Лин-чи рассказывал:
Однажды утром Бокудзю проснулся и сразу же позвал старшего ученика:
— Послушай, мне приснился странный сон. Не мог бы ты растолковать его значение?
— Подождите! Сначала я принесу Вам воды, чтобы Вы могли умыть свое лицо, — ответил ученик.
Он принес полный горшок воды и помог Бокудзю умыться. В это время мимо проходил другой ученик. Бокудзю подозвал его и сказал:
— Послушай, мне приснился сон. Не можешь ли ты дать его толкование?
— Лучше я принесу Вам чашечку чая! — сказал ученик, и ушёл.
Ещё один ученик, как раз проходивший мимо и слышавший разговор, подошёл к Бокудзю и спросил:
— А что за сон Вам приснился?
И получил в ответ бамбуковой палкой по голове. Два первых ученика и Бокудзю разразились громким смехом.
---
-

Настоятелем монастыря Кэннин был Мокурай — Безмолвный Гром. У него был любимец по имени Тое, которому было всего двенадцать лет. Тое видел, как другие ученики каждое утро и каждый вечер приходят к учителю за указаниями по сандзэн — индивидуальному наставлению, когда ученику задаётся коан, упражнение для остановки блужданий ума. Тое тоже захотел себе сандзэн.
— Подожди немного, — сказал Мокурай, — ты ещё слишком мал.
Но ребёнок так настаивал, что учитель, наконец, согласился.
Вечером в назначенный час маленький Тое пришёл к Мокураю за сандзэн. Он сообщил о своём приходе ударом в гонг, не переступая порога, трижды почтительно поклонился и сел перед учителем, сохраняя вежливое молчание.
— Ты можешь слышать звук двух хлопающих ладоней, — сказал Мокурай. — Покажи мне, как звучит одна. Тое поклонился и ушёл в свою комнату размышлять над задачей.
Из окна слышалась музыка гейш.
— Ага, нашёл! — воскликнул он.
На следующий вечер, когда учитель попросил его показать хлопок одной ладони, Тое стал играть музыку гейш.
— Нет, нет, — сказал Мокурай, — не годится. Это вовсе не хлопок одной ладони. Ты ничего не понял.
Решив, что музыка может ему мешать, Тое перебрался жить в тихое место. Он медитировал снова. Что же может быть хлопком одной ладони? Вот он случайно обратил внимание на звук капающей воды. «Есть», — догадался Тое. Придя снова к учителю, он изобразил этот звук.
— Что? — спросил Мокурай. — Это же звук капающей воды, но не хлопок одной ладони. Попробуй ещё.
Напрасно Тое медитировал снова, стараясь расслышать звучанье одной ладони. Он слышал звук ветра, но и этот звук был отвергнут. Он слышал крик совы, но и это не подошло. И шелест саранчи также не был звучаньем одной ладони.
Больше десяти раз приходил Тое к Мокураю с разными звуками. Все они не годились. Почти целый год размышлял он о том, чем может быть звучанье одной ладони. Наконец Тое вошёл в настоящую медитацию и оказался за пределами всех звуков.
— Я больше уже не мог собирать звуки, — объяснял он потом, — и поэтому достиг беззвучного звука.
Тое постиг звучанье одной ладони.
-

Путешествуя, правитель зашёл к Мастеру, чтобы засвидетельствовать ему свое почтение.
— Меня ждут государственные дела, у меня нет времени на долгие разговоры, — сказал он. — Можешь ли ты изложить суть религии в двух словах — для такого занятого человека, как я?
— Для Вашей Светлости я могу выразить это и одним словом.
— Невероятно! Скажи мне скорей это необычное слово!
— Молчание.
— А как достичь Молчания?
— Медитацией.
— А могу я узнать, что такое медитация?
— Молчание.
-

Мастер Ма-Цзы, стремясь показать своим ученикам состояние медитации, сказал:
— Если вы произнесёте хоть слово, я назначу вам тридцать ударов моей палкой, но если вы не произнесёте ни слова, тоже — тридцать ударов моей палкой. Теперь говорите, говорите!
Один ученик вышел вперёд и собирался просто поклониться Мастеру, но получил удар. Ученик запротестовал:
— Я не произнёс ни единого слова, и вы не позволили мне произнести ни слова. За что же удар?
Мастер засмеялся и сказал:
— Если я буду ждать тебя, твою речь, твоё молчание,... слишком поздно. Жизнь не может ждать!
---

