1. Состояние движения накануне
Как было организовано движение? Прародителем движения были, с одной стороны, музыкальная DIY-сцена, и, с другой стороны, остатки анархо-интеллигенции 90-х. Из этой смеси стали появляться различные анархические группы и течения. Одна из них, тусовка Автономного Действия и течение милитант-анархизма, выступала за революционный анархизм, высокий уровень организации и ответственности. Другая тусовка собрала в себе представителей наиболее политизированной части субкультуры и включала в себя очень различных людей, от вполне социальных анархистов до деятелей FNB, зоозащиты, сквоттеров и т.п. Объединяли их скорее не взгляды, а общие корни и образ жизни. Также к анархистской инфраструктуре относилась местная индимедия, выполняя функцию новостной платформы всех инициатив. Дружественными анархическому движению сегментами были сама DIY-сцена во всем своем многообразии и футбольный движ МТЗ-РИПО. Все это хитросплетение инициатив, групп, одиночек и целых движений образовывало понятие юнити.

В последние пару лет движение сделало серьезные шаги вперед. Стали проводится первые нелегальные демонстрации, систематически совершались радикальные акции с применением коктейлей Молотова, распространение периодики охватило всю страну, росли жилищные миникоммуны, стали осуществляться первые синдикалистские проекты. Серьезно вырос уровень информационного обеспечения: сайты belarus.avtonom.org и belarus.indymedia.org стали вполне развитыми ресурсами со значительной аудиторией, отчеты с акций делались на современном уровне, впервые на постоянной основе применялся видеомонтаж. Все чаще анархисты мелькали в новостных лентах крупных информационных порталах и телевидении. Анархическое движение уверенно набирало вес тем больше, чем больше доходило понимание полной беспросветности дел в Беларуси и, особенно, на фоне полного упадка и разложения либеральной оппозиции.
Естественно, это не могло не вызвать интерес органов. Были случаи слежки и подсылки провокаторов, однако эти попытки совершались крайне коряво и успеха не имели. Так или иначе, репрессии назревали и это понимали все, кто был в теме.

2. Разгром
После атаки «Друзей Свободы» на российское посольство 30 августа 2010, силовые органы 3 сентября арестовали 9 человек. Это посеяло панику и хаос.
За четыре недели менты и гэбисты перепахали движение вдоль и поперек (как в Минске, так и других городах), задержав в общей сложности около двух десятков человек, не только анархистов. Движение дало сильные трещины и как организованная сила было парализовано. Причиной был страх и взаимное недоверие, т.к. было очевидным, что с каждым днем менты знают все больше. Это означает, что в движении были информаторы и на допросах ряд людей дает показания.
Все же благодаря АЧК удалось собрать информацию о задержанных, установить связь с родственниками, начать сбор средств, а также наладить внутренние коммуникации. Кампания по освобождению задержанных стала единственной темой, но общего вектора по ряду причин выработано не было. Это привело к серьезнейшим внутренним конфликтам, особенно на ранней стадии.

3. Следственный процесс в Минске и Солигорске
С первых дней задержаний у ментов стали вырисовываться два перспективных дела. Первое, по акции против российско-белорусских военных учений осенью 2009 года, когда было проведено нелегальное шествие и заброшена дымовая шашка на территорию генштаба. Крайним сделали Николая Дедка, обвинив его в организации акции, однако Николай пошел в полный отказ и не признавал ни своего участия в акции, ни функций организатора. Во время допросов следователи прямо требовали показаний против Николая. И нашлись те, кто дал такие показания, даже не подвергаясь серьезному давлению. Кроме одного человека, никого не били и тем более не пытали, но менты получили необходимые показания от целого ряда людей. Более того, менты демонстрировали на допросах фотографии и видео, и находились те, кто опознавали людей на них.
Что важно для понимания, для перспективы осуждения Николая ментам даже не понадобилось обвинять его в каких-то радикальных действий. Это значит, что за любую нелегальную акцию даже без применения радикальных методов менты все равно могут арестовать и упечь за решетку человека. Акция у генштаба была в целом абсолютно невинной затеей, но при желании могут посадить и за это.
Другой арестованный, Александр Францкевич, был обвинен в участии в акции против ментовского беспредела в марте 2010 в Солигорске. Во время акции было разбито окно опорки и в решетку воткнут горящий файер. Один из участников акции – музыкант по кличке «Канада» – был взят ментами и через пару часов рассказал все. На очной ставке он опознал Францкевича, а также выдал других участников. Сам Канада активистом анархического движения никогда не был. По всей видимости, он хвастался в тусовке своим участием в акции и потому его взяли в самые первые дни.
Таким образом, тема поджогов с течением времени затухла и судебные дела были заведены по второстепенным акциям. Очевидно, что следователи решили раскрутить те обвинения, по которым было проще собрать улики и показания. Радикальные же дела остались не в удел.
В обоих случаях менты нашли безо всякого насилия нашли несколько слабых духом людей и на их показаниях построили обвинения, т.е. это не составило никакого труда.
Правила информационной безопасности и поведения с ментами, культивируемые многократно с большим старанием, были напрочь забыты даже видными активистами. Но следование этим правилам многих других людей все же сильно помогло.

