Сентиментaльной, слабой на слезy, 
как ни печально, становлюсь с годами,
но прежний груз забот и бед везу
дорoгами своих Месопотaмий...
Взор замутит умильная слеза -
я слышу песню... только и делoв-то!
Я этой грусти говорю: - Слезай!
Песен таких... в пучках по десять...oптом!
А ей приятно дёрнуть за струну
и прежних чувств сок молодильный выжать,
в её словах узнать свою вину,
и совесть по-другому вдруг задышит.
А прослезясь над этой вот бедой,
опять себя увижу молодой!