Умирая, дзэнский монах Бокудзю попросил своих учеников принести все его книги, всё, что он написал, и всё, что он сказал. Всё это было сложено, но они не могли понять, что он собирается делать. А он начал сооружать из книг костёр.
Ученики начали кричать и вопить.
Бокудзю, видя такое, сказал:
— Я собираюсь уходить и не хочу оставлять за собой следов. Я не должен оставить ни одного отпечатка своих ног. Отныне тот, кто пожелает следовать за мной, должен будет следовать за собой. Тот, кто захочет понять меня, должен будет понять себя. Вот почему я уничтожаю все эти книги.
---
-

Однажды монах Лин-чи удивил всех. Когда умер его учитель, Лин-чи расплакался. Он стоял, и слёзы текли по его щекам. Его друзья недоумевали:
— Что ты делаешь? Здесь собралось столько людей, и все они шокированы твоим поведением. Их мысли написаны у них на лицах: «Невероятно! Этого просто не может быть! Лин-чи плачет! Мы думали, что он полностью непривязан и его дух свободен. И вот теперь он плачет! Он сам учил нас, что душа бессмертна, что умирает только тело; что тело это материальная оболочка, которая изнашивается и возвращается в землю. Почему же сегодня он плачет?» И мы, твои друзья, тоже не можем понять тебя. Ты учил, что ключом является непривязанность. Почему же ты привязан к своему учителю?
На это Лин-чи ответил:
— Ваш вопрос логичен. Но что мне делать? Слёзы текут, и я плачу. Для меня самого было открытием, что я плачу. Я сам удивлён. Но что я могу поделать? Так во мне проявляется жизнь. И я не стану подавлять её проявления. Я всегда принимал её целиком.

-
внимание.!, здесь можно купить фронтальный погрузчик

Однажды, разговаривая со своими монахами, Сан-шэнь сказал:
— Когда приходит ученик, я выхожу навстречу без намерения помочь ему.
Его брат, Синь-хуа, услышал это замечание и сказал:
— Когда приходит ученик, я не всегда выхожу ему на встречу, но если я всё же выйду, я обязательно помогу ему.
НЕГЭН: Линь-цзи, великий мастер дзэна династии Тан, оставил мир 10 января 867 года. Перед смертью он сказал: «После моего ухода не разрушайте мой дзэн. Храните учение между собой». Сан-шэнь, один из его учеников, спросил: «Кто же должен разрушить ваш дзэн?» — «Если кто-нибудь спросит тебя, что такое дзэн, — поинтересовался Линь-цзи, — что ты скажешь?» Сан-шэнь закричал: «Хей!» Учитель был удовлетворён ответом и заметил: «Кто бы мог подумать, что мой дзэн будет разрушен этим слепым ослом?» — с этими словами он умер.
Буддизм использует негативные слова для выражения реальности. Это единственный способ избежать путаницы в словах. Когда Линь-цзи попросил не разрушать его дзэн, он постулировал свой дзэн двойственно, поэтому Сан-шэнь присоединился к нему в этом способе выражения. И опять же, когда учитель пожелал воочию увидеть, как оно будет жить, Сан-шэнь наглядно показал ему это, и монахи, собравшиеся там, были свидетелями бессмертия их любимого мастера. Последние слова Линь-цзи были негативным выражением похвалы.
Дзэн — это не вещь, которая может быть дана учителем ученику. Ветер может задуть пламя свечи, но когда возникнут благоприятные условия, она снова запылает, давая такой же свет, как и прежде. Разве после этого оно не будет тем же самым непрерывным пламенем? Сан-шэнь не был единственным человеком, который получил дзэн Линь-цзи, но он оказался достаточно храбрым, чтобы продемонстрировать его перед умирающим учителем. И дзэн стал его.
Что касается коана этой истории, то мы знаем, что наилучшая помощь по дзэну это «не помогать». Многие секты различных религий ставят своей целью помочь людям, не понимая, что излишняя помощь мешает внутреннему росту как тех, кому «помогают», так и их собственному. Как солнечный свет наполняет сад, так и Сан-шэнь встретил ученика без всяких мыслей о помощи. Какое изумительное расположение духа спокойной любящей доброты!
Синь-хуа выразил свой дзэн позитивно, не в противоречии с дзэном Сан-шэня, но поддерживая его с противоположной точки зрения. Положительность без отрицательности может нести опасность. Отрицательность без положительности приводит к вялости. Синь-хуа, вероятно, намеревался удержать поводья контроля над «слепым ослом», но я говорю: «Здесь, брат, следи за каждым своим шагом. Ибо перед тобою пропасть!»
ГЭНРО: Один брат говорит «нет», другой говорит «да». Таким образом, они продолжают дело отца, улучшая и совершенствуя его.
Жёлтая река течёт тысячи миль на север, Затем поворачивает на восток и течёт непрерывно. Не важно, как она изгибается и поворачивает, Её воды выходят из источника на горе Кунь-лу.
---
-

