстроглазый, как его мать-черкешенка, держалс€ гордо, милостиво взмахивал рукой €нычарам, которые восторженно ревели, увидев его, к султану подошел важно, поклонилс€ с достоинством, руку падишаху поцеловал, еле коснувшись ее губами, словно исполн€л обр€д, а не выказывал почтение. ƒев€тилетний ћехмед был точно уменьшенный султан. “акой же длинношеий, нахмуренный, тонкогубый, с внимательным взгл€дом, с преждевременной задумчивостью на смуглом лице. » если при взгл€де на гордого ћустафу невольно хотелось воскликнуть: «¬от идет будущий султан!», то маленький ћехмед своим сходством с султаном вызывал холодную дрожь и трепет среди придворных, и от него поспешно отводили глаза. —елим был самым меньшим из трех. ≈му было только п€ть лет. ѕолный детской беззаботности, шел улыбающийс€, с любопытством озиралс€ по сторонам, не похож был на всех этих людей, празднично толп€щихс€ вокруг, как будто был чужой дл€ них, случайный гость на этих высоких торжествах. ѕоражали его волосы цвета червонного золота, огненные, точно опаленные пламенем ада, и когда люди замечали эти волосы, утихали крики, ползли перешептывани€ вслед за маленьким султанским сыном и сопровождали его до самого трона, на котором сидел —улейман. ѕотому что —елим был похож на свою мать –оксолану, на г€урку, ведьму и колдунью. Ќо именно потому, что —елим был так похож на его возлюбленную ’уррем, —улейман посадил малыша себе на колени, обн€л и поцеловал, и от этого зрелища толпы онемели, а потом вздох пролетел надо всем —тамбулом, т€желый и полный ненависти, точно злой ветер из далеких диких просторов.

Ќо снова заиграла музыка, снова бросали деньги в толпища дармоедов, разожгли костры, на которых жарили баранов и быков дл€ угощени€, и снова раскручивалось исполинское колесо весель€, гульбы, праздности, пустых величаний, пока на восемнадцатый день в приемном зале »брагимова дворца не состо€лс€ наконец обр€д обрезани€, перенесенный султанскими сыновь€ми с надлежащим достоинством, без криков и слез, разве что горько скривилс€ от боли маленький —елим да еще больше нахмурил лоб ћехмед. ћустафа же перенес это маленькое (но такое важное) испытание как насто€щий мужчина, гордо и словно бы даже с радостью. ѕожалуй, наде€лс€, что теперь султан наконец назовет его преемником престола и пошлет в ћанису, отдав ему под управление провинцию —арухан, как это сделал когда-то с ним самим отец его султан —елим.

Ќа двадцатый день —улейман, призвав к себе султаншу, валиде, сестру ’афизу и великого визир€, спросил »брагима:

– „то думаешь, »брагим, какое торжество было более блест€щим, тво€ свадьба с нашей сестрой или сюннет моих сыновей?

– —вадьбы такой, кака€ была у мен€, еще никогда не было с тех пор, как мир стоит, и уже никогда така€ не повторитс€, мой султан.

– ѕочему же?

– ѕотому, что ваше величество не может похвалитьс€ таким гостем, какой был у мен€. ¬едь мое венчание было украшено присутствием падишаха ћекки и ћедины, —оломоном нашего времени, ѕовелителем ¬ека.

¬алиде одобрительно покачивала головой на столь мудрые слова своего любимого з€т€. —улейман милостиво кивнул »брагиму.

ј когда ехал с »пподрома в раззолоченной карете к своему дворцу и в карете находились валиде и султанша, –оксолана, точно что-то вспомнив, сказала:

– ¬аше величество, вы забыли осуществить важный акт.

–  акой же?

– ¬ы должны были поблагодарить п€ть тыс€ч раз своего великого визир€ за непревзойденную лесть.

“ак —улейман убедилс€, что женщина не забывает ничего. Ќи добра, ни зла. ќсобенно зла.

(продолжение следует)

—ери€ сообщений " Ќ»√ј 1: ¬ √ј–≈ћ≈ —”Ћ≈…ћјЌј ¬≈Ћ» ќЋ≈ѕЌќ√ќ":
„асть 1 - ќ√Ћј¬Ћ≈Ќ»≈
„асть 2 - ћќ–≈
...
„асть 27 -  ”„” 
„асть 28 - ¬–ј“ј; „ј–џ („ј—“№ 1)
„асть 29 - „ј–џ („ј—“№ 2)
„асть 30 - «ќ¬ („ј—“№ 1)
„асть 31 - «ќ¬ („ј—“№ 2)


 

ƒобавить комментарий:
“екст комментари€: смайлики

ѕроверка орфографии: (найти ошибки)

ѕрикрепить картинку:

 ѕереводить URL в ссылку
 ѕодписатьс€ на комментарии
 ѕодписать картинку