-–убрики

 -ѕоиск по дневнику

ѕоиск сообщений в дочь_÷ар€_2

 -ѕодписка по e-mail

 

 -—татистика

—татистика LiveInternet.ru: показано количество хитов и посетителей
—оздан: 01.07.2013
«аписей: 2607
 омментариев: 11
Ќаписано: 2778

 ќЋќЌЌј; –≈ ј

¬оскресенье, 27 Ќо€бр€ 2016 г. 11:23 + в цитатник

 олонна

 то мог загл€нуть в султанову душу? ƒаже валиде и »брагим, люди, сто€щие ближе всех к —улейману, не могли сказать с уверенностью, как поведет он себ€ на высоком троне, какие сделает первые шаги, кого возьмет себе за образец: покойного отца своего султана —елима, кого-то другого из султанов, ∆елезного “имура или знаменитого »скендера?

ј сам —улейман, между тем, видел перед собой только ћехмеда ‘атиха, завоевател€ ÷арьграда, султана, который никогда не впадал в отча€нье, даже поражени€ умел превращать в победы, не тер€л впустую ни единого дн€, ни единой минуты, и когда оставалс€ без власти, заботилс€ о собственных знани€х, а когда готовилс€ к величайшему де€нию своей жизни – вз€тию ÷арьграда – сам носил камни дл€ сооружени€ крепости –умелихисар и сам тесал доски дл€ кораблей, которым предсто€ло пройти по суше к столице императоров, наполнив сердца греков мистическим ужасом. —улейман любил повтор€ть про себ€ царское стихотворение, прочитанное ћехмедом ‘атихом, когда тот вошел в поверженный ÷арьград:

—ова кричит невбет [39] на могиле јфрасиаба,

» паук несет службу пердедара [40] в императорском дворце.

¬се суета, кроме соде€нного ќсманами. ѕервое, что сделал ‘атих, войд€ в ÷арьград, – превратил самый большой храм нечестивых в мечеть јй€-—офи€. Ќе разрушил его лишь потому, что свод в храме напоминал небесный. «ато храм јпостолов, который византийцы в бессмертной своей гордыне считали воплощением красоты и гармонии (дл€ —офии оставл€ли величие), велел немедленно разрушить и поставить на том месте мечеть ‘атиха. ѕосле его смерти возле михраба [41] мечети поставили тюрбе султана – его усыпальницу.  огда-то в церкви јпостолов хоронили византийских императоров, теперь тут лежал «авоеватель. Ѕез пышности, только в сопровождении верного »брагима и личной охраны, —улейман часто ездил к тюрбе ‘атиха. ќгромный город отступал от него, затаивалс€ в своей непостижимости, залегал в неподвижности, как солнечные часы. “олько тень передвигаетс€ по кругу. ¬невременность, мертвенность. ќднообразие мечетей, минаретов, фонтанов, журчани€ воды и крика муэдзинов вызывало какой-то удивительный трепет этого города, монотонность, нарушаемую хаосом, мешаниной, приглушенным уличным шумом, далеким клекотом пестрой толпы, шелестом дорогих тканей, шепотом доносчиков, ударами чаушей, смехом блудниц, стоном невольничьих рынков, любовных вздохов, чавканьем псов и людей, стихами  орана.

¬ —тамбуле все призрачно, кроме самого —тамбула, гидра и ћолох, рай и ад, место пыток и роскоши.  ак задержать врем€ жизни? Ќад этим бьютс€ все, от султана до нищего, а знает это только сам —тамбул. ћехмед ‘атих завоевал этот город, но завладел ли им до глубины? » кто завладеет и овладеет?

—улейман часами простаивал в восьмигранном тюрбе ‘атиха. ћолча ждал ответа на то, что раздирало ему сердце, чем не мог поделитьс€ ни с кем из живых. ѕриходил к мертвому.

√робница, приподн€та€ в широкой своей части так, словно бы ‘атих должен был вот-вот подн€тьс€, покрыта белым кашемиром, сверху небольшой ковер и зелена€ шаль – цвет ќсманов. ¬ головах большие, толстые, из бараньего сала свечи (не восковые, ибо јллаху должен приноситьс€ в жертву домашний скот, а не мухи) в подсвечниках из л€пис-лазури, камн€ египетских фараонов. “юрбан, точно опрокинута€ чаша, висит вверху. Ќа ковре цвета земл€ники ходжа днем и ночью читает  оран. «—кажи: «ќн – јллах – един, јллах вечный; не родил и не был рожден, и не был ≈му равным ни один!» ƒес€ть, сто, тыс€чу раз ту самую суру «ќчищение веры» читает ходжа, и так же повтор€ет за ним слова книги султан, пока скучающий »брагим, терпеливо сто€щий р€дом, разрешает нелегкую задачу: может ли человек, без конца повтор€€ те же самые слова, о чем-то думать, вообще может ли выполн€ть свое назначение на земле – мыслить, вознос€сь над миром живым и неживым, если и не равн€€сь Ѕогу, то по крайней мере приближа€сь к нему?

¬ мечеть ‘атиха —улейман ездил и осенью, и зимой, и весной, наверное, вс€кий раз, подъезжа€ к ‘атиху и возвраща€сь оттуда, видел высоченную порфировую колонну  ызташи, одиноко сто€вшую неподалеку от мечети, но ни разу не обратил на нее внимани€, как не обращал видимого внимани€ на все, что попадалось ему на пути. ћало ли колонн в —тамбуле, каких не укрыло османство в своих св€щенных строени€х, и теперь эти камни нечестивых торчали повсюду: и по сторонам дороги, по которой ездил —улейман на ќк-ћейдан, – белые мраморные колонны, которые ничего не поддерживали; и колонна императора  онстантина, называема€ „емберли-таш, – камень с обручами – окована была железными обручами после того, как молни€ отбила ее верхушку и как опалило ее пожаром во врем€ восстани€ Ќики; и готтска€ колонна под стенами гарема, вырезанна€ из сплошного гранитного блока, когда-то на ней €кобы сто€ла стату€ основател€ города Ѕизаса; и змеина€ колонна – три переплетенные бронзовые змеи, державшие когда-то на себе золотую чашу, четыре ступни в поперечнике, и уже давно утратившие ее, ибо все суета и временность. ѕурпурна€, как закипевша€ кровь, колонна  ызташи держала когда-то на себе статую девственности, греческую богиню јфродиту. ќбладала волшебной способностью указывать даже в самой большой толпе на девушек, утративших невинность. јфродита клала на них свою тень, и они не могли ни укрытьс€, ни убежать. “ак была изобличена невестка императора ёстина, и толпа растерзала ее у подножи€ этой колонны. Ёти глупые басни не задерживались в —улеймановой голове. ћожет, потому и проезжал множество раз мимо колонны совершенно равнодушно. «аметил ее лишь в тот день, когда окончательно утвердилс€ в намерении вести из —тамбула огромное, еще султаном —елимом обученное, а сейчас разленившеес€ и нетерпеливо ждущее добычи и грабежей войско, вести не туда, куда со странным упорством направл€л удары его отец, – против единоверцев, а продолжа€ великое дело ‘атиха – против мира неверных. Ќо об этом не знал еще никто, сам султан, упорно молчавший, выжидал подход€щего момента, когда сможет объ€вить о своем намерении, а может, ждал какого-то знака, что подаст ‘атих, поэтому и ездил поклон€тьс€ его праху так часто и упорно.
–оксолана. ¬ гареме —улеймана ¬еликолепного

 ружка. ќсманска€ импери€, XVI век

» внезапно увидел эту колонну. ќн остановилс€ и долго смотрел на нее, закинув голову так, что чуть не падал его высоченный белый тюрбан, рассматривал ее, забыв о высоком султанском достоинстве, как уличный босоногий чоджук [42] , только и разницы, что не разевал рот от изумлени€ или восторга перед высотой, крепостью и могуществом колонны, ее кровавым цветом и ее одиночеством, что было как вызов.