Одного серьёзного молодого человека смущали конфликты Америки середины двадцатого столетия. Он приходил ко многим людям в поисках путей разрешения разногласий, которые беспокоили его, но обеспокоенность оставалась.

Однажды вечером, в кофейне, один самозванный священник дзэна сказал ему: «Иди в большой полуразрушенный особняк, который ты найдёшь по адресу, который я написал для тебя. Не говори с теми, кто живёт там: ты должен молчать до восхода луны завтра вечером. Иди в большую комнату справа от главного зала, садись в позу лотоса на кучу щебня в северном углу, лицом в угол, и медитируй».

Он сделал так, как сказал священник дзэна. Его медитация часто прерывалась разными беспокойствами. Он беспокоился, упадут или нет со второго этажа остатки отвесной арматуры, чтобы присоединиться к трубам и прочему хламу, валявшемуся там, где он сидел. Он беспокоился о том, как он завтра вечером узнает, что взошла луна. Он беспокоился, что это за люди, которые ходят через комнату и говорят о нём.

Его беспокойство и медитация были нарушены, когда, как бы во испытание его веры, со второго этажа на него упали зловредные испражнения. В это время два человека проходили через комнату. Первый спросил второго, что это за человек сидит там. Второй ответил: «Некоторые говорят, что это святой человек. Другие говорят, что у него дерьмо на голове». Услышав это, человек просветлел.

Это только вопрос того, чтобы быть настоящим в любой ситуации. Теперь слушая это - не Алмазную Сутру, но он должно быть слышал её, - он должен был быть абсолютно внимателен в тот момент. Естественно, когда о вас скажут: «Некоторые говорят, что он святой человек. Другие говорят, что у него дерьмо на голове» - все мысли должны остановиться: «Услышав это, человек просветлел».
---
-

В период Камакура Синкан изучал 6 лет тендай, а затем 7 лет изучал дзэн. После этого он отправился в Китай и еще 13 лет изучал дзэн. Когда он вернулся в Японию, многим хотелось поговорить с ним, выяснить неясные вопросы. Но когда Синкан принимал посетителей, что случалось не часто, он редко отвечал на их вопросы.

Однажды 50-летний искатель просветления сказал Синкану:

— Я изучал школу мысли тендай, когда был ещё мальчиком, но одного я так и не смог понять в ней. Тендай утверждает, что даже трава и деревья станут просветлёнными. Мне это кажется очень странным.

— Что пользы обсуждать, как трава и деревья станут просветленными? — спросил Синкан. — Вопрос в том, как тебе самому стать просветлённым. Ты когда-нибудь задумывался над этим?

— Я никогда не думал об этом таким образом, — восхитился старик.

— Так теперь пойди и подумай, — закончил Синкан.
---
-

Один ученик Бокудзю медитировал в течение нескольких лет. Когда он приходил к Мастеру, тот отправлял его назад со словами: «Всё это чепуха! Возвращайся и медитируй снова». Однажды Бокудзю пришёл сам к нему домой. Тот сидел в позе лотоса. Бокудзю растолкал его и сказал:

— Что ты сидишь как истукан? Нам не нужны каменные изваяния, мы их имеем в большом количестве в храме! Просто сидя, подобно статуе, ты не достигнешь состояния медитации. Посредством успокоения тела твой разум не исчезнет, так как именно с помощью разума ты успокаиваешь своё тело. Всё то, что сделано разумом, будет укреплять только разум.

Прошёл год. Учитель пришёл снова. Ученик сидел почти в состоянии эйфории, с закрытыми глазами, наслаждаясь утренним ветерком и солнцем.

