«аписи с меткой записки

(и еще 2584 запис€м на сайте сопоставлена така€ метка)

ƒругие метки пользовател€ ↓

british broadcasting corporation go команда hump день latte-art thursday uma2rmah - проститьс€ альфонс муха ангел ангелы и демоны анимаци€ анимашка дл€ дневника анимашки дл€ дневника бал без заголовка вечер вдвоем. vol. 4 видео-запись: а.пугачева "бела€ панама" группа scorpions девушки девушки бывают разные дети глазами художницы josephine wall дуэль дуэльный кодекс елена ваенга еп4кр женска€ грудь животные зачем весною боротьс€ с любовью? интервью с богом. китайска€ живопись леонид филатов любовь маска новогодн€€ флеш -игра пасха понедельник праздник иван-купала приколы бодиарта притча о душах проги работы художницы cicely mary barker рецепт рисунки художницы анны игнатьевой. стихи тест ты лишь надейс€ флеш-игра фото сайты прикол хранитель мечей христос щен€та
 омментарии (0)

«јѕ»— »

ƒневник

—уббота, 25 јпрел€ 2009 г. 15:30 + в цитатник

«јѕ»— »

ѕолковник и его офицеры давно уже проснулись и собрались все в полковничью квартиру завтракать; в это врем€ € вошла к ним. ќни шумно разговаривали между собою, но, увид€ мен€, вдруг замолчали. ѕолковник, с видом изумлени€, подошел ко мне. « оторой ты сотни?» — спросил он поспешно. я отвечала, что не имею еще чести быть в которой-нибудь из них; но приехал просить его об этой милости. ѕолковник слушал мен€ с удивлением. «я не понимаю теб€! –азве ты нигде не числишьс€?» — «Ќигде».> — «ѕочему?» — «Ќе имею права». — « ак! „то это значит?  азак не имеет права быть причислен к полку казачьему! „то это за вздор!» я сказала, что € не казак. «Ќу, кто же ты, — спросил полковник, начинавший выходить из терпени€, — зачем в казачьем мундире, и чего ты хочешь?» — «я уже сказал вам, полковник, что желаю иметь честь быть причислен к вашему полку, хот€ только на то врем€, пока дойдем до регул€рных войск». — «Ќо все-таки € должен знать, кто ты таков, молодой человек, и сверх того разве тебе не известно, что у нас никому нельз€ служить, кроме природных казаков?» — «я и не имею этого намерени€, но прошу у вас только позволени€ дойти до регул€рных войск в звании и оде€нии казака при вас или при полку вашем; что ж до вопроса вашего, кто € таков, скажу только то, что могу сказать: € двор€нин, оставил дом отцовский и иду в военную службу без ведома и воли моих родителей; € не могу быть счастлив ни в каком другом звании, кроме военного, потому € решилс€ в этом случае поступить по своему произволу; если вы не примете мен€ под свое покровительство, € найду средство и один присоединитьс€ к армии». ѕолковник с участием смотрел на мен€, пока € говорила. «„то мне делать? — сказал он вполголоса, оборот€сь к одному седому есаулу. — я не имею духа отказать ему!» — «Ќа что же и отказывать, — отвечал равнодушно есаул, — пусть едет с нами». — «Ќе нажить бы нам хлопот». — « аких же? Ќапротив, и отец и мать его будут вам благодарны впоследствии за то, что вы дадите ему приют; с его решимостью и неопытностию он попадет в беду, если вы его отошлете». ¬ продолжение этого короткого переговора полковника с есаулом € сто€ла, опершись на свою саблю, с твердым намерением, получа отказ, сесть на своего питомца гор и ехать одной к предположенной цели. «Ќу хорошо, молодой человек, — сказал полковник, оборот€сь ко мне, — ступай с нами; но упреждаю теб€, что мы идем теперь на ƒон, а там регул€рных войск нет. ўегров! дай ему лошадь из заводных!» ¬ысокого роста казак, вестовой полковника, пошел было исполнить приказание. Ќо €, спеша пользоватьс€ возможностью играть роль подчиненного воина, сказала: «” мен€ есть лошадь, ваше высокоблагородие! я буду ехать на ней, если позволите». ѕолковник рассме€лс€: «“ем лучше, тем лучше! ѕоезжай на своей лошади.  ак же твое им€, молодец?» я сказала, что мен€ зовут јлександром! «ј по отчеству?» — «¬асильем звали отца моего!» — «»так, јлександр ¬асильевич, на походе ты будешь ехать всегда при первой сотне; обедать у мен€ и квартировать. »ди теперь к полку, мы сейчас выступаем. ƒежурный, вели садитьс€ на коней». ¬не себ€ от радости, побежала € к своему јлкиду и как птица взлетела на седло. Ѕодра€ лошадь, казалось, понимала мое восхищение; она шла гордо, сгиба€ шею кольцом и быстро вод€ ушми.  азацкие офицеры любовались красотою јлкида моего и вместе хвалили и мен€; они говорили, что € хорошо сижу на лошади и что у мен€ прекрасна€ черкесска€ тали€. я начинала уже краснеть и приходить в замешательство от любопытных взоров, со всех сторон на мен€ устремленных; но такое положение не могло быть продолжительно; € скоро оправилась и отвечала на расспросы учтиво, правдоподобно, голосом твердым, покойным, и казалась вовсе не замечающею всеобщего любопытства и толков, возбужденных по€влением моим среди войска ƒонского.

Ќаконец казаки, наговор€сь и насмотревшись на кон€ моего и на мен€, стали по местам. ѕолковник вышел, сел на черкесского кон€ своего, скомандовал: «—права по три!» — и полк двинулс€ вперед. ѕереднее отделение, нарочно составленное из людей, имеющих хороший голос, запело: «ƒуша добрый конь» — любимую казацкую песню. ћеланхолический напев ее погрузил мен€ в задумчивость: давно ли € была дома! в одежде пола своего, окруженна€ подругами, любима€ отцом, уважаема€ всеми как дочь градоначальника! “еперь € казак! в мундире, с саблею; т€жела€ пика утомл€ет руку мою, не пришедшую еще в полную силу. ¬место подруг мен€ окружают казаки, которых наречие, шутки, грубый голос и хохот трогают мен€! „увство, похожее на желание плакать, стеснило грудь мою! я наклонилась на крутую шею кон€ своего, обн€ла ее и прижалась к ней лицом!.. Ћошадь эта была подарок отца! ќна одна оставалась мне воспоминанием дней, проведенных в доме его! Ќаконец борьба чувств моих утихла, € оп€ть села пр€мо и, зан€вшись рассматриванием грустного осеннего ландшафта, покл€лась в душе никогда не позвол€ть воспоминани€м ослабл€ть дух мой, но с твердостию и посто€нством идти по пути, мною добровольно избранном.

ѕоход продолжалс€ более мес€ца; новое положение мое восхищало мен€; € научилась седлать и расседлывать свою лошадь, сама водила ее на водопой, так же, как и другие. ѕоходом казацкие офицеры часто скакались на лошад€х и предлагали и мне испытать быстроту моего јлкида против их лошадей; но € слишком люблю его, чтоб могла согласитьс€ на это.   тому ж мой добрый конь не в первом цвете молодости, ему уже дев€ть лет; и хот€ € уверена, что в целом казачьем полку нет ни одной лошади, равной моему јлкиду в быстроте, точно так же, как и в красоте, но все-таки не имею бесчеловечного тщеслави€ мучить своего товарища от пустого удовольстви€ вз€ть верх над тощими скакунами ƒона. Ќаконец полк пришел на рубеж своей земли и расположилс€ лагерем в ожидании смотра, после которого их распускают по домам; ожидание и смотр продолжались три дн€; € в это врем€ ходила с ружьем по необозримой степи ƒонской или ездила верхом. ѕо окончании смотра казаки пустились во все стороны группами; это был живописный вид: несколько сот казаков, рассыпавшись по обширной степи, ехали от места смотра во всех направлени€х.  артина эта припомнила мне рассыпное бегство муравьев, когда мне случалось выстрелить холостым зар€дом из пистолета в их кучу.