Ќе знак ли это, оставленный ему, четвертому султану со дн€ вз€ти€ ÷арьграда, султаном первым, султаном «авоевателем, великим ‘атихом? »менно здесь прежде всего разрушалось, уничтожалось все византийское, чтобы поставить первое османское св€тое сооружение, а колонна оставлена. Ќе разрушенна€, не уничтоженна€, оставленна€ не без тайной мысли, не без намека, точно каменный завет и указатель: добей, дорушь, доверши недовершенное.

—улейман остановил своего черного кон€ и спросил, есть ли среди свиты великий зодчий —инан-бей, которому было поручено сооружение джамии и тюрбе султана —елима на вершине п€того холма ÷арьграда.

»брагим сказал, что —инан-бе€ сегодн€ с ними нет.

– ѕозвать, – коротко велел султан, и в голосе его слышалось нетерпение.

Ќемедленно был послан гонец за —инан-беем, хот€ »брагим не видел нужды в такой поспешности.

—инан, как и »брагим, был грек. “олько не островной, а с материка, из  аппадокии. Ќачинал тоже, как »брагим, с рабства. ћаленьким мальчиком его вз€ли в девширме [43] , отдали в аджемы – €нычарские ученики, там он, кроме военного дела, избрал дл€ себ€ изучение архитектуры, училс€ у великого зодчего султана Ѕа€зида ’айреддина, но, прежде чем самому начать строить, много лет провел в походах с султаном —елимом, наводил мосты дл€ войска, первым перебега€ по ним, чтобы вонзить саблю в противника, сооружал галеры во врем€ ¬анского похода и сам возглавл€л €нычар, посаженных на те галеры, чтобы переправитьс€ через озеро и захватить врасплох кызылбашей [44] . ѕрежде чем созидать, он разрушал и уничтожал, как и все ќсманы. ј может, и все созидани€ начинались с уничтожени€ созданного предшественниками? «атоптать кости предков, а с развалин вз€ть камни дл€ своих сооружений?

—ултан не стал ждать —инан-бе€ у колонны  ызташи – это было бы недостойным его высокого сана. Ќо еще в тот же день зодчий встал перед —улейманом и получил повеление свалить колонну, сто€вшую близ мечети ‘атиха, и использовать ее дл€ сооружени€ джамии —елима.

– ќна слишком высока дл€ тех колонн, которыми € хотел окружить двор джамии, – заметил —инан-бей, не любивший, чтобы в его дела вмешивались посторонние, даже сами султаны.

– ”коротишь, – мрачно молвил —улейман. – ”корачивают людей, не то что камень.

» добавил уже м€гче из  орана:

– «–азве ты не видел, как поступил твой √осподь с »рамом, обладателем колонн?»

ѕока колонну опутывали веревками, чтобы свалить, султан поехал в —ютлюдже через «олотой –ог, пострел€ть на ќк-ћейдане.

—опровождал его весь двор, везли походные жаровни жарить м€со баранов и верблюдов, корзины с припасами, ковры дл€ отдыха на траве. —улейман пожелал после стрельбы из лука устроить трапезу на ќк-ћейдане. ‘атих в первую п€тницу после вз€ти€ ÷арьграда устроил здесь банкет дл€ победителей. ќн был так рад, что сам разносил кушань€ и сладости своим визир€м, повтор€€ при этом слова пророка: «√осподин над народом – это тот, кто служит ему».

ѕили и ели до сумерек. Ќовый султан, не име€ военных побед, не имел и радостей, поэтому и не разносил кушаний своим визир€м, хот€ »брагим шутливо и подбивал его на это.

Ќа следующий день с утра, после молитвы в мечети, султан поехал посмотреть, как будут низвергать колонну  ызташи.

ќплетенна€ тыс€чью толстых веревок, колонна походила на плененного раба, приготовленного то ли на продажу, то ли на казнь. “ыс€чна€ толпа шевелилась у основани€ колонны – гологрудые, жилистые, в гр€зных чалмах, с диким неистовством в глазах, готовые свалить что угодно на свете: колонну, св€тыню, а то и самого султана. ћуллы, сто€вшие по кра€м толпы, зат€нули молитвы: «¬о им€ јллаха милостивого, милосердного!  огда упадет падающее – нет ничего отрицающего ее падение! – унижа€ и возвыша€, когда сотр€сетс€ земл€ сотр€сением, когда сокрушатс€ горы сокрушением».

—ултан с пышной свитой сто€л в ограде из толстых дерев€нных брусьев. „етыре р€да €нычар, готовых зарубить каждого, кто бы осмелилс€ кинутьс€ через брусь€, замыкали широкое пространство, отдел€вшее султана от смрада и пота тех босых, жилистых, гологрудых.

—инан-бей ждал знака султана. —ултан едва заметно качнул тюрбаном; —инан-бей подн€л руку. ”дарили барабаны. –асставленные повсюду помощники —инан-бе€ прокричали приказы. ћуллы завыли слова о сотр€сении. √ологрудые нат€нули веревки. –аскрылась тыс€ча ртов. ¬здулись жилы на сильных ше€х. ƒикий вой перекрыл все звуки. ѕлененна€ колонна качнулась и, описав жуткий огромный полукруг, стала падать пр€мо на людей. ¬ой перешел в полный ужаса вопль. “олпа бросилась врассыпную, чуть не см€в султана с его свитой.  олонну уже ничто не могло ни удержать, ни остановить. ќна падала т€жко и мучительно. » когда ударилась оземь, то словно бы стон прозвучал в пространстве, стон земли или камн€ – кто же разберет.  огда сотр€сетс€ сотр€сением…

—инан-бей спокойно докладывал султану, как он хочет перевозить колонну на п€тый холм —тамбула. —нова всю опутать веревками. ѕодложить дерев€нные катки. “ыс€ча людей станет перетаскивать колонну п€дь за п€дью все дальше и выше. ƒолго и упорно. Ќо неотступно. »бо разве же не так творитс€ все на свете?!

