модно трахаться и говорить всем, что это любовь. модно быть дерьмом и пить по утрам молоко.

------------------------

"-Ну куда мне? Я так плохо одета, что тебе со мной стыдно будеет" (с)
--------------------
я такая непосредственая и миленькая. мой главный талант - всем нравится с первого взгляда. что бы потом все думали, она же такая хорошенькая, какой он гад, и вон тот, и этот. ха-ха-ха. да, так и есть. пидоры проклятые. ведь главное не то что случилось на самом деле, а то, как это рассказали.
---------------------
Нееет. Я не хороший человек.
Я говорю гадости и рушу чужие песочные замки.
Я отвратителен. Я низок.
Я скуп.
Я ничтожен.
Я сам себе господин. Песочный человек.
--------------------------
меня так легко обидеть. кривое слово, не верно подобранная фраза и это конец. это гибель моей гнилой души.
-------------------------
А сейчас я бы всё изменил. Придумал заново. Сделал всё по-своему. Добавил шика. Возможно, элегантности.
Ярче. Насыщенней. Больше фольги и фантиков.
Некоторая загадочность.
Задумчивость и осмысленность.
Ах да, и ещё. Фигура.
Рост меньше. Вес убрать.
Волосы более густые. Ногти.
Размер ноги. Длинна конечностей вообщем.
И в довершение. Обстановка. Окружение.
Дамы и господа, ваш несовершенный, неправильный, несуразный, никчемный, ненужный я.
22:57 примечаниеРаспирает.
Целый день. Подыхаю в прямом смысле слова.
Но сегодня, я хочу умереть рядом с тобой.
Сука.
Подавись моей болью.

---------------------------

Шагнув в объятия твоих рук-крыльев, я подпишу себе приторно-сладкий договор передачи душ. Словно в сахарный замок, я войду в твою жизнь. Я королева сласти. Ты мой паж.
Летняя зефирная резиденция и компотные реки с мармеладными берегами. Мы будем трахаться то в зале из «птичьего молока», то в ванне из киселя. В стране из лавки сладостей нас будет двое, лишь королева сласти и её паж.
Озеро взбитых сливок, словно второй дом. И галька в виде сладкого драже. Здесь всё не настоящее. Прикрытие. Всегда светит шоколадное солнце. Медленно движутся молочные облака. Навсегда.
---------------------------------
Чего я желаю? Интересный вопрос.
Я хочу, подарить ему своё тело, но он отказывается принимать этот дар.
Он ему не к чему.
Очередной плевок мне в лицо.
Да чтоб ты сдох, сука проклятая, я всё равно тебя люблю
Легко найти виноватых.
Сложнее не оказаться им.
--------------------------------


Смешно ли мне? глупый вопрос. конечно да.всё повторяется ты от этого не убежишь. сначала всё придумываешь сам, потом живёшь в воображении.
а я всё знала наперёд.
и самое обидное, что ничего значительно не изменилось. блять.

По тесту Оценка почерка на сайте Психологические тесты у меня следующие результаты:




Итак, у человека, почерк которого исследуется:

• Энергия, независимость, самоуверенность, решительность
• Характерна пассивность, лень, утомленность и легкая депрессия
• Характерна замкнутость, скрытность, не исключено двуличие (если на линованной бумаге строка поднимается, этому человеку свойственны практичность, самолюбие, если же опускается - скупость, холодность, привычка все экономить)
• Особенно проявляются аккуратность, ясность, последовательность, формализм, ровность в отношениях
• Характерна чувствительность, возможно дисциплинированность, в большинстве случаев - следование общепринятым нормам, соблюдение правил
• Проявляется непостоянство, возможна поверхностность
• Проявляется непостоянство, возможна поверхностность
• Завышенная самооценка, в большинстве случаев не способствующая развитию субъекта
• Храбрость, твердость, стремление выглядеть достойно
• Доброта, миролюбие, мягкость
• Открытость (иногда чрезмерно), честность
• Нервность, частая смена настроений, подверженность чужому влиянию, зависимость от внешних обстоятельств
• Выдержанность, последовательность
• Желание показать себя с лучшей стороны
• Склонность к сексуальным фантазиям
• впечатлительность
• Человек знает себе цену, он целеустремленный, с немалыми способностями, возможно - честный
• Целеустремленность, решительность, предприимчивость

Пройдите и Вы тесты и головоломки

Существуют вещи,  о которых ты едва ли когда нибудь расскажешь родителям или приятелям. Порой ты даже самому себе не хочешь призноваться в том, что они имеют место быть. И тем не менее, факт остаётся фактом.
В конечном итоге каждый хочет своего маленького спокойствия. Пару тройку наджных и верных друзей, любимого, понимающих родителей и приветливых братьев и сестёр. Стабильный зароботок и регулярных поездок на море, несколько раз в год. Несомненно, именно так оно и есть, но пока я ещё достаточно молод и красив, я желаю экспрессии. Безумного танца страстей и постоянной смены места действия. Не спать по ночам и вечно стремиться убежать от кого то или наконец достичь собственной цели.
Такие глупые, почти детские мысли в моей голове. Через год всё станет абсолютно по другому и тогда даже сама тень детства безвозвратно покинет меня раз и на всегда. Одна только возможность этого приводит моё тело в трепетную дрожь.
одиноко.

 

По-другому всё было. Во времена цветных джинс и шлёпанцев. Бюджет семейный растёт не смотря на кризис. И суши не выглядят такими устрашающими. Новый год гавно. Впрочем, как и пиво.
Сама всё знаешь. И ты не толстая, просто кость широкая.
Поздравляю. Всё у тебя будет чудно.