ўегров позвал мен€ к полковнику: «Ќу вот, молодой человек, нашему странствию конец! а вашему? что вы намерены делать?» — «≈хать к армии», — смело отвечала €. «¬ы, конечно, знаете, где она расположена? знаете дорогу, по которой ехать, и имеете к этому средства?» — спросил полковник, усмеха€сь. »рони€ эта заставила мен€ покраснеть: «ќ месте и дороге € буду спрашивать, полковник, что ж касаетс€ до средств, у мен€ есть деньги и лошадь». — «¬аши средства хороши только за неимением лучших; мне жаль вас, јлександр ¬асильевич! »з поступков ваших, более, нежели из слов, уверилс€ € в благородном происхождении вашем; не знаю причин, заставивших вас в такой ранней юности оставить дом отцовский; но если это точно желание войти в военную службу, то одна только ваша неопытность могла закрыть от вас те бесчисленные затруднени€, которые вам надобно преодолеть прежде достижени€ цели. ѕодумайте об этом». ѕолковник замолчал, € также молчала, и что могла € сказать! ћен€ стращают затруднени€ми! —оветуют подумать... ћожет быть, хорошо было бы услышать это дома; но, удал€сь от него две тыс€чи верст, надобно продолжать, и какие б ни были затруднени€, твердою волею победить их! “ак думала € и все еще молчала. ѕолковник начал оп€ть: «¬ижу, что вы не хотите говорить со мною откровенно; может быть, вы имеете на это свои причины; но € не имею духа отпустить вас на верную гибель; послушайтесь мен€, останьтесь пока у мен€ на ƒону; покровительство опытного человека дл€ вас необходимо; € предлагаю вам до времени дом мой, живите в нем до нового выступлени€ нашего в поход; вам не будет скучно, у мен€ есть семейство, климат наш, как видите, очень тепел, снегу не бывает до декабр€, можете прогуливатьс€ верхом сколько угодно; конюшн€ мо€ к вашим услугам. “еперь мы поедем ко мне в дом, € отдам вас на руки жене моей, а сам отправлюсь в „еркасск к ѕлатову; там пробуду до нового похода, который не замедлитс€; тогда и вы дойдете вместе с нами до регул€рных войск. —огласны ли вы последовать моему совету?» я сказала, что принимаю предложение его с искреннею благодарностью. Ќадобно было не иметь ума, чтоб не видеть, как выгодно дл€ мен€ будет дойти до регул€рного войска, не обраща€ на себ€ внимани€ и не возбужда€ ни в ком подозрени€. ѕолковник и € сели в кол€ску и отправились в –аздорскую станицу, где был у него дом. ∆ена его чрезвычайно обрадовалась приезду мужа; это была женщина средних лет, прекрасна€ собою, высокого роста, полна€, с черными глазами, бров€ми и волосами и смугловатым цветом лица, общим всему казачьему племени; свежие губы ее при€тно улыбались вс€кий раз, когда она говорила. ћен€ очень полюбила она и обласкала; дивилась, что в такой чрезвычайной молодости отпустили мен€ родители мои скитатьс€, как она говорила, по свету; «вам, верно, не более четырнадцати лет, и вы уже одни на чужой стороне; сыну моему осьмнадцать, и € только с отцом отпускаю его в чужие земли; но одному! ах боже! чего не могло б случитьс€ с таким птенцом! ѕоживите у нас, вы хоть немного подрастете, возмужаете, и, когда наши казаки оп€ть пойдут в поход, вы пойдете с ними, и муж мой будет вам вместо отца». √овор€ это, добра€ полковница уставливала стол разными лакомствами — медом, виноградом, сливками и сладким только что выжатым вином: «ѕейте, молодой человек, — говорила доброхотна€ хоз€йка, — чего вы боитесь? это и мы, бабы, пьем стаканами; трехлетние дети у нас пьют его, как воду». я до этого времени не знала еще вкусу вина и потому с большим удовольствием пила донской нектар. ’оз€йка смотрела на мен€, не свод€ глаз: « ак мало походите вы на казака! ¬ы так белы, так тонки, так стройны, как девица! ∆енщины мои так и думают; они говорили уже мне, что вы переодета€ девушка!» √овор€ таким образом, полковница хохотала простодушно, вовсе не подозрева€, как хорошо отгадали ее женщины и какое замирание сердца причин€ют слова ее молодому гостю, так усердно ею угощаемому. — этого дн€ € не находила уже никакого удовольстви€ оставатьс€ в семействе полковника, но с утра до вечера ходила по пол€м и виноградникам. ќхотно уехала бы € в „еркасск, но бо€лась новых расспросов; € очень видела, что казачий мундир худо скрывает разительное отличие мое от природных казаков; у них кака€-то сво€ физиономи€ у всех, и потому вид мой, приемы и самый способ изъ€сн€тьс€ были предметом их любопытства и толковани€; к тому же, вид€ себ€ беспрестанно замечаемою, € стала часто приходить в замешательство, краснеть, избегать разговоров и уходить в поле на целый день, даже и в дурную погоду. ѕолковника давно уже не было дома, он жил по делам службы в „еркасске; единообразна€ бездейственна€ жизнь сделалась мне несносна; € решилась уехать и отыскивать армию, хот€ сердце мое трепетало при мысли, что те же расспросы, то же любопытство ожидают мен€ везде; но по крайности, думала €, это будет некоторым образом мимоходом, а не так, как здесь € служу посто€нным предметом замечаний и толковань€.

–ешась ехать завтра на рассвете, € пришла домой засветло, чтобы уведомить хоз€йку о своем отъезде и приготовить лошадь и сбрую. ¬ход€ на двор, € увидела необыкновенную суетливость и беготню людей полковника; увидела множество экипажей и верховых лошадей. я вошла в залу, и первою встречею был возвратившийс€ полковник; толпа офицеров окружала его; но между ними не было однако ж ни одного из тех, с которыми € пришла на ƒон. ««дравствуйте, јлександр ¬асильевич! — сказал полковник, отвеча€ на поклон мой, — не соскучились ли вы у нас? √оспода, рекомендую, это русский двор€нин; он будет спутником нашим до места». ќфицеры слегка поклонились мне и продолжали разговаривать о своем походе. «Ќу как же вы проводили ваше врем€, јлександр ¬асильевич? ѕолюбилс€ ли вам ƒон и не полюбилось ли что на ƒону?» √овор€ это, полковник лукаво усмехалс€. ѕон€в смысл последнего вопроса, € покраснела, но отвечала вежливо и сообразно шутке, что старалс€ не прилепл€тьс€ слишком к прекрасной стороне их, чтоб не заплатить за это поздним сожалением. — «¬ы очень хорошо сделали, — сказал полковник, — потому что завтра чуть свет и мы, и вы должны сказать прости нашему тихому ƒону! ћне вверен јтаманский полк, и мы имеем повеление идти в √родненскую губернию; вот там вы будете иметь случай вступить в какой угодно регул€рный полк, их там много».

¬ три часа утра € оседлала своего јлкида и привела его к строю казаков; но как полковника тут еще не было, то €, прив€зав свою лошадь, пошла в ту залу, где собрались все офицеры. ћножество молодых казачек пришли проходить своих мужей; € была свидетельницею трогательного зрелища. ўегров, бывший всегда при полковнике в походе, был с ним же и на ƒону; его отец, мать, жена и три взрослые и прекрасные дочери пришли проводить его и еще раз проститьс€ с ним. ”милительно было видеть, как сорокалетний казак, склон€сь до земли, целовал ноги своего отца и матери, принима€ их благословение, и после сам точно так же благословил дочерей своих, упавших к ногам его; обр€д этого прощань€ был совершенно нов дл€ мен€ и сделал на душу мою самое горестное впечатление! «¬от, — думала €, — как должно расставатьс€ дет€м с отцом и матерью! а € убежала! ¬место благословени€ неслись за мною упреки раздраженных родителей, а может быть... ужасна€ мысль!..» ѕогруз€сь в эти печальные размышлени€, € не слыхала, как все уже вышли и зала сделалась пуста. Ўорох позади мен€ пробудил мое внимание и извлек из горестных мечтаний очень непри€тным образом; ко мне подкрадывалась одна из женщин полковницы: «ј вы что ж стоите здесь одни, барышн€? ƒрузь€ ваши на лошад€х, и јлкид бегает по двору!» Ёто сказала она с видом и усмешкою истинного сатаны. —ердце мое вздрогнуло и облилось кровью; € поспешно ушла от мегеры!  азаки были уже в строю; близ них јлкид мой рыл землю копытом от нетерпени€. ѕоспеша€ вз€ть его, € встретила строгий взгл€д полковника: «¬ вашем положении надобно всегда быть первым; дл€ вас это необходимо, јлександр ¬асильевич», — сказал он, выезжа€ перед фронт. Ќаконец обычное «справа по три» двинуло полк с места. —коро оп€ть раздалось: «ƒуша добрый конь!» ќп€ть возобновились сцены прежней походной жизни; но € теперь уже не та; сделавшись старее несколькими мес€цами, € стала смелее и не прихожу более в замешательство при вс€ком вопросе. ќфицеры јтаманского полка, будучи образованнее других, замечают в обращении моем ту вежливость, котора€ служит признаком хорошего воспитани€, и, оказыва€ мне уважение, ищут быть со мною вместе.

