Бахааддина посетила группа ищущих.
Они нашли его во дворе, в окружении учеников, в самом разгаре буйной
пирушки.
Некоторые из новопришедших заявили:
-- Как отвратительно! Не так следует себя вести, и ничто не может
служить оправданием.
Они попытались увещевать Учителя.
Другие сказали:
-- Да ведь это прекрасно -- мы предпочитаем именно такую форму учебы!
-- И изъявили желание принять в ней участие.
Третьи сказали:
-- Мы несколько озадачены и хотим узнать больше о причи-нах такого
загадочного поведения.
Остальные перешептывались:
-- В этом, быть может, и есть капля мудрости, но нужно ли нам искать
ее, неясно.
Учитель отослал их всех прочь.
И все люди, в беседах и письменно, разнесли по свету свои мнения о
происшедшем. Даже те, кто прямо не упоминал случившееся, находились под
впечатлением этой встречи, и их высказывания и писания отражали их воззрения
на это событие.
Спустя какое-то время некоторые из участников первого посещения опять
проходили тем же путем. Они решили навестить Учителя.
Стоя в дверях, они увидели, что на этот раз во дворе царила
благопристойность, -- Учитель и все его ученики сидели в позе
сосредоточения.
-- Это уже лучше, -- сказали одни, -- очевидно, наш урок пошел ему
впрок.
-- Это прекрасно, -- сказали другие, -- в прошлый раз он просто
испытывал нас.
-- Это слишком безрадостно, -- заявили третьи. -- Такие постные рожи
можно встретить на каждом углу.
Были и другие мнения, высказанные и невысказанные.
Когда медитация кончилась, мудрец опять отослал прочь всех пришедших.
Прошло много времени, и горстка ищущих возвратилась, чтобы услышать из
уст мудреца объяснение предыдущих встреч.
Они предстали перед вратами и заглянули во двор. Учитель сидел там
один, не пируя и не погружаясь в сосредоточение. Учеников не было видно.
-- Теперь, если хотите, можете узнать суть дела, -- сказал он, -- ибо
работа завершена, и ученики распущены.
В первый ваш приход моя группа была слишком серьезна -- мне пришлось
вносить коррективы. Во второй раз они были слишком беспечны -- и я также
привносил коррективы.
Когда человек занят своим делом, он отнюдь не всегда разъясняет свое
поведение случайным прохожим, какой бы огромный интерес они, по их
собственному мнению, ни испыты-вали к этому делу. Когда событие происходит,
главное -- чтобы оно развивалось правильно. А внешняя оценка имеет
второстепенное значение.

---
-

Королевская дочь красотой своей была подобна луне и очаровывала всех, кто удостаивался хоть раз взглянуть на нее.
Однажды какой-то дервиш, собираясь подкрепиться, поднес было ко рту кусок хлеба, как вдруг увидел ее и застыл в изумлении. Пальцы его сами собой разжались, и хлеб упал на землю.
Проходя мимо, принцесса улыбнулась дервишу. Восторг поверг его тело в трепет, хлеб остался лежать в пыли, а сам он едва не лишился чувств. В этом экстатическом состоянии дервиш пробыл семь лет. Домом его стала улица, соседями – бродячие собаки.
Безумный дервиш надоел принцессе, и ее телохранители решили его убить.
Тогда она вызвала его к себе и сказала ему:
– Никакой союз между нами невозможен. Ты должен немедленно уйти из города, потому что мои слуги хотят тебя убить.
Несчастный влюбленный ответил ей так:
– С тех пор, как я увидел тебя, жизнь не имеет для меня никакой цены. Они прольют невинную кровь. Но прежде, чем я умру, заклинаю тебя, исполни мое единственное желание, ибо ты – причина моей гибели. Скажи, почему ты тогда улыбнулась мне?
– Глупец! – сказала принцесса. – Когда я увидела, каким посмешищем ты себя выставил, я улыбнулась из жалости – и только.
И, сказав так, принцесса скрылась.

