-Рубрики

 -Цитатник

Леонид Филатов. О, не лети так, жизнь - (0)

Десять лет назад ушёл из жизни Леонид Алексеевич Филатов. Он многое успел в своей не очень д...

Памяти Дмитрия Хворостовского - (0)

♥ღ♥Умер Дмитрий Хворостовский♥ღ♥   22 ноябр...

Василий Васильевич Верещагин (1842-1904) - (0)

Сказка о художнике, который объехал весь мир СКАЗКИ О ХУДОЖНИКАХ http://upyourpic.org/images/...

Эдвард Мунк - (0)

ЭДВАРД МУНК: СРЕДИ СЕРЫХ КАМНЕЙ МУНК ЭДВАРД МУНК: http://x-lines.ru/icp/jkW05/11593C/0/60/Rsre...

Граф Юлий Помпеевич Литта (1763 - 1839). - (0)

«В тридцатых годах на улицах Петербурга можно было встретить колоссальную фигуру величествен...

 -Кнопки рейтинга «Яндекс.блоги»

 -Всегда под рукой

 -Поиск по дневнику

Поиск сообщений в Томаовсянка

 -Подписка по e-mail

 

 -Статистика

Статистика LiveInternet.ru: показано количество хитов и посетителей
Создан: 20.04.2011
Записей:
Комментариев:
Написано: 49729

Крестный путь поручика Евгения Оболенского и его жены Варвары

Суббота, 20 Апреля 2013 г. 11:10 + в цитатник

     Ему на роду было написано быть князем, а ей — дворовой девкой. Он потерял право на титул, зато она стала матерью князей и княгинь. Дочь крепостного крестьянина Семена Баранова, вольноотпущенная Варвара была нехороша собой. Оттого, может, и засиделась в девках — неженатые ялуторовские парни не больно-то заглядывались на нее, не прельщаясь ни голубыми глазками, ни спокойным, кротким нравом. Быть может, так и затерялась бы Варя крохотной песчинкой в океане истории, если бы не Его Величество Случай — одному лишь ему под силу сотворить величайшую картину, собирая воедино подчас несоединимое.

С чего все началось? С того ли, что в 1843 году в глухой, затерянный в сибирских лесах городок Ялуторовск приехал опальный князь — декабрист Евгений Петрович Оболенский, горячо любимый и горько оплакиваемый безутешными родственниками? 

Таким князь Оболенский прибыл в ссылку

  Хотя нет. Иван Иванович Пущин, друг Оболенского, любимец женщин, душа общества — вот кто всему виной! На поселении в Туринске он близко сошелся с местной жительницей по имени Аннушка. Результатом этих отношений стало рождение девочки, названной в честь матери... Уезжая в Ялуторовск, Пущин, вызывая удивление друзей и пересуды туринских обывателей, взял девочку с собой. Разумеется, ребенку нужна была няня. Выбор пал на незамужнюю девицу Варвару Самсоновну Баранову. 
  Конечно, можно было бы заглянуть еще дальше — в год 1825-й, когда 14 декабря на Сенатскую площадь в Петербурге вышли мятежники. Позже, с чьей-то легкой руки, их назовут декабристами — так они и войдут в историю России. Но у нас еще будет повод вспомнить об этом. 
  Сдружившиеся за время каторги Пущин и Оболенский жили под одной крышей — что в Туринске, что в Ялуторовске. Скромный, очень религиозный Евгений Петрович, в отличие от своего друга, жизнь вел по большей части замкнутую и уединенную. Он не был женат и, хотя и был единственным поверенным всех сердечных дел Пущина, тайны, доверенные ему, хранил свято, но сам ни в каких любовных интригах замечен не был. 


Доска мемориальная «Е.П.Оболенский»Memorial board «Eugene P. Obolensky»  Мемориальная доска в честь князя в Санкт-Петербурге 

  Удивительный человек, Евгений Петрович Оболенский! Он был старшим ребенком в большой семье, наследником благородной фамилии, любимым сыном и братом. Отец возлагал на него немало надежд, а сестры любили нежно и благоговейно. Он был религиозен, добр до кротости, чист душой... Как человек, подобный князю Оболенскому, смог стать заговорщиком и цареубийцей?! Однако смог. 

