-Рубрики

 -Музыка

 -Подписка по e-mail

 

 -Поиск по дневнику

Поиск сообщений в Шели

 -Сообщества

Читатель сообществ (Всего в списке: 1) Бортжурнал_ЛИ-001

 -Статистика

Статистика LiveInternet.ru: показано количество хитов и посетителей
Создан: 22.01.2003
Записей:
Комментариев:
Написано: 18138

Tango ElAl


Happiness often sneaks in through a door you didn't know you left open. John Barrymore

Фотография из газеты

Четверг, 03 Августа 2006 г. 21:30 + в цитатник
...
 (699x528, 388Kb)

Без заголовка

Четверг, 03 Августа 2006 г. 18:18 + в цитатник
Чуть-чуть отвлекусь от темы войны.

Сегодня в одной из газет увидела каррикатуру:

Раввин в черном одеянии пастора, с пейсами до пояса и с Торой в руке говорит медсестре: «Я готов сделать обрезание», на что медсестра хватает трубку и говорит: «Доктор, тут Мел Гибсон пришел».

И знаете, обычно гонимого прессой человека жалеешь. А тут – ну ни капельки. Очерствела:)

Конфликт на Ближнем Востоке шире, чем проблема Израиля и "Хизбаллах"

Четверг, 03 Августа 2006 г. 18:11 + в цитатник
Washington Post:
В Ливане Израиль придерживается беспрецедентных принципов ведения войны

Конфликт на Ближнем Востоке шире, чем проблема Израиля и "Хизбаллах", и распространяется дальше, чем на сирийских и иранских спонсоров этого движения. На кону - собственно правила войны, которые лежат в основе всего мирового порядка, пишет на страницах газеты The Washington Post (текст на сайте Inopressa.ru) израильский генерал-лейтенант в отставке, бывший начальник штаба Армии обороны Израиля Моше Яалон.

К несчастью, судя по тому, как большая часть мира отреагировала на военную операцию Израиля против движения "Хизбаллах", эти правила совершенно забыты, продолжает военный эксперт.

Правила войны сводятся к одному центральному принципу - необходимости отличать мирных жителей от солдат. Те, кто осуждает Израиль за случившееся в Кане, вместо того чтобы справедливо винить в этой страшной трагедии "Хизбаллах" и спонсирующие ее государства, воздают таким образом награду тем, для кого этот моральный принцип не имеет смысла, и осуждают государство, в котором всегда руководствовались этим принципом, принимая политические и военные решения.

Оказавшись перед лицом противника, который открыто призывает к уничтожению Израиля, и будучи измученным беспрерывными войнами и терроризмом, Израиль рисковал жизнью своих граждан и солдат, дабы соблюсти этот принцип в ситуации, беспрецедентной в истории народов.

Вот один из бесчисленных примеров: в 2003 году на пике террористической войны Палестины против Израиля наши разведывательные службы обнаружили место встречи высшего руководства "Хамаса", организации, поклявшейся уничтожить еврейское государство и ответственной за самые смертоносные теракты против Израиля. Мы знали, что бомбы в 1 тонну достаточно, чтобы уничтожить это трехэтажное здание и убить лидеров "Хамаса". Однако мы знали также, что это создаст угрозу 40 семьям мирных жителей, живущих поблизости. Мы решили использовать бомбу меньшего размера, которая разрушила бы только верхний этаж здания. Оказалось, что руководство "Хамаса" находилось на нижнем этаже. Они выжили, чтобы продолжать террор.

Представьте на мгновение, что США имели бы подтвержденную информацию о месте встречи верхушки "Аль-Каиды". Кто поверит, что предметом обсуждения стали бы размеры бомбы или, тем более, что глава государства отдал бы распоряжение о недостаточно сильном ударе для осуществления задачи?

Так что, если вопрос о том, должен ли был Израиль так далеко заходить в своем стремлении избежать гражданских жертв, правомерен, то утверждение, что Израиль использует военную силу непропорционально, абсурдно. Еще более нелепо звучали на прошлой неделе постыдные заявления, что Израиль якобы намеренно нанес удар по представительству ООН - такое заявление достойно глупца или негодяя, но не генерального секретаря ООН. Вместо того чтобы бороться с теми, кто убивает мирных граждан и использует их в качестве живых щитов, Кофи Аннан придал им сил.

Любому объективному наблюдателю очевидно, что "Хизбаллах" использует граждан Ливана в качестве живых щитов. Экстремистская организация располагает свои штаб-квартиры в густонаселенных районах, заселяет своих боевиков в города и деревни и намеренно размещает свои ракеты в частных домах, специально достраивая к существующим зданиям пристройки для размещения пусковых установок.

Причина, по которой такие группировки, как "Хизбаллах", используют живые щиты, элементарна. Они пытаются эксплуатировать уважение к жизни невинных, характерное для всякого цивилизованного общества, чтобы поставить это общество в проигрышное положение. Если оно не отреагирует на теракты, то поставит под угрозу собственных граждан. Если отреагирует - то существует риск убить невинных, что вызывает недовольство мирового сообщества и навлекает на это государство дипломатическое давление.

В надежде сохранить свои высокие моральные стандарты перед лицом столь циничного противника, Израиль сделал все, чтобы уберечь мирных граждан. Мы разбрасывали листовки, отправляли телефонные сообщения и передавали объявления по радио, чтобы мирные жители могли покинуть территорию. Делая это, мы подвергали опасности собственных граждан, так как, снимая элемент неожиданности, мы неизбежно предоставляем противнику шанс скрыться с ракетами.

http://www.newsru.com/world/03aug2006/wasp.html

Заголовки дня от Newsru

Четверг, 03 Августа 2006 г. 17:30 + в цитатник
Генсек арабской лиги: цель Израиля – полное уничтожение государства Ливан

Ахмадинеджад: уничтожение Израиля решит все проблемы мира

Тони Блэр: странно, что никто не протестует против призывов уничтожить Израиль

И правда странно...

"Если кто-нибудь заявит, что единственным решением проблемы станет уничтожение Сирии или Ирана, начнется буря протестов и возмущений. Однако когда речь заходит об Израиле, подобные безответственные заявления проходят гладко и без особых возражений", – заявил британский лидер.

http://www.newsru.co.il/world/03aug2006/bleir.html


То же мнение - на русском и в полном варианте

Среда, 02 Августа 2006 г. 20:15 + в цитатник
Камиль Демулен и шейх Насралла

[1 АВГУСТА 2006, 00:05] ЮЛИЯ ЛАТЫНИНА

В ливанской деревне Кана в результате израильской бомбардировки под руинами дома погибли 60 мирных жителей, из них большая часть – дети. Понять, что именно произошло, довольно трудно: версии израильтян и «Хезболлы» расходятся, как и подобает двум воюющим сторонам, когда каждая привирает по долгу службы.
Ясно лишь, что в деревне, где безраздельно правила «Хезболла», в жилых домах хранились боеприпасы, что жители проигнорировали предупреждение израильтян о том, что деревню будут бомбить и что все, кто не уйдет, будут приравнены к террористам. Проигнорировали даже не потому, что деться им некуда и все они – заложники «Хезболлы», а потому, что они и есть «Хезболла». Они, или их отцы, или их дядья.

Израиль говорит, что борется не с Ливаном, а с террористами.
Россия говорит, что борется не с чеченцами, а с террористами.
Я бы хотела понять новое значение, которое в этом – новом —мире имеет слово «терроризм».