---
-

Однажды, когда Бишр был учеником, еще зависящим во всем от мирских
удобств, он попал на остров Абадан. Там он встретил на редкость несчастного
человека. Пораженный проказой, слепой, покинутый всеми он лежал на земле.
Бишр подошел к нему, положил его голову себе на колени и, испытывая
жалость и сострадание, начал говорить слова утешения и человеколюбия.
Тогда прокаженный вдруг заговорил: "Зачем, незнакомец, встал ты между
мной и моим Господом? Есть у меня тело или нет, моя любовь к Нему
неизменна".
Бишр говорит, что этот урок он запомнил на всю жизнь.
Машгул добавляет: "Смысл истории доступен лишь тому, кто понимает, что
прокаженный предостерегал Бишра от потакания собственной сентиментальности,
разрушающей чело-века, превращающегося в так называемого "добряка". "Добро"
есть то, что вы совершаете по своей воле, а не ради ублажения своей
склонности к потаканию чувствам, преподаваемым другими под именем
человеколюбия".

Бишр ибн аль-Харит
---
-

Сухраварди передает:
"Я пошел повидать одного человека, и мы сели поговорить.
Мимо, тяжело ступая, проследовал верблюд, и я спросил собеседника:
-- О чем это напоминает тебе?
Он ответил:
-- О пище.
-- Но ведь ты не араб; где же ты мог питаться верблюжьим мясом?
-- О, дело совсем не в этом, -- ответил человек. -- Видишь ли, мне все
напоминает о пище".

---
-

Саади, суфийский автор персидской классической книги “Розовый сад”, описывает свое посещение гробницы Иоанна Крестителя в Сирии.
Он прибыл туда однажды утомленный до крайности и с окровавленными ногами, но затем, когда он почувствовал жалость к самому себе, он увидел человека, который был не только утомлен, но и вообще был без ног. Саади поблагодарил Бога за то, что у него, по крайней мере, есть ноги.
Этот рассказ на очевидном уровне означает: будь благодарен за небольшие милости. Его учение на этом уровне мы встречаем во всех культурах. Полезно помочь кому-нибудь найти более широкую перспективу в его ситуации, если он страдает от бессилия и жалости к самому себе. Применение таких рассказов для эмоциональных целей -- переключить умственное отношение, даже сделать человека удовлетворенным своей судьбой, а возможно, на какое-то мгновение и благодарным за нее. Это является характерным для условного типа наставлений.
Современные умники говорят: “Все, что Саади сделал, так это указал на так называемые моральные качества, его работа вышла из моды”. Традиционные незрелые сентименталисты могут сказать: “Как прекрасно думать о несчастии других и своей собственной сравнительной удаче”.
Однако, Саади, будучи суфием, включил в свои писания материал, который имеет более чем одну возможную функцию. Этот рассказ один из них. В суфийских школах этот отрывок принимается за то, чем он и является — за упражнение. Ученик может получить пользу от любой “поддерживающей” морали, которая может быть дана как условная интерпретация. Однако, не залезая вглубь себя, а при помощи самонаблюдения ученик должен быть способен сказать: “Я осознаю, что изменения в моем настроении зависят от эмоциональных стимулов. Должен ли я всегда зависеть от “виденья безногого человека” или от чтения о нем прежде, чем я пойму, что “у меня есть ноги”? Какая часть моей жизни будет потрачена, пока я ожидаю того, чтобы кто-нибудь сказал мне, что нужно делать, или чтобы случилось что-нибудь такое, что изменит мое состояние и рамки ума?”
Согласно суфиям у человека есть более хорошие, более надежные внутренние чувства и возможности для обучения их, чем постоянные эмоциональные раздражители. Цель суфийской интерпретации этого урока будет сведена к нулю, если она заставит людей начать оргию саморасспросов эмоционального сорта. Цель того, что здесь указывается суфийское использование этого отрывка, состоит в том, чтобы он был зарегистрирован в уме таким образом, чтобы в будущем ученик мог заметить более высокую форму оценки его ситуации, когда она начнет действовать в нем.
-
---
продолжение здесь )

— Почтенный, я хотел бы, подобно тебе, стать искателем истины, — сказал юноша суфийскому шейху. — Как мне достичь этого? Каким путем?