Бокудзю взял кирпич и начал тереть его о камень, находящийся перед учеником. Ученик открыл глаза и с удивлением начал наблюдать за Мастером. Бокудзю сосредоточенно продолжал тереть кирпич о каменную плиту. Наконец, ученик не выдержал и закричал:

— Что вы делаете? Вы хотите свести меня с ума?

Бокудзю спокойно ответил:

— Я намереваюсь сделать из этого кирпича зеркало! Если тереть его достаточно долго, то, я думаю, он станет зеркалом.

Ученик засмеялся и сказал:

— Но это невозможно! Сколько его не тереть, кирпич останется кирпичом.

Учитель сказал:

— Твой ответ свидетельствует о некотором разуме! Тогда что ты делаешь? В течение нескольких лет ты стараешься извлечь медитацию из разума, — это подобно попытке сделать зеркало из кирпича.

И Бокудзю бросил кирпич в пруд, который находился рядом с деревом, под которым сидел ученик. Кирпич произвёл всплеск. Этого звука было достаточно, чтобы произошло чудо. Что-то пробудилось в ученике. Сон был нарушен, мечта развеяна, он ожил! Впервые он вкусил что-то от медитации.
---
-

Дзэнский мастер Гадзан попросил молодого студента принести ведро чистой воды, чтобы охладить его бассейн. Студент принёс воду, и после того, как вода в бассейне охладилась, выплеснул остатки воды на землю.

— Болван, — обругал его мастер. — Почему ты не вылил воду под деревья? Какое ты имеешь право тратить даром хоть каплю воды в этом храме?

Молодой студент получил Дзэн в этом упрёке. Он сменил своё имя на Текусуи, что означает «капля воды».
---
-

Энтё был знаменитым рассказчиком. Его истории о любви волновали слушателей. Когда он рассказывал о войне, то слушателям казалось, что они сами побывали на поле битвы.

Однажды Энтё встретил Ямаоку Тесю, человека, который почти овладел мастерством дзэн.

— Я знаю, — сказал Ямаока, — что ты самый лучший рассказчик в нашей стране и что ты можешь заставить людей плакать и смеяться. Расскажи мне мою любимую историю о персиковом мальчике. Когда я был малышом, я обычно спал с матерью, и она часто рассказывала мне эту сказку. Где-то в середине истории я засыпал. Расскажи мне сказку так, как мне рассказывала её моя мать.

Энтё не отважился сразу приняться за дело.

Он попросил дать ему время на то, чтобы изучить эту историю. Через несколько месяцев он пришёл к Ямаоке и сказал:

— Пожалуйста, предоставь мне возможность рассказать тебе эту историю.

— В любой другой день, — ответил Ямаока.

Энтё был разочарован.

Он продолжал изучать сказку и снова попытался рассказать её. Ямаока много раз отвергал его. Как только Энтё начинал рассказывать, Ямаока останавливал его, говоря:

— Нет, нет, ты ещё не любишь так, как моя мать.

Пять лет ушло у Энтё на то, чтобы рассказать эту легенду Ямаоке так, как рассказывала её мать Ямаоки!

Так Ямаока передал дзэн Энтё.
---
-

У Дого был ученик, которого звали Сошин. Сошин пришёл научиться медитации и терпеливо ждал, когда же, наконец, начнется обучение. Он ждал уроков, подобных школьным, но их не было, и это сбивало его с толку и разочаровывало. И вот однажды он решился и сказал Мастеру:
— Много времени прошло с тех пор, как я пришёл сюда, но ни единого слова не было сказано мне о сути медитации.
Дого тихо улыбнулся и сказал:
— О чём ты говоришь, мой мальчик? С тех пор, как ты пришёл, я постоянно даю тебе уроки медитации!
Эти слова смутили бедного ученика ещё больше. Некоторое время он размышлял над ними, но ничего так и прояснилось. И, набравшись храбрости, он вновь обратился к Мастеру:
— Скажите, что это были за уроки?
Дого ответил:
— Когда ты приносишь мне чашку чая, я принимаю её; когда ты приносишь мне еду, я принимаю её; когда ты кланяешься мне, я киваю в ответ. Как ещё ты хочешь обучиться медитации?
Сошин опустил голову и вновь углубился в раздумья о загадочных словах Мастера.
Но Дого прервал его:
— Если ты хочешь увидеть, смотри прямо сейчас. Потому что когда ты начинаешь раздумывать, ты полностью упускаешь.
---
-

Однажды, великий мастер меча Тадзима-Но-Ками прогуливался прекрасным весенним утром в своём саду, полностью поглощённый созерцанием расцветающих слив. За ним шёл мальчик-оруженосец, который нёс его меч.