¬ начале весны пришли мы в местечко ƒружкополь, на берегу Ѕуга; здесь же квартирует и Ѕр€нский мушкетерский полк генерала Ћидерса; офицеры обоих полков часто бывают вместе; род жизни их мне кажетс€ убийственным: сид€т в душной комнате, с утра до вечера кур€т трубки, играют в карты и говор€т вздор. ѕолковник спрашивал мен€, не хочу ли € определитьс€ в Ѕр€нский полк? «—охрани боже, полковник, — отвечала €, — если б на всем Ўаре «емном была одна только пехота, € никогда не пошел бы в службу; € не люблю пешую службу». — «Ќу, как хотите, ваше от вас не уйдет, вы еще слишком молоды». я очень люблю ходить ночью одна в лесу или в поле; вчера € зашла весьма далеко от местечка, и было уже за полночь, когда € возвращалась домой; предавшись, по обыкновению, мысл€м, € шла скоро, не замеча€ мест; вдруг стон глухой и как будто из-под земли раздавшийс€ прервал и тишину ночи и мои мечтани€: € остановилась, осматрива€сь и прислушива€сь, € слышу оп€ть стон и вижу себ€ в дес€ти шагах от кладбища; стон несс€ оттуда. Ќи малейша€ тень страха не взволновала души моей; € пошла к кладбищу, отворила ограду и, вошед туда, ходила по всем могилам, наклон€лась, прислушивалась; стон разносилс€ по всему кладбищу, и €, продолжа€ идти от одной могилы к другой, перешла наконец за церковь и с удивлением услышала, что стон наноситс€ ветром со стороны болота, наход€щегос€ в полуверсте от кладбища. Ќе понима€, что бы это могло значить, € спешила дойти на квартиру полковника, чтоб застать ўегрова не сп€щим и рассказать ему это происшествие; € нашла в самом деле ўегрова бодрствующим и очень рассерженным; € была некоторым образом у него под надзором; продолжительное отсутствие мое в ночное врем€ навело на него страх; итак, рассказ мой был очень дурно прин€т: он сказал мне с досадою, что € глупо делаю, таска€сь ночью по кладбищам и обнюхива€ могилы, как шакал, и что этот странный вкус доставит мне удовольствие занемочь гнилой гор€чкой, от которой умирало множество солдат Ѕр€нского полка; и кончил поучение свое замечанием, что если б € не пр€мо из-под крыла маменьки своей €вилс€ к ним и дал бы хоть немного обсохнуть молоку на губах своих, то мог бы знать, что слышанный мною стон происходил от птицы, живущей на болотах и называемой бугай, то есть бык. ¬орчанье старого казака отн€ло у мен€ охоту расспрашивать, дл€ чего эта птица не кричит, не поет, не свищет, а стонет, и €, не говор€ более ни слова, пошла спать.

—ын полковника училс€ в Ћюбаре у иезуитов; он просил мен€ приехать к нему полюбоватьс€ необычайною толщиною и огромностию двух его учителей.  вартиры наши в дес€ти верстах от Ћюбара, итак € поехала туда верхом; € остановилась в той же корчме, в которой всегда останавливаетс€ полковник. ¬ойд€ в обширную комнату, кака€ обыкновенно бывает во вс€кой корчме, € увидела молодую жидовку, читающую нараспев свои молитвы; она сто€ла перед зеркалом и, завыва€ потихоньку свои псалмы, в то же врем€ чернила брови и слушала с усмешкою молодого пехотного офицера, говорившего ей что-то вполголоса. ¬ход мой прервал эту сцену. ∆идовка оборотилась ко мне, окинула быстро глазами и подошла так близко, что дыхание ее разливалось теплотою по лицу моему. «„то вам угодно?» — спросила она почти шепотом. я отвечала, что прошу ее велеть присмотреть за моей лошадью, которую оставл€ю у нее в корчме. «¬ы будете ночевать здесь?» — спросила она еще с тою же таинственностью. «я ночую в кл€шторе иезуитов, а может быть, и здесь, не знаю наверное». ”слыша о кл€шторе иезуитов, она отвернулась от мен€, не говор€ ни слова, и, приказав работнику вз€ть мою лошадь, прин€ла прежнюю позицию перед зеркалом, снова запела сквозь зубы, наклон€€сь к офицеру, который оп€ть начал говорить с нею. ќстав€ их, € пошла посмотреть, выгодно ли помещен јлкид мой, и, вид€ его довольным во всем, пошла пр€мо в кл€штор отцов иезуитов.

¬ самом деле, почтенные отцы »ероним и јнтонио, учители молодого Ѕ..., чудовищною толщиною своею привели мен€ в ужас! ќгромна€ масса тел их превосходила вс€кое веро€тие; они почти совсем не могли сто€ть, но всЄ сидели и всю церковную службу читали у себ€ в келье сид€; дыхание их походило на глухой рев. я села в угол и смотрела на них, не свод€ глаз, с изумлением и некоторым родом страха. ћолодой казак давил себе нос и зажимал рот, чтобы не захохотать над странным видом двух своих чудовищ в р€сах и вместе моим. Ќаконец приглашение к ужину прекратило набожный гул почтенных отцов и кривл€нье молодого шалуна и мое изумленье; мы пошли за стол. ѕовеса Ѕ... шепнул мне на ухо, что по об€занности гостеприимства он посадит мен€ между своими учител€ми, чтоб наслаждатьс€ при€тностью их беседы; € хотела было поскорее сесть подле него, но не успела: огромна€ рука схватила мою руку, и тихо ревущий голос раздалс€ почти под потолком: «Ќе угодно ли вз€ть место между нами? ѕрошу покорно! ѕожалуйте сюда!» ”жин этот был дл€ мен€ насто€щею пыткою: не разуме€ польского €зыка, € не знала, что отвечать моим ужасным сосед€м с правой и левой стороны; сверх того бо€лась еще, чтоб не наестьс€ слишком лакомого кушань€ в ѕольше; мне было смертельно жарко; € беспрестанно краснела, и пот капл€ми выступал на лбу моем. ќдним словом, € была измучена и смешна до крайности! Ќо вот загремели стуль€, огромные отцы подн€лись; бормотанье молитв их, подобно отдаленному рокотанью грома, носилось над головой моей; по окончании всех возможных церемоний € с радостью увидела себ€ вне ограды монастырской, и первым движением было, вышед из ворот, почти бегом отдалитьс€ от стен гостеприимной обители, в которой так грустно жить и так трудно дышать!

јтаманский полк идет в √родно; казаки остр€т пики и сабли; к моему јлкиду приступа нет! храпит, прыгает, брыкает! ƒобрый конь! кака€-то будет наша участь с тобою! ћы пришли в √родно; полк пробудет здесь только два дн€, а там пойдет за границу. ѕолковник призвал мен€: «“еперь вы имеете удобный случай определитьс€ в который угодно из формирующихс€ здесь кавалерийских эскадронов; но последуйте моему совету, будьте откровенны с начальником того полка, в который рассудите определитьс€; хот€ чрез это одно не примут вас юнкером, по крайней мере, вы выиграете его доброе расположение и хорошее мнение. ј между тем, не тер€€ времени, пишите к своим родител€м, чтоб выслали вам необходимые свидетельства, без которых вас могут и совсем не прин€ть, или, по крайней мере, надолго остав€т р€довым». я поблагодарила его за совет и за покровительство, так долго мне оказываемое, и наконец простилась с ним. Ќа другой день казаки ушли за границу, а € осталась в √родно.

 

√родно. я одна! совершенно одна! живу в заездной корчме. јлкид мой беспрестанно ржет и бьет копытом в землю; он также осталс€ один. »з окна моего вижу € проход€щие мимо толпы улан с музыкою и пл€скою; они дружелюбно приглашают всех молодых Ћюдей вз€ть участие в их веселости. ѕойду узнать, что это такое. Ёто называетс€ вербунок! —паси боже, если нет другой дороги вступить в регул€рный полк, как посредством вербунка! Ёто было бы до крайности непри€тно.  огда € смотрела на эту пл€шущую экспедицию, подошел ко мне управл€ющий ею портупей-юнкер, или, по их, наместник. « ак вам нравитс€ наша жизнь? Ќе правда ли, что она весела?» я отвечала, что правда, и ушла от него. Ќа другой день € узнала, что это полк  оннопольский, что они вербуют дл€ укомплектовани€ своего полка, потер€вшего много людей в сражении, и что ими начальствует ротмистр. —обрав эти сведени€, € отыскала квартиру наместника, вчера со мною говорившего; он сказал мне, что если € хочу определитьс€ в их полк на службу, то могу предложить просьбу об этом их ротмистру  азимирскому, и что мне вовсе нет надобности пл€сать с толпою вс€кого сброду, лезущего к ним в полк. я очень обрадовалась возможности войти в службу, не подверга€сь ненавистному обр€ду пл€сать на улице, и сказала это наместнику; он не мог удержатьс€ от смеха: «ƒа ведь это делаетс€ по доброй воле, и без этого легко можно обойтитьс€ вс€кому, кто не хочет брать участи€ в нашей вакханалии. Ќе угодно ли вам идти со мною к  азимирскому? ≈му очень при€тно будет приобресть такого рекрута; сверх этого € развеселю его на целый день, рассказав о вашем опасении». √овор€ это, наместник хохотал от всего сердца; мы пошли. »з комнаты наместника нам надобно было проходить через ту большую горницу, о которой € уже говорила, что находитс€ во вс€кой корчме; она была полна улан и завербовавшихс€ рекрутов; все это пл€сало и пело. —тара€сь скорее миновать шумную толпу, € ухватила руку наместника; но в то же врем€ один из улан, схват€ мой стан рукою, влетел со мною в круг и, топнув ногой, приготовилс€ начать мазурку, которую уже несколько пар прыгали и скользили без вс€кого пор€дка. Ќаместник освободил мен€ из рук этих очарованных пл€сунов; смех его удвоилс€ от этого неожиданного случа€; наконец мы пришли на квартиру к  азимирскому.

