http://enoth.narod.ru/Japan/Mendrin00.htm



ИСТОРИЯ СЁГУНАТА В ЯПОНИИ
НИХОН ГАЙСИ
Сочинение Рай Дзё Сисэй
Перевод, комментарии и приложения В. М. Мендрина
Вступительная часть
Биографический очерк Рай Дзё
Источники
Книга I. Пролог к истории рода Минамото.
Род Тайра
Книга II. История рода Минамото.
Минамото. I
Книга III. История рода Минамото.
Минамото. II
Книга IV. Эпилог к истории рода Минамото
Род Ходзё
Книга V. Пролог к истории рода Нитта.
Род Кусуноки
Книга VI. История рода Нитта. Нитта ПРИЛОЖЕНИЯ
1. Киото и дворцы
2. Гвардия
3. Три священных сокровища
4. Канрё и Канто канрё
5. Табель рангов
6. Основные периоды истории Японии,
указатель

ОГЛАВЛЕНИЕ

Вступительная часть
Предисловие
Разбор значения заглавия "Нихон гайси"
Версия перевода заглавия "Нихон гайси" по его значению и несоответствие этой версии содержанию книги
Объяснение слова сёгун
Объяснение слова сёгунат
Толковательная версия перевода заглавия "Нихон гайси"
Камбунный стиль "Нихон гайси"
Особенности стиля "Нихон гайси" и манера ее изложения
Перевод японской исторической терминологии
Разные издания "Нихон гайси"
Политическое, литературное и историческое значение "Нихон гайси" в Японии
Интерес "Нихон гайси" для иностранцев
Период истории, описываемый "Нихон гайси", и связь его с другими историческими периодами
Введение, заключение и комментарии к "Нихон гайси"
Биография Рай Дзё и приложения к переводу
Цель и смысл перевода "Нихон гайси"
Биографический очерк Рай Дзё
Направление общественно-философской мысли и политические тенденции в эпоху Рай Дзё; эклектизм, энциклопедизм и критическое отношение к сёгунату
Происхождение фамилии Рай; отец Рай Дзё; его ученость и общественное положение
Детство Рай Дзё; его первоначальное воспитание и образование; склонность к занятиям историей
Юношество Рай Дзё; пребывание в Эдо; беседы с Бито; побег из своего клана и последствия побега
Жизнь Рай Дзё после побега; переезд в Киото; путешествия по Японии; преподавание китайской философии
Вилла с беседкой; работа и пьяные оргии; болезнь и смерть Рай Дзё
Независимый характер Рай Дзё; ответ на приглашение Хино; нежелание служить кому-либо; лояльность в отношении своего даймё
Нервность и впечатлительность Рай Дзё
Совмещение разнородных качеств и свойств в сложной натуре Рай Дзё; попойка в горах Ябакэй
Основные принципы Рай Дзё; его собственноручные надписи на своем портрете
Китайская наука, легшая в основу образования Рай Дзё; учение Сюси
Рай Дзё - философ, стилист, поэт, политик и историк; его сочинения
Работа Рай Дзё над "Нихон гайси"; отражение в этом сочинении этико-философских взглядов Рай Дзё; историческая ценность "Нихон гайси"
Имена, прозвища и псевдонимы Рай Дзё
Источники и пособия, которыми пользовался Рай Дзё для "Нихон гайси"
Содержание "Нихон гайси"

ВСТУПИТЕЛЬНАЯ ЧАСТЬ

Ввиду того, что в тексте настоящей книги встречается много транскрибированных японских слов, особенно имен собственных, избежать транскрипции которых невозможно, я считаю нелишним сделать несколько необходимейших замечаний.
Для транскрибирования японских слов мною применена русская транскрипция, выработанная профессором Восточного Института Е. Г. Спальвиным на основании общеевропейской транскрипции японских слов, так называемой rоmaji, и представляющая собой переложение последней на русское письмо. По этой русской транскрипции все буквы сохраняют свое собственное произношение со следующими лишь особенностями:

1. "и" и "у" после "ф", "х", "к", "с" и "ц" произносится очень бегло, почти неслышно;
2. "ё" представляет собой один слог, как в слове "майор";
3. "д" перед "з" в лигатуре "дз" есть звук промежуточный, служащий только для усиления "з" и потому едва слышный;
4. "н" в конце слога представляет собой полуносовой звук;
5. "дз", "с" и "т" перед последующим "и" или йотированным гласным [ё, ю, я] несколько приближаются в произношении соответственно к "дж", "ш" и "ч", но не совпадают с ними;
6. буквы с надстрочным знаком "-" [о, ё, у, ю, я] обозначают долгий звук, произносимый протяжно.

Хотя транскрипция rоmaji и построенная на ее основаниях русская транскрипция Восточного Института и могут считаться приведенными к одному сравнительно устойчивому положению в смысле постановки букв, но кроме этого есть другие вопросы, остающиеся пока открытыми. Таковы вопросы о начертании составных слов (слитном или при помощи тире) и вопрос о русификации и склоняемости японских слов. В примененной для настоящей книги транскрипции проведена система слитного начертания сложений, дающих составное слово, и только в некоторых случаях при неполном сращении составных частей они соединяются с помощью тире. Что касается русификации и склоняемости японских слов, то теоретически, казалось бы более удобным склонять их, ибо такой прием избавляет от неуклюжих оборотов, неизбежных при употреблении несклоняемых слов. В этом смысле и сделан опыт в первой книге настоящего труда, но этот опыт показал, что склонение японских слов может повести к недоразумениям, ибо склонять их можно не все. Поэтому в последующих книгах японские слова будут оставлены без всяких изменений за исключением некоторых лишь, вполне уже русифицированных слов, как, например, сёгун. Равным образом в последующих книгах все долгие звуки будут обозначены надстрочными знаками долготы, опущенными в первой книге при большинстве транскрибированных японских слов в силу того же принципа русификации их.

Заканчивая настоящую заметку, пользуюсь случаем выразить сердечную благодарность профессору Восточного Института Е. Г. Спальвину, любезно взявшему на себя за моим отсутствием труд ведения корректуры и вообще издания этой книги, а равно и слушателю Восточного Института капитану Отоцкому, чертившему прилагаемую к изданию схематическую карту Японии.

В. Мендрин



Тайра Киёмори в монашеском одеянии

Начну постепенно прикупать посудку на Японию где то с 15 апреля... если будут желающие погулять со мной по магазинам и ларькам милости прошу...

PS из того что есть из посуды постараюсь показать в ближайшее время...

Извините не было времени обновить дневник... Очень удивил список тех кто его просматривал!

Есть предложения по теме или вопросы?

Господа, я попросила составить Магу расценки на пошив японской одежды:

для примерной прикидки,

верхняя шкурка с подкладкой 1000 р

верхняя шкурка без подкладки 500 р

хакама 1000р

плюс ткань.

ссылка на ее страничку: http://woolfss.ru/index/0-3
ее аська... 289 734 941

ВСЕ ЦЕНЫ ПРИБЛИЗИТЕЛЬНЫЕ, И РАССЧИТЫВАЮТСЯ ИНДИВИДУАЛЬНО, ПРЕДСТАВЛЕНЫ ТОЛЬКО ЗА ПОШИВ СТИЛИЗОВАННОГО КОМПЛЕКТА, НЕ ЗАБЫВАЕМ ЦЕНА ЗАВИСИТ ОТ ВИДА И КАЧЕСТВА МАТЕРИАЛА, ВРЕМЕНИ ДАННОГО НА ПОШИВ, СЛОЖНОСТИ РАБОТЫ, ТКАНЬ ВЫ ПОКУПАЕТЕ САМИ И В СТОИМОСТЬ ОНА НЕ ВХОДИТ!!!!!!