«Как ни искусен в фехтовании мой господин, — подумал мальчик, — а сейчас, когда он так увлечён созерцанием, его ничего не стоит атаковать». Тадзима резко обернулся и огляделся вокруг, как бы ища кого-то. Никого не увидев, он вернулся в комнату. Облокотившись на стол, он некоторое время стоял неподвижно, глядя по сторонам, как будто сошёл с ума. Увидев это, его слуга испугался и даже побоялся подойти к нему.

Наконец он спросил господина, здоров ли тот и не может ли он ему чем-либо помочь. Тадзима ответил:

— Я вполне здоров и чувствую себя хорошо. Меня беспокоит одно происшествие, которое я никак не могу объяснить. Благодаря длительной тренировке в фехтовании я могу чувствовать мысли тех, кто стоит против меня или находится неподалёку. Когда я был в саду, я вдруг ощутил запах смертоносных духов. Я оглянулся, но кроме моего мальчика-оруженосца, поблизости никого не было. Я не могу сообразить, откуда взялся этот запах смерти. Я очень расстроен, что стал таким рассеянным.

Услышав это, оруженосец признался ему в своей мысли и попросил прощения.
---
-

Кто-то спросил Мастера Судзуки о его Учителе Йено:

— Что было особенного в нём?

Судзуки ответил:

— Единственная особенность, которую я никогда не забуду, это то, что я никогда не встречал человека, который думал бы о себе как о совершенно обыкновенном человеке. Он был простым, обычным человеком, а это наиболее необычно, потому что каждый обыкновенный ум думает, что он необыкновенный.
---
-

Когда монахиня Тённо училась Дзэн у Букко из Энгаку, она долгое время не могла вкусить плоды медитации.

Наконец, однажды лунной ночью она несла воду в старом ведре, обвязанном бамбуком. Бамбук разорвался, и дно ведра отвалилось, — и в этот момент Тённо стала свободной!

В память об этом она написала поэму:

И так, и сяк, старалась я спасти старое ведро,
Пока бамбуковая веревка не ослабла и не порвалась,
Пока, наконец, дно не вылетело.
Нет больше воды в ведре!
Нет больше луны в воде!
---
-

Однажды вечером в двери дзэнского монастыря постучался монах. Он хотел остаться там на ночь. Он устал и был голоден. Хозяин открыл дверь, но вместо того, чтобы приветствовать его словами «добрый вечер» или «здравствуйте», он встретил его дзэнским коаном, очень знаменитым. Он сказал:

— Каково ваше изначальное лицо, лицо, которое было у вас до того, как родились ваши отец и мать?

Монах снял с ноги свою сандалию и сильно ударил ею хозяина по лицу. Хозяин отступил назад, поклонился и сказал:

— Добро пожаловать. Ваше понимание потрясает.

Потом у них была трапеза. Среди холодной ночи они сидели у огня, болтая, и гость спросил:

— А сами вы получили ответ или нет на тот коан, который вы задали мне?

Хозяин сказал:

— Я не так удачлив. Нет, я не получил ответа. Но я понял его, когда вы дали мне ответ. Ведь я так много читал о дзэне, так много слышал… Вы не колебались ни единого мгновения, вы не думали над ним. Он исходил из вашей целостности. Он был не из головы — вот что я смог понять.

Гость не отвечал. Он продолжал потягивать свой чай. Но тогда хозяин заподозрил что-то. Он снова посмотрел на лицо гостя и нашёл в нём что-то, что ему не понравилось. Поэтому он спросил снова:

— Пожалуйста, скажите мне: вы действительно знаете ответ? Вы получили его?

Гость расхохотался и начал кататься по ковру в глубоком веселье. Он сказал:

— Нет, сэр. Я тоже слишком много читал о дзэне и слишком много о нём слышал.



Если знаний слишком много, они становятся препятствием. Вы можете «знать», не зная. Вот в чём опасность знаний. Глубоко внутри вы остаётесь невежественным, но на поверхности вы знаете всё, что можно знать.