–отмистр  азимирский, лет около п€тидес€ти, имеет благородный и вместе воинственный вид; добродушие и храбрость дышат во всех чертах при€тного лица его.  огда € вошла, то он, видно сочт€ мен€ за казацкого офицера, вежливо поклонилс€ и спросил: «„то вам угодно?» я сказала, что желал бы служить в  оннопольском полку и, узнав, что ему поручено комплектовать этот полк, пришел просить о прин€тии мен€ в службу. «¬ас, на службу в  оннопольский полк! — сказал ротмистр с удивлением, — вы казак, принадлежите к войску ƒонскому, и в нем должны служить». — «ќде€ние мое вас обманывает; € русский двор€нин и, следовательно, могу избирать род службы, какой хочу». — «ћожете ли доказать это?» — «Ќет! Ќо если вам угодно поверить одному слову моему, что € точно русский двор€нин, то € буду уметь ценить такое снисхождение и по окончании кампании об€зываюсь доставить в полк все, что нужно дл€ подтверждени€ справедливости слов моих». — « ак же это сделалось, что вы носите казачий мундир?» — «ќтец не хотел отдавать мен€ в военную службу; € ушел тихонько, присоединилс€ к казачьему полку и с ним пришел сюда». — «—колько лет вам?  ак ваша фамили€?» — «ћне семнадцатый год, фамили€ мо€ ƒуров». –отмистр оборотилс€ к одному офицеру своего полка: « ак думаешь? ѕрин€ть его?» — « ак хотите; почему ж и не прин€ть; теперь война, люди надобны, а он обещает быть молодцом». — «ј если он казак и почему-нибудь хочет укрытьс€ от своих, вступ€ в регул€рный полк?» — «Ќе может этого быть, ротмистр! Ќа лице его написано, что он не лжет, в этом возрасте притвор€тьс€ не умеют. ¬прочем, если вы откажете, он пойдет к другому, который не будет так излишне осторожен, и вы потер€ете хорошего рекрута...» ¬есь этот переговор был по-польски. –отмистр оборотилс€ ко мне: «—огласен поверить вашему слову, ƒуров! Ќадеюсь, что вы оправдаете мою доверенность вашим поведением». я хотела было сказать, что в скором времени он сам увидит, стою ли € чести быть прин€т в число воинов, имеющих завидное счастие служить јлександру; но промолчала, бо€сь, чтоб не сочли этого за неуместное самохвальство; € сказала только, что имею лошадь и желал бы на ней служить, если можно. — «Ќельз€, — сказал ротмистр, — вам дадут казенную; однако ж вы можете держать ее при себе до времени, пока найдете случай продать».- — «ѕродать! јлкида! — вскрикнула € невольно. — јх, сохрани мен€ боже от этого несчасти€!! Ќет, господин ротмистр, у мен€ есть деньги, € буду кормить свою лошадь на свой счет и ни дл€ чего в свете не расстанусь с нею!»  азимирский сам был от колыбели кавалерист; ему очень понравилась мо€ прив€занность к наилучшему товарищу в военное врем€; он сказал, что лошадь мо€ будет иметь место на его конюшне и вместе корм, что € могу на ней ехать за границу и что он берет на себ€ исходатайствовать мне позволение служить на ней. ѕосле этого велел послать к себе одного из улан, при нем находившихс€, и отдал мен€ ему в смотрение, приказав учить мен€ маршировать, рубитьс€, стрел€ть, владеть пикою, седлать, расседлывать, вьючить и чистить лошадь, и, когда € несколько научусь всему этому, тогда обмундировать и употребл€ть на службу. ”лан, выслушав приказание, тогда же вз€л мен€ с собою в сборню, так называетс€ изба, а иногда и сарай, где учат молодых солдат всему, что принадлежит до службы. ¬с€кий день встаю € на заре и отправл€юсь в сборню, оттуда все вместе идем в конюшню; уланский ментор мой хвалит мою пон€тливость и всегдашнюю готовность заниматьс€ эволюци€ми, хот€ бы это было с утра до вечера. ќн говорит, что € буду молодец. Ќадобно, однако ж, признатьс€, что € устаю смертельно, размахива€ т€желою пикою — особливо при этом вовсе ни на что не пригодном маневре вертеть ею над головой; и € уже несколько раз ударила себ€ по голове; также не совсем покойно действую саблею; мне все кажетс€, что € порежусь ею; впрочем, € скорее готова поранить себ€, нежели показать малейшую робость. ѕровед€ все утро на ученье, обедать иду к  азимирскому; он экзаменует мен€ с отеческим снисхождением, спрашивает, нрав€тс€ ли мне мои теперешние зан€ти€ и каким € нахожу военное ремесло? я отвечала, что люблю воинское ремесло со дн€ моего рождени€; что зан€ти€ воинственные были и будут единственным моим упражнением; что считаю звание воина благороднейшим из всех и единственным, в котором нельз€ предполагать никаких пороков, потому что неустрашимость есть первое и необходимое качество воина; с неустрашимостию неразлучно величие души, и при соединении этих двух великих достоинств нет места порокам или низким страст€м. «Ќеужели вы думаете, молодой человек, — спрашивал ротмистр, — что без неустрашимости нельз€ иметь качеств, достойных уважени€? ≈сть много людей робких от природы и имеющих прекраснейшие свойства». — «ќчень верю, ротмистр; но думаю также, что неустрашимый человек непременно должен быть добродетелен». — «ћожет быть, вы правы, — говорил ротмистр, улыба€сь, — но, — присовокупил он, трепл€ мен€ по плечу и покручива€ усы, — подождем лет дес€ток и также подождем первого сражени€, опыт во многом может разуверить». ѕосле обеда  азимирский ложилс€ спать, а € шла в конюшню дать лошади полуденную ее порцию овса; после этого € была свободна делать что хочу до шести часов вечера.

—колько ни бываю € утомлена, размахива€ целое утро т€желою пикою — сестрою сабли, марширу€ и прыга€ на лошади через барьер, но в полчаса отдохновени€ усталость мо€ проходит, и € от двух до шести часов хожу по пол€м, горам, лесам бесстрашно, беззаботно и безустанно! —вобода, драгоценный дар неба, сделалась наконец уделом моим навсегда! я ею дышу, наслаждаюсь, ее чувствую в душе, в сердце! ≈ю проникнуто мое существование, ею оживлено оно! ¬ам, молодые мои сверстницы, вам одним пон€тно мое восхищение! ќдни только вы можете знать цену моего счасти€! ¬ы, которых вс€кий шаг на счету, которым нельз€ пройти двух сажен без надзора и охранени€! которые от колыбели и до могилы в вечной зависимости и под вечною защитою, бог знает от кого и от чего! ¬ы, повтор€ю, одни только можете пон€ть, каким радостным ощущением полно сердце мое при виде обширных лесов, необозримых полей, гор, долин, ручьев, и при мысли, что по всем этим местам € могу ходить, не дава€ никому отчета и не опаса€сь ни от кого запрещени€, € прыгаю от радости, вообража€, что во всю жизнь мою не услышу более слов: ты девка, сиди. “ебе неприлично ходить одной прогуливатьс€! ”вы, сколько прекрасных €сных дней началось и кончилось, на которые € могла только смотреть заплаканными глазами сквозь окно, у которого матушка приказывала мне плесть кружево. √орестное воспоминание о угнетении, в каком прошли детские лета мои, прекратило тотчас веселые скачки; около часа € бываю скучна, когда вспоминаю о своей домашней жизни; но, к счастию, с каждым днем вспоминаю об ней реже, и только одна мысль, что воле моей, как взору, нет границ, кружит радостию мою голову.

ћен€ и еще одного товарища ¬ышемирского приказал ротмистр назначить в первый взвод, под команду поручика Ѕошн€кова; взвод этот квартирует в бедной помещичьей деревне, окруженной болотами.

 ака€ голодна€ сторона эта Ћитва! ∆ители так бедны, бледны, тощи и запуганы, что без сожалени€ нельз€ смотреть на них. √линиста€ земл€, усе€нна€ камн€ми, худо награждает т€гостные усили€ удобр€ть и обрабатывать ее; хлеб их так черен, как уголь, и, сверх этого, смешан с чем-то колючим (дресва); невозможно есть его, по крайней мере, € не могу съесть ни одного куска.