— Путь к истине нелегок, сын мой, — ответил шейх. — Поэтому будет лучше, если ты присоединишься к сообществу странников. Этот путь — не простая дорога. Он опасен. Там встречаются свои разбойники, препятствия и неприятности. Если боишься, то сиди дома. Ведь когда веют зерно, то отделяют шелуху от зерна. Шелуха на пути — это страх.
---
-

Аль-Махди Абасси говорил, что если даже очень стремиться помочь
какому-либо человеку, нечто в нем может противиться такой помощи и отклонить
ее.
Поскольку нашлись сомневающиеся в этой теории, он обязался
продемонстрировать ее на практике.
Когда разговор был прочно забыт, аль-Махди велел оставить посреди моста
мешок с золотом. Затем он приказал привести одного несчастного должника и
попросил его перейти мост.
Абасси и остальные свидетели расположились на другом конце моста.
Человек пересек мост, и Абасси спросил его:
-- Что видел ты на середине моста?
-- Ничего, -- ответил человек.
-- Как так?
-- Лишь только я вступил на мост, мне в голову пришла мысль: дай-ка я
перейду мост с закрытыми глазами. Так я и сделал.
---
Аарон маг.Магия ,весь спектр,во всех сферах.!

Зарок.

Один человек, измученный бесконечными неудачами, поклялся, что если несчастья оставят его, он продаст свой дом и раздаст все деньги, которые получит за него, нищим.
Через некоторое время судьба стала милостивой к нему, и он вспомнил о своей клятве. Но ему не хотелось терять так много денег, и тогда он придумал выход из положения.
Он объявил, что продаст свой дом, но с кошкой в придачу. За дом он просил одну серебряную монету, а за кошку – десять тысяч.
Вскоре пришел покупатель и купил дом и кошку. Одну монету, полученную за дом, человек отдал беднякам, а десять тысяч, вырученные за кошку, оставил себе.
---
Многие люди мыслят так же, как этот человек. Они решают следовать какому-нибудь учению, но свою связь с ним истолковывают так, как им выгодно. До тех пор, пока они не преодолеют этой тенденции путем особой тренировки, они вообще не смогут учиться.
Согласно дервишскому рассказчику, шейху Насир аль-Дину Шаху, в этой притче иллюстрируется умышленный обман или, возможно, извращенный ум, бессознательно создающий подобного рода обман. Этот шейх, известный под титулом "Светоч Дели", умер в 1846 году. Его гробница расположена в Дели, в Индии.
Настоящий вариант рассказа, приписываемый ему, взят из устных преданий ордена Чиштийа.
Притча используется для того, чтобы ознакомить с психологической техникой, имеющей целью сделать ум стабильным, исключить для него возможность самообмана.
-

Давным-давно жили три дервиша – Як, Ду и Си. Первый дервиш пришел с севера, второй – с запада, третий – с юга. У этих людей была общая цель: они стремились к глубокой истине и искали путь.
Первый, Як Баба, сидел и размышлял, пока у него не начала болеть голова. Второй, Ду Ага, стоял на голове, пока у него не отнялись ноги. Третий, Си Каландар, читал книги, пока у него не пошла из носа кровь.
Наконец, они решили объединить свои усилия. Дервиши удалились в уединенное место и стали сообща выполнять свои упражнения, надеясь таким путем сконцентрировать необходимое количество усилий, чтобы вызвать появление Истины, которую они называли глубокой истиной.
Читать далее

Некогда жил один человек, который мечтал стать учеником суфийского шейха. На самом деле он не был готов пройти по пути, приняв должный порядок событий, из-за своей жадности и легкой возбудимости; тех качеств, которые не позволяют большинству людей совершить Путешествие.
Шейх, однако, дал ему шанс, потому что у ученика все еще оставалась возможность увидеть, пройдя через последовательность неудач в своих делах, что ему следует применить совершенно иной подход и стать спокойнее и внимательнее.
Однако через некоторое время, ученик почувствовал себя угнетенным теми ситуациями, в которые он попадал, следуя указаниям Шейха, и решил, что учитель не приносит ему пользы.
Он стал искать другого учителя, который бы более соответствовал его представлениям о себе. Естественно, такой человек быстро нашелся. Его второй учитель был местным маньяком, смертельно ненавидевшим первого учителя. Когда он вошел в доверие к ученику и воспламенил его обещаниями тайн и успехов, он сказал:
"Теперь я должен испытать тебя. Если ты пройдешь тест, я признаю тебя способным достичь высших вершин понимания."
Ученик взмолился, желая тут же пройти тест.
"Отлично. Иди и принеси мне сердце первого учителя."
Ученик, чья голова была вскружена представлениями о новом учителе, помчался, и убил шейха и вырезал его сердце.
Переполненный возбуждением, полный жажды тайн и мистики, он бежал к дому фальшивого учителя, когда он споткнулся и чуть не упал.
И тут, словно из вырезанного сердца раздался голос шейха:
"Спокойнее, сынок; преодолевай свою жадность и небрежность!"
---
-