 В ряды тайного общества — «Союза благоденствия» — Евгений вступил девятнадцатилетним юношей еще в 1817 году. Это не было проявлением его революционной мятежной натуры — скорее всего, дань моде, мальчишеское легкомыслие. Тем более что тогда, в 1817-м, никто всерьез и не помышлял об антиправительственных выступлениях и государственном перевороте. Русская армия с триумфом прошла по Европе, глотнула воздуха, зараженного вирусом свободомыслия и бациллами демократии. Разве можно было русского человека, столь склонного к подражательству, иногда бездумному и воспитанному на благоговении перед европейскими идеями, пускать во Францию, свергнувшую своих королей и разрушившую Бастилию — символ французской монархии? Чего ж было удивляться тому, что в России одна за другой, словно почки на деревьях весной, стали появляться тайные общества? Русскому дворянству привили, будто яблоне-дичку, веточку с плодоносящего древа, имя которому — Революция. Конечно, пройдет еще немало лет, пока она приживется в суровом российском климате, окрепнет и даст налитые соком плоды...



Подмосковье – сельская родина князей Оболенских

  А выступление мятежников на Сенатской площади — это лишь первый, незрелый плод, достойный лишь того, чтобы, надкусив и поморщившись от обжигающей горечи, отбросить его в сторону. 
  В 1824 году Евгения Оболенского, до этого не принимавшего никакого деятельного участия во «взрослых играх» заговорщиков, неожиданно избирают членом Думы — руководящего органа «Союза благоденствия» и знакомят с его целями — введением республики и убийством императора. И Евгений Петрович, этот тихий, богобоязненный человек, соглашается! И не только соглашается, но еще и становится своеобразным «начальником штаба» у заговорщиков: он не только участвовал в совещаниях, проходивших у Кондрата Рылеева, но «в последние дни перед возмущением соединял у себя на квартире всех военных людей и возбуждал к начатию действий, предложенных обществом». 
  Откуда такие перемены? Много лет, точнее десятилетий, спустя Оболенский писал в своих воспоминаниях: «Что оставалось делать людям, более или менее сознавшим зло, которое проявлялось вокруг них и в них самих и которое росло беспрепятственно с каждым днем? Они должны были теснее соединиться между собою и в сомкнутом своем кругу, развивая по возможности семена добра, стать, наконец, оплотом в защиту истины и правды». 
  Так думал он на склоне лет. Пожилым людям вообще свойственно идеализировать или, если хотите, романтизировать свою молодость. Но какими бы возвышенными ни были цели у сообщества людей, каждого отдельно взятого человека приводят в этот круг избранных свои цели, своя боль. Оболенского в «сомкнутый круг» привели муки совести... 
  Дело в том, что незадолго до событий 1825 года Евгений Петрович убил на дуэли своего однополчанина. Интересен тот факт, что Оболенский не должен был стреляться, дуэлянтом был его двоюродный брат Сергей Кашкин. Евгений Петрович заменил его, чтобы спасти ему жизнь — по существовавшим тогда правилам такое было возможно. Брата он спас, но при этом стал убийцей... «Евгений очень изменился, — писала в воспоминаниях его сестра Варвара Петровна Оболенская, — духом он был неспокоен, угрызения совести терзали его... Он говорил нам, что жаждет крестов, чтобы омыть себя от греха человекоубийцы».