Слово «террор» для обозначения политического явления появилось впервые в 1792-м году и значило совсем другое, нежели сейчас: употреблялось оно в положительном смысле, как самоназвание – священный террор революции против ее врагов. Марат требовал «260 тысяч голов», и комиссар Жюльен де Пари доносил из Жиронды, что «свобода должна иметь ложе из трупов».
Гильотина работала бесперебойно, и никакой шариатский суд талибов не дотягивал тогда до революционного трибунала под председательством г-на Фукье-Тенвиля. Милейший Фукье-Тенвиль имел привычку с утра сообщать парижскому палачу, сколько телег следует нанять для казни тех, чье дело будет заслушано только днем. Проблема состояла в том, что две имевшиеся в распоряжении палача повозки вмещали всего восемь человек, а казнили нередко 50-60. Так Фукье-Тенвиль и объяснил на собственном процессе, когда его спросили, откуда суду было заранее известно число казненных. «Телег не хватало», — сказал он.

Снова слово «террорист» всплыло уже во второй половине 19-го века. На этот раз террористы представляли не победившую революцию, а революцию, которая только намеревалась победить, но самоназвание по-прежнему было почетным: Савинков с гордостью именовал себя «террористом». Понять, что хотели тогдашние террористы, было трудно им самим, а публике зачастую и вообще невозможно. Порою кажется, что Санто Казерио, убийца президента Карно, или Гаврила Принцип, застреливший эрцгерцога Фердинанда, в иную эпоху были б просто безобидными городскими сумасшедшими.

Тем не менее, не только они гордо называли себя «террористами», но и публика ими как террористами восхищалась. Происходило это от одной важной подробности: тогдашний террорист, будь он русский эсер или французский анархист, имел привычку стрелять в царей, губернаторов и президентов, то есть в тех, кто принимал решения. Привычек оставлять бомбы на переполненных вокзалах он не имел. Обыватель не был намеренной жертвой террориста, хотя нередко и погибал заодно.

Испортилось слово «террор» после Октябрьской революции, когда Ленин, во исполнение собственных же писаний, заменил «индивидуальный террор эсэров» террором массовым. Воспевать Лубянку и Вышинского ни у кого не было сил.

«Красные бригады» в Италии 70-х сами себя «террористами» уже не называли. Зато и в выборе целей не стеснялись и, взрывая самолет над Атлантикой, спокойно объясняли, что все, дескать, кто летел в самолете, были виноваты: откуда у честного человека деньги на авиабилет? Мир такой логики не понял: он был готов сочувствовать даже убийцам Александра II, одиночкам, бросившим вызов власти, но вот одиночкам, присвоившим себе право убивать кого угодно, сочувствовать было трудно.

Впрочем, у Марата, российских эсеров и «красных бригад» оставалась одна общая черта: все эти террористы были индивидуумами. Они сами, по собственному решению, выбирали себе судьбу.
Если вы внимательно посмотрите на тех, кого мы называем «террористами» сейчас, то вы увидите, что они просто не имеют к ним отношения – к тем, кто самостоятельно выбирал.

Впервые новый тип терроризма продемонстрировала Организация освобождения Палестины. Отличие ООП от «красных бригад» было не в том, что у нее была куча денег (советских), десятки тысяч боевиков и даже установки залпового огня «Град», с которых она обстреливала в 1982 году север Израиля с территории Ливана.

Отличие ООП было в том, что девяносто процентов ее боевиков не были люди, самостоятельно принявшие решение стать террористами: у них просто не было иного пути. Люди эти выросли в лагерях беженцев – по сути дела, специально сконструированных рассадниках терроризма. В лагерях, где Арафат и его подручные строго следили, чтобы у взрослого мужчины не было ни работы, ни образования, ни возможности вырваться и уехать — ничего, кроме автомата и денег, которые он получит от Арафата за использование этого автомата против врагов палестинцев.

Не всегда врагами были израильтяне. ООП сначала пыталась взять власть в Иордании, откуда была выгнана после двух покушений на короля Хусейна и последовавшей затем взаимной резни. Потом в Ливане, где ее боевики успешно резали христиан-фалангистов, но столкнулись с ответной резней сирийцев, тоже на Ливан претендовавших.
Но чаще всего механизм действия был простой. Взять деньги от Евросоюза (миллиард долларов в год), тыча пальцем в нищету и босоногих детей, три четверти денег положить на собственные счета в Швейцарии, а остальные раздать шахидам. Если жрать нечего, но есть десять детей и один из них стал шахидом – это тридцать тысяч долларов. Половина детей стали шахидами — уже обеспеченная старость.

Механизм превращения собственного народа в живой щит только один раз дал сбой, на выборах 2005 года, когда арафатовский ФАТХ за всем надоевшую коррупцию и жадность прокатили и избрали ХАМАС, который делал все то же самое, только денег у него было втрое меньше и почти все они раздавались народу. В принципе Ясир Арафат или Халед Машаль не очень отличаются от предводителя норманнов, который грабил Нейстрию и Аквитанию и полученное добро раздавал на пирах друзьям, чтобы иметь людей, которые награбят для него еще больше. В чем-то викинги и ХАМАС очень похожи.

То же самое – «Хезболла». Можно сколько угодно говорить о том, что эта организация является террористической, что ракетные установки размещены в жилых домах, что при этом мирные жители фактически становятся заложниками, собственными телами защищающими террористов. (Фокус этот впервые был опробован ООП в Сабре и Шатиле, бывших христианских кварталах Бейрута, сплошь заселенных потом палестинцами, со взрывчаткой и бункерами прямо в жилых домах, и повторен Басаевым, который в Буденновске выставлял больных в окна.) Это все правда: однако все знают, чем кончились Сабра и Шатила. Печальная закономерность такова, что когда вы воюете с целым народом, то пока люди у себя в селе живые — все они террористы или, по крайней мере, укрыватели террористов, а когда мертвые – так сразу все мирные жители.

Как-то в чеченском селе Нурадилово, что в Хасавюртовском районе, глава администрации жаловался мне на последнюю спецоперацию: пришли, мол, в мирное село 350 человек, снесли бэтээром угол школы, детям кричали «вас, чеченов, убить надо», ограбили магазин, а того человека, которого пришли брать, упустили. Он ушел, убив одного, ранив другого. Кстати, он в селе был, потому что глава администрации вел переговоры о его амнистии.

Все правда: менты вели себя по-свински. Но правда и то, что если бы ментов приехало двое, то они бы пропали прямо посереди мирного Нурадилово и все бы только разводили руками: что? Какие менты? Не приезжал никто, все село подтвердит…

Я уже писала как-то, что состояние современной техники таково, что военная операция не может уничтожить террористов: если отряд мал, то он не способен обнаружить всех террористов, если отряд велик, он представляет из себя идеальную мишень.
Но и состояние современного общества таково, что террористов из «Хезболлы» или чеченских сепаратистов уничтожить нельзя, потому что уничтожать приходится не человека, а народ. В средневековом обществе такие проблемы решались легко. Пришли, например, на Ближний Восток монголы и вырезали всю общину мусульман-исмаилитов, пугавшую и халифов, и христиан под страшным именем «гашишинов» — тоже была вполне себе «Хезболла». Но в современном мире никто не может позволить себе поступать, как монголы, разве что Саддам Хусейн, устроивший примерно то же самое с курдскими повстанцами. Так за то Саддама и судят.

