-Рубрики

 -Цитатник

Письма Афанасия Фета Льву Толстому - (0)

«В «Поликушке» все рыхло, гнило, бедно, больно» «В «Поликушке» все рыхло, гнило, бедно, больно»...

К Международному дню художника - (0)

Жуковский Станислав Юлианович. Часть- 6. Зимнее. Храм Рождества Богородицы. Звенигор...

Михаил Константинович Клодт (1832 - 1902) - (0)

Иван Николаевич Крамской. Портрет художника Михаила Константиновича Клодта Барон Михаил К...

Ханана мити - Дорога цветов - (0)

Ханана мити - Дорога цветов ...

Мадонны Рафаэля - (0)

Его Мадонны…   Меня всегда влекла к себе и грела. Мечта о музе Санти Рафаэля....

 -Кнопки рейтинга «Яндекс.блоги»

 -Всегда под рукой

 -Поиск по дневнику

Поиск сообщений в Томаовсянка

 -Подписка по e-mail

 

 -Статистика

Статистика LiveInternet.ru: показано количество хитов и посетителей
Создан: 20.04.2011
Записей:
Комментариев:
Написано: 49913

145 лет со дня рождения Марселя Пруста (1871—1922)

Вторник, 12 Июля 2016 г. 17:00 + в цитатник

145 лет назад, 10 июля 1871 года в Париже родился великий французский писатель Марсель Пруст (1871 - 1922).
Его знаменитая эпопея «В поисках утраченного времени» состоит из семи отдельных романов, работа над которыми заняла 15 лет.
«Места, которые мы знали, - писал автор, - существуют лишь на карте, нарисованной нашим воображением, куда мы помещаем их для большего удобства… определенное воспоминание есть лишь сожаление об определенном мгновении; и дома, дороги, аллеи стольже мимолетны, увы, как и годы».


«Истинное его величие в том, что он описал не утраченное, а обретенное время, собирающее воедино раздробленный мир и облекающее его новым смыслом на самой грани распада»

Альбер Камю

 в 1924 году писал: "О Прусте нельзя спорить, если не быть одержимым духом противоречия. Чистота и совершенство его искусства удивительны. Он, вероятно, будет любим в России. Русский читатель, не избалованный технически, все же чрезвычайно чувствителен к внутренней фальши. Пушкин и Толстой обострили его слух".

Георгий Адамович

"В этот зимний день в конце первого года последнего десятилетия двадцатого века я вглядываюсь в наше столетие и вижу шесть замечательных писателей, по которым, я думаю, его запомнят. Это Марсель Пруст, Франц Кафка, Роберт Музиль, Уильям Фолкнер, Андрей Платонов и Сэмюэль Беккет. Их легко различить с такого расстояния: они вершины в литературном пейзаже нашего столетия; среди Альп, Анд и Кавказских гор литературы нынешнего века они настоящие Гималаи. Более того, они не уступают ни дюйма литературным гигантам предыдущего века - века, установившего планку".

Иосиф Бродский

Марсель Пруст. 145 лет со дня рождения



В ПОИСКАХ УТРАЧЕННОГО ВРЕМЕНИ

Марсель Пруст «В поисках утраченного времени»
Вещь, соблазнившая очень и очень многих кажущейся простотой успеха. Надо только припомнить звуки и запахи детства, описать игрушки и подушки, припомнить вкус пустяков и цвет мишуры, делать это долго-долго, подробно-подробно, протяжно-протяжно, путано-путано (называется «поток сознания») - и обеспечено признание, которое настигло Пруста, правда, посмертно, но настигло же. Другое дело, что умерший в 1922 году француз, обивший кабинет звуконепроницаемой пробкой и там написавший в одном стиле и ключе не один, а целый цикл романов с этим единым названием, искал утраченное время, фиксируя его в уникальных своих мыслях и неповторимых словах. Он монотонен, однозвучен, скучен даже - но нельзя же оторваться.

Пересказ Петра Вайля

Петр Вайль | Petr Vail

Фрагменты из цикла «В поисках утраченного времени»



Роман «По направлению к Свану» вышел в ноябре 1913 года и был встречен прохладно читателями и критикой. Начавшаяся война, уход Грассе на фронт и закрытие издательства (хотя уже набирался второй том), вынудили Пруста продолжить работу. 

«Мудрость нельзя получить в готовом виде, ее открываешь сам, пройдя такой путь, который никто не может пройти за тебя, от которого никто не может тебя избавить, ибо мудрость — это свой взгляд на вещи. Жизнь людей, которыми вы восторгаетесь, позы, которые вы находите благородными, не были предначертаны отцом семейства или наставником, первые шаги этих людей имели совсем иной характер, отразив на себе влияние всего того дурного и пошлого, что их окружало. Жизнь этих людей — борьба и победа. Я понимаю, что наш портрет в том виде, какими мы были в ранний период жизни, может быть неузнаваем и, во всяком случае, представляет зрелище неприятное. Всё же от него не следует отрекаться, ибо он свидетельствует, что мы действительно жили, что мы, согласно законам жизни и духа, из тривиальных элементов жизни, жизни мастерских, артистических кружков, если дело идет о художнике, почерпнули нечто такое, что над всем этим возвышается»