  Он «жаждал крестов»! Ему нужна была Голгофа, терновый венец и кровавые слезы... И возможность пострадать за благое дело, стать мучеником во имя великой идеи добра и справедливости, даже если ради этого прольется кровь других невинных — приговоренный император не входил в их число, ибо, безусловно, был виновен. «К началу 1825 года, — писал Оболенский в своих мемуарах, — возникло во мне сомнение... Я спрашивал себя: имеем ли мы право, как частные люди, составляющие едва заметную единицу в огромном большинстве населения нашего отечества, предпринимать государственный переворот и свой образ воззрения на государственное устройство возлагать почти насильно на тех, которые, может быть, довольствуясь настоящим, не ищут лучшего?». 
  Значит, сомнения все же были? Но поддаться им — означало лишить себя образа мученика и тех «кандалов», которые, в первую очередь, были необходимы самому экзальтированному Оболенскому. Получается, что так... 
  Но вот что удивительно: искупить один грех он хотел, совершив при этом другой... Зачем? Чтобы иметь затем возможность вновь раскаяться и если не заслужить прощения, то искупить вину смиренным принятием наказания? 
  21 января 1826 года, спустя месяц после событий на Сенатской площади, князь Оболенский писал покаянное письмо государю, которого он еще так недавно помышлял убить: «Как всевышний судия земной, накажи меня за поступки мои... Изреки прощение в душе заблудшему сыну Твоему... Я с твердым упованием на благость твою повергаю Тебе жребий чад Твоих, которые могли заслужить Твой гнев...». К этому письму прилагался длинный список членов тайного общества. Раскаялся в одном грехе и тут же совершил другой... 
  ...Человеком «с отличнейшими свойствами души и прекрасными правилами» называл его Рылеев. Ну что ж! Зато было за что страдать и что искупать. Евгений Петрович всю жизнь свою превратил в искупление... 
  Но вернемся к Варваре Самсоновне Барановой. Некрасивая девушка в няньках хотя и у опальных, но все же благородных господ не помышляла о том, чтобы выйти замуж за одного из них. И тем более не испытывала ровным счетом никаких чувств к 47-летнему Оболенскому, делившему кров и стол с Пущиным. Тем более что его никак нельзя было назвать ни красавцем, ни просто душкой — Оболенский не обладал интересной внешностью и, судя по всему, совсем не умел обольщать женщин. Внезапное сватовство бывшего князя повергло ее в изумление не меньше, чем друзей Евгения Петровича, — даже эта необразованная деревенская девушка понимала абсурдность такого брака. И, чтобы избежать его, Варенька обратилась к жене Матвея Муравьева-Апостола Марии Константиновне с просьбой вразумить Оболенского: «Если он собирается сделать доброе дело, то лучше бы помог с деньгами, тогда, может быть, ей удалось бы выйти замуж по мыслям, за ровню». 
  Варенька не понимала, что грехи можно только искупить, откупиться от них невозможно. Варвара Баранова была не первой женщиной на крестном пути декабриста. Еще в Восточной Сибири он пытался принести себя в жертву и жениться на старой, рябой горничной княгини Екатерины Ивановны Трубецкой. Тогда друзьям удалось отговорить его. Следующую попытку он предпринял спустя несколько лет, оказавшись на поселении в Туринске, однако по странному стечению обстоятельств его невеста умерла. Всевышний, на милость которого уповал Евгений Петрович, уже не надеясь на милость царя земного, отказывал в искуплении грехов. А годы уходили... Варя Баранова была последней надеждой Оболенского.

Ялуторовский Сретенский Собор. Графика. Конец 20 века

Там венчались декабрист Евгений Оболенский и вольноотпущенная крестьянка из села Памятного Варвара Баранова. Этот обряд совершил протоиерей Стефан Знаменский, известный в Западной Сибири пастырь, он был настоятелем собора с 1839 по 1853 годы.