—улейман долго смотрел на поверженную колонну. ћолчал. Ќеведомо было, слушает он —инан-бе€ или не слушает. ѕеред его глазами все еще мелькали босые гр€зные ноги, что-то гневно кричали черно раскрытые рты, било в нос смрадом нужды и бедности. ’отел спросить, что это за люди – рабы или правоверные. Ќо не спросил. ћолчал т€жело, упорно. ѕотом неожиданно сказал:

– ѕусть остаетс€ тут. – » добавил загадочно, как всегда: – «¬едь поистине с т€гостью легкость, поистине с т€гостью легкость!»

ѕоздно ночью прибыл в столицу гонец, принесший весть, что в Ѕудиме венгерский король убил султанского посла Ѕехрама.

јнимашки Ћинии

–ека

¬ступив на престол, —улейман обратилс€ с послани€ми к правител€м всех дружественных и враждебных земель в јзии, ≈вропе и јфрике. ћогущество султана должно было про€вл€тьс€ уже в пышных титулах, какими начиналось послание: «я, неоценимой, бесконечной благостью ¬севышнего и великими, исполненными благословени€ чудесами √лавы пророков (которому да воздаетс€ нижайшее поклонение, купно как и его дому и его спутникам), —ултан славных —ултанов, »мператор могучих »мператоров, раздаватель венцов ’озро€м, что сидит на престолах, тень јллаха на земле, служитель православных ’оремейн-у-Ўерифейн (ћекки и ћедины), мест божественных и св€щенных, где все мусульмане провозглашают обеты, покровитель и властелин св€того »ерусалима, повелитель трех великих городов –  онстантинопол€, јдрианопол€ и Ѕруссы, а равно и ƒамаска, запаха –а€; “риполи и —ирии; ≈гипта, редкости века и славного своими радост€ми; всей јравии, јлеппо, јраба и јджена, ƒиарбекира, «улькадрии, Ёрзерума чудесного, —ебаста, јданы,  арамании,  арса, „илдира, ¬ана, островов ћор€ Ѕелого и ћор€ „ерного, стран јнатолии и королевства –умелии, всего  урдистана, √реции, “уркомании, “атарии, „еркесии,  абарды, √рузии, благородных племен татарских и всех иных ќрд, от них зависимых,  афы и других соседних городов, всей Ѕоснии с зависимыми от нее земл€ми и укрепленными местами великими и малыми в этих земл€х, властитель, наконец, множества городов и крепостей, которые излишне перечисл€ть и приводить имена, €, »мператор, убежище правосуди€ и ÷арь ÷арей, средоточие победы. —ултан, сын султанов султана —елим-хана, сына султана ћехмеда «авоевател€, €, по могуществу своему, украшен титулом »мператора обеих земель и дл€ довершени€ величи€ моего  алифатства прославленный титулом обоих морей…»

ƒалее в зависимости от того, кому предназначалось послание, предлагалось подчинитьс€, или же обещан мир, или требовалс€ мир, подтверждением чего должна была быть дань, немедленно выплаченна€ султанскому послу.

— таким именно требованием поехал —улейманов посол Ѕехрам к венгерскому королю Ћайошу, но тот, подговоренный своими бесстрашными и драчливыми графами, велел обезглавить Ѕехрама, султану же не ответил ничего, да и какой еще ответ мог быть после столь мерзкого поступка?  огда велика€ держава убивает послов державы малой, то это еще можно объ€снить, ибо чрезмерность силы неминуемо должна про€витьс€ хот€ бы в действи€х позорных. Ќо кому же может пожаловатьс€ мала€ держава и у кого ей просить помощи? «ато держава велика€ имеет возможность надлежащим образом покарать коварных нарушителей мирового пор€дка, проучив их и всех тех, кому бы возжаждалось следовать нечестивцам.

¬ —тамбуле ударили пушки в знак войны. янычары на јт-ћейдане радостными криками приветствовали св€щенную волю султана. —улейман не созывал дивана [45] , не советовалс€, не говорил, против кого война, но все знали и без того: против неверных, как бы они там ни назывались!

—ам султан торжественно выводил войско из —тамбула. ≈хал на любимом своем черном коне в золотой сбруе, позади себ€ держал любимца своего »брагима, с которым только и мог перебрасыватьс€ словом, дальше ехали четыре его визир€, за ними беи, придворные пажи и капиджии из придворной стражи, €нычарские старшины и сами €нычары, которые шли за конными пешим строем в своих высоких шапках и войлочных уборах. —ултан удивл€л всех своим тюрбаном, высоким, как колонна, с двум€ павлиньими перь€ми в огромных рубинах. ” четырех визирей тюрбаны были низкие, широкие, с золотыми шнурками вокруг верхнего рубца. Ѕеи красовались в тюрбанах таких, как и у падишаха, но намного ниже. √оловы ученых улемов украшали округло намотанные чалмы. ƒильсизов можно было узнавать по острым высоким колпакам из златотканого полотна, а капиджиев – по красным шапкам, заломленным так, что они свисали назад. янычарские старшины, в отличие от р€довых €нычар, украшали свои войлочные колпаки пучками перьев, скрепленных драгоценными камн€ми.
–оксолана. ¬ гареме —улеймана ¬еликолепного

¬осточна€ улица. ’удожник Ќоэль √енри Ћивер

¬след за роскошной султанской свитой, за грозным корпусом €нычар в течение целого дн€ шли по улицам —тамбула триста тыс€ч воинов, приведенных сюда из ”нкь€кчаири, где они томились от скуки уже целый год, за войском в туче смрада проплыло шесть тыс€ч приведенных из —ирии ‘ерхад-пашой верблюдов, нагруженных припасами, за ними, пуга€ уличных разинь, прошли могучие слоны, среди которых был и султанский слон, в золотой сбруе, со стальными мечами на бивн€х, черный, как и —улейманов конь.

ѕроисходило это в субботу 18 джемада (ма€) 1521 года, —улейман положил первый камень в мечеть отца своего —елима на п€том холме —тамбула, поклонилс€ праху великого ћехмеда «авоевател€ и повел свое ужасающее войско на Ёдирне, часто останавлива€сь дл€ передышки и дл€ охоты в лесах на ћериче.

Ќикто не знал, против кого будет направлен удар этой силы, кто первый станет жертвой султанова могущества. ћожет, не знал этого еще и сам султан?

ƒес€ть дней шли до Ёдирне. ѕередышки, охота, молитвы, диспуты ученых улемов. “ут присоединились к огромному султанову войску отр€ды румелийского беглербега јхмед-паши, потомка св€того —аввы. ќ своем высоком слав€нском происхождении јхмедпаша вспоминал только тогда, когда на султанском диване нахально одергивал визирей. ¬сех считал ничтожествами, мечтал стать визирем, а там и сменить самого ѕири ћехмеда.

≈ще через дес€ть дней достигли ѕловдива. — лесов и гор в войско были пригнаны тыс€чи новых людей, они вливались в грозную тучу, не веда€, куда идут и что должны делать, у многих не было никакого оружи€, кроме обычного заостренного кола или лесорубского топора.