Ѕолее трех недель стоим мы здесь; мне дали мундир, саблю, пику, так т€желую, что мне кажетс€ она бревном; дали шерст€ные эполеты, каску с султаном, белую перев€зь с подсумком, наполненным патронами; все это очень чисто, очень красиво и очень т€жело! Ќадеюсь, однако ж, привыкнуть; но вот к чему нельз€ уже никогда привыкнуть — так это к тиранским казенным сапогам! они как железные! ƒо сего времени € носила обувь м€гкую и ловко сшитую; нога мо€ была свободна и легка, а теперь! ах, боже! € точно прикована к земле т€жестию моих сапог и огромных бр€чащих шпор! ќхотно бы заказала сшить себе одну пару жиду-сапожнику, но у мен€ так мало денег; надобно терпеть, чего нельз€ переменить.

— того дн€, как € надела казенные сапоги, не могу уже более по-прежнему прогуливатьс€ и, будучи вс€кой день смертельно голодна, провожу все свободное врем€ на гр€дах с заступом, выкапыва€ оставшийс€ картофель. ѕоработав прилежно часа четыре ср€ду, успеваю нарыть столько, чтоб наполнить им мою фуражку; тогда несу в торжестве мою добычу к хоз€йке, чтобы она сварила ее; сурова€ эта женщина всегда с ворчаньем вырвет у мен€ из рук фуражку, нагруженную картофелем, с ворчаньем высыплет в горшок, и когда поспеет, то, выложив в дерев€нную миску, так толкнет ее ко мне по столу, что всегда несколько их раскатитс€ по полу; что за зла€ баба! а, кажетс€, ей нечего жалеть картофелю, он весь уже сн€т и где-то у них запр€тан; плод же неусыпных трудов моих не что иное, как оставшийс€ очень глубоко в земле или как-нибудь укрывшийс€ от внимани€ работавших.

¬чера хоз€йка разливала молоко; в это врем€ € вошла с моей фуражкой, полной картофел€. ’оз€йка испугалась, а € обрадовалась и начала убедительно просить ее дать немного молока к моему картофелю. —трашно было видеть, как лицо ее подернулось злобою и ненавистию! —о всеми прокл€ти€ми налила она молока в миску, вырвала у мен€ из рук фуражку, рассыпала весь мой картофель по полу, но тотчас, однако ж, кинулась подбирать; это последнее действие, которого € угадывала причину, рассмешило мен€.

¬зводный начальник наш поручик Ѕошн€ков вз€л мен€ и ¬ышемирского к себе на квартиру; будучи хорошо воспитан, он обращаетс€ с нами обоими как прилично благородному человеку обращатьс€ с равными ему. ћы живем в доме помещика; нам, то есть офицеру нашему, дали большую комнату, отдел€емую сен€ми от комнат хоз€ина; мы с ¬ышемирским полные владетели этой горницы, потому что поручик наш почти никогда не бывает и не ночует дома; он проводит все свое врем€ в соседней деревне у старой помещицы, вдовы; у нее есть прекрасна€ дочь, и поручик наш, говорит его камердинер, смертельно влюблен в нее; жена помещика наших квартир, молода€ дама редкой красоты, очень недовольна, что посто€лец ее не живет на своей квартире; она вс€кий раз, как увидит мен€ или ¬ышемирского, спрашивает, очень мило картав€: «„то ваш офицер делает у N.N.? ќн там от утра до ночи, и от ночи до утра!..» ќт мен€ она слышит в ответ одно только — не знаю! Ќо ¬ышемирский находит забавным увер€ть ее, что поручик страшитс€ потер€ть спокойствие сердца и дл€ того убегает опасной квартиры своей.

я привыкла к своим кандалам, то есть к казенным сапогам, и теперь бегаю так же легко и неутомимо, как прежде; только на ученье т€жела€, дубова€ пика едва не отламывает мне руку, особливо, когда надобно вертеть ею поверх головы: досадный маневр!

ћы идем за границу! в сраженье! я так рада и так печальна! ≈сли мен€ убьют, что будет с старым отцом моим! ќн любил мен€!

„рез несколько часов € оставлю –оссию и буду в чужой земле! ѕишу к отцу, где € и что € теперь; пишу, что, пада€ к стопам его и обнима€ колена, умол€ю простить мне побег мой, дать благословение и позволить идти путем, необходимым дл€ моего счасти€. —лезы мои падали на бумагу, когда € писала, и они будут говорить за мен€ отцовскому сердцу. “олько что € отнесла письмо на почту, велено выводить лошадей; мы сию минуту выступаем; мне позвол€ют ехать, служить и сражатьс€ на моем јлкиде. ћы идем в ѕруссию и, сколько € могу заметить, совсем не торопимс€; наши переходы умеренные, и дневки, как обыкновенно, через два дн€ и через три.

Ќа третьем переходе ¬ышемирский сказал, что от этой дневки недалеко селение д€ди его, у которого живет и воспитываетс€ родна€ его сестра: «я попрошусь у ротмистра съездить туда на один день, поедешь ли со мною, ƒуров?» — «≈сли отпуст€т, охотно поеду», — отвечала €. ћы пошли к ротмистру, который, узнав наше желание, тогда же отпустил нас, приказав только ¬ышемирскому беречь свою лошадь и подтвердив нам обоим, чтоб непременно €вились через сутки в эскадрон. ћы отправились. —еление помещика  уната, д€ди ¬ышемирского, отсто€ло п€ть миль от деревни, где должно было дневать нашему эскадрону, и мы, хот€ ехали все рысью, приехали, однако ж, в глубокую полночь; тишина ее нарушалась едино-звучным стуком по доске, раздававшимс€ внутри обширного двора господского, обнесенного высоким забором; это был сторож, ходивший вокруг дома и стучавший чем-то по доске. ¬орота не были заперты, и мы беспреп€тственно въехали на двор, гладкий, широкий, покрытый зеленою травою; но только что шаги лошадей наших послышались в тиши ночной, в один миг ста€ сторожевых собак окружила нас с громким лаем; € хотела было, несмотр€ на это, сойти с лошади, но, увид€ вновь прибежавшую собаку, почти вровень с моим конем, села оп€ть в седло, решась не вставать, хот€ бы это было до рассвета, пока кто-нибудь не придет отогнать атакующих нас зверей. Ќаконец сторож с клепалом в руках €вилс€ перед нами; он тотчас узнал ¬ышемирского и чрезвычайно обрадовалс€. —обаки по первому сигналу убрались в свои лари; €вились люди, принесли огн€, лошадей наших вз€ли, отвели в конюшню, а нас просили идти к пану эконому, потому что господа спали и все двери кругом заперты. Ќе знаю, как весть о приезде ¬ышемирского проникла сквозь запертые двери целого дома; но только сестра его, спавша€ близ теткиной спальни, узнала и тотчас пришла к нам. Ёто было прекраснейшее дит€ лет тринадцати. ќна важно присела перед своим братом, сказала €к се маш! (как себ€ чувствуешь! (польск.)) и бросилась со слезами обнимать его. я не могла пон€ть этого контраста. Ќам подали ужинать и принесли ковры, подушки, солому и простыни, чтоб сделать нам постели. ѕанна ¬ыше-мирска€ восстала против этого распор€жени€; она говорила, что постель не нужна, что скоро будет день и что брат ее, верно, охотно будет сидеть и разговаривать с нею, нежели спать. Ёконом сме€лс€ и отдавал ей на выбор, или идти в свою комнату, не меша€ нам лечь спать, или остатьс€ и дл€ разговору с братом лечь к нам в средину. ƒевочка сказала: «¬стыдьсе, пане экономе!»(—тыдитесь, господин эконом! (польск.)) — и ушла, поцеловав прежде брата и поклон€сь мне. Ќа другой день позвали нас пить кофе к господину  унату. ¬ажного вида польский пан сидел с женою и сыновь€ми в старинной зале, обитой малиновым штофом; стуль€ и диваны были обиты тою же материею и украшены бахромою, надо думать, в свое врем€ золотою, но теперь все это потускло и потемнело; комната имела мрачный вид, совершенно противоположный виду хоз€ев, ласковому и добродушному; они обн€ли своего плем€нника, вежливо поклонились мне и приглашали вз€ть участие в завтраке. ¬се это семейство чрезвычайно полюбило мен€; спрашивали о летах моих, о месте родины, и когда € сказала им, что живу недалеко от —ибири, то жена  унаты вскрикнула от удивлени€ и смотрела на мен€ с новым любопытством, как будто житель —ибири был существо сверхъестественное! ¬о всей ѕольше о —ибири имеют какое-то странное пон€тие.  унат сыскал на карте город, где живет отец мой, и увер€л, смеючись, что € напрасно называю себ€ сибир€ком, что, напротив, € ази€тец. ”вид€ на столе бумагу и карандаши, € просила позволить мне что-нибудь нарисовать. «ќ, очень охотно», — отвечали мои хоз€ева; не занима€сь уже давно этим при€тным искусством, € так рада была случаю изобразить что-нибудь, что сидела за добровольною своею работою более двух часов. Ќарисовав јндромеду у скалы, € была осыпана похвалами от молодых и старых  унатов. ѕоблагодар€ их за снисхождение к посредственности таланта моего, € хотела подарить мой рисунок панне ¬ышемирской; но стара€  унатова вз€ла его из рук у мен€, говор€: «ќтдайте мне, если он вам не надобен, € буду говорить всем, что это рисовал коннополец, урожденный сибир€к!»  унат вслушалс€. «»звини, мой друг, ты ошибаешьс€, ƒуров ази€тец; вот посмотри сама», — говорил он, таща огромную карту к столу жены своей.

