24 сентября сотрудники правохранительных органов задержали меня по подозрению в нападении на ИВС Окрестино. По истечению трех суток меня вновь переарестовали, не дав даже выйти за стены изолятора. В этот раз обвинения были предъявлены по нападению на Дом Профсоюзов. Оба этих дела были заведены без каких-либо непосредственных доказательств. В обоих протоколах задержания говорилось, что я задержан “по непосредственно возникшим подозрениям”. Насколько я понял из поведения дознавателей – подобные непосредственные подозрения могут возникнуть в отношении любого гражданина нашей страны. Сегодня забирают анархистов, завтра могут забрать и вас.

Все началось 7 сентября, когда опера из центрального РУВД при поддержке одного сотрудника КГБ ввалились в 7 часов утра ко мне в квартиру и устроили обыск. Конфисковали доблестные герои невидимого фронта 2 компьютера (будете смеяться, но один из этих компьютеров одним летним утром нашел рядом с подъездом, там где обычно стоит мусор, ну и душа технаря не выдержала, чтобы железо кто-то выкинул… но так я и не добрался до того, что на нем было: то не было времени, то не было желания), несколько симок из различных стран мира, два допотопных телефона, а еще очень испугались закладки на которой красовалась А в круге. Опасно! Может взорваться! Хе-хе-хе, наверно на полигоне саперы впоследствии изучали.

В это время дома меня не было и возвращаться пока я не собирался.

В голове была еще надежда на то, что перебесятся органы и отстанут. Но похоже «скрывается значит виноват» только и играло у них в голове. В результате на «беседу»1 в КГБ вызвали мать и стали интересоваться моей личностью. Произошло это 17 сентября. 18 числа, сидя в квартире, где седьмого проводили обыск, я уже вовсю вызванивал сотрудников КГБ для той самой беседы, для которой они меня искали. НО была суббота, а это время семьи, шашлыков и наверно еще чего … В общем вызванивал я их безрезультатно все выходные, а потом мне просто надоело. Ну в конце концов что за спецслужбы, которые даже дома меня найти не могут. В последствии отправился на работу и спокойно себе работал до 24 сентября — в этот день задержали Алену Дубовик, Александра Ерашевича и Аню Чернышеву. В общем подумал, что перспектива звонка в семь утра мне абсолютно не нравится, решил предпринять очередную попытку созвониться с КГБшниками еще разок. Тада — ответили и пригласили на беседу. Дурак я не дурак, но с самого начала спросил у человека по ту сторону трубки о том, собираются ли меня закрывать. После обещаний не задерживать, а просто поговорить часок, я пошел собрал вещи для того, чтобы отправиться на ИВС (зубная щетка, теплые носки, свитер, вода, книги) и поехал к чекистам.

Ну а тут началось самое интересное. Я ни минуты не сомневался, что их интересует атака на российское посольство. Паниковать или переживать я не собирался — во время нападения на посольство я находился на ЖД вокзале. Конечно с их стороны были предложения доказать это, а вот оказывается камеры наблюдения в качестве доказательной базы для них не подходят в этом случае. Несколько не представившихся сотрудников Антитеррористического отдела КГБ пытались мне упорно доказать, что камеры на самом деле установлены для того, чтобы гаишникам было проще разгребать нарушения ПДД. Абсолютно неважно, что камеры внутри здания. Логику они применять не боятся. На протяжении всего допроса сотрудники иногда психовали, иногда сдержанно пытались вести беседу. В большинстве своем все сводилось «ты там был и мы это знаем». Один раз даже упомянули что-то про очную ставку, но угрозами все и закончилось.

Все обещали, что отпустят. Но мы ведь знаем из истории, что КГБ ВЕРИТЬ НЕЛЬЗЯ. После получасовой беседы, в результате которой трое допрашивающих меня чекиста выбились из сил, меня отправили в УБОП. На вопрос «в связи с чем» ответили, что я слишком много улыбаюсь и «ваще дерзкий какой-то».

Приехал в УБОП — там уже ребята менее тактичные и сходу начали кричать, что они все знают. Меня всегда интересовал такой подход… ну если знаешь все, так чего я еще перед тобой то сижу? В УБОПе опять «беседы» мимо какого-либо протокола с теми же вопросами, что и в КГБ. Мучил оперов долго и все же они раскололись — сказали, что я у них как свидетель и если показания, которые я дам, им не понравятся, то отправят на сутки. Ну подход понятен, и к тому моменту, как из КГБ меня отправляли в УБОП, я уже понял, что как минимум 3-е суток просплю на Окрестино. Беседа порой была довольно громкой и посмотреть на происходящее собирались опера из соседних кабинетов. В какой-то момент обстановка настолько накалилась, что даже пообещали выкинуть в окно, «а потом пусть ищут». Тут сразу вспомнилось, что доставили меня в УБОП мимо пропускного пункта, через стоянку. Увидев, что угрозы то же не помогают, пригласили опера водилу. Мне очень хорошо запомнилось его «ну что садим по беспределу?». За все время пребывания в УБОПе ни один опер не назвался. Только сплошные Пети и Васи, у которых ни фамилий ни отчеств.

