БРЮСОВ: "Серебряные россыпи"...В моей душе сегодня, как в пустыне


ХМЕЛЬ ИССТУПЛЕНЬЯ

В моей душе сегодня, как в пустыне,
Самумы дикие крутятся, и песок,
Столбами встав, скрывает купол синий.
Сознание - разломанный челнок
В качаньи вод, в просторе океана;

Я пал на дно, а берег мой далек!
Мои мечты неверны, как тумана
Колеблемые формы над рекой,
Когда все поле лунным светом пьяно.

Мои слова грохочут, как прибой,
Когда, взлетев, роняет он каменья,
И, в споре волн, одна слита с другой.

Я наслаждаюсь хмелем исступленья,
Пьянящим сердце слаще острых вин.
Я - в буре, в хаосе, в дыму горенья!
А! Быть как божество! хоть миг один!

Валерий БРЮСОВ

Этих мигов сейчас у меня великое множество, но все они какие-то пресные и скучные. Но иногда наплывает тоска истинного одиночества на миг, час, ночь...Неясные призраки желаний и спутанных серебряной паутинкой страстей будоражат воображение и вызывают из душевного полумрака откровения "серебряных". Иногда и сам берусь я за воображаемое стило и выстукиваю на клаве поэтический вздор, отвечающий, впрочем, моим внутренним ощущениям несмелым резонансом. Но вот Брюсов. Как восхитительна его жажда божественного одиночества, какие слова, фразы выискивает он в родниках своей души! И уже ты живёшь его мечтами, погружаясь в колдовские образы, что начертал он из серебристого лунного света и жемчужных россыпей прибоя, и душа твоя, напоённая восторгом такого страстного призыва уходит с молитвой к Богу. Такие они - "серебряные"...

О Боже мой, благодарю За то, что дал моим очам Ты видеть мир, Твой вечный храм,..

 

ЗАБОЛОЦКИЙ-поэт: "Серебряные россыпи"...О любимые сердцем обманы


ПОЗДНЯЯ ВЕСНА

Осветив черепицу на крыше
И согрев древесину сосны,
Поднимается выше и выше
Запоздалое солнце весны.

В розовато-коричневом дыме
Не покрытых листами ветвей,
Весь пронизан лучами косыми,
Бьет крылом и поет соловей.

Как естественно здесь повторенье
Лаконически-медленных фраз,
Точно малое это творенье
Их поет специально для нас!

О любимые сердцем обманы,
Заблужденья младенческих лет!
В день, когда зеленеют поляны,
Мне от вас избавления нет.

Я, как древний Коперник, разрушил
Пифагорово пенье светил
И в основе его обнаружил
Только лепет и музыку крыл.

Николай ЗАБОЛОЦКИЙ

Не устаю восхищаться построениями в своём творении смыслов и слов Заболоцким. Почти пасторальное начало сменяется тёплой лирикой весеннего дня, плавно переносящего нас к самоощущениям и духовному настрою поэта. Никаких неожиданностей, всё знакомо до боли изведано и вдруг...Последняя строфа такова у него почти везде и напоминает японское построение четверостишья, когда последняя строка соединяет предыдущие три смысловым отворотом от них блистательной антитезой. Смело...

Максимилиан ВОЛОШИН: "Серебряные россыпи"...Разлит закат озерами огня


Священных стран
Вечерние экстазы.
Сверканье лат
Поверженного Дня!
В волнах шафран,
Колышутся топазы,
Разлит закат
Озерами огня.
Как волоса,
Волокна тонких дымов,
Припав к земле,
Синеют, лиловеют,
И паруса,
Что крылья серафимов,
В закатной мгле
Над морем пламенеют.
Излом волны
Сияет аметистом,
Струистыми
Смарагдами огней...
О, эти сны
О небе золотистом!
О, пристани
Крылатых кораблей!..