Суфи спросили: "Что было самым действенным, самым полезным или может быть эффективным опытом в вашей долгой жизни?"
Он отвечал: "То, что я сейчас расскажу, научило меня пониманию того, что я уже знал, и подействовало на меня так, что я считаю это для себя уроком всех уроков. До того, как это случилось, я был "ученым идиотом", после я стал "тем, кто понимает".
Это случилось, когда я отправился повидать великого Мудреца из Чихил-Тана. Когда я прибыл в город, его дом был окружен кричащей толпой, - то были местные жители, настроенные против него недоброжелателями. Сам мудрец безмолвно стоял на балконе, пока толпа, словно свора псов бесновалась вокруг дома.
Один из них принялся кричать громче других, и прочие вначале приумолкли, слушая его, а затем, мало-помалу, с тем, как нарастал тон его оскорблений, начали чувствовать себя неловко и, наконец, возроптали против такой жестокости.
Я подумал, что сам Господь посылает избавление своим друзьям, используя их врагов. Но что теперь будет с их лидером, не станет ли он козлом отпущения?
Я увидел, что как только толпа начала поднимать голос против своего вожака, мудрец Чихил-Тана вышел вперед и ударил своего обидчика. "Он сотворил зло", - подумал я, - "не сдержав свое торжество в момент победы".
Однако толпа рассосалась, и я ушел вместе с ними, не зная, что мне думать. Через час блужданий по городу я увидел бедного дервиша с миской творога, и он предложил мне разделить с ним пищу.
Пока я ел, он, проникнув в мои мысли, сказал:
"О, неверный и безжалостный! Ты не можешь понять, почему Мудрец Чихил-Тана не сдержался и ударил обидчика, и разрушил тем свою репутацию в твоих глазах. Знай, что реальность отличается от твоих представлений, потому что то, что тебе кажется фактом, на самом деле игра воображения!
Мудрец ударил: вот что ты видел и вот что является фактом. Его намерения, напротив, не видны тебе, но являются игрой твоего дьявольского воображения! Он ударил того человека, чтобы рассеять толпу: потому что иначе она разорвала бы его на части. Ударив, он удовлетворил страсть толпы кого-то наказать, и тем самым не наказал, но спас того человека.
Пока ты не сможешь видеть эти факты, и видеть их сердцем, ты не станешь избранным, и ты будешь играть, как ребенок играет с орехами и изюмом, и ты будешь называть это обучением или оценкой или знанием. Но у тебя не будет понимания, и ты останешься животным, и будешь учиться, учиться и учиться".
Но я тут же возразил: "Если мы будем придерживаться этого принципа, и воздерживаться от суждений по поступкам, тогда все безобразные поступки будут делаться во имя святости, и у всех негодяев будут развязаны руки и мир придет к концу!"
Бедный дервиш посмотрел на меня и рассмеялся:
"О, мой милосердный брат! Разве не видишь ты, что мир и так приходит к концу, и люди, считающие, что творят добро, не обладая восприятием и пониманием, как раз те, кто приведет его к концу? И ты не хочешь этого видеть, но лишь помогаешь этому процессу! Не заботься об этом, развивай лучше понимание значений событий, а не форм их проявлений."
---
-