4. Реакция движения
4.1: цензура
Первая трещина в фундаменте движения прошла еще до первых задержаний. После акции у посольства, видеоролик и обращение анархистов был выложен на бел.индимедии, и вскоре опубликован на сайте РД. Однако индимедия удалила сообщение и объявила акцию провокацией. Сайт РД, в свою очередь, обвинил индимедию в трусости и отречении от анархизма. Интернет-порталы копировали новость уже с сайта РД, тем самым, делая его фактически первоисточником. СМИ подхватили сразу все версии произошедшего: и как акция анархистов, и как провокация. С началом арестов индимедия стала открещиваться от версии анархистов еще активнее. Мало того, самих задержанных не хотели называть анархистами, хотя всем было ясно, что задержали их именно как анархистов.

После акции солидарности с задержанными у ИВС, видеоролик «Друзей Свободы» был опубликован снова на индимедии, и снова удален. Но в этот раз все СМИ подхватили версию об анархистах. Сама же индимедия с пеной у рта пыталась доказать, что это очередная провокация. Часть анархистов верила ресурсу и повторяла эти же слова. Однако стали появляться голоса протеста, связанные с откровенной цензурой бел.индимедии. Модераторы пытались замять разгорающийся конфликт совсем дурацкими софизмами; им было неприятно осознавать, что они ввели цензуру, обусловленную своим личным мнением. Все больше людей стали высказываться против цензуры, но многие анархисты по прежнему поддерживали такую политику индимедии.

Таким образом, в напряженный момент движение лишилось свободной информационной платформы. Индимедия однозначно повела себя авторитарно и увлекла часть анархов за собой. Свобода слова – святая ценность для анархистов – оказалась растоптана в одночасье. Кроме обвинений в провокации, индимедия мотивировала свои действия и более весомым аргументом, интересами задержанных. Тут возникает вопрос: а на каком основании они решили, что имеют право решать за всех, что именно в интересах задержанных? Не было никакого решения никакой координационной анархо-сети, это было самовольное решение кучки людей.

Вывод: часть анархистов, поддавшись страху, готова осуществить и признать авторитарные действия. Это очень в духе либералов, которые в случае бунта общественных низов готовы принять фашизм или даже монархию.

4.2: провокация?
Совершена радикальная акция, задержаны несколько человек. Есть версия, что это анархисты, есть версия, что провокация спецслужб. Неужели кто-то серьезно считает, что менты будут брать в разработку версию о провокации спецслужб? Да даже если и так, то на кого ее повесят? На заговорщиков из спецслужб? В такой ситуации, наоборот, побыстрее повесят на невиновных, лишь бы прикрыть своих коллег и концы в воду. Версия об анархистах подходит идеально, потому что: есть доказательства их причастности (видеоролик), их можно ловить и сажать, никакой ошибки не выйдет. Но самое важное, что это отводит подозрение от тех кто сидит. Да, будут новые задержания и менты могут пробовать повесить все на других. Но менты понимают, что нет никакой гарантии, что на следующий же день не пройдут новые радикальные акции и потому на откровенный беспредел пойти гораздо сложнее.

Тут сам собой напрашивается вывод: даже если кто-то проводит реальные провокации против анархистов, в случае арестов товарищей лучше всего перехватить инициативу и самим провести аналогичные или близкие по духу акции. Тем самым мы снимаем потенциальную причастность арестованных товарищей. Короче говоря, если бы «Друзей Свободы» не существовало, их нужно было бы придумать.

С другой стороны, прошедшие акции принципиально ничем не отличались от других радикальных акций, которые были осуществлены в Беларуси в 2009-2010 гг. Были и задержки по публикации отчетов, и некачественные фрагменты видео, и «сомнительные» объекты. И все же многие анархисты вслед за индимедией продолжали кричать «провокация, провокация!».