Полезность для ночной игры... http://www.ninpo.org.ua/ninjutsu/museums/iga.html

Фото с нее

Сидабельная подушечка Токугавы))





и еще изображения Токугавы

Абэ Масакацу (Abe Masakatsu, Иё-но-ками, 1541-1600)

Масакацу служил Иэясу с самого детства, а в 1590 году получил от него владение в провинции Мусаси с доходом в 5 000 коку. В 1594 г. он получил титул Иё-но-ками а также право пользоваться фамилией Тоётоми. Его сын Масацугу также служил Иэясу, под командованием Токугава Хидэтада участвовал в осаде Осаки.

Масацугу получил покровительство Токугавы до конца своих дней. Его доход увеличился с

5 000 до 80 000 коку.

Амано Ясукагэ (Amano Yasukage, Сабуробэй, 1537-1613)

Ясукагэ также служил Иэясу с детства, и в 1565 г. был назван одним из трех «специальных уполномоченных» (Сан-бугё) в провинции Микава (вместе с Хонда Сигэцугу и Корики Киёнага). Вместе с Окубо Тадаё он участвовал в знаменитом ночном рейде против войск Такэда после битвы при Микатагахара.

1590 году он получил владение с доходом в 10 000 коку.

Ватанабэ Морицуна (Watanabe Moritsuna, 1542-1620)

Морицуна присоединился к Токугава Иэясу в 1557 и преданно служил ему в дальнейшем.

Он воевал в битвах при Анэгава, Микатагахара и Нагасино.

Он был известен своим искусным владением копьем.


Могила Ватанабэ Морицуна


Ии Наомаса в битве при Сэкигахара


Ии Наомаса (Ii Naomasa, Хёбу-сёю, 1561-1602)

Наомаса родился в районе Инаса провинции Тотоми и был единственным сыном Ии Наотика, вассала Имагава. Его отец был казнен в 1562. В 1578 Наомаса поступил на службу к Токугава и быстро зарекомендовал себя как храбрый воин.

Он командовал отрядом в 3000 человек во время битвы при Нагакутэ и нанес значительный урон отрядам Икэда, которых он встретил ружейным огнем.


Памятник Ии Наомаса

Вслед за переездом Иэясу в 1590 г. в Канто, Наомаса получает во владение замок Минова в провинции Кодзукэ с доходом в 12 000 коку.

В кампании Сэкигахара он участвовал в штурме замка Гифу, а непосредственно в битве при Сэкигахара командовал 3 600 воинов. В битве он выполнял функции эскорта Тадаёси (сына Иэясу), однако он ухитрился первым пролить кровь в этой битве, опередив отряды Фукусима Масанори в атаке на войска Укита Хидэиэ. В конце битвы он был ранен снайпером Симадзу.

После кампании он получил владение Саваяма в провинции Оми с доходом в 180 000 коку, но умер через 2 года от раны, полученной в битве. Некоторые исследователи утверждают, что пуля содержала яд.

Наомаса был известен тем, что одел свои отряды в красные доспехи, из-за чего они получили название Акаони – Красные Дьяволы.

Наследником Наомаса стал его сын Наоцугу.



Ии Наотака (Ii Naotaka, 1590-1659)

Наотака был вторым сыном Ии Наомаса. Во время кампаний Осака он с 3200 воинов принимал участие в битве при Тэннодзи в июне 1615. Т.к. его старший брат Наоцугу отказался участвовать в кампании Осака, земли Наоцуги в провинции Оми отошли к Наотака. В 1622 году он закончил строительство замка Хиконэ, которое начал его брат в 1603.




Ина Тадацугу (Ina Tadatsugu, Бидзен-но-ками, 1550-1510)

Тадацуна, гражданский чиновник, обладавший некоторыми способностями, первоначально состоял на службе у Такэда Кацуёри, а потом перешел к Иэясу.

После кампании Одавара ему было даровано владение Коносу в провинции Мусаси с доходом в 13 000 коку. Тадацуна поручили контроль аграрного сектора района Канто.

При формировании правительства бакуфу эпохи Эдо, Ина сохранил пост советника Иэясу по гражданскому администрированию. До своей смерти он контролировал выполнение ряда общественных проектов.



Исикава Кадзумаса (Ishikawa Kazumasa, Хюга-но-ками, 1534-1609)

Кадзумаса служил Иэясу с детства, со времени, когда оба были заложниками в столице клана Имагава в Сумпу.

После того как Иэясу получил независимость от Имагава (после битвы при Окэхадзама 1560 г.), Кадзумаса стал ценным вассалом и умелым администратором.

Когда в 1562 г. Иэясу удалось уговорить Имагава Удзидзанэ отпустить его семью, Кадзумаса выполнил для Иэясу опасную миссию – отправился в замок Имагава в качестве охранника семьи Иэясу.

В 1583 г., после победы Тоётоми Хидэёси над Сибата Кацуиэ, Исикава был послан к Хидэёси, чтобы передать ему поздравления Иэясу. В следующем году, когда Токугава решил встать в оппозицию Хидэёси, Исикава и Сакикабара Ясумаса вслед за своим сюзереном атаковали Хидэёси. Во время успешной кампании Комаки-Нагакутэ Исикава служил в штабе Иэясу в Комаки.

Однако после перемирия Кадзумаса в сентябре 1585 перешел на сторону Хидёси, очевидно решив не участвовать в (как он считал) безрассудной авантюре Иэясу – его противостоянии Тоётоми.

Его уход из лагеря Токугава был очень неудобен Иэясу, потому что теперь он должен был реорганизовать свою оборонную стратегию и военную организацию, т.к. Кадзумаса был хорошо осведомлен о силах Токугава.

Кадзумаса впоследствии отошел от дел и жил со своим сыном Ясумити вплоть до своей смерти в замке Иванума в 1609 г.



Исин Судэн (Ishin Suden, 1569-1633)

Судэн был монахом секты Дзэн, он служил Токугава Иэясу в качестве советника по религиозным вопросам и в результате играл заметную роль в формировании сёгуната Токугава.

Вместе с другими учеными он в 1615 составил для Иэясу документ Букэ сёхатто, который зачитал на собрании даймё в замке Фусуми в том же году.

Исин Судэн был также известен как Контиин Судэн.



Корики Киёнага (Koriki Kiyonaga, 1530-1608)

Киёнага в 1565 был назначен одним из трех «специальных уполномоченных» (Сан-бугё) в провинции Микава. В 1590 он получил владение Ивацуки в провинции Мусаси с доходом в

20 000 коку, а в 1592 был назначен уполномоченным по строительству военных судов для армии Токугава во время вторжения Хидэёси в Корею.



Мацудайра Иэтада (Matsudaira Ietada, 1547-1600)

Иэтада состоял в родстве с Иэясу и сражался с ним во многих битвах, в том числе Анэгава (1570), Микатагахара (1573, командовал частью левого крыла), Нагасино (1575), кампания Комаки (1584). В 1600 году, во время кампании Сэкигахара, он был одним из защитников замка Фусими под командованием Тории Мототада. Он погиб, когда замок пал под ударами сил Исиды Мицунари.