Теперь все изменилось. Он не говорит: “Возможно, ты будешь обеспечен”. Нужны небольшие словесные нюансы, и перед вами раскроется тайна истории. Сначала он сказал: “Возможно, кто-нибудь спасет тебя”. Теперь он говорит: “Ты будешь обеспечен”.
Что же изменилось?—Доверия, проявленного Моджудом, достаточно. Нет нужды говорить “возможно”. Он испытан на “возможно”, он доказал свой характер. Теперь все может быть сказано, как есть.
На самом деле нет “возможно”. Если вы медитируете, самадхи гарантировано. Если вы влюбляетесь в живого Мастера, просветление гарантировано. Нет никакого “возможно”, но “возможно” должно быть использовано, просто дать вам удобный случай расти в доверии. Раз доверие возникло, для “возможно” не будет нужды.
Моджуд тотчас же покидает хижину. Он даже не просил повременить: “Я могу уйти завтра. Куда я пойду ночью? Такая темень. И, что за смысл отправляться ночью, и куда”.
Нет, он просто покидает хижину, одетый как рыбак, и бродил до тех пор, пока не пришел к торговому пути. Когда рассвело, он увидал крестьянина на осле по пути на базар. “Не ищешь ли ты работу?”,—спросил крестьянин,— “мне как раз нужен человек помочь донести товар”. Моджуд последовал за ним...
Вот как это случается во внутреннем путешествии. Если вы можете доверять, то или другое всегда произойдет и поможет вашему росту. Вы будете обеспечены. Что бы ни потребовалось, в нужное время будет дано вам, и никогда до этого. Вы получаете только когда нуждаетесь, и нет даже одного мгновения промедления. Когда вы нуждаетесь, вы получаете, непосредственно, тотчас же! Это и есть красота доверия. Скоро вы узнаете пути, как существование продолжает обеспечивать вас, как существование продолжает заботиться о вас. Вы не живете в безразличном существовании. Оно не отвергает вас. Вы напрасно тревожитесь; все предусмотрено. Раз вам удалось узнать это, всякая тревога исчезает.

полный текст
---
-

Мы стояли на маленьком плато в высоких горах Кохистана. Мой учитель сказал: “Взгляни на эти сосны, как некоторые из них малы, а некоторые велики. Некоторые хорошо укоренились, а другие заваливаются на бок. У некоторых же без всяких очевидных причин искалечена часть ветвей”.
Я сказал: “Какой вывод мы можем сделать из этого?”
Он сказал: “Высокие деревья полны вдохновения”.
“И что же, они все удачливы в жизни?”
“Ни в коем случае”.
“А искалеченные деревья?”
“Это те, кто выискивают способ оправдать себя”.
“Что же, маленькие деревья лучше, чем большие?”
“Некоторые могут быть маленькими из-за наследственности, из-за того, что не было благоприятного случая, из-за отсутствия питания, из-за желания”.
“Ну, а те, что глубоко укоренились?”
“Все зависит от их природы и от разборчивости их корней при добывании реальной пищи. Некоторые из глубоко укоренившихся стали такими из-за излишней жадности потреблять. Иногда это как раз те деревья, которые валят дровосеки и используют на дрова...
---
-

Сухраварди передает:
"Я пошел повидать одного человека, и мы сели поговорить.
Мимо, тяжело ступая, проследовал верблюд, и я спросил собеседника:
-- О чем это напоминает тебе?
Он ответил:
-- О пище.
-- Но ведь ты не араб; где же ты мог питаться верблюжьим мясом?
-- О, дело совсем не в этом, -- ответил человек. -- Видишь ли, мне все
напоминает о пище".
---
-

Вопрос: Почему учителя Пути иногда демонстрируют поведение, которое идет вразрез с представлениями о людях чистоты и святости?
Ответ: Можно также спросить, почему в словарях столько слов с противоречивыми значениями. Вот классический пример обучения поведением:

Украденная изюминка

Абу-Усман рассказывает, что он однажды путешествовал с Абу-Хафсом, у которого было с собой немного изюма. Абу-Усман взял у него изюминку и положил себе в рот. Его учитель схватил его за горло с криком:
"Вор! Зачем ты ешь мой изюм?"
Абу-Усман объяснил:
"Я думал, что ты свободен от привязанностей к вещам этого мира, и я знал, что ты не эгоист. Вот я и взял изюминку."
Абу-Хафс сказал:
"Идиот! Ты доверяешь тому, кому даже я не могу довериться!"
Абу-Хафс показал ученику, что ему не следует полагаться на чью-либо репутацию, но развивать непосредственное восприятие того, что происходит внутри других людей.
---
-