На служебной машине в Московское РУВД и продолжение цирка. Там дознаватель не знал, что я приеду. Ходили к начальнику РУВД, чтобы просить разрешения меня закрыть по нападению на ИВС 6 сентября. Тот конечно не рыпался, ведь заказ шел от КГБ — именно так мне сказал по неосторожности в последствии уже на Окрестино дознаватель, когда приезжал подписывать бумаги на освобождение. В РУВД наконец оформили мое задержание и провели допрос, на котором их больше интересовало не то, где я был и что делал во время нападения на Окрестино, а то, с кем я знаком, где познакомился и сколько стоила шоколадка, которую я съел двадцать четвертого сентября 2007 года. В общем абсурд бил через край.

Провозились с бумагами около 4-х часов и под конец я уже начал засыпать. Но тут оказалось, что конвой, который должен вести меня на ИВС, никаких вещей не берет. То есть все то, что я брал изначально, готовясь к поездке, останется в РУВД. Печально, но ничего не поделаешь. Закинули в автозэк и повезли в ИВС.

ИВС довольно странное место. Перед тем как туда попасть я перечитал все правила, но большинство из них НЕ соблюдаются. К примеру никто вас не поведет на прогулку, потому что в ИВС не хватает персонала, чтобы осуществлять подобное. Список вещей доступных к передаче не похож на тот, что должен быть. Получить ручку и бумагу – нечто из раздела фантастики. Так же надзирателей не сильно волнует, что находится в сосудах, которые вам передают – все, что мне передавали было запечатано.

Забавно, что личный досмотр проводил паренек лет двадцати пяти, который живет со мной в одном доме. Изначально он меня не узнал и вел себя довольно грубо. Рявкал и там и сям и разговаривать похоже совсем не умел, но как узнал адрес проживания, так сразу успокоился. Стыдно наверно стало.

В камеру завели уже после отбоя. Эта самая камера и стала моим домом на шесть суток. Не смотря на то, что каждый день в изоляторе проходят своеобразные перемешивания (людей переводят из одной камеры в другую), меня никто не трогал до самого конца задержания.

В камере есть туалет, кран с горячей и холодной водой, нары, лавка, стол и тумбочки. «Номера» бывают от двух до шести мест. Помимо выше перечисленного, в каждой камере есть … камера, которая следит за вашим каждым шагом. Сделано это все во избежание различных несчастных случаев.

Кормят в изоляторе 3 раза в день:
-в 8:00 завтрак: каша
-в 16:00 обед: суп и каша с котлетой.
-в 18:00 ужин: каша
В 6:00 выдают одну кружку чая и кусок хлеба. После этого чего-то сносно питьевого получить невозможно. В кране течет сильно хлорированная вода — после нескольких дней от нее начинаются проблемы с желудком даже у самых матерых зеков.

Вопреки всяких правил кидали в камеру всех подряд: за шесть дней я успел посидеть с подозреваемым в убийстве, изнасиловании, вооруженном разбойном нападении. Большинство людей сидят там из-за проблем с алкоголем — напился и вытворил какую-нибудь чушь, вроде украл мобильник или ноутбук. Так же можно узнать о методах раскрытия преступлений нашими доблестными органами: одно время в камере сидел наркоман, который за обещанную подписку о невыезде взял на себя 15 эпизодов мелких краж. Они отлично играют на том, что этих людей ломает и за кайф они готовы пойти на что угодно.

По истечению трех суток все стандартно. Никаких чудес не ожидал. Следователь из Московского отпустил под подписку о невыезде, а через десять минут следователь из Центрального уже оформляет бумаги на задержание по нападению на Дом Профсоюзов. РУВД разные, а вопросы одни и те же. 2 часа и обратно в камеру на 72 часа. За все время пребывания на ИВС, кроме вот этого переоформления на сутки, никто меня допрашивать не приходил. Вот и вышло простое карательное задержание без каких-либо причин. В УБОПе опера очень гордились собой — постоянно твердили, что они являются карательным органом и били себя в грудь.

Пару слов по поводу голодовки: если попадете туда и решите такое мутить — зовите сразу начальника ИВС или СИЗО, так как простым смертным мусорам нет дела до ваших закидонов. Официально по бумагам я не голодал а получал пайку (которую успешно отдавал сокамерникам), и после первых трех суток у меня дознаватель спросил чего я решил не голодать. Вот такие пироги, в результате после оформления вторых 3-х суток отказался от голодовки и на этих сутках уже питался нормально.

Что еще добавить? В результате вот и вышло такое задержание на 6 суток просто за то, что меня волнуют социальные вопросы. Карают нынче не только за поступки, но и за мысли. Ну и, по правде говоря, никаких отличий
между современными правоохранительными органами и средневековой инквизицией я не вижу… кроме как на кострах не жгут теперь, а то это уж совсем по-варварски смотрелось бы.

Игорь Т.

http://belarus.indymedia.org/21276