Можно сколько угодно называть кавказских ваххабитов или сторонников «Хезболлы» «террористами», упорно пытаясь приравнять их к единичным преступникам. Но проблема в том, что военные меры, принимаемые против них современным обществом, бессильны. Если вы вырезаете их сплошь, вы сами становитесь террористами. Если вы наносите выборочные удары, вы только демонстрируете свое бессилие и умножаете число врагов. Когда он убивал вас – он был террористом, а как только его убили вы, так он мирный житель и все двести его родичей хотят отомстить за его смерть.

Россия вступила в войну на Кавказе, потому что Чечня ей не подчинялась. Россия дралась плохо, и единственным реальным результатом войны стала стремительная чеченизация Кавказа.
Израиль вступил в войну потому, что у него не было выбора. Израиль дерется хорошо, однако пока единственный результат войны — стремительная хезболлизация Ливана.
Что называется, куда ни кинь…

www.ej.ru

Мнение

Среда, 02 Августа 2006 г. 20:03 + в цитатник
P.S. Я не очень поняла предпоследний абзац. Комментарии приветствуются.



A New Type of Terrorist

By Yulia Latynina

In the Lebanese village of Qana, nearly 60 civilians were killed as a result of Israeli bombing. Most of those who died were children.


It's very difficult to understand exactly what happened. All we know for sure is that Hezbollah controlled the village and was storing ammunition in residential buildings, and the residents had ignored Israeli warnings that anyone who remained in the area would be considered a terrorist. Those who remained behind didn't ignore the warnings because they had no place to go or because they were being held hostage by Hezbollah, but because they were, in fact, Hezbollah.

Israel has said all along that it is not fighting Lebanon; it says it is fighting terrorists.

By the same measure, Russia says that it is not fighting Chechens; it says it is fighting terrorists.

I'm not sure I understand what terrorism means today.

"Terror" as a political term appeared in 1792. The terrorists themselves used the term in the positive sense of a holy war against the enemies of revolution. During the French Revolution, Jean-Paul Marat demanded "260,000 heads" and Marc-Antoine Jullien, extraordinary superintendent of the Committee for Public Safety, declared, "Freedom has for its bed mattresses of corpses."

The word surfaced again in Russia in the late 19th century. This time, those who were branded "terrorists" were not the defenders of a victorious revolution, but those trying to win one. Boris Savinkov, the leader of the Socialist Revolutionary Party, which was responsible for the assassination of a number of tsarist officials, proudly called himself a terrorist. The public admired the Socialist Revolutionaries because they were taking shots at tsars, governors and officials -- that is, the leaders responsible for state policy. They weren't detonating bombs in crowded train stations.

The Italian Red Brigades that appeared in the 1970s didn't call themselves terrorists. In their 1975 manifesto they claimed that their goal was a "concentrated strike against the heart of the state, because the state is an imperialist collection of multinational corporations."

The world didn't understand this kind of logic. People were willing to sympathize with loners who challenged particular figures of authority, but loners who claimed they had the right to kill whomever they wished evoked no sympathy at all.

Marat, the Russian Socialist Revolutionaries and the Red Brigades had one thing in common: They were all terrorists by choice.

But the people we call terrorists today don't have anything in common with the kind of terrorists who chose their own path.

The Palestine Liberation Organization first showed us this new kind of terrorist. The PLO was different from the Red Brigades, not just because it had a great deal of money (provided by the Soviet Union), tens of thousands of soldiers and even rocket launchers that it used to attack northern Israel from Lebanon in 1982.

The main difference was that 90 percent of the soldiers in the PLO didn't decide to become terrorists -- they had no choice. They grew up in refugee camps -- specially constructed hothouses of terrorism. In those camps the men could get no work or education. They had nothing but an automatic rifle and the money they received from Yasser Arafat for using that rifle against his enemies.

It's the same with Hezbollah. You can talk all you want about it being a terrorist organization that places its rocket launchers in residential dwellings and uses innocent civilians to protect the terrorists with their own bodies and lives.

All of this is true. But it always seems to turn out that when you fight against an entire nation and that nation is killing you, they are terrorists. When you kill them, you're killing innocent civilians.

No civilized nation has found a way out of this paradox while managing to remain civilized.

Yulia Latynina hosts a political talk show on Ekho Moskvy radio.
Wednesday, August 2, 2006. Page 7.
http://www.themoscowtimes.com/stories/2006/08/02/007.html

На месте Израиля Британия поступила бы аналогичным образом

Среда, 02 Августа 2006 г. 01:35 + в цитатник
Фредерик Форсайт: На месте Израиля Британия поступила бы аналогичным образом

Британский романист считает затруднительным воссоздание исламского халифата в современных условиях

Наталья Голицына (Лондон)

1.08.06
Прокомментировать ливанский кризис и возможные пути его разрешения Радио Свобода попросило известного английского писателя Фредерика Форсайта, автора романов «День шакала», «Четвертый протокол», «Кулак аллаха», «Икона» и многих других. Много лет Фредерик Форсайт изучает ситуацию на Ближнем Востоке и анализирует ее в британской прессе.

- Что, по-вашему, происходит в Ливане?

- То, что там происходит, - это разновидность малой войны. По своей сути, это война, ведущаяся между террористическим движением и государством. Кое-кто называет этот конфликт асимметричным, но следует понять, что в нашем случае террористическая организация, как обычно, прячется среди мирного населения; она укрывает оружие и боевиков среди женщин и детей, использует их в качестве щита. Именно поэтому Израиль вынужден выслушивать обрушивающуюся на него жуткую реакцию мировой прессы каждый раз, когда его бомбы попадают в цель. Многие забывают, что обстрел Израиля ракетами начался задолго до того, как туда прибыли представители средств массовой информации. Началось это еще до того, как организация «Хезболлах» захватила двух израильских солдат. Хотел бы я знать, сколько стран, критикующих сейчас Израиль, ничего бы не предприняли, если бы на их города сыпались ракеты. Думаю, что немногие. Думаю, что Франция, Германия, Италия, Испания и другие страны не смирились бы с этим, если бы были на месте Израиля.

- Разделяете ли вы позицию британского правительства в ливанском кризисе?

- Хотел бы я знать, в чем эта позиция заключается. Наш премьер-министр твердо поддерживает Джорджа Буша, тогда как лидер палаты общин и бывший министр иностранных дел критикует его. В кабинете министров явный раскол по этому вопросу, а в лейбористской партии еще больший раскол. Так что я не совсем уверен, в чем заключается правительственная политика. Кроме того, наш министр иностранный дел - бесполезная Маргарет Беккет - не может внятно ее сформулировать, и, похоже, находится где-то в отпуске.

- Как в таком случае быть с отношением России к этой проблеме? ФСБ только что опубликовала список 17 организаций, признанных Верховным судом террористическими, однако в этом списке отсутствуют ХАМАС и «Хезболлах».

- Думаю, что президент [ Владимир ] Путин играет в глупую игру. У него самого серьезные проблемы с терроризмом, как показал случай в московском театре, в Беслане, где погибли более трехсот детей, а до этого в Буденновске, где [ Шамиль ] Басаев и его люди убили более ста человек. У России свои проблемы с этим. Странно, что там не понимают, что международный терроризм подпитывается исламским фундаментализмом, и заигрывать с ним крайне глупо.

- Каким вам видится разрешение ливанского кризиса?