«Лучшее, что хранится в тайниках нашей памяти, – вне нас; оно – в порыве ветра с дождем, в нежилом запахе комнаты или в запахе первой вспышки огня в очаге, – всюду, где мы вновь обнаруживаем ту частицу нас самих, которой наше сознание не пользовалось и оттого пренебрегало, остаток прошлого, самый лучший, тот, что обладает способностью, когда мы уже как будто бы выплакались, все-таки довести нас до слез…»

«Все мы принуждены ради того, чтобы сделать жизнь сносной, защищаться от нее каким-нибудь чудачеством»

«…Издавна сложившееся представление о человеке, закрывает нам глаза и затыкает уши»

«Счастье нам достается, когда мы к нему охладеваем. Но именно вследствие охлаждения мы становимся менее требовательными, и это оно внушает нам уже много спустя мысль о том, как мы были бы рады счастью - рады в то время, когда оно, быть может, показалось бы нам далеко не полным.»

«К дурной привычке говорить о себе и о своих недостатках надо прибавить другую, тесно с ней связанную, — отыскивать у других те же самые недостатки, которые есть у нас. Именно об этих недостатках мы говорим постоянно: это дает возможность говорить о себе, хотя и не прямо, — возможность, сочетающую в себе удовольствие самооправдания с удовольствием самообвинения. Впрочем, должно быть, наше внимание, которое всегда привлекают характерные наши черты, яснее всего различает эти же черты и у других…».

Фрагменты романа Марселя Пруста «Под сенью девушек в цвету», 1919

 За роман «Под сенью девушек в цвету» 10 декабря 1919 Прусту присудили Гонкуровскую премию, которая способствовала последующему успеху его книг. Он покончил с затворничеством, стал принимать немногих восторженных поклонников, нашел время для публикации нескольких небольших эссе, продолжая работать над разрастающимся романом. 

Третья часть, "У Германтов" , оказалась настолько длинной, что была издана двумя выпусками, первый вышел в 1920. Критики встретили роман благосклонно, однако отметили несовершенство архитектоники. Раздраженный автор дал понять, что в законченном виде пятнадцатитомный роман представит столь же выверенную конструкцию, как готический собор.

«Люди со вкусом говорят нам в настоящее время, что Ренуар — великий живописец XVIII века. Но, говоря это, они забывают о времени и о том, что даже в конце XIX века многого не хватало, чтобы признать Ренуара великим художником. Чтобы достигнуть такого признания, оригинальный живописец, оригинальный художник действуют по способу окулистов. Лечение их живописью, их прозой не всегда бывает приятно. Когда курс его закончен, врач нам говорит: «Теперь смотрите!» И вдруг мир (который создан был не однажды, а столько раз, сколько появлялось оригинальных художников) представляется нам в корне отличным от прежнего, но совершенно ясным. Проходящие по улице женщины не похожи на прежних, потому что они сошли с картин Ренуара, где мы когда-то отказывались видеть женщин. Экипажи, вода и небо тоже ренуаровские: нам очень хочется прогуляться в лесу, похожем на тот, что сначала казался нам чем угодно, только не лесом, а, например, ковром в богатых тонах, среди которых, однако, не было как раз тонов, свойственных лесам. Такова новая и обреченная гибели вселенная, которая только что была создана. Она просуществует до ближайшей геологической катастрофы, которую вызовут новый оригинальный художник или новый оригинальный писатель...»

Марсель Пруст «У Германтов», 1920-22, фрагмент романа

В 1921 второй том "У Германтов" появился одновременно с книгой, где Пруст предпринял необычайно смелую попытку фронтальной атаки на общественные предрассудки – два тома под названием "Содом и Гоморра", опубликованные в 1921 и 1922, составляют четвертую и пятую части романа.

«…Никогда не следует питать неприязнь к людям, никогда не следует их осуждать, руководясь воспоминанием о какой-нибудь злобной их выходке, ибо нам неизвестно все то добро, какое душа их могла искренно пожелать и осуществить в другие минуты; конечно, дурной поступок, который мы однажды наблюдали, повторится в той или иной форме, но душа человеческая гораздо богаче, она способна на множество других проявлений, которые тоже будут повторяться у этих людей и которым мы отказываем в привлекательности только по той причине, что люди эти однажды поступили дурно»

Фрагмент романа Марселя Пруста «Пленница», 1925

«На самом деле каждый читает в самом себе. Книга писателя — это только своего рода оптический инструмент, предоставленный им чтецу, чтобы он распознал то, что без этой книги, быть может, не увидал бы в своей душе»