Максимилиан ВОЛОШИН

На косе южной Руси, там, где кончалась протока, выводящая от древнего села на гладь Дона, любовались мы закатным солнцем, висящим над горизонтом, и приобщались к великому чуду - гимну ариев. Неспешно начинался распев канона, никто и не заметил, как вдруг взмыли над всей этой лепотой юные наши души и неведомый вихрь восторга вознёс нас к пределам духовным, доселе неведомым и ошеломительным. Не хотелось назад из такой выси, чувствовали мы неразрывную духовную связь с миром: вот оно, сакральное и неведомое вокруг, звенит в душе, а в мыслях творит лёгкое изумление. И пелось чудно и дыхание истекало по капельке, прерывалось, и была в этом какая-то особая тайна, не разгаданная и ныне.
Присутствующая и у Волошина там, где у другого и намёка на неё не сыскать. Ну разве можно вот это чудо волошинское прочесть на одном дыхании?! Не-ет, обязательно задохнёшься на каком-то слоге, звуке: такая пронзительная охватит тоска и боль за это, покинувшее нас и Русь, великолепие. Э-эх, Русь...

БАЛЬМОНТ: "Серебряные россыпи"...Точно призрак умирающий


КОВЫЛЬ

И. А. Бунину

Точно призрак умирающий,
На степи ковыль качается,
Смотрит месяц догорающий,
Белой тучкой омрачается.

И блуждают тени смутные
По пространству неоглядному,
И, непрочные, минутные,
Что-то шепчут ветру жадному.

И мерцание мелькнувшее
Исчезает за туманами,
Утонувшее минувшее
Возникает над курганами.

Месяц меркнет, омрачается,
Догорающий и тающий,
И, дрожа, ковыль качается,
Точно призрак умирающий.

Константин БАЛЬМОНТ

Есть у Бунина прекрасная вещица "Осыпаются астры в садах", коротенькая и незамысловатая миниатюрка, как и всё у него, за исключением, быть может, "Степи", да "Господина из Сан-Франциско". Не она ли навеяла Бальмонту настрой так вот описать буйную и необъятную степь почти пастельными тонами?
Сам в юности житель степей, я сразу подметил эту приглушенность и камерность там, где душа трепещет и рвётся соединиться с безумием запахов и магической пронзительностью звуков: то сплюшка заведёт свою канитель, то филин в перелеске заухает на жуть полёвкам, а то и заяц завизжит, заверещит, приняв собрата за лукавую огнехвостую. А то налетит из тумана дикий конский топот с гиканьями и разбойными посвистами пацанвы, летящей призраками в ночное. Налетит, да и затихнет за дальней балкой со ставком. Нет в степи ни слюдяной тиши лесного озера, ни загадки лунной ночи над притихшим Доном-батюшкой: с своим серебряным свечением ковыля в лунном свете открыта она всем семи ветрам... и мысли твоей, подхваченной духмяными токами воздуха.
А любовь в такой степи... Однако, полно: про серебряный ковыль на ветру рассказывает "серебряный" поэт. Наслаждайтесь...

"ИВАНОВ-поэт: Серебряные россыпи"...Как изваянная, висит во сне


В лепоту облечеся
М. М. Замятниной

Как изваянная, висит во сне
С плодами ветвь в саду моем — так низко..
Деревья спят — и грезят? — при луне,
И таинство их жизни — близко, близко...

Пускай недостижимо нам оно —
Его язык немотный всё ж понятен:
Им нашей красотой сказать дано,
Что мы — одно, в кругу лучей и пятен,

И всякой жизни творческая дрожь
В прекрасном обличается обличье;
И мило нам раздельного различье
Общеньем красоты. Ее примножь! —

И будет мир, как этот сад застылый,
Где внемлет всё согласной тишине.
И стебль, и цвет Земле послушны милой;
И цвет, и стебль прислушались к Луне.

Вячеслав ИВАНОВ

Я учился познавать гиперборейский Космос у Фёдорова, знаменитого русского космиста и учителя Вернадского и Циолковского. И представить не мог, что теоретик символизма и прекрасный "серебряный" поэт черпает из того же источника, пока не прочёл этого сонета. Нет, это ещё не Космос ариев, но размах, размах! Я задохнулся в первый же миг, а потом ринулся на поиски других его произведений. Спотык... Звенящая Гиперборея окружила меня хороводом воспоминаний. Много было потом сидений и разгадываний непростой простоты Иванова. Да вот, извольте...

БАЛЬМОНТ: "Серебряные россыпи"...На островах блаженных

РАЙСКИЕ ПТИЦЫ

На Макарийских островах,
Куда не смотрят наши страны,
Куда не входят смерть и страх
И не доходят великаны, -

На Макарийских островах
Живут без горя человеки,
Там в изумрудных берегах
Текут пурпуровые реки.