- Вряд ли оно возможно сейчас или в краткосрочной перспективе. Это противостояние длится уже 20 лет. Значительная часть исламского движения носит взрывоопасный характер. Нет никакой уверенности в том, что Запад, иудейско-христианский мир и даже умеренный ислам (который также является мишенью террористов), остановят исламских радикалов. Их требования невыполнимы, мы попросту не можем их выполнить, не можем воссоздать халифат. Не можем и организовать что-то вроде крестового похода, который был возможен девятьсот лет назад. Требования исламистов безумны и невыполнимы, и у Запада попросту нет другого выбора, как защищать себя. А Израиль, хотите вы это признать или нет, является частью Запада. Он в любом смысле, кроме географического, является частью Запада. Сейчас он защищает себя, как это сделали бы и мы, если бы ракеты падали на Лондон.

- А вы уверены, что на месте Израиля Британия поступила бы аналогичным образом?

- Думаю, что наверняка. У нас бы не было выбора. Свою роль сыграло бы общественное мнение, которое обладает огромной властью в условиях демократии. Израиль ведь тоже демократическое государство, и его премьер-министр не может позволить себе рассуждать таким образом: да, на наши города сыпятся сотни ракет, но не будем обращать на это внимания. Он не может так рассуждать, он должен реагировать на эту угрозу. Можно ли этот ответ Израиля считать чрезмерным, решит история. Однако я уверен в двух вещах, касающихся недавнего инцидента в ливанском селении Кана. Первая: израильский пилот не знал, что в подвале этого доме находились женщины и дети. Ему было приказано уничтожить это здание, потому что в нем размещались ракетные установки. И вторая: люди, которые знали, что в подвале находились женщины и дети, были местными членами «Хезболлах». Почему в таком случае эти люди использовали это здание в качестве базы для запуска ракет? Запустив ракеты, они прекрасно знали, что ответ Израиля последует через считанные минуты, что и произошло.

- А что же израильская разведка?

- Израильская разведка, известная как «Моссад», много лет очень внимательно отслеживает положение в Южном Ливане. Она знает о том, что там происходит, намного лучше, чем западные средства массовой информации и западные политики. «Моссад» прекрасно осведомлен о членах «Хеболлах» в Ливане, вплоть до их адресов; он знает, что они едят, что пьют, с кем спят, куда ездят, и все они находятся у израильтян на мушке. Да, несколько израильских бомб попали в гражданские объекты и при этом пострадали мирные жители. Как я уже сказал, это происходит, когда террористические организации размещают свои ракеты среди гражданского населения. Не думаю, что на президенте Ливана нет никакой вины. Однако, на мой взгляд, израильтяне поступили бы мудро, если бы заявили этому президенту, что дают ему неделю на эвакуацию из Южного Ливана всех женщин и детей. После этого у Израиля было бы право утверждать, что он официально предупредил об этом (на самом деле Израиль сделал несколько заявлений, которые можно рассматривать именно таким образом – РС). И тогда такие трагедии были бы невозможны.

- Известно, что ни президент, ни правительство Ливана, ни его армия не способны противостоять «Хезболлах». Есть ли смысл к ним апеллировать?

- «Хезболлах» несомненно сильнее ливанской армии и полиции. Она может причинить стране (Ливану – РС) немало горя. Она даже способна ликвидировать президента или премьер-министра страны. Мы знаем, что предыдущий премьер-министр Ливана был убит и, скорее всего, в этом были замешаны сирийские спецслужбы (Рафик Харири погиб уже после отставки с поста премьера – РС). За спиной у «Хезболлах» маячит Дамаск, а за ним - Тегеран. И так было с самого основания «Хезболлах», что произошло в 1982 году в эпоху аятоллы Хомейни. Она и была создана как террористическая организация для борьбы с Израилем, потому что между Ираном и Израилем нет границы. Однако эта граница существует между Ливаном и Израилем, и именно поэтому «Хезболлах» со времени своего основания находится в Ливане.

- Тем не менее, почему Израиль не соглашается на немедленное прекращение огня?

- Люди забывают, что для прекращения огня необходимо наличие двух сторон. Реакция лидера «Хезболлах» шейха [ Хасана ] Насраллы ясна и недвусмысленна: у нас, говорит он, нет ни малейшего намерения прекратить обстрел Израиля. Мы намерены усилить этот обстрел и перенести его вглубь страны. Как в такой ситуации западные политики могут требовать от Израиля немедленного прекращения огня? Такое соглашение требует наличия двух сторон в переговорах, но «Хезболлах» не хочет прекратить обстрелы. Именно по этой причине Израилю ничего не остается, как выжидать момента, когда на шейха Насраллу будет оказано более мощное давление с тем, чтобы заставить его прекратить агрессию. И только после этого будет возможно перемирие. Не думаю, однако, что это случится завтра или на следующей неделе.

http://www.svobodanews.ru/Article/2006/08/01/20060801174553047.html

Не оставим без внимания

Вторник, 01 Августа 2006 г. 06:42 + в цитатник
Друзья мои сегодня выдали:)

К сожалению, стали в наши дома заселяться, кхм, выходцы из Узбекистана, Таджикистана и прочее... Публика, прямо скажем, неприятная. Всех минусов перечислять не буду, приведу только сегодняшний диалог:

- Откуда же они берутся?
- Один приедет и весь свой клан за собой потянет. Сами друг за друга хлопочут.
- Ага, ведь евреи (имеется в виду, еврейские центры) ими не занимаются.
- Ну как же не занимаются? Ими на Ближнем Востоке очень даже занимаются;)

 (450x338, 15Kb)

Израиль: единство под ракетами

Пятница, 28 Июля 2006 г. 00:48 + в цитатник
Росбалт, 25/07/2006, Главная лента 13:05
Израиль: единство под ракетами

Город Нагария на севере Израиля – совсем не Бейрут. Бейрут-то еще пока стоит, а вот Нагарии уже почти нет...
Читать далее...

The Jewish People has nowhere else to go.

Четверг, 27 Июля 2006 г. 07:29 + в цитатник
We know what they want, and we know why they want it...
Среда, 26 Июля 2006 г. 11:40

This is a different kind of war, and an old kind of war. In the last war, when they blew up buses and restaurants and sidewalks and cafes, Israelis were enraged, apoplectic with anger. This time, it's different. Rage has given way to sadness. Disbelief has given way to recognition. Because we've been here before. Because we'd once believed we wouldn't be back here again. And because we know why this war is happening.

A rocket hit Haifa in the first days of the war, killing no one, but injuring a number of people. It also tore the face off an apartment building, leaving the apartments inside eerily exposed, naked, for all to gaze into. That small block of Haifa, with its shattered shell of a building, rubble all along the street, citizens dazed as they wandered about looking at it all, appeared to be exactly what it was - a war zone.

And yet, the people in the street stayed near their homes, going nowhere. The newscaster asked them why they didn't go somewhere else, where it might be safer. One man answered with statistics. "Why leave now? We've already been hit. The chances of us being hit again are one in a million." To which another man responded almost with outrage. "What do numbers have to do with it?" he asked. And then, he turned to the camera, almost screaming, pointed to the broken building, and said, "This is our home. Mi-po ani lo zaz. From here, I am not budging." And he repeated his refrain over and over again. "This is my home. And from here, I am not budging." "Mi-po ani lo zaz."

Israelis understand what this is. This is a war over our homes. Over our homes in the north, for now, but eventually, as the rockets get better and larger, all of our homes. This is not about the territories.

This is not about the "occupation." This is not about creating a Palestinian State. This is about whether there will be a state called Israel. Sixty years after Arab nations greeted the UN resolution on November 29 1947 with a declaration of war, nothing much has changed. They attacked this time for the same reason that they did sixty years ago.