Ќа другой день мы простились с  унатами; они проводили нас в кол€ске верст дес€ть. «—рисуйте, ƒуров, местоположение нашей деревни, — сказала жена  уната, — это иногда приведет вам на пам€ть людей, полюбивших вас, как сына». я сказала, что и без того никогда их не забуду. Ќаконец мы расстались; кол€ска  унатов поворотила назад, а мы пустились легким галопом вперед. ¬ышемирский молчал и был пасмурен. —аквы его были наполнены разною провизиею и возвышались двум€ холмами по бокам его лошади. Ќаконец он стал говорить: «ѕоедем шагом, дары д€дюшкины набьют спину моей лошади. «ачем € приезжал! им чужие дороже своих! ќни только тобою и занимались, а мен€ как будто не было тут; что в таких родных!» —амолюбие ¬ышемирского жестоко страдало от €вного предпочтени€, оказанного мне его родственниками. я старалась его успокоить: «„то мне в том, ¬ышемирский, что д€д€ и тетка твои так занимались мною, зато сестра тво€ ни разу не взгл€нула на мен€ и ни слова не сказала со мною во все то врем€, которое мы у них пробыли; не хочешь ли помен€тьс€? ¬озьми себе внимание д€ди и тетки, отдай мне ласки, слезы и поцелуи сестры твоей». ¬ышемирский вздохнул, меланхолически усмехнулс€ и стал рассказывать, что маленька€ сестра его жаловалась на слишком строгое содержание и стеснение; € тотчас вспомнила свою жизнь в отцовском доме, матушкину строгость, жестокую неволю, беспрерывное сидение за работой, вспомнила — и печаль отуманила лицо мое; € вздохнула в свою очередь, и мы оба кончили путь наш молча.

—егодн€ эскадрон наш присоединилс€ к полку; завтра ротмистр  азимирский должен представить всех нас на смотр генерал-майору  аховскому, и завтра размест€т всех по другим эскадронам.

—мотр кончилс€.  азимирский был столько вежлив, что не поставил мен€ в одну шеренгу с завербованными, но представил особливо  аховскому; он назначил мен€ в лейб-эскадрон, которым командует ротмистр √алер.

Ќаконец мечты мои осуществились! € воин! коннополец! ношу оружие! и, сверх того, счастие поместило мен€ в один из храбрейших полков нашей армии!

 

ћа€ 22-го 1807

√утштадт. ¬ первый раз еще видела € сражение и была в нем.  ак много пустого наговорили мне о первом сражении, о страхе, робости и, наконец, отча€нном мужестве!  акой вздор! ѕолк наш несколько раз ходил в атаку, но не вместе, а поэскадронно. ћен€ бранили за то, что € с каждым эскадроном ходила в атаку; но это, право, было не от излишней храбрости, а просто от незнани€; € думала, так надобно, и очень удивл€лась, что вахмистр чужого эскадрона, подле которого € неслась, как вихрь, кричал на мен€: «ƒа провались ты отсюда! зачем ты здесь скачешь?» ¬оротившись к своему эскадрону, € не стала в свой ранжир, но разъезжала поблизости: новость зрелища поглотила все мое внимание; грозный и величественный гул пушечных выстрелов, рев или какое-то рокотанье лет€щего €дра, скачуща€ конница, блест€щие штыки пехоты, барабанный бой и твердый шаг и покойный вид, с каким пехотные полки наши шли на непри€тел€, все это наполн€ло душу мою такими ощущени€ми, которых € никакими словами не могу выразить.

≈два было € не лишилась своего неоцененного јлкида: разъезжа€, как € уже сказала, вблизи своего эскадрона и рассматрива€ любопытную картину битвы, увидела € несколько человек непри€тельских драгун, которые, окружив одного русского офицера, сбили его выстрелом из пистолета с лошади. ќн упал, и они хотели рубить его лежащего. ¬ ту ж минуту € понеслась к ним, держа пику наперевес. Ќадобно думать, что эта сумасбродна€ смелость испугала их, потому что они в то же мгновение оставили офицера и рассыпались врознь; € прискакала к раненому и остановилась над ним; минуты две смотрела € на него молча; он лежал с закрытыми глазами, не подава€ знака жизни; видно, думал, что над ним стоит непри€тель; наконец он решилс€ взгл€нуть, и € тотчас спросила, не хочет ли он сесть на мою лошадь? «јх, сделайте милость, друг мой!» — сказал он едва слышным голосом; € тотчас сошла с лошади и с трудом подн€ла раненого, но тут и кончилась мо€ услуга; он упал ко мне на руку грудью, и €, чуть держась на ногах, не знала, что мне делать и как посадить его на јлкида, которого тоже держала за повод другою рукою; такое положение кончилось бы очень невыгодно дл€ обоих, то есть дл€ офицера и дл€ мен€, но, к счастию, подъехал к нам его полка солдат и помог мне посадить раненого на мою лошадь. я сказала солдату, чтоб лошадь прислали в  оннопольский полк товарищу ƒурову, а драгун сказал мне, что спасенный мною офицер, поручик ѕанин, ‘инл€ндского драгунского полка и что лошадь мою тотчас пришлют. ќфицера повезли к его полку, а € пошла к своему; € чувствовала себ€ весьма в невыгодном положении, оставшись пешком среди скачки, стрельбы, рубки на сабл€х, и, вид€, что все это или пролетало молниею, или с уверенностью в доброте кон€ своего тихо галопировало в разных направлени€х, вскликнула: «”вы, мой јлкид! где он теперь!» я очень раскаивалась, отдавши так безрассудно свою лошадь; и тем более, что мой ротмистр, сначала с участием спросивший мен€: «“вою лошадь убили, ƒуров? Ќе ранен ли ты?», но, узнавши, как это случилось, что € хожу тут пешком, с досадою вскрикнул на мен€: «ѕошел за фронт, повеса!» ’от€ печально, но поспешно шла € к тому месту, где видела флюгера пик  оннопольского полка. ¬стречающиес€ с сожалением говорили: «јх, боже мой! ѕосмотри, какой молодой мальчик ранен». »наче никто не мог думать, вид€ улана пешком в залитом кровью мундире. я уже сказала, что раненый офицер лежал грудью на руке у мен€, и надобно полагать, что рана его была на груди, потому что весь мой рукав был в крови.

  неизъ€снимой радости моей, јлкид возвращен мне, хот€ и не так, как € наде€лась, но все возвращен: € шла задумчиво полем к своему полку, вдруг вижу едущего от непри€тельской стороны нашего поручика ѕодвышанского на моей лошади; € не вспомнилась от радости и, не забот€сь о том, каким случаем конь мой очутилс€ под ѕодвышанским, подбежала гладить и ласкать своего јлкида, который тоже изъ€вил радость свою прыжком и громким ржаньем. «–азве эта лошадь тво€?» — спросил удивившийс€ ѕодвышанский. я рассказала ему свое приключенье. ќн тоже не похвалил моей опрометчивости и сказал, что купил мою лошадь у казаков за два червонца; € просила отдать мне ее обратно и вз€ть от мен€ деньги, им заплаченные. «’орошо, но на сегодн€ оставь его у мен€; лошадь мою убили, и мне не на чем быть в деле!» —казал, дал шпоры моему јлкиду и ускакал на нем; а €, € только что не плакала, вид€ моего ратного товарища в чужих руках, и покл€лась в душе никогда уже более никому во всю жизнь не отдавать своей лошади! Ќаконец этот мучительный день кончилс€; ѕодвышанский отдал мне јлкида, и арми€ наша преследует теперь ретирующегос€ непри€тел€.

 

24-гои 25-го ћа€

Ѕерег ѕасаржи. —транное дело! ћы так мало торопились, преследу€ непри€тел€, что он успел переправитьс€ через эту речку, на берегах которой мы теперь стоим, и нас же встретил выстрелами! ћожет быть, € ничего в этом не разумею, но мне кажетс€, что надобно было идти на плечах у непри€тел€ и разбить его при переправе.