Там камни ценные цветут,
Там все в цветенье вечно юном,
Там птицы райские живут
Волшебный Сирин с Гамаюном.

И если слышим мы во сне
Напев, который многолирен,
В тот час в блаженной той стране
Поет о счастье светлый Сирин.

И если звоном нежных струн
Ты убаюкан, засыпая,
Так это птица Гамаюн
Поет в безвестном, голубая.

Константин БАЛЬМОНТ

О! Как уповался я в то лето любимым Бальмонтом! Он был для меня богом и сам я был богом в заповеданной Гиперборее, потому что в тот год снят был запрет и я писал о Гиперборее вместе с Бальмонтом: он сопутствовал мне везде, потому что знал, любил и чувствовал эти края. А я начинал так и уже знал, как продолжу и носил это в себе с улыбкой блаженного: Старейшины точно прочувствовали моё состояние. И над всем этим парило, ликовало неземное обаяние Макарийских островов - островов Блаженных, альвов, праариев...

ЕСЕНИН: "Серебряные россыпи"...Душа грустит о небесах

Душа грустит о небесах,
Она нездешних нив жилица.
Люблю, когда на деревах
Огонь зеленый шевелится.

То сучья золотых стволов,
Как свечи, теплятся пред тайной,
И расцветают звезды слов
На их листве первоначальной.

Понятен мне земли глагол,
Но не стряхну я муку эту,
Как отразивший в водах дол
Вдруг в небе ставшую комету.

Так кони не стряхнут хвостами
В хребты их пьющую луну...
О, если б прорасти глазами,
Как эти листья, в глубину.

Сергей ЕСЕНИН

Поистине ведическое восприятие жизни и Космоса, родовая память поэта. Как можно было так "учителям" знакомить с Есениным в школе?! Хотя бывают и Учителя: у них такого не бывает. Хорошо, что у нас была Эля. Сколько тайны скрыто за каждым словом, не разгаданной и самим поэтом, но он упорно прорастал в себя знанием и духом... И поплатился жизнью.
Ученика Рериха Блюмкина (да! да, того самого, что убил Мирбаха) он открыто высмеял за непонимание той мистической картины арийского космоса, что предложили ему Рерих и Барченко. Может в этом и кроется тайна "Астории"?

Юный клён шумел и бурно ссорился...

Юный клён шумел и бурно ссорился
У калитки с ветром до утра.
То горит огнём, то никнет горестно
За окном осенняя пора.

Брезжит свет. Поодаль плачет ивушка.
Как всегда, горючею слезой.
Каждая нелёгкая судьбинушка
Ей подобна согбенной стезёй.

Всем она отмерена и роздана.
Небо ставит лунную печать
Платиновым оттиском под звёздами,
Вязь которых нам не прочитать.

Любы мне притихшие окрестности,
Высь берёз и заросли ракит...
Ни страстей, ни боли жгучей ревности,
Без укоров, стонов и обид.

Всё уходит в праведное прошлое,
Кроме мест, где реют журавли,
Где заря над безмятежной рощею
Заплетает локоны свои.

И в её алеющем свечении
Вижу я пылающий узор
Чувств твоих и чьё-то отражение
В бирюзовом зеркале озёр.

Юный клён теперь с лучами ссорится,
Листьями задиристо шурша,
А в груди моей, как прежде, молится
О тебе влюбленная душа.


Юрий Ишков

Volody24 gl

Баллада: Что есть любовь...и что есть сон и жизнь?

На лиру на жалком фоне слащавых рассуждений о сексе, часто с душком, а порой и просто безвкусных, никто просто и не заметил, что собственно о сексе не сказано ни слова. Да и не могло быть сказано ни глупого, ни гениального: секса в природе не существует: есть ЛЮБОВЬ! А то, что тут, и не только тут сладостно выдаётся за секс, есть примитивное совокупление. Вот любовь, о! любовь...Так писал юный Дельвиг...

Что есть любовь?
Несвязный сон
Сцепление очарований
И ты в объятиях мечтаний
То издаёшь унылый стон
То дремлешь в сладком упоеньи
Кидаешь руки за мечтой
И оставляешь сновиденье
С больной, тяжелой головой...

Ну, уж коли Дельвиг уронил слово "сон", то за ним и подобрать не зазорно. Давайте о сне, например, и порассуждаем: как он с жизнью сопрягается? Получится у нас славный философский клубочек?