  Почему же так упорно он искал себе пару среди простолюдинок? Почему не пытался найти ровню? Ответ лежит на поверхности: женитьба на ровне не была бы жертвой. Он сделал бы это ради собственного блага, а нужно было — ради блага другого человека. 
  Пущина, как и других декабристов, очевидная нелепость этого поступка привела в неистовство. Он, как никто другой, был против женитьбы на сибирячках-простолюдинках, что, впрочем, не мешало ему заводить с ними любовные интрижки и даже иметь от них детей. Он смирился с женитьбой «друга Кюхли» — лицейского товарища Вильгельма Кюхельбекера — на «толстой и сварливой бабе» Дросиде Ивановне и даже принимал их у себя, когда Кюхельбекер заехал в Ялуторовск по пути в Тобольск, но Вильгельм не жил с ним под одной крышей и его жена не была няней его дочери! Кстати, именно Дросида Ивановна после смерти мужа стала матерью сына Пущина Ивана. Но это так, к слову о мужской непоследовательности... 
   А что касается Оболенского, то Пущин вспылил настолько, что Евгений Петрович вынужден был сменить квартиру, а Варвара потеряла работу. 
  Негодование ялуторовского «высшего света» было единодушным. Не только Пущин, но и все остальные декабристы отвернулись от Оболенского, не признавая этот мезальянс. Евгения Петровича всеобщее негодование не смутило. Напротив, меньшее, наверное, удовлетворение от этого брака он имел бы, если бы друзья поддержали его. Ему, напомним, нужен был венец мученика, и он его получил. 
  Воспитанница Матвея Муравьева-Апостола Августа Созонович писала в своих воспоминаниях: «Она (женитьба) печалила товарищей не из спеси. Они жалели (!) Евгения Петровича, понимая, что у него не могло быть ничего общего с няней Варей... Товарищи находили, что, во всяком случае, было бы человечнее (запомним это слово!) наделить ее деньгами, а для себя Оболенский мог бы придумать другого рода вериги, тяжесть которых ложилась бы только на него одного». 
  Но дело в том, что Евгений Петрович вполне искренне полагал, что действительно делает благое дело, надеясь из простолюдинки, вчерашней крепостной девки, создать если не княгиню, то, во всяком случае, особу, равную себе и своему окружению. Должно быть, он видел в ней этакую сибирскую Галатею, воображая себя современным Пигмалионом. Неужели он в самом деле считал, что, научив ее правилам хорошего тона, дав ей минимальное образование, он сможет ввести ее в свой круг, сделает счастливым и полноправным членом дворянского общества? 
  Да, спустя год после скандального венчания, на котором, впрочем, присутствовали и Пущин, и Муравьев-Апостол с женой, Варенька — теперь уже Оболенская — научилась читать и держалась, по словам декабриста Степана Семенова, «уже настолько прилично, что отвернувшиеся было от Оболенского декабристы стали принимать ее у себя и сами бывали у молодых». Но вряд ли Варвара Семеновна чувствовала себя полностью счастливой. Да, она могла не бояться за свое будущее и будущее своих детей — у Оболенских родилось девять детей, до совершеннолетия дожили только трое — не так-то просто было выпросить у Бога прощения! — но Варенька, от природы неглупая, не могла не чувствовать разницы в их положении. Новый образ жизни был ей в тягость — правила, которых Оболенский и члены его круга придерживались с рождения и не могли себе даже представить, что можно вести себя по-другому, ей были чужды. Она заставляла себя следовать им, потому что этого хотел ее муж. Потому что он считал, что так лучше для нее, и его мало интересовало при этом, считает ли так же сама Варвара Самсоновна. «Вот уже шесть с лишком месяцев они женаты, — писал Пущин бывшему директору лицея Егору Энгельгардту, — а я все еще никак не умею с настоящей точки на это смотреть. Невольным образом, глядя на них, вспоминаю курицу, которая высидела утенка и бегает по берегу, когда тот плавает. Кажется, вообще мало может быть симпатии: и лета, и понятия, и привычки, и связи — все разное. Он говорит, что ему хорошо, а я как-то не верю». 
  В то, что ему было хорошо, поверить можно. Что изменилось в его жизни? Лишь то, что наконец-то у него появилась цель — воспитать жену и детей. Воспитать так, как он это понимал. Ежедневным упорным трудом. Вопреки скептически настроенному общественному мнению. Вопреки внутреннему сопротивлению Варвары — а его не могло не быть. Как должна была чувствовать себя вчерашняя Золушка, внезапно ставшая принцессой? Это только в сказке, надев нарядное платье и хрустальные туфельки, замарашка мгновенно становится другим человеком. Варенька проживала не свою — чужую, придуманную для нее мужем жизнь. Это все равно, как если бы человека, привыкшего носить просторную обувь и широкую, легкую одежду, обули в узкие туфли и заставили надеть тяжелое, увешанное хотя и драгоценными, но все же камнями платье... 
  В 1856 году супруги Оболенские получили разрешение покинуть Сибирь и вернуться в Россию. Более того, Александр II, вступив на престол, амнистировал не только родителей, но и детей, не имевших, согласно воле его отца Николая I, никаких гражданских и имущественных прав. Коснулась амнистия и сыновей Оболенских: им было присуждено княжеское звание, которого, кстати, не получили ни Евгений Петрович, ни его жена. Даже подорожная из Ялуторовска до Санкт-Петербурга была выписана на малолетних князей Оболенских. Пущин пошутил по этому поводу: «Оболенский хоть сам и не князь, но князей на свет производит». 