≈ще семь дней потребовалось, чтобы дойти до —офии. Ѕолгарска€ земл€ стонала от нашестви€.  ак исполинский полип, присасывалось войско тыс€чами присосков к городам, селам, пол€м со снопами, к пчеле и к каждой скотинке, к каждому дыму, к каждому колодцу и сосало, сосало, несло страх, порабощение и опустошение. — каждого двора брали один дукат, две овцы (одну с €гненком) и барана. ƒвадцать дворов объедин€ли в катун (летнее пастбище). ќт каждого катуна полагались один шатер, головка сыра, три веревки и шесть обротей, один бурдюк масла и один баран. “олько в —офию велено было привезти дес€ть тыс€ч возов провианта дл€ войска.  роме того, от каждых п€ти дворов должен был идти с султаном в поход один воин. ј с тех, кто оставалс€, положено было брать по дукату с каждой головы и дес€тую часть от урожа€ султану за то, что он оберегает землю јллаха, четвертую, часть урожа€ спахи€м [46] , по две аспры с каждой головы скота, по две аспры с каждого уль€, кон€, колодца, дыма из печи пашам, которые отправл€ютс€ в путь, и пашам, которые прибывают, войску, когда оно проходит, и войску, когда оно должно пополн€тьс€. Ќо это подати обычные, согласно с законом шариата, – харадж, ушр и джизье. ј там, где проходило войско, султанские кехаи [47] , едущие впереди с отр€дами €нычар, начинали собирать подать по обычаю – урифийе. ¬елись принудительные работы – авариз: сооружение крепостей, прокладывание дорог, наведение мостов. —ултанские чиновники по сбору продовольстви€ – арпа-эмины – принудительно днем и ночью собирали сюрсат – продовольствие дл€ войска: €чмень, пшеницу, муку, м€со, дрова.  то укрывал запасы, подлежал немедленному и беспощадному уничтожению – люди, поселки, общины.  азалось, что могло остатьс€ даже в самой богатейшей стране после такого грабежа? Ќо изобретательности султанских дефтердаров не было удержу. ¬ыдумывались новые подати, сдирались с еще большим рвением и жестокостью: алаф – фураж дл€ султанских коней и животных, имдад-и-сеферийе – помощь дл€ нужд похода, имдад-идихадийе – помощь дл€ св€щенной войны, бедел-и-нюзюдль – подать дл€ посто€, даже подать за труд, затраченный зубами османцев на поедание христианских харчей, – дишь параси.

≈сли бы султан вз€л в поход свой гарем, тогда собирали бы еще и подати на гарем, но —улейман вез с собой только стамбульский зверинец: на огромных арбах, запр€женных быками, железные клетки со львами, тиграми, пантерами, гиенами, волками и медвед€ми. ƒл€ зверей собирали свежее м€со. ’орошо, что хоть не человеческое пока.

ќтбирали коней, буйволов, ослов, каждое колесо, бревно, кусок веревки. √оремычные люди, схватив, что могли, а то и с пустыми руками, спаса€ хот€ бы душу, убегали в леса и горы, искали плодородные земли как можно дальше от дорог, бросали там зерно в землю, чтобы вырос какой-никакой колосок и можно было бы прокормить детишек, продолжить свой род, не поддатьс€ уничтожению.

“олько в —офии на диване —улейман изложил план своего похода. »дти на Ѕелград, чтобы вз€ть эту крепость, закрепитьс€ навсегда на ƒунае, исполнив волю предков. Ќамерение было дерзкое, но достойное величи€ султанской державы. —ам ћехмед «авоеватель не мог вз€ть Ѕелград уже и после того, как прославилс€ вз€тием ÷арьграда и когда казалось, что нет в мире силы, котора€ смогла бы усто€ть перед его мощью. —улейман спрашивал у своих визирей совета, но всем было видно, что не отступитс€ от бесстрашного намерени€ этот молчаливый, загадочный властитель, да и огромное войско, которое целый мес€ц топтало болгарскую землю, уже невозможно было повернуть всп€ть. —трела наложена на лук, тетива нат€нута – выхода нет.

— софийского пол€ султан послал тыс€чу €нычар с ’усрев-бегом, чтобы они начали осаду Ѕелграда и вз€ли «емун дл€ лучшего доступа к городу, который ждал нападени€ с юга, от горы јвалы. —улейман помнил, что заботило ћехмеда «авоевател€ под Ѕелградом. “от хотел переправить войско через —аву, расположить возле ƒуна€ и там укрепитьс€, чтобы не дать венграм прийти на помощь Ѕелграду. Ќо на диване беи отговорили его от этого намерени€: «—частливый повелитель, не делай этого, ибо в этом нет нужды». “ак берег ƒуна€ осталс€ оголенным, и оттуда венгры без помех посылали осажденным с суши белградцам необходимую помощь и припасы, и «авоеватель так и не смог вз€ть этот слав€нский город.

¬след за €нычарами под Ѕелград был послан великий визирь ѕири ћехмед-паша с двадцатью тыс€чами всадников и полусотней огромных пушек дл€ разрушени€ стен верхней крепости.

—ам султан пошел на Ўабац, который называлс€ тогда Ѕуирделен, но через четыре дн€ его встретила весть: «√рад Ѕуирделен пал, и сто неверных стали поживой оси€нного мусульманского меча». Ёти сто защитников убили семьсот турок, но более высто€ть не могли. —ултан вошел в крепость через шпалеры голов, насаженных на коль€. ¬елел укрепить Ўабац, провести через него —аву. —идел на берегу реки в зеленом шалаше, сделанном из свежих веток, смотрел на работы, молчал, думал. «атем приказал построить через —аву мост. —нова сидел с самого рассвета в зеленом шалаше, не подпускал к себе даже »брагима, смотрел на реку. “ело реки переливалось солнечными блестками, как серебристо-стекл€нна€ зме€, как тело женщины, плывущей мимо него, сквозь него, вне его, обтека€, проскальзыва€ дальше и дальше, неуловимо и нереально, как сон и бред.

¬изири, паши, €нычарские аги подгон€ли людей палками, люди работали иногда по шею в воде, таскали колоды, т€желые челны, плоты, в€зали, настилали, скрепл€ли.

—ултан не мог оторвать взгл€да от поверхности реки, она лежала перед ним, как земл€, как беспредельный текущий простор, что поглощает все на свете, порабощает, заточает даже врем€, останавливает его бег. ќн подчинил себе врем€, должен подчинить и пространство. ќдолеть, подавить, поработить! ѕерейти через эту реку, не прикоснувшись к ней, с сухими подошвами, легко и лет€ще, дать ей почувствовать свою силу, власть, могущество, злость, поработить, обезволить, презреть, пусть корчитс€, стонет, мечетс€, кричит!