Вы можете обмануть других, но ещё большей опасностью является то, что однажды вы можете обмануть самих себя. Тогда исчезнет всякая возможность роста.
---
-
хотите быть здоровыми,бодрыми,красивыми? -- больше двигайтесь.! вам в помощь -- беговые дорожки

Необыкновенная Сюнкай, второе имя которой было Сузу, ещё совсем юной была вынуждена против своей воли выйти замуж. Позже, после прекращения этого брака, она поступила в университет, где изучала философию.

Увидеть Сюнкай — значило в неё влюбиться. Более того, где бы она ни была, она влюблялась сама. В университете вокруг неё царила любовь; позже, когда философия перестала удовлетворять её и она стала посещать храм, где обучали дзэн, в неё влюблялись ученики.

Наконец, она стала настоящей ученицей дзэн в Киото. Братья-монахи из малого монастыря Кэннин хвалили её за искренность. Один из них оказался близок ей по духу и стал помогать ей в постижении дзэн.

Настоятель Кэннин, Мокурай — Безмолвный Гром — был суров. Сам соблюдая устав, он того же ожидал и от своих монахов. В современной Японии за то усердие, которое эти монахи уделяют буддизму, они вознаграждают себя, обзаводясь жёнами. Обычно, когда Мокурай заставал в любом из своих монастырей женщин, он гнал их оттуда прочь половой щёткой. Но как будто чем больше их выметал он, тем больше возвращалось обратно.

И вот в этом самом монастыре жена старшего монаха стала завидовать серьёзности и красоте Сюнкай. Когда она слышала, как хвалят ученики Сюнкай за преданность дзэн, её корчило, как от зуда чесотки. В конце концов, она распустила слух, будто Сюнкай и этот молодой монах — любовники. В результате того исключили из монастыря. Оставила монастырь и Сюнкай.

«Пусть я могла ошибаться в любви, — думала Сюнкай, — но если так несправедливо обошлись с моим другом, то и этой женщине в монастыре — не бывать!»

Той же ночью, с помощью банки керосина, она подожгла монастырь. Простоявший пятьсот лет монастырь сгорел дотла. Наутро она оказалась в полиции.

Ею заинтересовался молодой адвокат, он стал пытаться смягчить её приговор.

— Не помогайте мне, — сказала ему Сюнкай. — Я могу решиться на что-нибудь другое, чтоб опять попасть за решётку.

Наконец истёк семилетний срок её заключения, и Сюнкай освободилась из тюрьмы, где в неё влюбился шестидесятитрёхлетний охранник. Но теперь все уже видели в ней преступницу, общаться с ней никто не хотел. Даже практикующие дзэн, которым полагается верить в просветление в этой жизни и в этом теле — и они избегали её. Сюнкай поняла, что дзэн — одно, а люди, его изучающие, — совсем другое. Её родственники также не захотели иметь с ней ничего общего. Она растратила, что имела, заболела и ослабла.

Ей встретился священник секты Синею, научивший её имени Милосердного Будды, и в этом имени нашла Сюнкай утешение и умиротворение ума. Она умерла еще необычайно красивой, едва достигнув тридцати лет.

Безуспешно пытаясь как-то заработать на жизнь, она частью записала, частью рассказала свою историю одной писательнице. Так дошла она до людей Японии. И вот люди, которые её ненавидели, гнали и клеветали на неё, теперь читают о жизни Сюнкай и плачут от раскаяния.
---
-
Прочистка канализации устранение засоров

Двое монахов спорили о флаге. Один говорил:

— Движется флаг.

Другой:

— Движется ветер.

Мимо проходил Лин-чи. Он остановился и сказал:

— Ни флаг, ни ветер — движется ум!
---

Ученик спросил:

— Что есть Нирвана?

Мастер ответил:

— Не вверять себя порочному кругу рождения и смерти или удовольствия и боли есть великая Нирвана.

— Что есть порочный круг рождения и смерти и удовольствия и боли?

Мастер сказал:

— Желание Нирваны! Сейчас будь молчалив и почувствуй, что я имею в виду, говоря: «Желание Нирваны». И обрати внимание, я не говорю: «Думай об этом». Потому что думать — значит упустить. Чувствуй это! Чувствуй это! Чувствуй это!
---
-