“ам же, на берегу ѕасаржи. ƒругой день стоим мы здесь и ничего не делаем, да и делать нечего. ¬переди нас егер€ перестреливаютс€ с непри€тельскими стрелками через речку; наш полк поставлен тотчас за егерским; но как нам совсем уже нет дела, то и приказано сойти с лошадей. я голодна смертельно! ” мен€ нет ни одного сухар€!  азаки, поймавшие моего јлкида, сн€ли с него саквы с сухар€ми, плащ и чемодан; € получила свою лошадь с одним только седлом, а все прочее пропало! я стараюсь во сне забыть, что мне есть хочетс€, однако ж это не помогает. Ќаконец улан, которому € поручена была в смотрение, и имевший еще и теперь власть ментора, замет€, что на седле моем сакв нет и что лицо мое бледно, предложил мне три больших заплесневелых сухар€; € с радостью вз€ла их и положила в €му, полную дождевой воды, чтобы они несколько размокли. ’от€ € не ела более полутора суток, однако ж не могла съесть более одного из этих сухарей, так они были велики, горьки и зелены. ћы продолжали сто€ть на одном месте; стрелки перестреливаютс€, уланы так лежат на траве; € пошла от скуки ходить по холмам, где сто€т казацкие ведеты. —ход€ с одного пригорка, € увидела ужасное зрелище: два егер€, хотевшие, видно, спр€татьс€ от выстрелов или просто на свободе выпить свое вино, лежали оба мертвые: смерть нашла их в этом убежище; они оба убиты были одним €дром, которое, сорвав сид€щему выше всю грудь, пробило товарищу его, сидевшему несколько ниже, бок, вырвало внутренности и вместе с ними лежало; подле него тут же лежала и манерка их с водкою. —одрога€сь, ушла € от страшного вида двух этих тел! ¬озвратись к полку, € легла было в кустах и заснула, но была очень скоро и непри€тно разбужена: близ мен€ упало €дро, вслед за ним прилетело еще несколько; € вскочила и отбежала шагов дес€ть от этого места; но фуражка мо€ там осталась, € не успела схватить ее; она лежала на траве и на темной зелени ее была похожа на огромный цветок по своему €ркому малиновому цвету. ¬ахмистр приказал мне идти вз€ть ее, и € пошла, хот€ не совсем охотно, потому что €дра густо и беспрерывно падали в этот кустарник. ѕричиною этой неожиданной пальбы на нас были наши флюгера; мы воткнули пики в землю при лошад€х. –азноцветные флюгера, игра€ с ветром и трепеща на воздухе, привлекли внимание непри€тел€; угадыва€ по ним наше присутствие в этом лесочке, он направил туда свои пушки; теперь нас отвели дальше и пики велено положить на землю.

¬ечером полку нашему приказано быть на лошад€х. ƒо глубокой полночи сидели мы на кон€х и ожидали, когда нам вел€т двинутьс€ с места. “еперь мы сделались ариергардом и будем прикрывать отступление армии. “ак говорит наш ротмистр. ”став смертельно сидеть на лошади так долго, € спросила ¬ышемирского, не хочет ли он встать; он сказал, что давно сошел бы с кон€, если б не ожидал каждую минуту, что полк пойдет. «ћы это услышим и вмиг с€дем на лошадей, — сказала €, — а теперь переведем их за этот ров и л€жем тут на траве». ¬ышемирский последовал моему совету: мы перевели своих лошадей через ров и сами легли в кустах. я обвила повод около руки и тотчас заснула. —лышуим€ свое два раза повторенное! чувствую, что јлкид толкает мен€ головою, храпит и бьет копытом в землю; слышу, что земл€ задрожала подо мною и потом все затихло! —ердце мое замирало, € понимала опасность, силилась проснутьс€, и не могла. јлкид мой! бесценный конь! хот€ осталс€ один, слышал в отдалении своих товарищей, был на свободе, потому что повод ослаб и спал с руки моей, не ушел, однако ж, от мен€, но только беспрестанно бил копытом землю и храпел, наклон€€ ко мне морду. — трудом наконец открыла € глаза, встала; вижу, что ¬ышемирского нет; смотрю на место, где сто€л полк, его нет! я окружена мраком и безмолвием ночи, столь страшной в теперешнем случае. √лухо отдающийс€ топот лошадей дает мне пон€ть, что полк удал€етс€ на рыс€х; спешу сесть на јлкида, и справедливость требует признатьс€, что нога мо€ не вдруг сыскала стрем€! —ев, € опустила повода, и мой конь, верный, превосходный конь мой перескочил ров и пр€мо через кустарник понес мен€ легким, быстрым скоком пр€мо к полку, догнал его в четверть часа и стал в свой ранжир. ¬ышемирский сказал, что он считал мен€ погибшим; он говорил, что сам очень испугалс€, слыша полк удал€ющимс€, и потому, кликнув мен€ два раза, оставил на волю божию участь мою.

 

29-гои 30-го ћа€

√ейльзберг. ‘ранцузы тут дрались с остервенением. јх, человек ужасен в своем исступлении! ¬се свойства дикого звер€ тогда соедин€ютс€ в нем! Ќет! это не храбрость! я не знаю, как назвать эту дикую, зверскую смелость, но она недостойна назватьс€ неустрашимостию! ѕолк наш в этом сражении мало мог принимать де€тельного участи€: здесь громила артиллери€ и разили победоносные штыки пехоты нашей; впрочем, и нам доставалось, мы прикрывали артиллерию, что весьма невыгодно, потому что в этом положении оскорбление принимаетс€ безответно, то есть должно, ни на что несмотр€, сто€ть на своем месте неподвижно. ƒо сего времени € еще ничего не вижу страшного в сражении, но вижу много людей, бледных как полотно, вижу, как низко наклон€ютс€ они, когда летит €дро, как будто можно от него уклонитьс€! ¬идно, страх сильнее рассудка в этих люд€х! я очень много уже видела убитых и т€жело раненных! ∆аль смотреть на этих последних, как они стонут и ползают по так называемому полю чести! „то может усладить ужас подобного положени€ простому солдату? рекруту? —овсем другое дело образованному человеку: высокое чувство чести, героизм, приверженность к государю, св€щенный долг к отечеству заставл€ют его бесстрашно встречать смерть, мужественно переносить страдани€ и покойно расставатьс€ с жизнию.

¬ первый раз еще опасность была так близка ко мне, как уже нельз€ быть ближе; граната упала под брюхо моей лошади и тотчас лопнула! „ерепки с свистом полетели во все стороны! ќглушенна€, осыпанна€ землею, € едва усидела на јлкиде, который дал такого скачка в сторону, что € думала, в него вселилс€ дь€вол. Ѕедный ¬ышемирский, который жмуритс€ при вс€ком выстреле, говорит, что он не усидел бы на таком неистовом прыжке; но всего удивительнее, что ни один черепок не задел ни мен€, ни јлкида! Ёто така€ необыкновенность, которой не могут надивитьс€ мои товарищи. јх, верно молитвы отца и благословение старой бабушки моей хран€т жизнь мою среди сих страшных, кровавых сцен.

— самого утра идет сильный дождь; € дрожу; на мне ничего уже нет сухого. Ѕеспреп€тственно льетс€ дождева€ вода на каску, сквозь каску на голову, по лицу за шею, по всему телу, в сапоги, переполн€ет их и течет на землю несколькими ручь€ми! я трепещу всеми членами, как осиновый лист! Ќаконец нам велели отодвинутьс€ назад; на наше место станет другой кавалерийский полк; и пора! давно пора! ћы стоим здесь почти с утра, промокли до костей, окоченели, на нас нет лица человеческого; и сверх этого потер€ли много людей.