–ека была как та забыта€ им слав€нска€ девушка, она прит€гивала и отталкивала одновременно – странное соединение несоединимого – она пахла чужим зельем, неведомыми травами и растени€ми, пахла чужой волей, от которой —улейман пь€нел, как от кандийских вин или одурманивающего опиума. ÷елыми дн€ми неподвижно сид€ в зеленом укрытии на берегу великой слав€нской реки, мутной и норовистой, он неожиданно дл€ себ€ (может, это от султанского одиночества?) вспомнил то, чего не помнил или не хотел помнить, выбросил из души уже наутро после той ночи с маленькой смешливой чужестранкой. “репетанье птиц на предутренних деревь€х, звезды зодиака, величие небес и непробиваемой густоты листва, а сквозь все это – белые пальцы на т€желых полушари€х грудей, слова без значени€, невозможность пон€ть €зык друг друга; он закрывал веками глаза, но она проникала и под веки, оживала в его глазах и в нем самом, проходила сквозь него без усилий и без желани€, как дух без Ѕога, оставл€ла в нем невесомую белизну своего тела и обольстительную т€жесть полушарий, растер€нно прикрываемых корзиночками из тонких пальцев.

ќн сидел, смотрел, как перебегают по недостроенному еще мосту на ту сторону спахии јхмед-паши и царьградские €нычары, а какие-то демоны желани€, не подвластные ему, толкали его вновь и вновь к воспоминани€м о том, чего не помнил, искушали пробитьс€ пам€тью под шелковистую кожу той, что была как ветер, который никогда не уймешь, как река, которую никогда не остановишь, как земл€, которую никогда не исходишь. «–азве они не посмотр€т на верблюдов, как они созданы, и на небо, как оно возвышено, и на горы, как они водружены, и на землю, как она распростерта? Ќапоминай же, ведь ты только напоминатель».

—ултан сидел день, другой, на исходе второго дн€ послал в —тамбул подарки дл€ одалиски √ульфем. ѕочему дл€ √ульфем, сам не мог бы ответить. ≈го гигантский шатер с золотым шаром наверху окружали тыс€чи людей, но из тех тыс€ч не подпускал к себе никого, ждал покорени€ реки.

Ќа третий день началс€ дождь. ќн шел целую неделю, разбушевавшиес€ волны ударили в мост, оторвали его от берегов, понесли вниз по течению, лома€ и руша. ƒес€ть дней тыс€чи людей, изнемога€, погиба€, утопа€ в воде, строили этот мост, дес€ть дней султан в зной и в дождь сидел на берегу под зелеными ветками и неотрывно смотрел на реку, а теперь от сделанного не осталось ничего. —ава текла свободно и своевольно, и —улейману казалось, что она течет сквозь него, сквозь его душу.

ќн велел переправл€ть войско и коней на ту сторону галерами. —ам четыре дн€ отдыхал, призвав к себе »брагима. Ёто был странный султан. Ќе водил войска на приступ, не размахивал саблей, не ре€ли над ним зеленые знамена, не гремели султанские барабаны. –аспустил по всей земле своих пашей и бегов, как кровожадных псов, знал, что все сделают и без него так, как делалось при всех ќсманах: шпалеры набитых на коль€ людей, пирамиды из отрубленных голов, горе людское, страх, кровава€ завеса, сотканна€ из чужих страданий, а за нею – отгороженный от всего султан, падишах, —ахиби  иран – ѕовелитель ¬ека, тень Ѕога на земле.

Ѕесстрастна€ рука султанского словослагател€, между тем, записывала в походном дневнике:

««емл€ неверных наполнилась беженцами. ¬ этой победоносной войне акинджии были разделены на два войска. ќдно их крыло перешло в землю валахскую, чтобы захватить Ёрдель и “емишвар, другое крыло шло с царской ордой, эти грабили окрест лежащие города и кра€».

«» от ѕири-паши прибыл гонец. ќн принес весть: град по имени «емун вз€т! Ѕили пушки, длилась т€жела€ борьба, но наконец милостью божией захвачен. ћного мусульман в бо€х полегло за веру. Ќеверные, схваченные в городе, стали поживой дл€ меча. ∆ены и дети вз€ты в рабство».

«ќдин родственник сына татарского хана пошел с татарами в —рем собирать харч дл€ войска. ѕришла весть, что их на пути встретило много неверных, вспыхнул бой, и в том бою многие татары с родственником ханова сына погибли».

«Ѕоснийский санджак-бег яхь€-пашич, проход€ по венгерской земле с шестью тыс€чами войска, вз€л три города. ƒва из них вз€ты с бо€ми. ¬се неверные зарублены. Ѕыли грабежи».
–оксолана. ¬ гареме —улеймана ¬еликолепного

Ќовое приобретение. ’удожник –удольф »оганн ¬ейсс

«ћустафа-паша вернулс€ с грабежей. ѕривел много рабов». «ќт яхь€-пашича прибыл человек. ѕринес п€ть голов и привел закованных в железо шесть неверных. Ќа диване их зарубили».

«Ќавалилс€ яхь€-пашич на один город. ћного неверных зарубил, 70 или 80 неверных посланы султану. Ќа диване все зарублены. Ўестеро брошены слону, и он растерзал их».

—улейман спокойно созерцал эти жестокости, словно бы считал, что в наказани€х нужна не только суровость, но и изобретательность, даже утонченность. Ќе замечал, что жестокость еще более изобретательна, чем мудрость.   сожалению, только в преступлени€х и карах.

¬ последний день июл€ —улейман впервые смотрел на Ѕелград с земунского берега. ¬ «емуне брошены диким звер€м брать€ ћихайло и ћарко —кобличи, защищавшие город от ’усрев-бега. “ешило ли и это зрелище султанские очи?

Ќа берегу ƒуна€ напротив Ѕелграда вновь поставлен большой зеленый шалаш дл€ султана. ќн приезжал в него каждый день, проводил короткий диван, отдавал приказы и целыми дн€ми из-под своего зеленого убежища молча рассматривал неприступный слав€нский город на высоком берегу реки.  роваво-красный от пожаров, вознесенный под самое небо, Ѕелград напоминал ту порфировую колонну, которую свалил —улейман в —тамбуле. —валить все, свалить, бросить под ноги, поработить и поневолить, иначе порабощен будешь сам.

¬осемьдес€т семь тыс€ч воинов окружили Ѕелград и беспрерывно били в его стены из пушек, поставленных в одиннадцати местах. Ќикто не мог помочь обреченному городу. Ћайош, король венгров и чехов, которому принадлежал город на ƒунае, не имел сил, чтобы выступить против грозного султана.

»мператор  арл был озабочен борьбой с немецким монахом Ћютером и французским королем ‘ранциском, напавшим на »талию. ” австрийского герцога ‘ердинанда не было чем оборон€ть даже свою собственную землю. ѕапа римский Ћев IX не знал, как покончить с ересью, расколовшей его церковь. ¬енецианцы не хотели ссоритьс€ с султаном.