Иэтада также был известен под именем Катахара Иэтада.



Мацудайра Тадааки (Matsudaira Tadaaki, 1583-1644)

Тадааки был сыном Окудайра Нобумаса и внуком Иэясу (по матери). Он был усыновлен Иэясу с присвоением имени Мацудайра. В 1610 ему было пожаловано владение с замком Камэяма в провинции Исэ с доходом 50 000 коку.

Он был известным командующим во время кампаний Осака, ему в конце концов и отошел этот замок, а также два поместья в провинциях Сэтцу и Куватти с доходом в 100 000 коку. Позже, в августе 1619, его переместили в провинцию Ямато (поместье Корияма) с 120 000 коку дохода, а в 1639 – в провинцию Харима (поместье Химэйдзи) с доходом в 180 000 коку.



Мидзуно Нобутомо (Mizuno Nobutomo, Симоцукэ-но-ками, умер в 1576)

Нобутомо был сыном Тадамаса (умер 1543 г.), в 1543 г. он примкнул к Ода Нобухидэ, но в конце концов перешел к Мацудайра. Он служил Иэясу (чья мать была сестрой Нобутомо) и управлял замком Кария.

В 1576 г. Ода Нобунага обвинил Нобутомо в том, что он продал рис Акияма (генералу клана Такэда) во время осады Ивамура, и Токугава Иэясу послал Хирайдэ Тикаёси, чтобы убить Нобутомо.

Наследником Нобутомо стал его брат Мидзуно Идзуми-но-ками Тадасигэ (1541-1600).



Найто Иэнага (Naitо Ienaga, 1546-1600)

Иэнага был сыном Найто Киёнага. Он служил Тогугава Иэясу со времен подавления восстания монто в провинции Микава в 1565, позже он участвовал в битвах Микатагахара, Нагасино и др.

После переезда Токугава в Канто в 1590, ему выделили владение в Сануки провинции Кадзуса с доходом в 20 000 коку.

В 1600 г. Иэнага был в числе защитников замка Фусими под командованием Тории Мототада и совершил самоубийство, когда замок пал под ударами войск Исида Мицунари.

Его сын Масанага сражался за Токугава в кампании Осака в 1615.



Найто Нобунари (Naitо Nobunari, 1546-1612)

Нобунари был сыном Мацудайра Хиротада и был усыновлен Найто Киёнага.

Он служил Иэясу вначале в качестве мальчика-слуги, участвовал в борьбе с монто в провинции Микава и показал себя храбрым воином в битве при замке Коромо. Далее он участвовал в битвах при Микатагахара (1573) и Нагасино (1575).

В 1590 ему даровали замок Нираяма в провинции Идзу с доходом в 10 000 коку, а закончил он свою карьеру с 50 000 коку дохода во владении Нагахама в провинции Оми.



Нацумэ Ёсинобу (Natsume Yoshinobu, Дзиродзаэмон, 1517-1573)

Ёсинобу, давний вассал Мацудайра/Токугава, контролировал для Токугава замок Хамамацу.

Во время битвы Микатагахара от отдал свою жизнь за господина: под видом Иэясу он бросился на наступающие силы Такэда, дав возможность настоящему Иэясу покинуть поле битвы.



Огасавара Удзисукэ (Ogasawara Ujisuke, Окахатиро)

Удзисукэ был старшим сыном Огасавара Мимасака-но-ками Удзикиё (1529-1569) и наследовал его домен в 1569.

С самого начала он служил Токугава, воевал за него в битве при Анэгава в 1570.

В 1574 он был осажден войсками Такэда Кацуёри в замке Такатэндзин и сдался Такэда, что стало шоком для его семьи, состоявшей в разных провинциях на службе у Токугава.

От Такэда Удзисукэ получил владение в Омосу в провинции Суруга. После падения клана Такэда он бежал в земли Ходзё. Он был убит после падения клана Ходзё и вошел в историю клана Огасавара как «позор семьи».



Окубо Тадаё (Okubo Tadayo, 1531-1593)

Тадаё был сыном Окубо Тадакадзу и служил Иэясу в качестве генерала и советника.

Он играл значительную роль в битве при Микатагахара, совместно с Амано Ясукага возглавил ночной рейд на позиции армии Такэда. В битве при Нагасино он подставил под удар свои отряды, понеся большие потери от войск Такэда под командованием Ямагата Масакагэ. Он также был одним из командиров войск Иэясу в неудачной карательной экспедиции против Санада Масаюки в 1585. В том же году, после перехода Исикава Кадзумаса на сторону Тоётоми, Тадаё получил во владение замок Окадзаки в провинции Микава. В 1590 г. ему перешел замок Одавара в провинции Сагами с доходом в 45 000 коку.



Могила Окубо Тадатика




Окубо Тадатика (Okubo Tadachika, Сагами-но-ками, 1553-1628)

Тадатика был сыном Окубо Тадаё. Он сражался в битвах при Анэгава, Микатагахара, в кампании Комаки, в которой он занимал пост командира охраны Иэясу.

В 1593 г. он наследовал от отца замок Одавара и до 1603 г. был важным советником клана Токугава. Позже он впал в немилость, т.к. навлек на себя подозрения Иэясу и сёгуна Токугава Хидэтада. Положение усугубилось враждой между Тадатика и Хонда Масанобу.

Его неоднократно ущемляли в правах, а пока он выполнял анти-христианскую миссию в феврале 1614 у него отобрали все его владения. Его внук получил обратно Одавара в 1687.



Окубо Нагаясу (Okubo Nagayasu, Ивами-но-ками, 1545-1613)

Нагаясу был сыном игрока саругаку клана Такэда. Он стал младшим управляющим у Такэда и позже был усыновлен Окубо Тадатика, взяв его фамилию.

После 1590 г. он служил Иэясу на посту управляющего горными разработками. В этом качестве он весьма полезен Иэясу, хотя его и подозревали в мошенничестве. Тем не мнее он получил владение Хатидзё в провинции Мусаси с доходом в 30 000 коку, а в 1606 году занял пост дайкана в провинции Идзу, курируя сбор налогов и финансовую деятельность этой провинции.

Его важность была такова, что его прозвали Тэнка-но-Содайкан (Великий Администратор Государства).

Нагаясу был вовлечен во вражду с Хонда Масадзуми, который стремился очернить весь клан Окубо.

После смерти Нагаясу в апреле 1613 всплыли его незаконные аферы, и его семья была наказана.



Окудайра Садамаса (Okudaira Sadamasa, Мимасака-но-ками, 1555-1615)

Садамаса был сыном Окудайра Садаёси. Он воевал под началом Иэясу в нескольких битвах, а в битве при Анэгава взял две головы.

Он был вынужден перейти на службу к Такэда приблизительно в 1572, но после смерте Сингэна вернулся на службу к Токугава, оставив замок Цукудэ.

В результате его перехода к Токугава, Такэда Кацуёри приказал схватить его семью и подвергнуть их пыткам.

В 1575 Садамаса удерживал для Токугава замок Нагасино, он отбил все попытки Такэда овладеть замком. Эта кампания завершилась грандиозной битвой при Нагасино.

Позже Садамаса женился на дочери Токугава Иэяса и в 1590 г. получил владение Миядзаки в провинии Кодзукэ с доходом в 30 000 коку.

Его дочь вышла замуж за Окубо Тадацунэ.

Садамаса был также известен под именем Окудайра Нобумаса.





