" Всевышний уважал меня, покуда бунтовать я мог,
когда ж я пал к его ногам, он мною пренебрег"
-
Рабиндранат Тагор



Множество людей могут говорить хорошие вещи, но очень немногие умеют слушать, потому как это требует силы ума.
---
здесь еще много чего есть

Одного из величайших поэтов Индии, Рабиндраната Тагора, часто ставил в неловкое положение один пожилой человек, друг его деда. Старик часто приходил к ним в гости, так как жил неподалеку, и ни разу не ушел, не побеспокоив Рабиндраната. Обычно он стучал в его дверь и спрашивал:

- Как идет сочинение стихов? Ты действительно познал Бога? Ты действительно знаешь, что такое любовь? Скажи мне, ты действительно знаешь все то, о чем говоришь в своих стихах? Может, ты просто балуешься словами? Любой идиот может говорить о любви, о Боге, о душе. Я по глазам вижу, что ты все это не испытал.

И Рабиндранату нечего было ему ответить. Более того, старик был прав. Когда они случайно встречались на базаре, старик хватал его за рукав и спрашивал:

- Ну, как твой Бог? Ты нашел Его или по-прежнему пишешь стихи о Нем? Помни писать о Боге и знать Бога - это не одно и то же.

Этот человек любил приводить людей в замешательство. На поэтических встречах, где все с уважением относились к Рабиндранату - а он был лауреатом Нобелевской премии, - можно было обязательно повстречать и этого старика. На сцене, перед толпой поэтов и поклонников таланта Рабиндраната, он хватал поэта за воротник и говорил:

- И все же этого не произошло. Зачем ты обманываешь всех этих идиотов? Они маленькие идиоты, а ты - большой; их не знают за пределами страны, тебя же знают во всем мире. Но это совсем не значит, что ты познал Бога.

Рабиндранат написал в своем дневнике:

"Он меня просто изводил; у него были такие проницательные глаза, что солгать ему было невозможно. Само его присутствие ставило тебя перед выбором: либо говори правду, либо молчи".

И все-таки однажды это произошло... Однажды Рабиндранат вышел на утреннюю прогулку. Было раннее утро, ночью прошел дождь, восходило солнце. Океан отливал золотом, и на улице оставались небольшие лужи после дождя. В этих лужах солнце отражалось с такой же торжественностью, с тем же блеском, с той же радостью, что и в океане...

Впечатленный зрелищем, Рабиндранат почувствовал в себе какое-то изменение, в мире нет ничего главного, как нет и ничего второстепенного; в мире все едино. Впервые в жизни он направился к дому старика, постучал в дверь, взглянул ему в глаза и сказал: "А что вы сейчас скажете?" Старик ответил: "Ну, тут и говорить нечего. Это произошло, я благословляю тебя".
-
---

Смерть сродни любви. Сможешь ли ты понять, что такое любовь, видя, что один человек любит другого? Что ты видишь? Ты видишь, что они обнимаются.

Но разве любовь - это объятия?

Ты видишь, что они держатся за руки, но разве любовь - это сомкнутые руки?

Что еще может узнать о любви сторонний наблюдатель? Любое его открытие окажется абсолютно бесполезным. Все это будут проявления любви, но не сама любовь. Любовь может познать лишь тот, кто любит.
-
Ошо

Птицы лета слетаются под окно мое, чтобы спеть свою песню и улететь далеко. О любимой моей.
Рабиндранат Тагор

О великом поэте Индии Рабиндранате Тагоре ходят легенды. Он написал шесть тысяч прекрасных песен. Когда на него нисходило вдохновение, он запирался в своей комнате и творил. Он не ел, не пил и не выходил из комнаты по три-четыре дня. Все, кто видел его выходившим из своей комнаты после такого поста, после пребывания в состоянии творчества, отмечали, что он изменился. Он выглядел приобщённым к какому-то другому миру: изяществом грациозность манер, просветленность взгляда! Но лишь несколько часов исходил от него аромат. Затем месяцами это состояние могло не приходить.

Рассказывают, что когда он умирал, к нему пришёл его друг, известный литературовед. Взяв его за руку, он сказал:
- Ты можешь умереть с глубоким удовлетворением, ведь ты спел столько песен! Ещё никто на Земле не спел так много прекрасных песен! Ни Калидаса, ни Шелли не могут сравниться с тобой.

И когда он сказал это, слёзы потекли из глаз Рабиндраната. Друг не мог поверить своим глазам и сказал:
- Ты и плачешь? Ты боишься смерти? Никогда не поверю! Человек, который воспевал жизнь во всей её полноте, боится смерти? Ведь смерть это одно из проявлений жизни!

Рабиндранат ответил:
- Нет, не смерти я боюсь! Смерть прекрасна, так же, как и жизнь. А плачу я от того, что самые лучшие песни стали приходить совсем недавно. До сих пор я был лишь ребёнком. Теперь я вырос, и Бог даёт мне всё больше и больше. Только сейчас я созрел, а пришло время уходить. Это несправедливо!
-
p.s. новые впечатления не менее важны чем пища.
---
Туристическая компания "Your travel"
дает вам возможность сделать элитный подарок

56
Я ничего не просила у тебя; я не сказала тебе своего имени.
Когда ты уходил, я стояла молча. Я стояла возле колодца в косой тени дерева, и женщины уходили домой с глиняными кувшинами, наполненными до краев.
Они звали меня и кричали: «Пойдем с нами, утро уже повернуло на полдень». Но я все еще томилась и медлила, объятая смутным раздумьем.
Я не слыхала, как ты подошел. Твой взгляд был печален, когда он упал на меня, твой голос звучал устало, когда ты тихо сказал:
«Ах, я путник, изнывающий от жажды». Я очнулась от своего сна наяву и налила воды из кувшина в твои пригоршни. Листья шелестели над нами; кукушка куковала в глубине рощи, и благоухание цветов баблы[2] доносилось с поворота дороги.
Я стояла, онемев от стыда, когда ты спросил мое имя. Правда, – что я сделала для тебя, чтоб ты помнил меня? Но воспоминание о том, что я могла дать тебе воды и утолить твою жажду, будет жить в моем сердце и наполнять его нежностью. Близок полдень, устало поют птицы, листья нима[3] шелестят надо мною, а я сижу и думаю, думаю.

Рабиндранат Тагор.

текст целиком.Читать далее

52
Я ходила от двери к двери по деревенской улице, прося подаяния, когда, подобно дивному сновидению, появилась твоя золотая колесница, царь царей!
В груди моей пробудились надежды, и мне показалось, что пришли к концу мои злополучные дни, и я стояла, ожидая непрошенного подаяния, сокровищ, что будут рассыпаны вокруг меня.
Колесница остановилась возле меня. Твой взгляд упал на меня, и ты сошел с колесницы с улыбкой. Я чувствовала, что пришло, наконец, счастье моей жизни. Но ты внезапно протянул свою правую руку и сказал: «Что подашь ты мне?» О, какой это был царственный жест – раскрыть свою длань и просить у нищей! Я смутилась, я стояла в нерешимости, и потом я медленно вынула из своей сумы крохотное зернышко и подала тебе.
Как же велико было мое удивление, когда вечером, вытряхнув свою суму, я увидела на полу крохотное золотое зернышко. Я горько плакала и жалела, что не отдала тебе всё.
( Рабиндранат Тагор ,Гитанджали )