“аким образом, кака€-то полутыс€ча защитников Ѕелграда, отрезанна€ от всего света, оставленна€ всем светом, должна была оборон€тьс€ от могущественной султанской силы. — савского берега шел с войсками великий визирь ѕири ћехмед-паша, с дунайского наваливалс€ визирь ћустафа-паша, с которым были все стамбульские €нычары. Ќачалс€ рамазан, большой радостный мусульманский праздник, и войско с еще большей рь€ностью бросилось на неприступную крепость. —ултан велел построить у самого Ѕелграда наплавной мост через —аву. —нова пошел дождь. «» пролили мы на них дождь; и плох дождь тех, кого увещали!»

Ќа диване было решено: с утра четвертого дн€ рамазана – первый приступ! «ащитники подожгли нижнюю часть города и перебежали в верхнюю крепость, где их с трудом прин€ли из-за нехватки продовольстви€. „ерез неделю спрыгнула со стены крепости женщина. ѕриведенна€ к ѕири ћехмеду, она сказала, что в крепости уже нет ни харчей, ни военных припасов. ¬ п€тницу, на следующий день, —улейман подошел под стены крепости, велел поставить шатер, отдыхал в нем какое-то врем€, потом повелел идти на приступ. “учи войск двинулись под стены крепости. ќна агонизировала. «амолкла даже башн€ серба якова ”тешеновича, огонь из которой был самый опустошительный во все эти дни. Ќад крепостью вывесили белый флаг. —ултан повелел прекратить огонь. «ащитники просили дес€ть дней, чтобы подготовить город к сдаче, а сами тем временем поспешно латали пробоины в стенах. —нова загремели пушки.

ѕойман был переодетый €нычаром посланец к венгерскому королю за помощью, поставлен был перед султанским диваном, посажен на кол.

ќт последнего приступа уже не было спасени€. 26 рамазана 927 года хиджры (или 29 августа 1521 года) султанские муэдзины впервые пропели с белградских высот азан [48] . «ѕири-паша с дефтердаром вошли в башню, чтобы завладеть казной. —разу после них по€вилс€ отр€д ’усрев-бега, смедеревского санджакбега. ћузыка играла. Ќа высоком диване трижды пробили в барабан, которым оглашаютс€ радостные вести. янычарский желто-красный флаг был подн€т над городом. ¬ честь этого событи€ играла музыка. Ќастала благословенна€ ночь Ћейле-и-кадр, св€тейша€ дл€ мусульман, ибо в эту ночь ћагомету пришло первое божье откровение».

—то п€тьдес€т венгров, защищавших Ѕелград вместе с сербами, —улейман отпустил, чтобы поплыли по ƒунаю к своему королю и рассказали ему о султанской силе. ƒвух из них – Ѕлажа и ћорга€ – поставили перед »брагимом, который был теперь султановыми глазами, ушами и устами, был волей султана и его карающей десницей, все это знали, кроме этих пленных, а если знали и они, то все равно уже ничем не могли себе помочь, ибо побежденный может только ждать. „его? ћилости или смерти?

Ќаверное, они уже догадывались о том, что умрут, поэтому смотрели на »брагима с понурым равнодушием, он же блаженствовал от неограниченной власти над этими двум€ бесстрашными мужчинами, которые доказали своими действи€ми, что не бо€лись смерти, но которые (и это неизбежно и необратимо!) должны испугатьс€ той смерти, какую он им определит, испугатьс€ и ужаснутьс€. ѕоскольку дл€ ужаса тоже нужно какое-то врем€, то »брагим решил предоставить его этим двум упр€мым глупцам, за тем и велел привести их сюда. ќни были удивительными людьми. ≈сли бы даже кто и захотел найти среди тыс€ч и тыс€ч двух столь неодинаковых людей, то, пожалуй, никогда бы и не нашел – так отличались они внешне друг от друга.

Ѕлаж, высокий, белокурый, голубоглазый, тонкий и гибкий, как юноша, с красивыми тонкими усами, с золотистым загаром на лице, весь в голубом, с золотыми позументами на оде€нии, сто€л гордо, отставив ногу, как бы опира€сь правой рукой на руко€ть воображаемой сабли (оружие у них, €сно, отобрали), смотрел поверх »брагимовой головы куда-то в далекую даль, видел там только то, что доступно было его глазу, – может, окидывал взгл€дом с высоты своей смертной самое отдаленное и самое удивительное из истории своего свободного народа: черноморские степи, травы, табуны коней, прекрасных всадников, костры под звездами, ласточек в небе, широкий ƒнепр, золотые соборы  иева,  арпаты, солнце над придунайской равниной.

ћоргай, невысокий, черный, как кипчак, сто€л неуклюже, неумело, раскор€чив привыкшие охватывать конские бока ноги, пронизывал бледнолицего султанского сипехсалара [49] острым, как у юрюка [50] , взгл€дом, презрительно кривил губы под черной подковой усов, словно хотел сказать »брагиму: «Ќе ты мен€, а € теб€ должен был судить, ибо во мне кровь столь же неистова, как у этих родичей моих далеких предков – куманов, а ты лишь идололицый предатель, только и всего».

Ќо это лишь казалось, что ћоргай хотел заговорить с »брагимом таким образом. »бо при всей его внешней несхожести с Ѕлажем было в нем нечто неуловимое и непостижимое, роднившее его с Ѕлажем даже больше, чем сынов одной матери. —то€ли, как два крыла своего народа, как две его ипостаси, как две ветки могучего дерева, как две половинки орехового €дра – не разорвать, не расколоть, не разрубить, – жить, так жить обоим, умереть, так тоже вместе!

»брагим обладал метким взгл€дом и еще более метким умом. ќн мгновенно постиг, что запугать этих людей не дано никому, поэтому повел себ€ с ними, разыгрыва€ сочувствие.

–  ак же это случилось, что вы не сдержали слова?

Ѕлаж все так же горделиво смотрел поверх »брагимовой головы, слишком далеко отбежал он мыслью от этого безнадежного места, чтобы возвратитьс€ сюда дл€ удовлетворени€ чьего-то любопытства, зато ћоргай возмущенно встрепенулс€ на »брагимов вопрос и бросил в ответ коротко и твердо:

– ћы сдержали.

– ѕозвольте напомнить, что это неправда, – усмехнулс€ »брагим. Ѕелград выбросил белый флаг в знак сдачи, а потом снова стал оборон€тьс€. „то это, как не измена? ¬семогущественный султан…

– ‘лаг подн€ли слабые духом. “акие, к сожалению, наход€тс€ всегда. ћы же не обещали сдаватьс€ никому и никогда. ћы дали слово защищать крепость, и мы защищали ее до последнего.

–  ака€-то жалка€ тыс€ча защитников против всемогущественного исламского войска?

– –азве храбрость зависит от числа? – вскинулс€ Ѕлаж. – «а нами сто€ла вс€ наша земл€.

– Ёто земл€ турецка€. —ултан Ѕа€зид »льдерим подарил эту землю сербскому деспоту —тефану Ћазаревичу, и тот построил здесь крепость.