Сакаи Тадацугу (Sakai Tadatsugu, Саэмон-но-ками, 1527-1596)

Тадацугу был одним из наиболее знаменитых полководцев Иэясу. После разрыва Иэясу с кланом Имагава в 1560 г. Тадацугу (ярый сторонник разрыва) болучил командование над замком Ёсида, который контролировал прибрежную дорогу из Тотоми в Микава.

В битве при Микатагахара (1573) он охранял правый фланг войск Токугава, даже когда отряды, посланные Ода, разбежались под ударами войск Такэда.

В битве при Нагасино он попросил разрешения предпринять ночную атаку на лагерь Такэда, которую он блестяще и провел вместе с Канамори Нагатика.

Во время кампании Комаки ему было поручено задержать наступление войск Тоётоми (под командованием Мори Нагаёси) против Киёси, и ему это удалось.

В кампании Одавара (1590) он сопровождал Токугава Хидэтада (который был заложником у Тоётоми Хидэёси) в Киото.

После переезда Токугава в Канто, Тадацугу получил владение в Такасаки (провинция Кодзукэ) с доходом в 50 000 коку.

Несмотря на высокий ранг Тадацугу, считалось, что Иэясу никогда не забывал ему инцидента 1579 года, когда вовремя дипломатического визита к Ода Нобунага, Тадацугу столкнулся с подозрениями о заговоре сына Иэясу Нобуясу против Ода, он не сделал даже попытки опровергнуть обвинения (позже Нобуясу приказали сделать сэппуку).

После Тадацугу ему наследовал его сын Сакаи Иэцугу (Саэмон-но-дзё, 1564-1619).



Сакикабара Ясумаса (Sakikabara Yasumasa, Сикибу-тайю, Дайдзюдзи, 1548-1606)

Ясумаса достиг положения одного из самых близких вассалов Иясу и был одинаково искусным и в воинском деле, и в гражданском управлении.

Он участвовал в битве при Анегава (1570), Микатагахара (1573) и Нагасино (1575). Он был с Токугава, когда последний решил выступить против Хидэёси. Это он предложил Комаки в качестве штаба кампании.

В 1585 он сопровождал Иэясу на переговоры с Хидэёси в Осака, в том же году он получил титул Сикибу-тайю.


После переезда Иэясу в Канто Ясумаса был назначен главой группы распределения владений. А пока Иэясу находился на Кюсю с армией вторжения в Корею Хидэёси (1592-93, 1597-98), Ясумаса был одним из главных управляющих района Канто.

Он также был известен под именем Сакикабара Хэйсити.



Суганума Садамицу (Suganuma Sadamitsu, Орибэ-но-сё, 1542-1604)

Клан Суганума жил в провинции Микава и номинально служил Имагава, но в 1560 г. перешел на службу к Токугава.

Садамицу служил Иэясу во время битв при Анэгава и Нагасино. В 1601 г. он получил владение Исэ в провинции Нагасима с доходом в 20 000 коку.

Токугава Нобуясу (Tokugawa Nobuyasu, 1559-1579)

Нобуясу был старшим сыном Иэясу. Он был искусным бойцом и участвовал в битве при Нагасино в 1575 г. В 1579 г. он был обвинен в заговоре против Ода Нобунага и заточен в тюрьму сперва в Охама, затем в Футамато. По настоянию Нобунага, Иэясу приказал Нобуясу совершить самоубийство. До своей смерти Нобуясу был владельцем замка Окадзаки в провинции Микава. По свидетельствам современников, он был очень жесток и не был популярен.

Могила Токугава Нобуясу

Токугава Хидэтада (Tokugawa Hidetada, 1579-1632)

Хидэтада был 3 сыном Токугава Иэясу от одной из его последних жен и был известен в юности под именем Нагамару. Хидэтада был назван наследником Иэясу, во время компании Одовара в 1590 г. он был переадан Хидэёси в качестве заложника. Хидэёси руководил церемонией вступления в совершеннолетие Нагамару и пожаловал ему иероглиф «Хидэ» для использования в имени. Во время кампании Сэкигахара он первоначально должен был вести боевые действия на востоке против Уэсуги, но затем отбыл на запад с 38 000 бойцов, чтобы присоединиться к своему отцу.

По пути ему пришлось неожиданно отвлечься – Санада из замка Уэда в провинции Синано оказал сопротивление. Хидэтада попытался захватить замок, но так как он не смог поколебать защитников, он двинулся дальше. Из-за решения напасть на Уэда он пропустил битву при Сэкигахара, что был резко осужден отцом.

Хидэтада стал сёгуном в 1605 г, но его отец продолжал управлять страной, несмотря на отставку.

Хидэтада играл значительную роль в осадах замка Осака, однако они не раз спорили с отцом о стратегии ведения этих кампаний. Хидэтада предлагал непосредственный штурм, а Иэясу предпочитал осторожность.

После смерти отца в 1616 Хидэтада продолжил усилия по укреплению власти сёгуната Токугава. В том числе он выдал свою дочь за императора Го-Мидзуноо. В 1629 г. императрица Мэйсё, продукт этого брака, унаследовала трон.

Хидэтада отошел от дел в 1629, передав правление своему сыну Иэмицу. После смерти Хидэтада был известен под именем Тайтоку-ин.



Тории Тадаёси (Torii Tadayoshi, умер в 1572)

Тадаёси состоял на службе у Мацудайра Хиротада, а затем у Токугава Иэясу в качестве советника и администратора по финансовым вопросам в замке Окадзаки.

Он особенно запомнился секретными запасами продовольствия в замке Окадзаки, которые он делал в ожидании возвращения Иэясу из Сумпу. Тадаёси считали образцом самурая Микава.

Тадаёси был отцом Тории Мототада.

Тории Мототада (Torii Mototada, 1539-1600)

Мототада служил Иэясу с детства (они вместе были заложниками у Имагава в Сумпу), сражался с ним во многих кампаниях, включая Нагасино (где он помогал возводить знаменитые заграждения) и неудачную попытку призвать к ответу Санада Масаюки в провинции Синано в 1585

После кампании Одавара в 1590 г. Ему было даровано владение Яхаги в провинции Симоса с доходом 40 000 коку. В начале кампании Сэкигахара (1600) ему доверили замок Фусими в провинции Ямасиро. Замок держался 10 дней, задерживая продвижение Западной армии.

Мототада погиб во время последнего штурма. Хотя Иэясу знал, что, поручая Мототада защиту замка Фусими, он фактически обрекал его на смерть, но весть о его кончине, тем не менее, сильно огорчила Иэясу.



Уэмура Масакацу (Uemura Masakatsu, Синрокуро, 1535-1592)

Масакацу служил Токугава Иэясу с детства, хотя в 1565 он ненадолго примкнул к монто Микава.

Он потерял свои земли примерно во время кампании Одавара, т.к. открыто противоречил политике Тоётоми Хидэёси.

Его сын Иэмаса служил мальчиком-слугой у Токугава Хидэтада в 1599, а в 1608 он был назначен командиром асигару.

Иэмаса воевал во время знаменитых осад замка Осака, а в 1640 получил владение Такатори с доходом 25 000 коку.



Хаттори Хандзо (Hattori Hanzo, 1541-1596)

Хандзо был сыном Хаттори Ясунага из провинции Ига. Он воевал в нескольких битвах вместе с Токугава Иэясу, а в 1579 был назначен одним из помощников Токугава Нобуясу в совершении самоубийства. Эту задачу он не смог выполнить из-за уважения к Нобуясу.

