Барто -- Берлин.

Егерский марш 1813 г., один из любимых маршей Александра I.

Поспал, на недолго: во сне челюсти нащупали самое больное место, и инстинктивно сжались, причём сжались яростно и по максимуму. От боли подбросило в воздух на полметра, не меньше. Вставай, страна огромная... Выспаться -- хуй, конечно, едва полтора часа успел.

Из сна успел запомнить: расследовал серию жестоких убийств в каком-то мрачном провинциальном городе, где старые дома, бараки с щелявыми полами, нищета и сброд, испитые рябые лица, и на улицах много крапивы в человеческий рост.

Поспал, на недолго: во сне челюсти нащупали самое больное место, и инстинктивно сжались, причём сжались яростно и по максимуму. От боли подбросило в воздух на полметра, не меньше. Вставай, просыпайся, рабочий народ... Выспаться -- хуй, конечно, едва несколько часов успел.

Из сна успел запомнить: расследовал серию жестоких убийств в каком-то мрачном провинциальном городе, где старые дома, бараки с щелявыми полами, нищета и сброд, и много крапивы в человеческий рост на улицах, и испитые рябые лица.