Князь Оболенский после ссылки 
 

  Знатная родня встретила невестку настороженно. Еще бы! Такой конфуз! Братец Евгений Петрович свел раньше времени родителей в могилу, примкнув к заговорщикам, а теперь вновь шокировал светское общество, привезя с собой из ссылки жену-простолюдинку. 
  Впрочем, надо отдать должное Оболенскому: за десять лет брака он хорошо сумел воспитать свою супругу. Она держалась с таким достоинством, что, несмотря на предубеждение титулованной родни мужа, сумела снискать уважение к себе. «Они обворожены ее умом и наружностью... Как Евгений Петрович должен быть счастлив!» — восторженно писала Пущину Августа Созонович. 
  Ум и наружность... Наверное, этого все-таки было мало, чтобы стать своей в кругу дворянской знати. Она все равно оставалась чужой для них. Как и для своих собственных детей, имевших княжеское достоинство и соответствующее — в отличие от нее — воспитание. «У последней (у Варвары Самсоновны), — писала позже в своих воспоминаниях та же Августа Созонович, — не оказалось ничего общего с ее собственными детьми и сестрой Евгения Петровича, до самой своей смерти дружелюбно к ней относившейся». 
  Нет, не Пигмалион — Галатея принесла себя в жертву своему мужу, так и не сумевшему понять, что нельзя замолить один грех, совершая другой, как нельзя осчастливить насильно — ни общество, ни отдельно взятого человека. 
26 февраля 1865 года Евгений Петрович Оболенский умер. Варвара Самсоновна прожила без малого еще тридцать лет, похоронив всех своих детей, и умерла в 1894 году…

http://telegrafua.com/social/

Рубрики:  Замечательные люди
Метки:  
Понравилось: 4 пользователям



Таиса41   обратиться по имени Воскресенье, 21 Апреля 2013 г. 10:42 (ссылка)
Спасибо, интересно. Какая судьба удивительная, всю жизнь искупал свои грехи...
Ответить С цитатой В цитатник
Перейти к дневнику

Спасибо, Таиса!

Воскресенье, 21 Апреля 2013 г. 17:14ссылка
И как всегда в ответе остаётся женщина. Какая трагическая судьба, пережить десятерых детей
Перейти к дневнику

Понедельник, 22 Апреля 2013 г. 16:34ссылка
Это да! Варвара Самсоновна - достойная женщина с еще более удивительной судьбой.
Svetlana-k   обратиться по имени Вторник, 23 Апреля 2013 г. 13:03 (ссылка)
Тамара!
Прочитала эту историю с огромным интересом. Вспомнила мамины слова:" Из крестьянки можно сделать дворянку, а из дворянки крестьянку - никогда" Получается, что внешне - да, внутреннее устройство и у крестьянки не переделаешь....
Спасибо за пост!
Ответить С цитатой В цитатник
 

Добавить комментарий:
Текст комментария: смайлики

Проверка орфографии: (найти ошибки)

Прикрепить картинку:

 Переводить URL в ссылку
 Подписаться на комментарии
 Подписать картинку