Ѕлаж терпеливо по€снил:

– Ётот берег ƒуна€ дал —тефану венгерский король. » с тех пор венгры об€зались помогать своим сербским брать€м. Ќаш воевода янош ’унь€ди прогнал отсюда самого султана «авоевател€, перед которым склонилс€ ÷арьград.

– Ќо вам не удалось повторить подвига ’унь€ди? – засме€лс€ »брагим.

– «ато мы не изменили своей земле, – упр€мо сказал Ѕлаж, как бы намека€ на то, что он, »брагим, несмотр€ на его нынешнее величие и власть над их жизн€ми, в конце концов, просто мелкий ренегат и более ничего.

Ћюбого это довело бы до бешенства, но »брагим оставалс€ холодным и спокойным.

– ” вас есть какие-нибудь желани€? – почти кротко спросил он. Ѕлаж не ответил. ћоргай пожал широкими плечами.  акие еще желани€ у людей, до конца выполнивших свой долг и имеющих полное право считать, что таким образом исполнили свое предназначение на земле…

» это непроизнесенное слово «земл€» превращалось в оскорбление и обвинение уже самого »брагима, он это почувствовал и пон€л и мысленно поблагодарил Ѕога (какого – разве не все равно), что зате€л эту игру с обреченными без высоких свидетелей – без султана и его визирей, а то пришлось бы ему пожалеть о своем неуместном любопытстве, но он не относилс€ к люд€м, которые сожалеют о соде€нном, и, поигрыва€ золотой саблей, лежавшей у него на колен€х, небрежно произнес:

– ѕохвал€етесь, что остались верными своей земле? “ака€ верность требует награды. —ултан поручил мне соответственно вознаградить вас. ¬ы хотели этой земли – мы вам дадим ее. ¬ас закопают в эту землю. «акопают живыми. яму себе выроете сами. ѕравда, землекопство у мусульман считаетс€ позорнейшим делом, а рытье могилы дл€ себ€ крайне позорным, но что € могу поделать? ƒа и вы не мусульмане.

– ƒа, мы христиане, – твердо произнес Ѕлаж. – » поэтому рыть дл€ себ€ могилы мы не станем, даже если бы с нас живьем сдирали кожу.

– “ака€ возможность существует, – усмехнулс€ »брагим, – но вы захотели земли…

» он, подража€ султану, едва заметным движением руки велел убрать обреченных с глаз.

» эти люди дл€ него уже не существовали. Ѕыли давно мертвы. ќн и разговаривал с ними из простого любопытства. ”знать, что говор€т мертвые. ∆ивые ему нравились больше. Ѕыли почтительнее.

Ѕлажа и ћорга€ закопали живыми в тот же день между четвертой и п€той молитвами. —видетел€ми нечеловеческой кары были все венгры – им —улейман даровал свободу после этого страшного зрелища – и плененные в Ѕелграде сербы.

»брагим наблюдал за казнью со своего черного (как и у султана) кон€ в золотой сбруе. Ћишенные одежды, св€занные крепкими веревками, брошенные на дно глубоченной €мы, выкопанной под высоким берегом, на котором сто€л истерзанный, закопченный, поверженный Ѕелград, Ѕлаж и ћоргай не просили о пощаде, ни стона, ни вскрика не прозвучало из €мы, когда с торопливых лопат дурбашей [51] посыпалась на них безжалостна€ земл€. »брагим представил себе, как земл€ засыпает живой красивый рот Ѕлажа, глубоко, с наслаждением вт€нул в себ€ ласковый дунайский воздух и с новой дл€ себ€ омерзительной радостью в душе поскакал к султанскому шатру.

—улейман уже разослал всем, кого надо было обрадовать или напугать, фетх-наме [52] о том, что Ѕелград в его руках. “еперь, сид€ в своем роскошном шатре, сочин€л стихи, полные горечи, меланхолии и тоски. Ќе спрашивал о венграх у »брагима, пили вино, султан читал газели о тщете богатства, славы, могущества.

– Ќрав€тс€ мои газели? – спросил своего любимца.

– ƒл€ вашего величества нет невозможного, – весело отвечал наглый грек. – ” вас возникло желание сочинить газели, и вы его выполнили.  то может помешать?

– ј собственное неумение?

– ј кто посмеет заметить вашу неумелость?

–  огда € сочин€ю стихи, € перестаю быть султаном —улейманом. “огда € поэт, который зоветс€ ћухибби.

– ј кто посмеет разъединить великого султана и застенчивого ћухибби?

ƒвенадцать дней оставалс€ султан в «емуне. ќттуда кораблем или по мосту часто перебиралс€ в Ѕелград, охотилс€ в окрестных лесах, смотрел, как чин€т башни и стены, созвал диван, раздавал награды и подарки.

—амым первым наградил яхь€-пашича Ѕали-бега, вызвав его из —ланкамн€. «а полное разрушение —рема (тот сжег и сровн€л с землей гарода  упиник, ћитровицу, „ервеч, »лок, срезал подчистую все живое, что поднималось над землей, создал широкий по€с опустошенной ничейной земли).  амни сремских городов везли теперь дл€ восстановлени€ разрушенного Ѕелграда.

ƒве тыс€чи плененных сербов – женщин, детей, стариков – под €нычарской охраной султан приказал гнать пешком в ÷арьград. √нали их три мес€ца. „ерез Ќиш, —офию, ѕловдив, Ёдирне, через горы, реки, болота. ѕлач и стон неслись по горам и лесам.

» скорбна€ песн€ шла за ними, песн€ о тех сербских юношах, которые пали под Ѕелградом и уже не встанут никогда:

ѕод Ѕелградом конек стоит вороной,

ј на том коне

— кровью на виске

—идит милый мой.

’очешь, мила€, знать, как идет война?

»з кон€ моего,

»з мен€ самого

 ровь течет красна.

’очешь, мила€, знать, что у нас на обед?

 онина суха€

ƒа вода из ƒуна€,

“акой наш обед.

’очешь, мила€, знать, где почию €?

¬о широком поле,

¬о темном раздолье

ћогила мо€.

’очешь, мила€, знать, кто у нас звонари?

—абли да булаты,

¬ыстрелов раскаты,

“рубы до зари [53] .

Ќесли с собой иконы и мощи св€тых. Ћюди выходили им навстречу, чтобы поклонитьс€ св€тын€м и их страданию, выносили хлеб и воду, вино и м€со. ќткуда только могло вз€тьс€ здесь после разорени€ султанскими душегубами? √онимые несли с собой мощи св€той ѕ€тницы, выпрошенные когда-то у крестоносцев из ¬изантии болгарским царем …ованом јсеном и перенесенные им в свою столицу “ырново. ѕеред турецким нападением на Ѕолгарию мощи были спр€таны в ¬ене, а потом кн€гин€ ћилица упросила своего з€т€ султана Ѕа€зида отдать их сербам. — тех пор Ѕелград был местом хранени€ “ырновской ѕ€тницы. «ѕришествием твоим сербска€ земл€ обогатитс€», – говорилось в церковной службе св€той ѕ€тницы.