At first, it was the Egyptians, Jordanians and Syrians. We put a stop to that in 1949, 1956, 1967 and 1973.

Then it was the Palestinians, who bamboozled the world (and many of us Israelis) into believing that they just wanted a State, and that their terror was simply a way of forcing us to make one possible. We fought the terror in 1982 (Lebanon), 1987 (Intifada) and even after Camp David and Oslo, once again in 2000-2005 (the Terror War). And then, we actually tried to make the State happen. We got out of Lebanon to put an end to that conflict. And even more momentous, we got out of Gaza, hoping that they'd start to build something.

And now, it's Hezbollah. Or more accurately, Syria. Or to be more precise, Iran. What's Iran's beef with Israel? Territory it lost? It didn't lose any. And does anyone really believe that Iran cares one whit about the Palestinians and their state? That's not the reason. We know it, and so do they.

Now, the bitter reality of which Israel's right wing had warned about all along is beginning to settle in. It is not lost on virtually any Israelis that the two primary fronts on which this war is being conducted are precisely the two fronts from which we withdrew to internationally recognized borders. We withdrew from Gaza, despite all the internal objections, hoping to move Palestinian statehood - and peace - one step closer. But all we got in return was the election of Hamas, and a barrage of more than 800 Qassams that they refused to end.

And then they stole Gilad Shalit. Not from Gaza. Not from some contested no man's land. From inside the internationally recognized borders of Israel. As if to make sure that we got the point - "There is no place that you're safe. There is no place to which we won't take this war. You can't stay here."

Because as much as we have wanted to believe otherwise, they have no interest in building their homeland. They only care about destroying ours.

Six years ago we pulled out of Lebanon. Same story. In defiance of the UN's resolution 1559, Hizbollah armed itself to the teeth, and as we watched and did nothing, accumulated more than 10,000 rockets. And dug itself into the mountains. And established itself in Beirut, effectively using the entire Lebanese population as human shields. And,assuming that there was little that we could or would do, it attacked on June 12, killing eight soldiers, and stealing Ehud Goldwasser and Eldad Regev. Not from Southern Lebanon. Not from Har Dov, a tiny hilltop that's still contested. But from inside Israel. Inside a line that no one contests.

Unless, of course, they contest the idea of the whole enterprise. Which they do. And which is precisely the point.

And which is why this incredibly divided and divisive society has rallied so monolithically around a Prime Minister who until last week wasn't terribly popular, and around a war that may or may not accomplish all its military objectives. It explains why, even as the air raid sirens go off across the country, and may eventually start their wail in Tel Aviv, too, as people dash across streets, panicked, trying to find the nearest bomb shelter, no one complains about the government. No one's complaining about the amount of time it's taking the air force to put a stop to this. It explains why all over this city, advertisements on bus stops have been replaced with a photo of an Israeli flag and the phrase Chazak Ve-ematz - "be strong and resolute" (Moses' words to
Joshua in Deut. 31:7).
(I've posted it at www.danielgordis.org/Site/Site_Photos.asp
if you want to see what it looks like.)
Even the people who've lost family members, who are interviewed while still overwrought with grief, have no complaints about the government or the army. "Finish this job," they effectively say. "We'll stick it out."

But behind the defiance lies sadness, a tired and experienced renewed loss of optimism, a wondering if it will ever, ever end. Because we know what they want. It's not the Golan Heights. It's not the West Bank. And it's not a State. We know what they want, and we know why they want it.

On TV the other night, one of the news shows started off with a brief comedic episode. It showed two guys, looking and acting Israeli to the hilt. One of them was speaking in a heavy caricatured Sephardic North African accident, spitting toothpicks as he carried on, telling his friend, over and over and over, "mi-po ani lo zaz. This is the only place where Jews can be safe, he insisted. This is the place we must stay. From here, I'm not moving." And then the camera panned back, until gradually, you realized that the background you were staring at was the London Bridge, and the Tower of London. It would have been funny, if it weren't so sad.

It's sad, because deep down, people are starting to wonder. Would going there be the only way to get beyond their hate? We got out of Lebanon.We left Gaza. Olmert was elected after he openly declared his intention to give back the majority of the West Bank. But without intending to, we called their bluff. And now we know: the issue isn't their statehood. It's ours.

The sadness comes from the clarity. We can sign peace treaties, and withdraw, and arm ourselves. But nothing's enough. You sign a treaty with Egypt, but then Syria takes over Lebanon and uses Hezbollah as its proxy. You get peace with Jordan, but Iran joins the fray. You learn to defend your border, so they attack you from well within their countries. It feels relentless, because it is. It feels like it never ends, because it doesn't. It doesn't feel like the seventh war. It feels like a continuation of the first. Could it be that we're right back where we started?

Maybe that's why nobody I know actually laughed at the Tower of London skit.

Is this like the first war, because we could win it and still not have security? What if, as even the army says is likely, Hezbollah is left wounded but still intact at the end? What, we just wait until they decide to lob more missiles at Haifa, or Safed, or even Tel Aviv? Bomb shelters will once again be part of the reality of Israeli kids? Have we returned to the late 40's and 1950's, when border towns had to live with the ongoing dread that Fedayeen would sneak across the border and kill people? Except that now, in an era of missiles, most of the country is a border town.

This is like the first war because Israeli citizens, in the middle of the country, are getting killed by a foreign "army." In 1956, 1967 and even in 1973, we mostly took the war to the border. And then to their territory. Israel's civilian population centers, even in those horrible conflagrations, were left more or less intact. But not in 1948, and not this time. Haifa is the front. Safed is the front. Nazarath is the front. And they're all burying people. Adults, and children. Jews, and Israeli Arabs. And Tel Aviv, if you believe Nasrallah, may well be next.

And it's like the old wars because all our hopes to the contrary notwithstanding, the casualties are mounting. Just days after the Israeli pundits were discussing whether or not a limited ground incursion might be necessary, whether or not the air force could do this on its own, there are troops on the ground in Lebanon. Thousands of soldiers, the papers say this morning. And in the few days since they've gone in, kids have been coming back in body bags. These are elite units, and though we're told that they're having some successes in finding and destroying the bunkers built into the mountain, they're encountering heavy resistance. And not all of them are making it home.

We've been here before, too. We'd thought we were done with that.

For the first few days of this new war, Israelis were relieved to see the footage of a hundred Israeli planes over Lebanon at any one point. We'd show them that they'd miscalculated. We'd put a stop to this. We'd get our stolen boys back. A decisive victory, like in days of old.

With fewer casualties on our side. But well into the second week of the war, we don't have our boys back. And soldiers are dying, and coming home without legs. And the victory hasn't been decisive. And Israeli cities are still being shelled, and traumatized Israeli kids by the thousands are still sleeping in bomb shelters. Just like in the first war.

And it's like the first war because the news is broadcasting photos of lines of Arab refugees fleeing the fighting in Beirut, heading north, or to Syria. Israeli TV is showing footage of a former city that looks much more like Dresden than Beirut. There are probably some Israelis who couldn't care less, but the ones that I talk to, work with and share a neighborhood with, do care. They understand that we probably have no choice, for Hezbollah has decided to use Beirut as its human shield, and for years and years, Lebanon did nothing to stop them. Or even to try.

And we have no choice but to survive.