Хандзо имел связи с воинами Ига, и сразу после смерти Нобунага смог использовать эти связи, чтобы безопасно вернуть Иэясу в провинцию Микава.

Хандзо известен как командир синоби (ниндзя).


Могила Хаттори Хандзо



Когда Иэясу переехал в 1590 г в Канто, Хандзо получил должность Ёрики и стал во главе отряда в 200 воинов Ига. Этот отряд стал основой охраны замка Эдо.

Наследником Хандзо был его сын Ивами-но-ками Масанори, который погиб в битве с защитниками замка Осака в 1615.



Хирайва Тикаёси (Hiraiwa Chikayoshi, 1542-1611)

Тикаёси был доверенным вассалом Иэясу, в качестве наставника он опекал его старшего сына Нобуясу (которого впоследствии заставили совершить самоубийство).

Тикаёси воевал в битве при Нагасино в 1575, а также принимал участие в неудачной экспедиции против Санада в 1585.

В 1590 году ему было пожаловано владение Умабаяси в провинции Кодзукэ с доходом в 30 000 коку.





Хонда Тадакацу (Honda Tadakatsu, Накацукаса-тайю, 1548-1610)

Тадакацу начал свою карьеру как один из мальчиков-слуг Иэясу. Он отличился как храбрый воин практически во всех битвах, в которых участвовал, среди которых известные битвы при Анэгава (1570), Микатагахара (1573), Нагасино (1575). Звездный час Тадакацу был во время кампании Комаки, когда он с несколькими тысячами воинов бросил


вызов целой армии Хидэёси с целью задержать ее продвижение, даже если на несколько минут.

В 1586 он получил титул Накацукаса-тайю, а после того, как Иэясу переехал в Канто Тадакацу получил во владение Отаки в провинции Кадзуса. Во время битвы при Сэкигахара он командовал отрядом в 500 человек, а после кампании получил владение в провинции Идзу с доходом в 150 000 коку.

Тадакацу избежал ранений, несмотря на то, что участвовал во множестве сражений. Он был известен как один из четырех великих генералов Токугава Иэясу.



Хонда Масанобу (Honda Masanobu, Садо-но-ками, 1539-1617)

Первоначально Масанобу состоял в свите Иэясу, но потом стал вассалом Сакаи Сёгэна, даймё-священника из Уэно. Это сделало его врагом Иэясу, который конфликтовал с монто в провинции Микава. После того, как монто были разбиты в 1564, Масанобу сбежал, но в итоге вернулся на службу к Иэясу. Он не снискал славы в военном деле, из-за раны, полученной в юности, однако в течении последующих 50 лет всегда был на стороне Иэясу. Он стал секретарем Токугава Хидэтада и помог загладить трещину между отцом и сыном, появившуюся после опоздания Хидэтада к битве Сэкигахара.

Масанобу подозревают в организации скандала с бесчестием клана Окубо в 1614 г. Многие исследователи считают его хитрым интриганом, памятуя о его конфликтах с другими вассалами Иэясу, а также демонстративных отказах от наград.

Однако Иэясу хорошо отзывался о Масанобу и называл его «мой друг».

Масанобу умер от болезни в 1617 г.



Хонда Масадзуми (Honda Masazumi, Кодзукэ-но-Сукэ, 1566-1637)

Масадзуми был старшим сыном Хонда Масанобу. Так же как и его отец, он в основном действовал в сфере гражданских дел, и также был известен как хитрый интриган.

Во время зимней кампании Осака именно люди Масадзуми в нарушение мирного договора засыпали внешние и внутренние рвы замка.

Он был лишен собственности в 1622 и умер в провинции Дэва в 1637.



Хонда Ясусигэ (Honda Yasushige, Бунго-но-ками, 1554-1611)

Ясусигэ принимал участие в кампании Комаки в 1584. Когда Иэясу отправился на Кюсю во время первой корейской кампании 1593-94 гг., Ясусигэ был назначен одним из советников Токугава Хидэтада.



Юки Хидэясу (Yuki Hideyasu, Микава-но-ками, 1574-1607)

Хидэясу был вторым сыном Иэясу. Он рос под присмотром Тоётоми Хидэёси и помогал ему в кампании на Кюсю. Хидэясу был принят в клан Юки в 1590 г. и унаследовал от своего приемного отца Харумото владение в провинции Симоса с доходом в 100 000 коку.

Во время кампании Сэкигахара он оказал неоценимую помощь в сдерживании Уэсуги Кагэкацу, за что был позже награжден владением в провинции Этидзэн с доходом 750 000 коку. Хидэясу был также владельцем замка Фусими, где он и умер в 1607 г. Ходили разговоры о его близости к клану Тоётоми, что, возможно, и стало причиной его несвоевременной смерти.



Храм Коясан Сингон.
Мавзолей Юки Хидэясу

В Этидзэн ему наследовал сын Таданао (1595-1650). Младший сын, Тадамаса, был храбрым воином и во время Осакской кампании 1614-1615 гг. взял не менее 57 голов.

Токуга́ва Иэя́су (1543—1616) — основатель династии сёгунов Токугава. Один из ближайших сподвижников и последователей Оды Нобунага и Тоётоми Хидэёси. Он был отличным дипломатом и военачальником, именно военно-политические действия Иэясу привели к созданию централизованного феодального государства в Японии — то, чего Ода Нобунага так и не смог достичь при своей жизни.

окугава Иэясу родился в 31 января 1543 году в замке Окадзаки. При рождении получил имя Мацудайра Такэтиё. Его отец Мацудайра Хиротада был главой рода Мацудайра и правителем провинции Микава.

После битвы при Окэхадзама (1560) Иэясу восстал против сюзерена, рода Имагава, и заключил союз с его врагом — Одой Нобунагой. В течение следующих двадцати лет Иэясу расширил свои владения и создал мощную военную базу для реализации плана объединения страны. Проиграв Тоётоми Хидэёси Иэясу признал себя его вассалом, за что получил земли региона Канто с центром в Эдо (современный Токио). Решающим и поворотным моментом стала битва при Сэкигахара 15 сентября 1600 года, где Иэясу окончательну разгромил противостоящих ему даймё.

12 февраля 1603 года Иэясу был провозглашен сёгуном и с этого момента начинается более чем 200-летний период правление сёгуната клана Токугава, известный так же как период Эдо.

Похоронен в фамильном мавзолее Токугава на горе Коя-сан.


В отличие от своего предшественника Ода Нобунаги Токугава Иэясу предпочитал сотрудничать с голландскими торговцами. Английский моряк Уильям Адамс, прибывший в Японию на голландском судне в 1600 году, стал советником Токугавы по некоторым вопросам европейской политики. Голландцы получили монополию на торговлю с Японией. Проводимая Токугавой политика привела к запрету христианства в Японии. В 1614 году Токугава издал закон о запрете пребывания чужестранцев в стране, что привело к массовым репрессиям христиан.



Стащила из Википендии..

http://www.season.ru/kachat/1_rukod_dekor/vishiv.html

http://www.passion.ru/house/3144.htm

http://www.temari.ru/workshop/lessons.php?ELEMENT_ID=1119

http://www.japaneseembroidery.com/

на этих страничках можно почерпнуть информацию по вышевке и оформлении костюмов... и аксесуаров... В том чесле "сашико" и "темари"

Адрес фирменного магазина "Трехгорной мануфактуры" в Москве: ул. Рочдельская д.15.