Король и его Сын

Жил некогда король, чей единственный сын, когда подрос, стал вести жизнь бездельника и транжира. Постоянно окруженный такими же никчемными расточителями, - которых он считал настоящими людьми - он судил всех и вся по их стандартам. Хотя все они жили от щедрот Короля, они тайком передразнивали его и высоко ценили вещи, в которых не было никакой ценности, кроме того, что они развлекали их.
Однажды Король, без предупреждения, вызвал Принца и вышвырнул его из дворца. Несчастный и сбитый с толку, юноша ходил от одного своего друга к другому, ища симпатии и комфорта и прося о помощи. Но он не получил ничего - кроме слов о том, что король должно быть злодей, и где-то должно быть настоящее правосудие, только не во дворце.
Из-за своей глупости и вредных привычек, Принц все больше отдалялся от своего отца. Хотя он и пытался начать новую жизнь самостоятельно, он не знал, как это сделать. В своей компании якобы друзей он разучился видеть вещи такими, какие они есть. В результате его жизнь стала трудна и запутана. Его постоянно преследовали беспокойство и пустота.
Через несколько месяцев Король послал за принцем. "Сын мой", - сказал он, - "теперь ты видишь, как твои привычки подвели тебя и как мало пользы в твоих товарищах".
Также и мы, полагая некоторые цели в этой жизни "хорошими" и называя некоторые вещи и людей "значительными", не в силах увидеть Реальность или хотя бы ее знаки. Определенные привычки удерживают нас в роли "бездельников" и "транжиров".

---
-

Однажды Хызр, учитель Моисея, обратился к человечеству с предостережением.
– Наступит такой день, – сказал он, – когда вся вода в мире, кроме той, что будет специально собрана, исчезнет. Затем на смену ей появится другая вода, и люди сойдут от нее с ума.
Лишь один человек понял смысл этих слов. Он набрал запас воды побольше и спрятал ее в надежном месте. Затем он стал поджидать, когда вода изменится.
В предсказанный день все реки иссякли, колодцы высохли, и тот человек, удалившись в свое убежище, стал пить из своих запасов.
Но вот прошло какое-то время, и он увидел, что реки возобновили свое течение; и тогда он спустился к другим сынам человеческим и обнаружил, что они говорят и думают совсем не так, как прежде, что с ними произошло то, о чем их предостерегали, но они не помнят этого. Когда же он попытался с ними заговорить, то понял, что они принимают за сумасшедшего его, выказывая ему враждебность либо сострадание, но никак не понимание.
Поначалу он не притрагивался к новой воде, каждый день возвращаясь к своим запасам. Однако в конце концов он решился отныне пить новую воду – потому что выделявшие его среди остальных поведение и мышление сделали его жизнь невыносимо одинокой. Он выпил новой воды и стал таким же, как все. И начисто забыл о своем запасе иной воды.
Окружающие же его люди смотрели на него как на сумасшедшего, который чудесным образом излечился от своего безумия.
---
Легенду эту неоднократно связывали с Зун-Нуном аль-Мисри, египтянином, который умер в 860 году и считается ее автором. Предполагают также, что эта сказка связана по меньшей мере с одной из форм братства вольных каменщиков. Во всяком случае, Зун-нун – самая ранняя фигура в истории дервишей ордена Маламатийа, который, как часто указывалось западными исследователями, имел поразительное сходство с братством масонов. Считают, что Зун-нун раскрыл значение фараонских иероглифов.
Данный вариант рассказа приписывается Саиду Сабиру Али Шаху, святому из ордена Чиштийа, который умер в 1818 году.
-