But the Israelis I talk to all day long are still saddened by the miles-long lines of thousands upon thousands upon thousands of Lebanese refugees, fleeing their homes and rubble filled neighborhoods with white flags hovering outside their cars even as Israeli war planes roar overhead. Simply on a human level, we know that the suffering is incalculable. That, too, looks like that old black and white footage from the War of Independence. And as a problem for Israel, we know, Arab refugees don't disappear. They attack, we respond, they flee. And then the problem becomes ours.

And even though Jerusalem is, so far, beyond the reach of the rockets, even here, the air has started to take on a war-like feel. A colleague of mine, in her 40's, cancelled a meeting yesterday because her real-estate agent husband was just called up and sent to the Egyptian border. A friend I met later in the afternoon cut a meeting short because his son was getting a few hours off. The kid hasn't even finished basic training, but was sent out to Samaria to guard an outpost so that more experienced kids could get sent to the front. And we were going to try to get together with other friends this morning, but they can't. Their twenty year old son got called up from his yeshiva, and sent to south of Hebron, and they're going to try to get out there to bring him some food for Shabbat. And our daughter won't be home for Shabbat - she's got guard duty on base. With the other two kids away for the summer, we're home by ourselves. The house feels empty, hollow. Like the towns in the north.

And so it goes. Another all out war, when it could have been different.

If they'd wanted something else. But they don't. Not the Iranians, not the civilians in Syria interviewed on CNN who spoke with admiration of Nasrallah, not the Palestinians on the West Bank who've posted his picture everywhere, and not even the Israeli Arabs in Nazareth who, from the depths of their mourning, blame Israel and not Nasrallah for the loss of their children.

So it's the seventh war (Or the eighth, if you count the War of Attrition. Or the ninth, if you count the first Intifada). And the first war. It's all the wars. They're all the same, in the end, because we can't afford to lose. We can't afford to lose, so we won't.

More decisively or less, with more destruction of Lebanon or less, sooner or later, we'll win it. We have to. The whole enterprise is at stake.

It's the seventh war, or the eighth. And the first. When the 1973 Yom Kippur War was at its height, Yehoram Gaon went to the front and sang the now famous lyrics, Ani mavti'ach lach - "I promise you, my little girl, that this will be the last war." They never play that song anymore. Because no one believes it. There will be no last war.

It's the eighth war, or the ninth. But it isn't the last war. It's the first war, all over again. We've got this war for the same reason that we had all the others. We have this war for the same reason that people in Haifa are still saying "mi-po ani lo zaz." We got this war for the same reason that we got the first, and the second.

We know why they attacked then. And we know why they're still attacking. And we're determined to hold on for the same reason that they're so determined never to stop. There's one reason, and one reason only:

The Jewish People has nowhere else to go.

(C) 2006 Daniel Gordis

Rated_R

Настоящее время

Среда, 26 Июля 2006 г. 06:45 + в цитатник
Рисунок из предыдушего поста не идет из головы весь день. Начинает трясти, как только про него подумаю - и от смеха и от слез. Абсурд, доходяший до полнейшего отключения мозгов - я имею в виду тех, кто серьезно думает про Израиль в качестве оккупанта.

Комментировать ситуацию не можется и не хочется. Живешь сводками новостей. Спала напряженность первых дней войны, но все равно не отпускает. И это я, которая живу в далекой и спокойной Филадельфии. Представить, что творится ТАМ... Увидела фотографии из Хайфы у чудесного человека - Jostr - и глаз не могла оторвать... Возвращаюсь и пересматриваю снова и снова.

Читать посты друзей "не в тему" практически не могу. Как-то даже дико - там же война, как можно писать про что-то другое??? Забываешь просто, что ЭТА тема близка только участвующим и сочувствующим сторонам.

В жизни, между тем, происходят какие-то события, встречи, осмысления и переосмысления. Просто те, далекие события, заслоняют все остальное.

Оккупанты!

Вторник, 25 Июля 2006 г. 20:22 + в цитатник

Ну вот, а то говорили "10-20"

Вторник, 25 Июля 2006 г. 20:19 + в цитатник
Армейские источники: за 13 дней войны убиты не менее 180 боевиков "Хизбаллы"

Неофициальные армейские источники сообщили сегодня, что, по оценкам военной разведки, за неполные две недели боевых действий в Южном Ливане и в результате ударов ВВС Израиля было уничтожено, по меньшей мере, 180 боевиков ливанской террористической организации "Хизбалла".

http://www.newsru.co.il

Чтобы немножко отвлечься.

Понедельник, 24 Июля 2006 г. 22:10 + в цитатник
Google's unknown artist has huge following
By David E. Williams

(CNN) -- Dennis Hwang may be the most famous unknown artist in the world -- his work doesn't hang in galleries or museums, but it's been viewed hundreds of millions of times.

The 28-year-old webmaster designs the whimsical logos that decorate Google.com's otherwise Spartan Web site on special occasions.

"It's always a fun kind of challenge to incorporate the logo into the design. Over the years, just because I kind of push myself to use different types of design if I can," Hwang said. (Have a look at Hwangs's Google logos)

He has been manipulating the six letters in the Google name into shamrocks, fireworks, hearts and goblins since shortly after he got an internship there in 2000. Company founders Larry Page and Sergey Brin found out that he was an art major in college.

"They said 'Hey Dennis, why don't you give this a shot,' and I've been doing it ever since," he said.

Now he's in charge of all Google's webmasters, and designing the logos is only about 20 percent of his job -- but that doesn't mean it's not a lot of work. Hwang said he had to do a string of all-nighters after he had what he called his "brilliant" idea to do individual designs for each of the 32 teams in this year's World Cup soccer tournament.

The logos link to Google search results about the topic, which can drive a lot of traffic to unsuspecting sites.

"Sometimes we unfortunately take some sites down, so we have to cycle through different search queries midday," he said. "But, yeah, it's kind of the fun aspect of it that users can do more research about a topic or find out more about it on their own if they're not as familiar about what we're recognizing."

John Malyon, president of the online art guide Artcyclopedia.com, said his site got a huge surge in traffic in April when Google featured Spanish surrealist painter Joan Miro. He said he got tens of thousands of extra clicks.

"It didn't cause any server problems or anything. It just took me a while to track down what was happening," Malyon said. "You sort of come in, you turn on your server and look at your stats and they're wildly inflated, so you then have to do some detective work."

Malyon said most of the traffic appeared to be "curiosity clicks" -- people who were more interested in the logo than in the artist's work. He said the surge probably didn't help his business much, but he appreciated the interest.

"I'm quite happy, and every webmaster in the world is happy to have as many people as possible see their babies, but it's not the most targeted traffic in the world," he said.

Hwang said users e-mail from all over the world to praise the designs or petition for new ones.

Hwang said they did a logo for the Persian New Year after a huge online campaign and that the National Library Day design was very popular.

"That one was a huge hit among librarians across the whole country," he said. They even sent me library-related cool toys and hats things like that. One was even a librarian action figure with 'shushing action' so that was really funny."

He said he meets a few times a year with a small group of Google staffers to decide which events to cover.

"We talk about interesting holidays that are coming up, or various international holidays or any current events or news events that we think are cool and geeky or 'Google-y' in some sense and then we just sort of give it a go," he said.

Hwang said his favorite was the birthday series honoring Michelangelo, Picasso, Van Gogh and other famous artists.

"Having been a student of art history for a long time those are a little bit more personal," Hwang said. "Of course, trying to mimic the style of a master is always difficult and humbling, so it does take a lot more time to do those, but it's also a lot more fun."

But, like any proud parent, he would not say which one was his favorite.

"If you had me picking just one, I don't think I could. They're just all kind of special in their own little way."