тел. +7(499)252-12-91.



К нам можно добраться пешком от м. Улица 1905 года или м. Краснопресненская. Дорога занимает в среднем 15 минут.

Также от м. Краснопресненская ходит автобус №4 или маршрутное такси №547, остановка "Трехгорная мануфактура".



Магазин работает : понед.-субб. 9:00-20:00, воскр. 10:00-18:00.


Предлогаю сездить посмотреть... Судя по образцам, выставленным на страничке http://www.trekhgorka.ru/shop там могут быть полезные нам ткани)))

Мне нужно большое количество рисунков Японского клена, веток, листьев и теде... Если у когонибудь есть, выложите пожалуйста в коментарии...

Лен: В церковной лавке лен подорожал до 195 рублей за метр, выбор маленький, у моих знакомых он стоит 200 рублей, но с более богатым выбором цветов.

Кто нибудь знает где его можно купить с меньшими затратами, токо во же качества?

Хлопок: Тивель ты обещала разузнать мне поподробнее о магазине с хлопком!

Атлас: к ранее сказанному могу добавить, что в церковной лавке появился атлас, с потрясными рисунками, многие соответствуют или идентичны тем что носили высшие чины в Японии... Цены заоблачные в районе 4500
Но вдруг кому то захочется!

Есть желающие съездить со мной за тканью на м ВДНХ?? Там есть магазин где можно приобресть и приглядеть шелк оптово и в розницу, с оптовой скидкой!
Или заказать желаемый образец.

Словом надо разузнать подробнее...

Женская одежда:

http://vkontakte.ru/photos.php?act=...d=51878013&st=0

http://vkontakte.ru/photos.php?gid=635446

http://vkontakte.ru/photos.php?gid=6275676

Некогда правителем Осаки был Этидзэн из семейства Симада [1]. Супруга его жила на востоке, в Эдо. Женской прислуги у него в доме не было, свое ложе он предпочитал делить с мальчиками или молодыми мужчинами.



Однажды вечером его навестил дзато [2] по имени Кото в сопровождении слепого отрока лет двенадцати-тринадцати. Всю ночь они слушали музыку. Уже под утро, когда был потерян счет выпитым чашам, все удалились на покой в соседнюю комнату. Едва они погрузились в крепкий сон, как слепой отрок, пришедший вместе с Кото, принялся будить их криками: "Вставайте! Вставайте!" Никто не отвечал, пока в конце концов сам правитель не соизволил осведомиться: "Что случилось?" - "Только что раздвинулись фусума [3] и сёдзи [4], кто-то вошел в комнату", - отвечал отрок. "Посмотрите, кто там пришел!" - крикнул правитель. Все сразу же вскочили и при свете свечей осмотрели все вокруг. Кроме них самих и домашней любимицы-кошки, которая умильно играла хвостом, в комнате никого не было. "Это, видно, ему приснилось", - решили люди. Но отрок продолжал упорно твердить, что кто-то вошел в комнату. "Не болтай чепухи, не мешай спать!" - сердито прикрикнули на него люди и, надавав ему подзатыльников, снова улеглись.



Как-то раз, после дневного сна, выглянув в сад, правитель увидел, как эта кошка принесла в зубах рубашку малолетнего ребенка, встала на задние лапы и обернулась прелестной девушкой. "Ах, вот оно что! - подумал Этидзэн. - Стало быть, мальчишка говорил правду. Это она вошла тогда в комнату через фусума и сёдзи". Кошка перемахнула через высокую ограду и скрылась. Дождавшись, пока она вернется, он приказал посадить ее в полотняный мешок и сбросить в реку с моста Тэмма. Кто-то из слуг пожалел ее, сказав: "Она так хорошо ловила мышей", но ему поведали обо всем происшедшем, и он больше не вступался за нее.



В священных книгах сказано, что тысячелетняя лиса может превратиться в красавицу, столетняя мышь - в колдунью. Старая же кошка может стать оборотнем с раздвоенным хвостом. Однако кошки бывают разными.



Примечания



1. ...Этидзэн из семейства Симада - Предположительно, речь идет о Симаде Сэйдзаэмоне, вассале Иэясу - феодальном правителе. Симада был назначен губернатором Осаки, а впоследствии стал правителем провинции Этидзэн.

2. Дзато - слепой музыкант. В средние века в Японии существовали гильдии слепых музыкантов и массажисток.

3. Фусума - раздвижные перегородки.

4. Сёдзи - раздвижные перегородки.

5. Сакэ - рисовое вино.

Хокку-генератор

Ваше имя 1 Уж если приходит цунами, 2 Пытаясь достигнуть нирваны. 3 Был весь в синяках и ушибах.

все гадания на aeterna.ru

Фотографии Японские_Бронипанды : Очумелые ручки

В этом альбоме мы будем выкладывать то что сделали сами... Все у кого есть что нить японское сделанное вашими руками или руками ваших друзей, знакомых и те де... просьба не стушеваться и выкладывать работы... в комментариях или присылать мне я выложу сама...

И так хотелось бы рассмотреть информацию о женщинах и их одеждах в Японии поподробнее!!

У кого какие мысли и информация выкладывайте, делитесь...

Мужчин тоже касается...