Что такое сон?
Кто вы, те, что мне,
Как тени на стене
Бесплотные во сне,
Являетесь опять,
А я не могу понять –
Что же такое сон.

Не молчите вы
Может быть честней
Все те слова во сне,
Которые вы мне
Не сможете сказать
Открою когда глаза,
Что мне скажете вы.
.
Что такое жизнь?
Быть может это – сон?
И к нам приходит он
Однажды этот сон. .
А мы и не узнаём,
Когда мы во сне своём.
Может, сон – это жизнь?!

К.Фофанов Этот май-баловник, этот май-чародей

 

Бледный вечер весны и задумчив и тих,  Зарумянен вечерней зарею,  Грустно в окна глядит; и слагается стих,  И теснится мечта за мечтою.  Что-то грустно душе, что-то сердцу больней,  Иль взгрустнулося мне о бывалом?  Это май-баловник, это май-чародей  Веет свежим своим опахалом.  Там, за душной чертою столичных громад,  На степях светозарной природы,  Звонко птицы поют, и плывет аромат,  И журчат сладкоструйные воды.  И дрожит под росою душистых полей  Бледный ландыш склоненным бокалом,-  Это май-баловник, это май-чародей  Веет свежим своим опахалом.  Дорогая моя! Если б встретиться нам  В звучном празднике юного мая -  И сиренью дышать, и внимать соловьям,  Мир любви и страстей обнимая!  О, как счастлив бы стал я любовью твоей,  Сколько грез в моем сердце усталом  Этот май-баловник, этот май-чародей  Разбудил бы своим опахалом!..  1 мая 1885

http://yekaterinburg.olx.ru/pictures/12-iid-78923517

БРЮСОВ: "Серебряные россыпи"...Пусть мучит жизнь


ГОЛОС ИНЫХ МИРОВ

Пусть мучит жизнь, и день, что прожит,
Отзвучьем горьких дум тревожит,
И душу скорбь коварно гложет;
Взгляни в ночные небеса,
Где пала звездная роса,
Где Млечный Путь, как полоса,
Пролег и свет на светы множит;
Вглядись покорно в чудеса,—
И Вечность нежно уничтожит
В тебе земные голоса,
Бессонной памяти положит
Повязку мрака на глаза;
Застынет, не упав, слеза,
И миг в безбрежном изнеможет!

Целит священная безбрежность
Всю боль, всю алчность, всю мятежность,
Смиряя властно безнадежность
Мечтой иного бытия!
Ночь, тайн созданья не тая,
Бессчетных звезд лучи струя,
Гласит, что с нами рядом — смежность
Других миров, что там — края,
Где тоже есть любовь и нежность,
И смерть и жизнь,— кто знает, чья?
Что небо — только порубежность
Планетных сфер, даль — колея,
Что сонмы солнц и наше "я"
Влечет в пространстве — Неизбежность!

Валерий БРЮСОВ

У Брюсова есть редкий дар: умение собеседовать. Многие титаны "серебряного" столь самодостаточны, что заняты только собой: строят свою вселенную, любовь, просто отношения свои с миром. И нет им дела до того, как это воспринимается. Брюсов столь деликатен, что соткан в творчестве из одних модальностей и полутонов, невольно приглашающих к духовному соучастию. Найдёшь внезапно среди его размышлений своё, только что мучившее и не отпускавшее, и вот оно... нет, не откровение пророка, а простая догадка вслух деликатно и как бы для себя: а так-то не лучше ли?
Небо нынче очистилось славно! Хорошо, что дорожка тут длинющая и просторная: вид на пол неба открывается, но лучше всего видны будут сестрички Плеяды, да Капелла в Возничем с другого конца парка, пониже и полевее которой конечно же Близнецы: мальчишки мои. Любовался я звёздами вместе с ними, так много для меня открывшими в этом мире. И, вспомнив об этом, точно росой умылся, вроде даже покой снизошёл на душу. Я ещё вернусь сегодня к звёздам, когда они появятся на Чистопрудном бульваре, а пока вот бурчу что-то под нос: по мальчишкам скучаю ужасно. Приедет Мишка и продолжим с небом общаться...
Всё хорошо будет, верьте мне, люди...