 огда полк наш стал на дистанцию, безопасную от выстрелов непри€тельских, то € попросила ротмистра позволить мне съездить в √ейльзберг, находившийс€ от нас в версте рассто€нием. ћне нужно было подковать јлкида; он потер€л одну подкову, да еще хотелось купить что-нибудь съесть; € так голодна, что даже с завистию смотрела на ломоть хлеба в руке одного из наших офицеров. –отмистр позволил мне ехать, но только приказал скорее возвращатьс€, потому что наступала ночь и полк мог переменить место. я и јлкид, оба дрожащие от холода и голода, понеслись, как вихрь, к √ейльзбергу. ¬ первой попавшейс€ мне на глаза заездной корчме поставила € своего кон€ и, увид€ тут же кузнецов, кующих казацких лошадей, просила подковать и мою, а сама пошла в комнату; в ней был разведен большой огонь на некотором роде очага или камина какой-то особливой конструкции; подле сто€ли большие кожаные кресла, на которые € в ту ж минуту села, и только успела отдать жидовке деньги, чтобы она купила мне хлеба, как в то же мгновение погрузилась в глубочайший сон!.. ”сталость, холод от мокрого плать€, голод и боль всех членов от продолжительного сидень€ на лошади, юность, не способна€ к перенесению стольких соединенных трудов, все это вместе, лиша мен€ сил, предало беззащитно во власть сну, как безвременному, так и опасному. я проснулась от сильного потр€сени€ за плечо: открыв глаза, с изумлением смотрю вокруг себ€! Ќе могу пон€ть, где €? зачем в этом месте? и даже что € такое сама! —он все еще держит в оцепенении умственные силы мои, хот€ глаза уже открыты! Ќаконец € опомнилась и чрезвычайно встревожилась; глубока€ ночь уже наступила и покрывала мраком своим все предметы; на очаге едва было столько огн€, чтоб осветить горницу. ѕри свете этого то вспыхивающего, то гаснущего пламени увидела €, что существо, потр€савшее мен€ за плечо, был егерский солдат, который, сочт€ мен€ по пышным белым эполетам за офицера, говорил: «ѕроснитесь! проснитесь! ваше благородие! канонада усиливаетс€! €дра лет€т в город!» я бросилась опрометью туда, где поставила свою лошадь; увидела, что она стоит на том же месте; посмотрела ее ногу — не подкована! ¬ корчме ни души: жид и жидовка убежали! о хлебе нечего уже было и думать! я вывела своего јлкида и увидела, что еще не так поздно, как мне показалось; солнце только что закатилось, и вечер сделалс€ прекрасный, дождь перестал, и небо очистилось. я села на моего бедного голодного и неподкованного јлкида. ѕодъехав к городским воротам, € ужаснулась того множества раненых, которые тут столпились; должно было остановитьс€! Ќе было никакой возможности пробратьс€ сквозь эту толпу пеших, конных, женщин, детей! “ут везли подбитые пушки, понтоны, и все это так столпилось, так сжалось в воротах, что € пришла в совершенное отча€ние! ¬рем€ летело, а € не могла даже и пошевелитьс€, окруженна€ со всех сторон беспрестанно движущейс€ навстречу мне толпою, но нисколько не редеющею. Ќаконец стемнело совсем; канонада затихла, и все замолкло окрест, исключа€ того места, где € сто€ла; тут стон, писк, визг, брань, крик чуть не свели с ума мен€ и моего кон€; он подн€лс€ бы на дыбы, если б было столько простора, но как этого не было, то он храпел и л€гал кого мог. Ѕоже, как мне вырватьс€ отсюда! где € теперь найду полк! Ќочь делаетс€ черна, не только темна! „то € буду делать!!   великому счастию моему, увидела €, что несколько казаков пробиваютс€ как-то непостижимо сквозь эту сжатую массу людей, лошадей и орудий; вид€ их ловко проскакивающих в ворота, € вмиг примкнула к ним и проскочила также, но только жестоко ушибла себе колено и едва не выломила плечо. ¬ырвавшись на простор, € погладила крутую шею јлкида: «∆аль мне теб€, верный товарищ, но нечего делать, ступай в галоп!» ќт легкого прикосновени€ ноги конь мой пустилс€ вскок. я вверилась инстинкту јлкида; самой нечего уже было братьс€ распор€жать путем своим; ночь была так темна, что и на двадцать шагов нельз€ было хорошо видеть предметов; € опустила повода; јлкид скоро перестал галопировать и пошел шагом, беспрестанно храп€ и вод€ быстро ушми. я угадывала, что он видит или обон€ет что-нибудь страшное; но, не вид€, как говоритс€, ни зги, не знала, как отстранитьс€ от беды, если она предсто€ла мне. ќчевидно было, что арми€ оставила свое место и что € одна блуждаю среди незнаемых полей, окруженна€ мраком и тишиною смерти!

Ќаконец јлкид зачал всходить на какую-то крутизну столь чрезвычайную, что € всею силою должна была держатьс€ за гриву, чтоб не скатитьс€ с седла; мрак до такой степени сгустилс€, что € совсем уже ничего не видала перед собою, не понимала, куда еду и какой конец будет такому путешествию. ѕока € думала и передумывала, что мне делать, јлкид начал спускатьс€ вдруг с такой же точно ужасной крутизны, на какую поднималс€; тут уже некогда было размышл€ть. ƒл€ сохранени€ головы своей € поспешно спрыгнула с лошади и повела се в руках, наклон€€сь почти до земли, чтобы видеть, где ставить ногу, и принима€ все предосторожности, необходимые при таком опасном спуске.  огда мы с јлкидом стали наконец на ровном месте, тогда € увидела страшное и вместе плачевное зрелище: несчетное множество мертвых тел покрывало поле; их можно было видеть: они были или совсем раздеты, или в одних рубахах, и лежали, как белые тени на черной земле! Ќа большом рассто€нии виделось множество огней и вплоть подле мен€ больша€ дорога; за мною редут, на который јлкид взбиралс€ и с которого € с таким страхом спускалась. ”знавши наконец, где € нахожусь, и полага€ наверное, что виденные мною огни разведены нашею армиею, € села оп€ть на свою лошадь и направила путь свой по дороге к огн€м пр€мо против мен€; но јлкид свернул влево и пошел сам собою в галоп. ѕуть, им выбранный, был ужасен дл€ мен€; он скакал между мертвыми телами, то перескакивал их, то наступал, то отскакивал в сторону, то останавливалс€, наклон€л морду, нюхал труп и храпел над ним! я не могла долее выносить и повернула его оп€ть на дорогу.  онь послушалс€ с приметным нехотением и пошел шагом, все стара€сь, однако ж, прин€ть влево. „ерез несколько минут € услышала топот многих лошадей, голоса людей и наконец увидела едущую пр€мо ко мне толпу конных; они что-то говорили и часто повтор€ли: «¬аше превосходительство!» я обрадовалась, полага€ наверное, что превосходительство знает, где огни коннопольцев, или, в противном случае, позволит мне примкнуть к его свите.  огда они подъехали ко мне близко, то едущий впереди, надобно думать, сам генерал, спросил мен€: « то это едет!» я отвечала: « оннополец!» — « уда ж ты едешь?» — «¬ полк!» — «Ќо полк твой стоит вон там, — сказал генерал, указыва€ рукою в ту сторону, в которую мой верный јлкид так усильно старалс€ свернуть. — ј ты едешь к непри€телю!» √енерал и свита его поскакали к √ейльзбергу, а €, поцеловав несколько раз ушко бесценного моего јлкида, отдала ему на волю выбирать дорогу. ѕочувствовав свободу, верный конь, в изъ€вление радости, взвилс€ на дыбы, заржал и поскакал пр€мо к огн€м, свет€щимс€ в левой стороне от дороги. ћертвых тел не было на пути моем, и, благодар€ быстроте јлкида, в четверть часа € была дома, то есть в полку.  оннопольцы были уже на лошад€х; јлкид мой с каким-то тихим, дружелюбным ржаньем поместилс€ в свой ранжир и только что успел установитьс€, раздалась команда: «—права по три марш!» ѕолк двинулс€. ¬ышемирский и прочие товарищи одного со мною отделени€ обрадовались моему возвращению; но вахмистр счел об€занностию побранить мен€. «“ы делаешь глупости, ƒуров! “ебе не сносить добром головы своей! ѕод √утштадтом, в самом пылу сражени€, вздумал отдать свою лошадь какому-то раненому!.. Ќеужели ты не имел ума пон€ть, что кавалерист пешком среди битвы сама€ погибша€ тварь. Ќад ѕасаржею ты сошел с лошади и лег спать в кустах, тогда как весь полк с минуты на минуту ожидал приказани€ идти, и идти на рыс€х. „то ж бы с тобою было, если 6 ты не имел лошади, котора€, не во гнев тебе сказать, гораздо теб€ умнее! ¬ √ейльзберг отпустили теб€ на полчаса, а ты уселс€ против камина спать, тогда как тебе и думать о сне нельз€ было, то есть непозволительно! —олдат должен быть более, нежели человек! ¬ этом звании нет возраста! ќб€занности его должны быть исполн€емы одинаково как в 17, так в 30 и 80 лет. —оветую тебе умирать на коне и в своем ранжире, а то предрекаю тебе, что ты или попадешьс€ бесславно в плен, или будешь убит мародерами, или, что всего хуже, будешь сочтен за труса!» ¬ахмистр замолчал; но последн€€ фраза его жестоко уколола мен€. ¬с€ кровь бросилась мне в лицо.

≈сть, однако ж, границы, далее которых человек не может идти!.. Ќесмотр€ на умствовани€ вахмистра нашего об об€занност€х солдата, € падала от сна и усталости; платье мое было мокро! ƒвое суток € не спала и не ела, беспрерывно на марше, а если и на месте, то все-таки на коне, в одном мундире, беззащитно подверженна€ холодному ветру и дождю. я чувствовала, что силы мои ослабевали от часу более. ћы шли справа по три, но если случалс€ мостик или какое другое затруднение, что нельз€ было проходить отделени€ми, тогда шли по два в р€д, а иногда и по одному; в таком случае четвертому взводу приходилось сто€ть по нескольку минут неподвижно на одном месте; € была в четвертом взводе и при вс€кой благодетельной остановке его вмиг сходила с лошади, ложилась на землю и в ту ж секунду засыпала! ¬звод трогалс€ с места, товарищи кричали, звали мен€, и как сон часто прерываемый не может быть крепким, то € тотчас просыпалась, вставала и карабкалась на јлкида, таща за собою т€желую дубовую пику. —цены эти возобновл€лись при каждой самой кратковременной остановке; € вывела из терпени€ своего унтер-офицера и рассердила товарищей; все они сказали мне, что брос€т мен€ на дороге, если € еще хоть раз сойду с лошади. «¬едь ты видишь, что мы

–убрики:  ∆изнь замечательных людей

ћетки:  

 —траницы: [1]