На первый взгляд кажется необычным то, что веер, – далеко не боевой предмет, скорее даже наоборот, – являлся одним из видов оружия, бывшем на вооружении самураев. Тем не мене, это так, и я попытаюсь пролить свет на способы и сферы применения этого необычного оружия в данной статье.
Как известно, веера самых разнообразных форм и размеров, изготовленные из любых мыслимых материалов, широко использовались представителями всех классов и сословий феодальной Японии. Цели были столь же различны: веер употребляли для просеивания риса, пшеницы и других сельскохозяйственных культур. Он был в ходу в качестве неотъемлемого элемента театральных представлений, танцевальных и поэтических мероприятий, спортивных соревнований (как, например, судейство борьбы сумо). Не реже встречался веер в общественных (ритуальные приветствия), деловых и торговых отношениях (в сфере рекламы). Видимо, поэтому самураи, не желая расставаться даже на поле боя с любимой и столь привычной вещью, превратили веер в потенциальное оружие, причем, как будет показано ниже, весьма эффективное.
Японские веера, особенно больших размеров, используемые в различных церемониях в качестве украшений, получили широкое распространение с самых ранних исторических периодов не только в этой стране, – они высоко ценились по всей континентальной Азии. Первое упоминание церемониального веера, пышного сашиба в форме листа, закрепленного на конце длинного шеста, содержится в летописях, относящихся к временам правления императора Юряку (457 – 479 гг.). Древние хроники китайской династии Сунг также часто рассказывают об импортировании японских вееров, красочных и элегантно оформленных, считавшихся всегда имевшем повышенный спрос предметом торговли. Такие сашиба (как следует из их реконструкций, основанных на ритуальных глиняных фигурках из могильников) «были довольно большими круглыми опахалами, сплетенными из осоки, с большим числом радиальных распорок и закрепленной в центре удлиненной ручкой, являвшейся продолжением одного из радиусов… ручка снабжалась длинными дополнительными рукоятками для носильщиков» – пишет Касал в своем бесценном труде «The Lore of the Japanese Fan» («Учение о японском веере»), 64.
Сама история происхождения веера теряется во тьме веков. Уже японские средневековые исследователи попытались обнаружить истоки в национальных обычаях, фольклоре и истории, однако их выводы представляются во многом сомнительными. Действительно, «столько воды утекло с момента возникновения отдельных предметов, и отношение исследователей к интересующему их вопросу часто бывало настолько односторонне прояпонским или прокитайским, что заключения, к которым они приходили, зачастую оказывались весьма противоречивыми. К японским источникам следует относиться с особой, очень большой осторожностью, а других мы не знаем» (там же, 72).
Однако известно наверняка, что, как отмечалось выше, уже на самой заре азиатской цивилизации веера любых размеров и форм (с доминированием очертаний разнообразных листьев) применялись для всех мыслимых целей. Церемониальные и в высшей степени роскошные веера, представлявшие собой полудиски, закрепленные на конце длинного шеста (сам веер обычно делался из перьев, шелка или негнущихся материалов, таких как пергамент, на деревянной раме), широко использовались на придворных и религиозных церемониях как вдоль континентального побережья, так и на материковой Азии, вплоть до Персии. Внедрению вееров во все сферы жизни во многом способствовало распространение восточного анимистического шаманизма, представленного в Японии родовым пантеизмом верований Синто. Эволюционными наследниками церемониальных вееров стали огромные шелковые веера на сто пятидесяти сантиметровых шестах, называвшиеся «ума-ши-руши» («лошадиный вымпел»), которые сёгуны клана Токугава использовали наряду с «символическими копьями», «алебардами» и другими «принадлежностями процессий». Эти громадные веера «украшались огромными пучками конского волоса или растительных волокон самых ярких раскрасок» (там же, 60) в чем явно прослеживается военная традиция страны, управляемой «аристократией в седлах». Сёгуны клана Токугава использовали веера в качестве боевых знамен, которые несли следом за ними, как знаки их присутствия на поле битвы. Такие веерные знамена делались из двух половин, по девять слоев бумаги в каждой, склеенных между собой, обтянутых шелком и покрытых яркой позолотой. Они надевались на шест (ок. 457 см. в длину) таким образом, что на ветру знамя вращалось вокруг своей оси.
Как отмечали многие исследователи, элементы украшений из органических материалов, таких как перья и кожа, «особенно не прижились в Японии». Согласно Касалу, «это совсем не удивительно, так как частично объясняется отношением к убийству птиц. Не только принципам буддизма противоречило убийство, но и в религии Синто все мертвое находилось под запретом, а потому в любые времена строжайше запрещалось в любых формах» (там же, 61).
Этим также объясняется, почему маленькая мухобойка из конского волоса, служившая китайским военачальникам отличительным знаком их ранга, претерпела такие кардинальные изменения в Японии. В этой стране «военные лидеры пользовались кисточками из кожи или плотных бумажных лент, иногда покрытых золотом или серебром, закрепленными на короткой рукоятке. Эти предметы, известные как саихаи, применялись в качестве жезлов, дублировавших команду. Веера тоже выполняли подобную функцию» (Салви Ш. «0n Japanese fan», 17).
Маленькие веера для личного пользования, являвшиеся неотъемлемой частью национального японского костюма, имеют столь же древнюю историю. Их можно условно разделить на два основных типа: «негнущийся, обычно закругленной формы веер с продолговатой рукояткой, который называется по-японски “учива” или “дансен”, и складывающийся веер, по форме напоминающий сектор или диск, называемый “оги” или “сенсу”» (Ю. Касал «The Lore of the Japanese Fan», 65). Тот же источник, в частности, рассказывает о разрешении, дарованном в 763 г. мудрому и немощному старцу Джозо императором Джуннин и императрицей Кокен являться при дворе «не только с посохом, но и с учива. Из этого мы можем сделать вывод, что к тому времени веера уже нашли свое широкое применение, по крайней мере, в среде ученых, что, возможно, было подражанием китайской моде» (там же, 65). И действительно, при дворе с незапамятных времен, с целью выработки у придворных вельмож и дам определенной величественной осанки традицией предписывалось носить маленький плоский посох из дерева или слоновой кости, который назывался шаку. Его носили вертикально, расположив напротив нижней части груди под небольшим углом, что придавало фигуре грациозное положение. Впоследствии «специально разработанный для двора веер сделал шаку ненужным и полностью заменил его» (Салви Ш. «0n Japanese fan», 36).
Складывающийся веер подавляющим большинством исследователей признан чисто японским изобретением, несмотря на неясность вопроса его возникновения. Согласно Касалу, «поздние японские конфуциисты в своем обожании китайской культуры, пытались представить его заимствованием из Китая. Но в Китае не было складывающихся вееров до тех пор, пока первые образцы их не были преподнесены в подарок послам и другим гостям страны, а случилось это довольно поздно: ранние хроники династии Сунь (960–1279 гг.) используют термин “японские веера”» (Ю. Касал «The Lore of the Japanese Fan», 83). А затем еще долгие годы летописцы продолжают рассказывать об импортировании складных вееров из Японии. Что бы узнать о происхождения оги, мы должны снова обратиться к богатым, однако не слишком достоверным источникам японских легенд, которые, среди прочих, повествуют и о веерных дел мастере из Тамба, недалеко от Киото, жившем в эпоху Тенджи (661 – 671 гг.). Он, якобы, изобрел складывающийся веер, способный поместиться в рукаве, изучив крылья упавшей ему под ноги летучей мыши. Эта легенда может объяснить происхождение специфического типа веера оги, которым пользовались и императоры Японии и сёгуны, сконструированного таким образом, что «в закрытом виде он казался частично открытым. Этот эффект достигался благодаря сочленениям, или вырезам, на внешней раме» (Салви Ш. «0n Japanese fan», 37). Известно, что подобные веера были чрезвычайно популярны при дворе, где они служили частью личных отличительных знаков, указывая на ранг и положение их владельцев, а так же являлись церемониальными символами, схожими по функциям с королевским скипетром или камергерским жезлом в западных государствах. Из содержащейся в летописях информации можно заключить, что они были очень разнообразными по структуре, материалу и отделке, так как «с образованием военного правительства Минамото-Но-Ёритомо в Камакуре в конце XII столетия веера стали использоваться по новому назначению. Военные взяли на себя функции аристократии, и элегантный хи-оги знати усилиями самураев стал преображаться в оружие, меняя свои деревянные ребра на железные и приобретя укрепленные лаком сочленения» (Ю. Касал «The Lore of the Japanese Fan», 80).


Военный класс древней Японии к тому времени уже знал и использовал боевой веер нескладного закругленного типа учива, ставший известным как гумбаи. «Дата, когда мухобойка военного командования стала заменяться на жесткий и прочный боевой веер, – пишет Касал, – остается неясной. Можно предположить, что боевой веер появился как вид оружия во время правления в Камакуре Минамото и Ходжо между 1192 и 1333 гг. Известно, что Уесуги Кеншин пользовался таким веером в битве при Каванакаджима в 1563 г., а высший пик популярности гумбаи пришелся на середину XVI столетия» (там же, 72). Далее Касал пишет, что гумбаи, так же, как и мухобойка-саихаи, «должно быть, возник как магическое воплощение власти и могущества, защиты и справедливости, которые являлись прерогативными атрибутами племенных вождей. Его жесткую конструкцию можно объяснить дополнительным использованием веера как щита против внезапной атаки. Особенно это справедливо в отношении таких вееров, которые делались из железа или стали» (там же, 73–74). Изначально имевшийся в бою у каждого командира сколь угодно небольшого соединения, гумбаи превратился в исключительную прерогативу высшего генералитета только в «мирный» период Токугава, когда военные веера, «изысканные и разукрашенные, со шнурами и тяжелыми кисточками всевозможных комбинаций различных цветов стали применяться для обозначения ранга или клана его владельца» (там же, 75). Такие веера изначально украшались изображениями главных символов китайской космогонии: солнца и луны, как эквивалентов активного и пассивного начал бытия (ин и янь), а так же созвездия Большой Медведицы как центра Вселенной. Не редко можно было увидеть на веерах яркие изображения драконов, разрушительных штормов, пейзажей и так далее. Позже доминирующим мотивом стали эмблема клана или герб семьи. На изображающих батальные сцены иллюстрациях, содержащихся во многих свитках, «то тут, то там в гуще рукопашной схватки… видна рука, высоко держащая маленький веер из черной бумаги с красным круглым пятном в центре, или железный веер типа учива, которым военачальник подавал своим офицерам команды…» (Салви Ш. «0n Japanese fan», 33).


