Художник Елена Сотскова. Соло.

Музыка души

БОРЛАКОВ М-У.Х. "СКРИПКА"

В далеком детстве по соседству с нами жила интересная семья. Он и она  -  оба учителя-словесники. Волконские. Николай Иванович и Лидия Генриховна. Их сын Сережка - мой первый "тили-тили-тесто"...  С ними жила еще ее мать-немка. Зятя звала Колой. Не любила она его. А не любить его было нвозможно. Значит теща была невозможным человеком. А Николай Иванович был,  совершенно необыкновенных  -   внешности и таланта,  -   создание. Высокий, великолепной осанки,  с небесного цвета, слегка выпуклыми, огромными  глазами , белокурый,  с  красивым ртом. Восхитительной красоты кисти рук. Он приходил к нам, читал стихи и играл на скрипке. Когда он играл на скрипке,  по моим воспоминаниям,  в комнате не оставалось никого, кроме Него, стоящего против окна и пронизанного светом, из него льющимся, Музыки и Меня - четырехлетней, пятилетней и шестилетней Меня.  В течение трех лет он приходил к нам , читал стихи и играл на скрипке. А потом они уехали в Германию.

               Через 10 лет он вернулся и поселился  в столице .Один. Без Лидии Генриховны, Сережки и тещи. К тому времени мой папа ушел из семьи к другой женщине. Прослышав об этом, Николай Иванович приехал к нам. У него был серьезный разговор с  моей мамой. Оказалось, он ее очень любил.  А мама любила папу и  была, по своей природе,  -  однолюб.  А я любила Николая Ивановича...
               На прощанье он попросил нас с сестрой спеть его любимый романс "Утро туманное".  Сестра Лара играла на пианино, мы пели на два голоса. Николай Иванович слушал и плакал. Потом уехал. А через три месяца нам сообщили, что он умер. От сердечного приступа.
 
               
               А во мне всю жизнь звучит Его Скрипка...  И вообще весь ряд, от виолы до контрабаса , волнует меня невероятно.  А контрабас  - просто рвет на части... Вот и сейчас звучит  J Y Grois Encore в исполнении  Лары Фабиан..., и пронзительное чувство невозвратимости утраченного охватывает все мое существо,  вызывая озноб...

Забытая мелодия