Вывод: под угрозой репрессий часть анархистов видит то, что хочет видеть и готовы поверить в самые жалкие софизмы, готовы поддержать самые бредовые аргументы, лишь бы не нарушать удобной (“мы ничего не делали, мы ни в чем не виноваты!”) для себя картины событий.

4.3 открещивание
Третья трещина прошла по самому факту проведения таких акций. Часть анархистов стала открещиваться от радикалов. Так, группа Black Feather Collective выпустила статью «Нам не по пути с повстанцами», где назвала радикальные действия реакционными. Отдельные заявления многих других пользователей также поддерживали такую точку зрения. В унизительных выражениях никто не стеснялся. Стало ясно, что в одном движении собрались люди, которые товарищи лишь на словах, которые готовы бросить своих при первой опасности. Предыдущие радикальные акции никогда не вызывали бурю негодования, наоборот, слышались чаще приветствия. Слова отдельных противников тонули в потоке критики.

Вывод: ощущая опасность, значительная часть анархистов готова откреститься от своих товарищей, готова забыть про свои революционную позицию и позитивные взгляды на радикальные методы.

5. Реальные причины разгрома движения
Никакие радикальные акции, никакие расколы и никакие предательства не объясняют, почему движение было прижато к ногтю за несколько дней. Проблема в самом устройстве движения, а именно:
- полуоткрытая структура
- единый социально-коммуникационный фундамент

Полуоткрытая структура означает, что в движение относительно легко попасть человеку со стороны. Причем самая большая опасность возникает, как ни странно, от чисто идеологических организаций, как РД. Агенту спецслужб гораздо проще притворится идейным человеком, чем выдавать себя за субкультурщика.
Также это означает изначальную открытость ряда акций, например, легальных демонстраций, публичных лекций и т.п. Там очень просто вычислить активистов с последующим взятием в разработку. Менты так и сделали, накрыв весной открытую лекцию «Беспартшколы».
Смысл в том, что пока открытая или полуоткрытая часть анархистов связана с подпольной, последних можно будет всегда вычислить через контакты и через подставных агентов. А радикальные акции или успехи анархистов в работе с социальными движениями неизбежно подставят легальных активистов, как ни крути. Это одна причина.

Другая причина в том, что даже самые жесткие меры конспирации не помогут, если движение замешано на едином социально-коммуникационном фундаменте. Что это такое? Большинство людей приходило через DIY- сцену, многие там оставались, будучи уже анархо-активистами. Проще это назвать емким словом «туса». Даже те, кто пришел не через «тусу» так или иначе в ней мелькают, потому что большинство активистов все равно из тусы. Кличка, имя, какие-то детали всегда попадают в тусу и сохраняются в ней какое-то время. Грубо отработав тусу, рано или поздно чекисты получат нужную информацию.
Единственный способ избежать такого пути разоблачения – прекратить любые контакты с тусой. Для случайных контактов заготовить версии «я завязал», «мне надоело», «у меня сейчас нет времени потому что.». Вы должны пропасть из поля зрения тусы, выпасть из пустых диалогов, в которых перетираются личности. В случае Беларуси именно такие люди остались в тени, их органы вообще не дергали.

Важно понимать, что репрессивные органы государства будут церемониться только если провинности за анархо-движением незначительные. Но как только государство почует реальную угрозу, они перетрясут все, что только можно перетрясти.

Суть в том, чтобы создать такую структуру, которая будет устойчивой даже в условиях репрессий. Существующее анархо-движение ни разу не натурально: оно замешано на допущении относительных либеральных свобод, когда не сажают за взгляды. Отправной точкой нужно взять времена царизма или большевизма, когда за взгляды ссылали/сажали. Движение должно стать подпольным, его основа – автономные ячейки, где абсолютное большинство участников не знает друг друга. Туса может быть уделом тех анархистов, кто по каким-то обстоятельствам выбрали т.н. «надполье», т.е. публичную, открытую деятельность. Такие люди должны понимать, в случае чего они будут первыми, кем поинтересуются органы. Поэтому открытое движение всегда будет иметь жалкий вид, ведь как только оно начнет обретать силу, его раздавят снова до состояния слабой немощной тусовки.

Анархизм должен пойти по пути подполья и борьбы исключительно нелегальными методами. Это необходимый залог выживания, развития и победы движения. И пусть пример с анархистами Беларуси всегда будет живым напоминанием этих слов.

В ближайшие дни мы опубликуем брошюру, в которой подробно изложены взгляды на анархистское движение, альтернативные легалистским.

http://belarus.avtonom.org/?p=15311