Кому интересна тема голодания, обязательно зайдите по адресу http://sites.google.com/site/goltisinfosite/Home/olod

чтобы ознакомиться с рассказами и рекомендациями Голтиса об этом!

Истории портясающе добрые и местами очень смешные!
Приятного чтения:)

Ниже публикую отрывок для заманивания:)

".....При сухом голодании вы не полощите рот.

Это экстренное голодание очень тяжело протекает и где-то на третий или четвертый день такого голодания наступает такой жар, которого нет на сухом голодании.

Этот жар сжигает грязь как в термоядерном реакторе, в самой клетке сжигается эта грязь. Стоит ли выходить, если при сухом голоде в 3,5 дня наступает жар?

Когда наступает жар, значит включились процессы чистки, и если сильный жар — стоит продолжать, но подчеркиваю: это все индивидуально.

Мы как-то голодали с ребятами: мой друг с женой и я. Мы поехали в Карпаты, была уже поздняя осень, почти зима, в Карпатах снег, мы были на пятом дне сухого голодания, сильно похолодало — минус двадцать пять.

Мы залезли в пуховые спальники, они были на минус тридцать, и у нас был сильный жар.

Утром, я просыпаюсь, смотрю, двери в палатке открыты, все лежат открытые до пояса и я тоже, смотрю на градусник: двадцать два мороза, снежинки летают, вообще не поверил сначала.

Саша спит, снежинки залетают, подлетает крупная и он ее: — Хам:). Я думаю: притворяется, потом опять, причем все во сне, а жена его каким-то чутьем чувствовала когда подлетала стая снежинок складывала губы трубочкой и втягивала их как пылесос.

Сам не знаю, может тоже хватал снежинки. Я их разбудил и они говорят: «Весна, такая жара». А я говорю: «Двадцать два градуса».

Семь дней голодали, должны были завтра на рассвете выходить. Проходим по ледяному лесу, замерзшая речка и сосульки, мы так посмотрели на эти сосульки и поняли что будем выходить прямо сейчас:)

А перед этим каждый ходит и думает: «Ну когда же кто-то обломается». И мы с Сашей на Анжелику: «Тебе наверно плохо, ты уже не можешь голодать!?» Она: «Да нет хорошо!».

И вот увидели сосульки: «Ну что выходим прямо сейчас?». И я говорю: «Все выходим!» И такая радость была у всех, когда хотя бы на шесть часов раньше вышли. И каждый выломал себе по огромной сосульке!

С ними же голодали на Баржаве двадцать один день, и лежим расслабленные. И мы разнообразили себе «водные» блюда, там из под горы бьет двенадцать родников, и пили на выбор, вкус настолько разный, что с закрытыми глазами можно было определить какая вода из какого источника.

Потом, мы увидели отару овец, и я думаю: «Наверняка все думают о том же о чем я?!». Попросил всех записать о чем они думают, глядя на этих овец. И все написали: «Вареники с маком, с ягодами».

Разговоры о еде на голодании — это нормально. Сидишь и думаешь: «Какой я был глупый, когда мама бегала за мной с котлетой и запихивала в меня разную вкусную еду!?». «Вот сейчас бы…» Недоеденное что-то и где-то вспоминается:).

Когда я голодал пятьдесят четыре дня, я исписал почти две тетради по сорок восемь листов кулинарных рецептов, которые очень совместимые, здоровые и правильные.

Еще в древних трактатах описывается то, когда древние врачи лечили на основании правильного сочетания продуктов. Для того, чтобы усилить биологическое воздействие на тело и на клетку. Столько было всего написано. Эти тетрадки разошлись по рукам и пропали. Все утеряно, нужно снова голодать чтобы восстановить…"