Find this article at:
http://www.cnn.com/2006/TECH/internet/07/19/google.logo/index.html

 (220x168, 12Kb)


 (347x666, 23Kb)

Загадка ненависти

Воскресенье, 23 Июля 2006 г. 01:54 + в цитатник

Сто лет конфликта, 6 войн, миллиард долларов, выброшенных на ветер, сотни тысяч убитых, не считая мальчика, лежащего рядом со мной на скалистом берегу озера Керон в 82-м. Мы оба смотрели, как его кишки вываливаются наружу. Вертолет забрал его, и до сих пор я не знаю, жив он или мертв. И все же это невозможно понять.
Это не только то, что произошло, но и то, чего НЕ произошло - непостроенные больницы, неоткрытые университеты, непроложенные дороги, три года, вырванные армией из жизни миллионов молодых людей. И до сих пор ни намека на решение загадки, с которой все началось:

Почему они нас так ненавидят?

На этот раз я не имею в виду палестинцев. Наш с ними конфликт интимен и регионален, и напрямую влияет на их жизнь. Не затрагивая вопроса, кто прав, понятно, что у них есть причины не хотеть нашего пребывания здесь. Мы все понимаем, что в конечном итоге, так это и решится, между нами и ними, кровью, потом и слезами, которые запачкают страницы договора. Пока этого не случилось, это все-таки война, которую можно понять, хотя ни один вменяемый человек не поймет средств, которыми она ведется.
Это о других, которых понять нельзя. Почему Насралла, вместе с сотнями тысяч своих сподвижников, посвящает свою жизнь и свои несомненные спсобности, судьбу своей страны, войне со страной, которой никогда не видел, с людьми, которых никогда не встречал, с армией, с которой он не имеет ни малейшей причины воевать?
Почему иранские дети, которые даже не могут найти Израиль на карте (в основном, по причине его микроскопичеких размеров), сжигают его флаг на городской площади и предлагают покончить с собой ради его уничтожения?
Почему египетские и иорданские интеллектуалы натравляют наивных и беспомощных против мирных договоров, прекрасно понимая, что отмена мирных договоров отбросит их страны на двадцать лет назад? Почему сирийцы готовы оставаться убогой страной третьего мира ради сомнительного права субсидировать террористические организации, которые, в конечном счете, будут угрожать их же существованию? За что нас ненавидят в Ираке? В Судане? Что мы им сделали? Какое отношение мы вообще имеем к их жизни? Что они знают о нас? И почему нас ненавидят в Афганистане? Им там нечего есть, откуда у них силы ненавидеть?
Есть так много ответов на этот вопрос, и всеже он остается загадкой. Да, это на религиозной почве, но и религиозные люди сами делают свой выбор. Коран (и Шариат- свод религиозных законов, как Шульхан Арух у евреев), содержит тысячи законов, почему же именно мы так их занимаем?
Есть немало государств, давших им веские причины для ненависти. Не мы вели крестовые походы, не мы правили колониями, никогда мы не пытались обратить их в иудаизм. Монголы, сельджуки, греки, римляне, крестоносцы, оттоманцы, англичане, все захватывали, разрушали, разграбляли весь регион.
Мы даже и не пытались, как же получилось, что именно мы - ВРАГ?
Если речь идет о солидарности со своими братьями - палестинцами, то где же саудовские тракторы, отстраивающие район Гуш Катиф? Что произошло с индонезийской делегацией, строящей новую школу в Газе? Где врачи из Кувейта с новейшим операционным оборудованием? Есть так много способов возлюбить брата своего, почему же они предпочитают помогать ему ненавидеть?
Это из-за чего-то, что мы сделали? Полторы тысячи лет антисемитизма научили нас (самым болезненным образом) тому, что есть в нас нечто, что раздражает весь мир. И тогда мы сделали то, чего все от нас хотели: ушли. Построили себе свое крохотное государство, в котором мы сможем доводить друг друга, не мешая другим. И даже не просили многого. Израиль простирается на территорию 1% от площади Саудовской Аравии. Ни нефти, ни полезных ископаемых. Не занимая территорию ни одного из существущих государств. Города, которые подверглись обстрелам на этой неделе, ни у кого не были отобраны. Наария, Афула и Кармиэль вообще не существовали, пока мы их не основали. Остальные Катюши ударили по местам, принадлежность которых нам никогда и никем не оспаривалась. В Хайфе жили евреи еще в 3-м веке до нашей эры, Тверия была местом последнего Синедриона, так что нельзя сказать, что мы отобрали их у кого бы то ни было.
Однако ненависть продолжается. Активная, ядовитая, непрерывная. В предудущую субботу президент Ирана Ахмениджад снова призвал "действовать во имя уничтожения Израиля", как будо мы бактерии. Мы так к этому привыкли, что даже не спрашиваем почему.
Израиль не надеется и никогда не надеялся, что Иран исчезнет. Пока они этого хотели, мы поддерживали с ними дипломатические отношения. Между нами нет границы, или даже плохих воспоминаний. И все же они готовы бороться со всем западным миром, терпеть торговые эмбарго, ухудшать качество жизни, разрушить то малое, что осталось от их экономики за право горячо нас ненавидеть.
Я пытаюсь вспомнить и не могу: мы их чем-то обидели? Когда? Как? Почему он сказал в своей речи, что Израиль - главная проблема мусульманского мира? Более миллиарда людей живут в исламском мире, бОльшая часть в жутких условиях. Они голодают, живут в нищете, безграмотны, страдают в кровопролитнгых конфликтах, от Кашмира до Курдистана, от Дарфора, умирающего от голода, до Бангладеш, истекающего кровью. С чего вдруг мы - их главная проблема? Каким образом мы им мешаем?

Я отказываюсь принять объяснения на уровне "Такие уж они есть". Это говорилось о нас так часто, что я уже сомневаюсь в этом утверждении. Должна быть причина получше, какая нибудь тайна, из-за которой жители Южного Ливана решают поджечь тихую границу, захватить солдат армии, которая уже давно ушла с их территории, превратить в руины свое государство, которое едва стало восстанавливаться после многих трагических лет.
Мы привыкли говорить себе предложения вроде "Это Иранское влияние" или "Сирия заправляет всем" - но это слишком простое объяснение. Что с ними? О чем они думают? Что с их надеждами, любовью, мечтами и стремлениями? Что с их детьми? Когда они разрушают жизни своих детей и посылают их умирать, неужели им достаточно сказать, что оно того стОило, только потому, что они до такой степени нас ненавидят?

Яир Лапид

от leorosa
от nikky
 (157x197, 4Kb)

PLEASE SIGN THE ON-LINE PETITION

Пятница, 21 Июля 2006 г. 20:25 + в цитатник
http://www.kidnappedsoldiers.com/

In order to bring the painstaking effort of attaining peace to its realization, the State of Israel, the only democracy in the Middle East, has made two courageous and exceptional decisions: Withdrawal from Lebanon and disengagement from the Gaza Strip.

These were two very difficult decisions made by the courageous leadership of a peace-seeking country.

In return, Israel was confronted with hostility, terror and ongoing attacks on its borders with the Gaza Strip and Lebanon. From the beginning of July, Israel has endured malicious and brutal attacks perpetrated on and within its borders by two terrorist organizations: Hammas and Hezbollah.

To date, three IDF soldiers have been kidnapped and many killed.

As a citizen of the free world, I am calling for the United Nations and my government to ban political, economical and tourist relations with the Lebanese, Iranian and Syrian governments, who serve as host countries to these terror organizations and who are supporting them financially.