Веер также мог использоваться для вызова противника на поединок: на картинах битвы при Ичи-но-Тани (XII в.) Кумагаи-но-Джиро Наозане, один из генералов армии Минамото, часто изображается машущим веером молодому Тайра-Но-Атсумори (собирающемуся плыть на коне к кораблю), делая ему тем самым знак вернуться и вступить с ним в смертельный бой. В ответ на вызов Атсумори вернулся и принял смерть от рук своего врага (там же, 33).
Гумбаи находит свое применение и сегодня в руках рефери (гьоджи), судящих поединки борцов сумо. Согласно преданию, победитель первого турнира борцов в Наре, Кийобаяши, был награжден боевым веером и, вследствие этого, был назначен императорским указом первым судьей. Из описания этого события остается неясно, был ли боевой веер взят на вооружение военными лидерами после этого случая, или же чемпион был награжден за проявленное мастерство веером, уже служившим неотъемлемой частью боевой экипировки. Лично я, вторя признанным авторитетам, склоняюсь ко второму варианту. В Японии «вручить веер» эквивалентно европейскому «наградить пальмовой ветвью», – и оба этих символических жеста уходят корнями в древние времена.


Возможно, менее впечатляющим, чем гумбаи, однако значительно более смертоносным был складной веер, ставший боевым (гунсен), который носили самураи, облаченные в доспехи, и веер тетсу-сен (или тессен), который соответствовал бытовому костюму. Эти веера, обычно имевшие от восьми до десяти железных ребер, «были удобным оружием для атаки и обороны» (Ю. Касал «The Lore of the Japanese Fan», 81). Как можно было ожидать, множество легенд окружает возникновение метода боя с применением железного веера. Одна из них, например, рассказывает, как Ёшитсуне, герой многих японских легенд, победил великана Бенкея (ставшего позже его преданным последователем), отразив удары копья соперника своим железным веером, а потом, зажав древко между жесткими ребрами веера, вырвавшего копье из рук Бенкея. Секреты ведения боя веером ему, по легенде, открыло лесное божество тенгу (нечто вроде лешего русских народных сказок или древнегреческого сатира), ранее уже обучившее его искусству владения мечом.


Под покровительством многих кланов по всей стране возникали школы, в которых разрабатывались, проверялись на практике и постоянно улучшались различные стили ведения боя с помощью гунсен или тессен. Заслуженной славой мастеров боевого веера пользовались инструкторы, преподававшие владение мечом из школы Ягю. В посвященной боевым искусствам литературе содержится «несколько упоминаний о победах, одержанных “боевым веером” против меча, а также множество примеров его смертоносных возможностей как метательного орудия» (Бринкли С. Ф., «Japan: Described and Illustrated by the Japanese», 139). Один из способов применения жесткофиксируемого веера в качестве метательного орудия (в раскрытом виде полукруглой формы со стальными ребрами) можно посмотреть в видео-реконструкции, где показано, как гейша отражает нападение ниндзи. Действительно, искусство боевого веера стало настолько сложным и многосторонним (особенно среди самураев высших рангов), что «убежденные в своем превосходстве бойцы не удосуживались применять в поединках меч и защищались лишь таким веером» (Ю. Касал «The Lore of the Japanese Fan», 81). Знаменитый мастер фехтования конца XVI столетия, Ганн-рю, вышел без единой царапины из схватки с десятью противниками, которых одолел одним лишь железным веером. Этот факт зафиксирован в хрониках, и с тех пор постоянно служил самураям примером для подражания.
Благодаря более чем широкому распространению вееров, искусство использования их в бою стало популярным среди представителей всех классов Японии феодальной эпохи. Этому косвенно способствовали знаменитые указы Эдо (XVIII в.), по которым запрещалось носить мечи. В ответ люди «вооружались окованными железом посохами и большими, тяжелыми железными веерами. Их веера показали себя настолько опасным оружием, что позже были также запрещены» (там же, 82).
Иллюстрацией к широте и многообразию применения вееров может послужить известная история об Араки Мурашиге, которого посчитали главным зачинщиком одного из многочисленных заговоров, ставших для Японии конца XVI века настоящим бедствием. Призванный явиться ко двору Ода Нобунага, Мурашиге отдавал себе отчет, что жизнь его висит на волоске и только тессен может помочь ему избежать мучительной смерти (все мечи отбирались стражниками, охранявшими главный вход в жилые помещения дворца). «Следует помнить, что в те времена подлые методы решения проблем приравнивались к стратегии», – пишет Касал (там же, 87), и потому способ, которым Нобунага решил избавиться от Мурашиге, состоял в том, чтобы перерубить ему шею двумя створками тяжелых деревянных дверей, отделявших передний холл от приемного зала, когда он будет, стоять на пороге, отвешивая предписанный ритуалом приветственный поклон. Кланяясь, Мурашиге интуитивно положил свой тессен в паз, по которому скользили створки дверей, и «раздался оглушительный звон, когда двери ударились о стальной стержень, но кровь не пролилась. Говорят, что Араки повел себя, как будто ничего не произошло, и такое самообладание пришлось по вкусу быстрому на решения Нобунага, который тут же простил Араки все его прегрешения» (там же, 88). Трудно сказать, было ли это первым подобным применением железного веера, как утверждают многие авторы. Мне лично представляется более вероятным, что Араки Мурашиге просто воспользовался военной хитростью, основанной на знании подобных этому инцидентов.
Подводя итог вышесказанному, можно с уверенностью утверждать, что боевой веер тессен обладал неисчислимым количеством назначений, прямо связанных с профессиональной обязанностью самурая – ведением боевых действий. Воин мог фехтовать им, вырывая меч из рук противника, зажимая лезвие между стальными ребрами веера и резко дергая на себя. Мог отражать пущенные в него ножи и отравленные дротики, как это проиллюстрировано на эстампах Хокусаи. Мог сбивать летящие мишени, как в игре под названием оги-отоши, в которую с удовольствием играют и сегодня, использовать веер как средство для развития общей координации, применимой к любым стратегическим обстоятельствам, и во многих других целях. Более того, веер служил важной частью обучения определенным техникам плавания, преподаваемых во многих школах боевых искусств.
Сегодня искусством боевого веера по-прежнему занимаются несколько специалистов в Японии, так что древний, тяжелый гумбаи, наряду с другим специализированным оружием феодальной эры, появляется время от времени в тренировочных методиках современных дисциплин координации, таких как каратэ, айкидо и кендо.