≈ще несли с собой чудотворную руку царицы ‘еофано, жены Ћьва, цар€ премудрого, а также икону Ѕогородицы, писанную евангелистом Ћукой.

—улейман позволил люд€м выходить на дорогу, целовать иконы и мощи, но за плату. ƒеньги должны были идти в султанскую казну.

¬ ÷арьграде султан повелел греческому патриарху выплатить за реликвии двенадцать тыс€ч дукатов, если тот не хочет, чтобы их бросили в море.

“огда —улейман еще не был назван  ануни – —праведливым, но он старалс€ про€вл€ть свою жестокую справедливость на каждом шагу.

Ќа прощанье еще долго смотрел с высокого белградского берега на сли€ние ƒуна€ и —авы. √ул€мы [54] держали над султаном огромный (шелк и золото) султанский чадор [55] . Ќикто не смел ступать в просторный круг тени, образуемый чадором. ј сам султан как бы пр€талс€ в том кругу, не осмелива€сь ступить за его пределы. »ме€ такую империю, ограничиватьс€ клочком тени под чадором? “акова малость человека, ибо что такое человек перед миром и стихи€ми! ƒве исполинских слав€нских реки текли у него под ногами, стлались ему к ногам и не стлались, норовистые, непокорные, могучие. ќреховые воды ƒуна€, глубокие и загадочные, плыли спокойно и мощно, а —ава катила с гор водовороты глины, ила, пены, удар€лась с разгона в пречистое тело ƒуна€, мутила его глубокие воды, загр€зн€ла. ƒунай отталкивал —аву; какое-то врем€ они мчались р€дом двум€ неистовыми потоками – один темный, ореховый, чистый, другой желтоглин€ный, не вода – сплошна€ гр€зь. ƒунай не давалс€, отталкивалс€ от загр€зненной —авы, но желтые потоки растекались шире и шире, зат€гивали в свою муть новые и новые светлые слои воды – и больша€ река сдалась, дала себ€ полонить, мечась и вздрагива€, точно в конвульси€х, плыла теперь к морю такой взбаламученной, как души людей, охваченных несчасть€ми, преступлени€ми и ненасытной жаждой власти. Ќе так ли мутна и его душа? —улейман не мог найти в себе силы оторвать взгл€д от сли€ни€ рек.

¬ —тамбул возвращалс€ без войска. Ўел быстро, с короткими ночевками и передышками. —емьдес€т п€ть дней понадобилось ему, чтобы дойти от —тамбула до Ѕелграда, тридцать дней потратил на захват города и еще тридцать один день возвращалс€ назад в столицу. —транно было, как могло еще в той земле остатьс€ что-то живое!

¬ одном сербском селе —улеймана встретила весть о смерти его самого младшего сына ћурада. “олько старый ѕири ћехмед отважилс€ передать султану т€жкую весть. Ћюбой другой за такое известие мог бы поплатитьс€ головой, но кака€ рука подн€лась бы на седины старого визир€? —ултан печально ответил строками из  орана: «≈сли бы јллах желал вз€ть дл€ —еб€ ребенка, то ќн избрал бы что ≈му угодно из того, что творит. ’вала ≈му! ќн јллах, единый, мощный!»

ƒва дн€ после получени€ вести о смерти сына —улейман отдыхал. ƒважды присутствовал на конных сост€зани€х, принимал участие в охоте, рассматривал с кон€ старую сербскую церквушку.  огда любовалс€ кон€ми на сост€зани€х, вспоминал слова: «¬от представлены были ему вечером легко сто€щие, благородные». ¬ерил, что вечный Ѕог и счастье повелител€ не остав€т его, – родилс€ ведь, чтобы владычествовать, и должен исполнить свое предназначение. «» подчинили ћы ≈му ветер, который течет, по ≈го повелению, легким, куда ќн пожелает, – и шайтанов, вс€кого строител€ и водолаза и других, соединенных в цеп€х». ƒвинулс€ на —тамбул. Ќикого не хотел видеть в дороге, кроме »брагима, ѕири ћехмеда и старого  асим-паши. ¬ Ёдирне призвал к себе јхмед-пашу, которого полюбил за храбрость, про€вленную под стенами Ѕелграда. Ќе пугало его то, что в —тамбуле свирепствовала чума, за которой шла черна€ оспа, безжалостно унос€ маленьких детишек.

 огда в —тамбуле французский посол станет через великого визир€ умол€ть султана, чтобы он выпустил его из охваченной моровой €звой столицы, —улейман гневно и в то же врем€ с изумлением воскликнет: «„его он хочет и куда бежит? –азве он не знает, что чума – это божь€ стрела, котора€ никогда не бьет мимо цели? ≈сли Ѕог захочет его умертвить, никакое бегство и исчезновение не помогут. „еловек всегда стоит перед неизвестностью. „ума вошла и в мой дворец, но € же не оставл€ю его».

¬ столицу —улейман возвратилс€ без пышности, без триумфа, незаметно переправилс€ устланной коврами султанской баркой от —иливрии, сошел на берег в садах гарема, заперс€ в своих поко€х.

„ерез два дн€ умерла его маленька€ дочка, не получивша€ даже еще имени. ≈ще через восемь дней черна€ оспа забрала перворожденного султанского сына ћехмеда. “ри маленьких тельца, поставленных в табутах [56] к ногам покойного султана —елима, забрали с собой любовь —улеймана к ћахидевран. „еркешенка обезумела от гор€. —только радости доставл€ла своим ладным, округлым, холеным телом и детьми, которых рожала легко, охотно и радостно, а теперь все утратила в несколько дней, и хоть оставалс€ в живых трехлетний сын султанский ћустафа, она чувствовала: короткие годы ее возвышени€ кончились без возврата.

—улейман не хотел более видеть свою жену. √орлица подстрелена – зачем лук?

(продолжение следует)

—ери€ сообщений " Ќ»√ј 1: ¬ √ј–≈ћ≈ —”Ћ≈…ћјЌј ¬≈Ћ» ќЋ≈ѕЌќ√ќ":
„асть 1 - ќ√Ћј¬Ћ≈Ќ»≈
„асть 2 - ћќ–≈
...
„асть 8 - ћј’»ƒ≈¬–јЌ
„асть 9 - ’”––≈ћ
„асть 10 -  ќЋќЌЌј; –≈ ј
„асть 11 - ’јћјћ
„асть 12 - Ћ≈—“Ќ»÷ј; ј»—“®Ќќ 
...
„асть 29 - „ј–џ („ј—“№ 2)
„асть 30 - «ќ¬ („ј—“№ 1)
„асть 31 - «ќ¬ („ј—“№ 2)




 

ƒобавить комментарий:
“екст комментари€: смайлики

ѕроверка орфографии: (найти ошибки)

ѕрикрепить картинку:

 ѕереводить URL в ссылку
 ѕодписатьс€ на комментарии
 ѕодписать картинку