«Только счастье целительно телу; но именно горе воспитует силы духа. Впрочем, даже если бы оно и не открывало нам с каждым разом законы, то оно все равно необходимо - чтобы вернуть нас к истине, заставить отнестись к миру всерьез, вырвать сорняки привычки, скептицизма, легкомыслия, безразличия. Правда, истина несовместима со здоровьем и счастьем, и не всегда совместима с жизнью. В конечном счете, горе убивает. С каждой новой сильной болью мы чувствуем, как кровоточит еще одна вена, извивая смертельные изгибы вдоль виска, под глазами. Так мало-помалу складывались эти жуткие опустошенные лица старого Рембрандта, старого Бетховена, над которыми смеялся мир. И это было бы только глазными мешками, морщинами лба, если бы не страдание сердца. Но поскольку силы претворяются в другие силы, поскольку длящееся горение становится светом, a электричество молнии оставляет снимки, поскольку тупая сердечная мука может возвышаться, как стяг, над видимым постоянством образа каждого нового горя, примем физическую боль, которую она приносит, ради духовного знания, которое она открывает…»

 

«Даже в те минуты, когда мы беспристрастно наблюдаем природу, общество, любовь, само искусство, поскольку всякое впечатление двойственно и наполовину погружено в предмет, а наполовину продлено в нас, мы демонстративно пренебрегаем этой второй половиной, а как раз ее-то нам следовало бы осознать, и принимаем во внимание лишь ту, которая в принципе не может быть понята и прочувствована, поскольку находится вне нас, а значит, не утомит и не обеспокоит: слишком неглубока бороздка, которую прорезали в нашем сознании куст боярышника или церковь, мы даже не заметим ее, не стоит труда и разглядывать. Но мы вновь исполняем симфонию, вновь оборачиваемся взглянуть на церковь, пока – в этом бегстве подальше от нашей собственной жизни, которой мы не смеем взглянуть в лицо, и зовется это бегство эрудицией – не начинаем разбираться в музыке или археологии не хуже любого профессионала.
Сколько же людей держится за все это и ничего ровным счетом не извлекает из собственных впечатлений, старея, ненужные и неудовлетворенные, как холостяки от искусства!..»

Фрагменты романа Марселя Пруста «Обретённое время», 1927

Андрей Кончаловский



Рубрики:  Писатели и книги
Метки:  

Процитировано 4 раз
Понравилось: 11 пользователям



_Lana_Svet   обратиться по имени Вторник, 12 Июля 2016 г. 17:54 (ссылка)
Томочка, доброго вечера. Цитирую с благодарностью.
Ответить С цитатой В цитатник
Sergey_Tashebsky   обратиться по имени Вторник, 12 Июля 2016 г. 19:48 (ссылка)
Томаовсянка, благодарю от души!
Ответить С цитатой В цитатник
Светлана_Крымская   обратиться по имени Среда, 13 Июля 2016 г. 11:20 (ссылка)
Спасибо, Томочка. Не так много читала Пруста, но всё помню, что прочла. Жаль, что больше уже явно не прочитаю...

(Добавил ссылку к себе в дневник)

Ответить С цитатой В цитатник
Перейти к дневнику

Среда, 13 Июля 2016 г. 18:56ссылка
Я теперь, Светочка, всё в отрывках предпочитаю читать, так как большие книги с монитора читать трудно, а с листа глаза не видят. Раньше я Пруста не читала. С удовольствием слушаю лекции о Прусте любимого Мамардашвили.
Перейти к дневнику

Среда, 13 Июля 2016 г. 21:44ссылка
Я тоже читаю уже немногое. правда, нынче книги хороших издательств все напечатаны отличным шрифтом. Я даже кое-что могу читать без очков. Но дорогие, заразы! И читаю я уже не "художественную литературу" на ней как бы поставила точку... У замечательного поэта армянского Паруйра Севака я когда-то прочла с улыбкой такие строки в стихотворении: " Стареем, Паруйр Севак, стареем дорогой! мало читаем - много думаем..." Меня на него Стасик Рассадин вывел когда-то.
Перейти к дневнику

Четверг, 14 Июля 2016 г. 20:10ссылка
Не успел он состариться, всего 47 лет прожил. Спасибо, Светочка, что меня вывела на Севака!
Откровения_Красоты   обратиться по имени Суббота, 16 Июля 2016 г. 18:54 (ссылка)
Рассуждения Мамардашвили потрясающие! Пруста надо читать, когда много времени, когда никуда не спешишь...Был у меня такой период в жизни, читала Пруста с упоением, наслаждаясь каждой строчкой. Спасибо, Тамарочка!
Ответить С цитатой В цитатник
Перейти к дневнику

Четверг, 21 Июля 2016 г. 19:00ссылка
Я давно уважаю Мамардашвили! Раньше читала его, теперь слушаю
Svetlana-k   обратиться по имени Четверг, 21 Июля 2016 г. 21:25 (ссылка)
К стыду и к сожалению - не читала.
В плане - ИСПРАВИТЬСЯ!
За пост, Тамарочка, спасибо!
Ответить С цитатой В цитатник
Перейти к дневнику

Суббота, 23 Июля 2016 г. 18:50ссылка
Спасибо, Светочка!В мои времена Пруста не читали. У тебя есть ещё возможность почитать, было бы желание
Комментировать К дневнику Страницы: [1] [Новые]
 

Добавить комментарий:
Текст комментария: смайлики

Проверка орфографии: (найти ошибки)

Прикрепить картинку:

 Переводить URL в ссылку
 Подписаться на комментарии
 Подписать картинку