PLEASE SIGN THE ON-LINE PETITION
 (358x145, 12Kb)

The Way We War

Пятница, 21 Июля 2006 г. 19:47 + в цитатник
July 18, 2006
Op-Ed Contributor
The Way We War
By ETGAR KERET
Tel Aviv

YESTERDAY I called the cable people to yell at them. The day before, my friend told me he’d called and yelled at them a little, threatened to switch to satellite. And they immediately lowered their price by 50 shekels a month (about $11). “Can you believe it?” my friend said excitedly. “One angry five-minute call and you save 600 shekels a year.”

The customer service representative was named Tali. She listened silently to all my complaints and threats and when I finished she said in a low, deep voice: “Tell me, sir, aren’t you ashamed of yourself? We’re at war. People are getting killed. Missiles are falling on Haifa and Tiberias and all you can think about is your 50 shekels?”

There was something to that, something that made me slightly uncomfortable. I apologized immediately and the noble Tali quickly forgave me. After all, war is not exactly the right time to bear a grudge against one of your own.

That afternoon I decided to test the effectiveness of the Tali argument on a stubborn taxi driver who refused to take me and my baby son in his cab because I didn’t have a car seat with me.

“Tell me, aren’t you ashamed of yourself?” I said, trying to quote Tali as precisely as I could. “We’re at war. People are getting killed. Missiles are falling on Tiberias and all you can think about is your car seat?”

The argument worked here too, and the embarrassed driver quickly apologized and told me to hop in. When we got on the highway, he said partly to me, partly to himself, “It’s a real war, eh?” And after taking a long breath, he added nostalgically, “Just like in the old days.”

Now that “just like in the old days” keeps echoing in my mind, and I suddenly see this whole conflict with Lebanon in a completely different light. Thinking back, trying to recreate my conversations with worried friends about this war with Lebanon, about the Iranian missiles, the Syrian machinations and the assumption that Hezbollah’s leader, Sheik Hassan Nasrallah, has the ability to strike any place in the country, even Tel Aviv, I realize that there was a small gleam in almost everyone’s eyes, a kind of unconscious breath of relief.

And no, it’s not that we Israelis long for war or death or grief, but we do long for those “old days” the taxi driver talked about. We long for a real war to take the place of all those exhausting years of intifada when there was no black or white, only gray, when we were confronted not by armed forces, but only by resolute young people wearing explosive belts, years when the aura of bravery ceased to exist, replaced by long lines of people waiting at our checkpoints, women about to give birth and elderly people struggling to endure the stifling heat.

Suddenly, the first salvo of missiles returned us to that familiar feeling of a war fought against a ruthless enemy who attacks our borders, a truly vicious enemy, not one fighting for its freedom and self-determination, not the kind that makes us stammer and throws us into confusion. Once again we’re confident about the rightness of our cause and we return with lightning speed to the bosom of the patriotism we had almost abandoned. Once again, we’re a small country surrounded by enemies, fighting for our lives, not a strong, occupying country forced to fight daily against a civilian population.

So is it any wonder that we’re all secretly just a tiny bit relieved? Give us Iran, give us a pinch of Syria, give us a handful of Sheik Nasrallah and we’ll devour them whole. After all, we’re no better than anyone else at resolving moral ambiguities. But we always did know how to win a war.

Etgar Keret is the author of “The Nimrod Flip-Out.’’ This article was translated by Sondra Silverstone from the Hebrew.

http://www.nytimes.com/2006/07/18/opinion/18keret....ef=slogin&pagewanted=print

"Next year in Jerusalem."

Пятница, 21 Июля 2006 г. 19:46 + в цитатник
Why I'm moving to Israel
By Yair Koening

July 19, 2006
This is the personal essay of a young man who will be among 230 North Americans leaving from Kennedy Airport today for a new life in Israel.

The flight is organized by Nefesh B'Nefesh, an organization dedicated to facilitating North American immigration to Israel. amNewYork asked Yair Koening, one of the immigrants, to share the story of why he is doing this during a time of such turmoil in the Middle East.

Like other Jews throughout the world, my parents, grandparents and in fact all of my ancestors for the past 2,000 years have dreamed of living in the land of Israel.

This is something they studied, sang about, longed to experience and prayed for every day. At every wedding we remember the Holy Land.

Every Passover we say, "Next year in Jerusalem."

Today, I have the opportunity to fulfill this age-old dream of the Jewish people. While I deeply love and respect America, I feel that Israel is the best place for me to live a spiritually and culturally fulfilling Jewish life.

The terrorism in Israel over recent years, and the serious events of the last two weeks, have been a terrible tragedy. It seems to me that while Israel and Jews across the world yearn for peace, our enemies are still determined to wipe us off the map.

We hope the current violence is short-lived but are aware that once we have made the decision to link our destiny with the people of Israel, then this decision includes the difficult times as well as the good.

We are, of course, aware of the dangers, but the world of today is generally a far less safe place than it once was. Unfortunately, crime, drugs, violence and, tragically, even terrorism are ills faced by the U.S., Canada, Britain, as well as Israel and virtually all other civilized nations in the 21st century.

Despite the terror, Israel is a productive and vibrant society. Its people have adjusted to a life that involves an elevated level of security, and look forward to the day when peace and tranquility will predominate.

In Israel young children walk the streets freely and play with friends in their front yard. Cultural life is vigorous, and the country's economy is on a significant upswing. One of the most compelling aspects of Israeli society is its "kid-friendly" orientation.

Finally, the serious situation in Israel in recent weeks give my family and me an even stronger resolve to express our feelings of love for the land of Israel by living in the sovereign Jewish state. Of course we are worried, and even a little afraid. But now, more than ever, is the time to be with our family and our people, in our land.

Our move to Israel is the perfect answer to the terrorists: We will answer your hate with love of our land; and your destruction with building our new lives.


Copyright 2006 Newsday Inc.

Там правильно, надеюсь, процитировано, от кого они зеленый свет ожидают?

Среда, 19 Июля 2006 г. 06:50 + в цитатник
Иранская "Хизбалла" угрожает терактами против израильских и американских объектов в мире

Иранская организация "Хизбалла", связанная с ливанской одноименной шиитской террористической организацией, угрожает серией атак против израильских и американских объектов во всем мире. Об этом сообщает сегодня утром газета "Аль-Кудс аль-Араби".

Представитель иранской "Хизбаллы" Маджаби Биджадили заявил, что в распоряжении организации находятся 2 тысячи добровольцев, которые прошли курс боевой подготовки и готовы к отправке в любую точку планеты с целью атак израильтян и американцев.

"Мы ожидаем зеленого света от лидера Ирана, и если США хочет развязать третью мировую войну, мы приветствуем это".

http://newsru.co.il/mideast/19jul2006/hizb_iran.html

А вот отчаянных поступков не надо. Не доводят они до добра.

Среда, 19 Июля 2006 г. 06:48 + в цитатник
Премьер-министр Ливана: арабский мир унижен военной операцией Израиля

Глава правительства Ливана Фуад Синьора заявил, что в связи с бомбежками Израиля в Ливане арабский мир охватило чувство униженности.

"Это ощущение приводит к отчаянию, а отчаяние приводит к отчаянным поступкам", – заявил он в интервью британским СМИ.

http://newsru.co.il/mideast/19jul2006/fuad_lebanon.html


Поиск сообщений в Шели
Страницы: 93 ... 56 55 [54] 53 52 ..
.. 1 Календарь