ДАВИД САМОЙЛОВ


Давай поедем в город,
Где мы с тобой бывали.
Года, как чемоданы,
Оставим на вокзале.

Года пускай хранятся,
А нам храниться поздно.
Нам будет чуть печально,
Но бодро и морозно.

Уже дозрела осень
До синего налива.
Дым, облако и птица
Летят неторопливо.

Ждут снега, листопады
Недавно отшуршали.
Огромно и просторно
В осеннем полушарье.

И все, что было зыбко,
Растрепанно и розно,
Мороз скрепил слюною,
Как ласточкины гнезда.

И вот ноябрь на свете,
Огромный, просветленный.
И кажется, что город
Стоит ненаселенный,-

Так много сверху неба,
Садов и гнезд вороньих,
Что и не замечаешь
Людей, как посторонних...

О, как я поздно понял,
Зачем я существую,
Зачем гоняет сердце
По жилам кровь живую,

И что, порой, напрасно
Давал страстям улечься,
И что нельзя беречься,
И что нельзя беречься...

1963

ФЕТ: "Серебряные россыпи"...Какая ночь! На всём какая нега!


Какая ночь! На всём какая нега!
Благодарю, родной полночный край!
Из царства льдов, из царства вьюг и снега
Как свеж и чист твой вылетает май!

Какая ночь! Все звёзды до единой
Тепло и кротко в душу смотрят вновь,
И в воздухе за песнью соловьиной
Разносится тревога и любовь.

Берёзы ждут. Их лист полупрозрачный
Застенчиво манит и тешит взор.
Они дрожат. Так деве новобрачной
И радостен и чужд её убор.

Нет, никогда нежней и бестелесней
Твой лик, о ночь, не мог меня томить!
Опять к тебе иду с невольной песней,
Невольной - и последней, может быть.

Афанасий ФЕТ

Скромничает Фет, ох, как скромничает! Как вам его май? Как видите, это не только "...люблю грозу...". Образов, что размашисто и смело, нежно и трепетно, набросал он здесь своей бесподобно чуткой рукой, как обычно хватит на поэму. Каждый - поэма! Я уж который раз перечитываю его вдоль и поперек, этого последнего из могикан и предтечу Великого Символа, а попадаешь на эдакое чудо и долго сидишь в изумлении. Хорошо-о-о...

Бежит по клавишам рука.

Бежит по клавишам рука и пальцы высекают слово, Пока - привет, привет - пока, банальностями сыплем снова! Какая магия влечет, сесть к монитору заставляет? Но все быстрее кровь течет! И к слову слово прибавляет. Соединил нас Интернет сквозь расстояния и годы, Привет - пока, пока - привет… Ну что? А как у вас погода? Что нового? И как дела? В семейной… ну, и в жизни личной? Что видел ты? Где ты была? Все класс! И у меня отлично! За трепетной вуалью фраз, скрываются такие страсти! Которые сильнее нас… Любовь, измены, горе, счастье. По вечерам и по ночам, кому за 20, 30, 40……., Кто – так, кто, взяв покрепче чай, садятся вновь у мониторов. В Сети, невидима порой, от глаз сокрыта жизни пряность… Привет - пока, пока - привет, и тем приятней эта малость! (из инета) На-Туся

Весна благоухает нам!.. Ф.И. Тютчев

Любовь земли и прелесть года,
Весна благоухает нам! —
Творенью пир дает природа,
Свиданья пир дает сынам!..

Дух жизни, силы и свободы
Возносит, обвевает нас!..
И радость в душу пролилась,
Как отзыв торжества природы,
Как бога животворный глас!..

Где вы. Гармонии сыны?»
Сюда!» и смелыми перстами
Коснитесь дремлющей струны,
Нагретой яркими лучами
Любви восторга и весны!..

Как в полном, пламенном расцвете,
При первом утра юном свете,
Блистают розы и горят;

Как зефир в радостном полете
Их разливает аромат,—

Так, разливайся, жизни сладость,
Певцы!» за вами по следам!..
Так порхай наша, други, младость
По светлым счастия цветам!..

Вам, вам сей бедный дар признательной любви,
Цветок простой» не благовонный,

Но вы, наставники мои,
Вы примете его с улыбкой благосклонной.
Так слабое дитя, любви своей в залог,
Приносит матери на лоно
В лугу им сорванный цветок!..

Ф.И. Тютчев