Юнус, сын Адама, решил однажды не взвешивать больше свою жизнь на весах судьбы, но узнать: как и почему необходимые вещи приходят к человеку.
– Я, – сказал он себе, – человек. И, как таковой, я ежедневно получаю свою долю от всех вещей мира. Доля эта приходит ко мне, благодаря моим собственным усилиям, вместе с усилиями других. Упростив этот процесс, я найду способ, которым пища достигает людей и узнаю кое-что о "как и почему". Итак, я стану на путь религии, который предуказывает человеку в целях поддержания самого себя полагаться на всемогущего Бога. Чем жить беспорядочно в мире, где пища и прочие вещи явно проходят через посредство общества, отдам я себя непосредственной поддержке Силы, управляющей всем. Вот ведь даже нищие зависят от посредников – от милосердия: люди ведь подают пищу или деньги потому, что их научили так делать. Не стану я принимать таких опосредованных даяний.
Сказав так, он вышел за город и отдал себя поддержке сил невидимых с тою же решительностью, с какой принимал поддержку сил видимых, будучи школьным учителем.
С наступлением ночи Юнус улегся прямо на землю с верой, что Аллах всецело позаботится о его интересах – так же, как птицы и звери получают свою долю заботы в его царстве.
Читать далее

Жили некогда в одном пруду три рыбы. Первая рыба была самая хитрая, вторая – попроще, а третья – совсем глупая. Хорошо они жили, спокойно – как живут все рыбы на свете. Но вот однажды к их пруду пришел человек.
Человек принес с собой сеть. И пока он ее разворачивал, умная рыба глядела на него сквозь воду и соображала. Лихорадочно перебирала она весь свой жизненный опыт и все истории, которые ей довелось когда-либо услышать; она призвала на помощь всю свою смекалку, и наконец ее осенило:
Читать далее

Однажды великий султан Махмуд, гуяля по улицам Газны – своей столицы, увидел бедного носильщика, который, изнемогая от усталости и чуть не падая с ног, тащил на спине огромный камень. Сострадая несчастному, султан в порыве благородных чувств воскликнул:
– Брось камень, носильщик!
И это прозвучало как царский приказ.
Носильщик тут же сбросил с себя камень, и он упал посередине дороги. Никто не осмелился сдвинуть его в сторону, и с тех пор в течение нескольких лет камень так и оставался лежать на прежнем месте, доставляя пешеходам множество неудобств. Наконец, горожане обратились к правителю, умоляя его новым приказом позволить им убрать камень с дороги.
Однако Махмуд, руководствующийся мудростью государственного уровня, ответил так:
– То, что было сделано однажды по высочайшему повелению, нельзя отменить другим повелением, ибо люди не должны думать, что царские указы продиктованы случайной прихотью. Камень останется на прежнем месте.
Итак, камень продолжал лежать там, где он однажды был брошен, и даже после смерти Махмуда, из уважения к авторитету царских указов, его не тронули.
Эта история всем была хорошо известна, и каждый человек, в соответствии со своими способностями и пониманием, видел в ней одно из трех значений. Противники монархии считали, что этот случай лишний раз доказывает, до какой глупости может дойти авторитет, пытающийся утвердить себя. Люди, преклоняющиеся перед силой, относящиеся с великим почтением ко всем указам – даже самым нелепым, – понятно, не особенно утруждали себя размышлением и в этом случае. Те же, кто понимал, какими соображениями руководствовался царь в действительности, не обращали внимания на то, что на этот счет думают невнимательные.
Ибо, приказав носильщику бросить камень в таком месте, где он всем будет мешать, а затем во всеуслышание объяснив, почему камень должен остаться на прежнем месте, Махмуд показал людям, способным понять его, что они должны подчиняться преходящей власти, но в то же время осознавать, что те, кто руководят, опираясь на неизменные догмы, не способны принести людям большой пользы.
Те, кто усвоил этот урок, увеличили ряды искателей истины, а многие и пришли к истине таким путем.
---
* Эта история, но только без тонкого толкования, которое дано здесь, встречается в знаменитом классическом произведении Али Хусейн аль-Ваиз аль-Кашифи "Рашахат айн ал-хайат".
* Настоящий вариант рассказа составляет часть учения суфийского шейха Дауда из Кандагара, умершего в 1965 году. Он прекрасно изображает тот факт, что отношение людей к событиям зависит от их уровня понимания; их пониманием обусловлены их суждения о чем бы то ни было. Косвенный метод обучения, использованный султаном Махмудом, представляет собой классический суфийский прием, который выражен в следующей фразе: "Говори со стеной так, чтобы тебя могла услышать дверь".