Боишься накаркать и ездить в лифтах. Много и часто. А по ночам ванильное. Мороженное. Твоё любимое. И книги неинтересные. Чем отвратительней, тем лучше. Как бы только снова не наврали, ты ведь на всё покупаешься. Маленький и глупенький. Думаешь, что у тебя везде ждут и ты всегда желанен. Но ведь раз на раз не приходится, а тебя рвёт от собственной открытости. Твои воображаемые друзья пугают тебя в подъезде и не дают уснуть. Но ведь не то главное. Всё ведь хорошо, Оль.

Он был как песня на немецком в исполнении двенадцати летнего паренька, претендующего на звание будущего панк рокера. С лёгким придыханием и любвеобильным отношением ко всем расам. В будущем он обязательно даст концерт в одной из стран третьего мира и будет ещё долго вспоминать благородность этого поступка. Тихий полушепот в микрофон в захудалом клубе, где никто не слышит не музыки не слов, только сам факт присутствия греет душу.
Обстоятельства сбоя в генах, а именно так родители предпочитали называть любую странность со стороны мистера Митчелла, обрушились на него в возрасте двенадцати лет, явившись абсолютной неожиданностью и непредсказуемостью. Проявлялось всё это в нескольких аспектах жизни молодого человека, первым из которых были мысли, чувства, мечты. Как говорилось раньше, с раннего детства мальчик не мог представить себе вечера без книги, и чем старше она была, тем более активное удовольствие Артемис был способен извлечь из текста. Поначалу мальчику казалось, что все эти образы это всего лишь картинки в его голове и он, в самом деле, научился так думать. Как позже прокомментировали врачи, это скрытые способности, возникающие произвольно, но, как и всё остальное, при методичной тренировке, можно подчинить себе этот субъект мозговой деятельности. Любые перемены в собственном теле или сознании Митчелл встречал в штыки так как искренне считал, что обязан сохранить своё непосредственно детское совершенство. Благо, сопротивляясь прогнозам докторов, остальные «способности» до сих пор находились, где то в глубине сознания молодого человека и не спешили находить себе физическое доказательство, что несказанно радовало самого мистера Митчелла.
Здесь не всё так просто, в этой сказочной стране, где нет никого, кто говорил бы не заикаясь. Всюду предатели. Они закопают тебя на заднем дворе того, на кого падёт жребий, и претворяться тобой на семейном ужине. И самое поразительное, что твои родители верят этим сукиным детям. Ведь всё могло бы быть иначе, и твоя белоснежная кожа, по праздникам пахнущая апельсиновым маслом для медитации, украшала бы собой не бархатную обивку твоей новой обители, а руку очередного моложавого ухажера. Всё было бы иначе, и это бесконечное стремление построить свой кукольный домик стало бы более ощутимым, как первый снег, замирающий на темных, словно сама бездна ресницах. Так может продолжаться бесконечность вдохов и выдохов, пока все звёзды не оставят бронзовую даль бесконечного небосклона. Ведь не так много необходимо для того что бы удерживать вокруг себя глупеньких людишек, но за то ты уже не умрёшь в одиночестве. Схватишь лучик длинными, цепкими пальцами и зажмуришь глаза, что бы не видеть силы превосходящей твою собственную. Могло бы получиться совсем по-другому, только притворить словно всегда было так. Не то время года. Было интересно, до того как ты стал кем то.
Сладкое чувство чего-то волшебного проскальзывает от горла к животу. Всё это ему не ясно и не знакомо, так как сменяет собой привычное безразличие самодостаточного молодого человека живущего за счёт родителей.
Дети не любят тех, кто отличается от них. В толпе куда проще затеряться, скрывая свои мелкие недостатки и становясь частью чего-то большего. Постоянное стремление скрыться от любопытных глаз точно таких же, как ты. Словно теория великого заговора, способная выявить наиболее одарённых или склонных к опрометчивым поступкам. А на самом деле в семь лет не так то и хочется строить из себя деланную стерву. Просто иметь несколько друзей, на которых наверняка можно положиться и что бы было к кому пойти поиграть на приставке после школы. А каждый раз, когда пьёшь чай, есть малая доля вероятности, что ты можешь захлебнуться, и чем старше ты становишься, чем сознательней становятся твои поступки, тем больше эта самая вероятность. Мама, когда нибудь задаст тебе один из сотни глупых наводящих вопросов, в ответ, на который ты разобьёшь чашку из шведского сервиза, одного из твоих любимых, и отправишься в свою комнату. Обруганный, но не побеждённый. А потом родители посчитают не плохой идеей отправиться в Азию, но ведь ты знаешь, что это всего лишь командировка отца и от них ничего не зависит. Как известно учителя там зверски строгие, и все эти незнакомые правила и порядки, нарушение каждого из которых грозится едва ли не уголовной ответственностью.

О да, да, да. Всё это приходится к месту и ко времени. Именно сейчас и не секундой позже ему нужно разрядиться и успокоить нервы после очередного воспоминания о прекрасных годах его недалёкой молодости, проведённых в кругу семьи, чтившей обычаи и эстетику превыше всех остальных правил жизни. Грёбанные аристократы нашего времени не знающие собственного места. Шмали и шалавы, куда не плюнь, но какое чувство собственной значимости, сам господь бог позавидует.
-В самом деле, почему бы и нет?- словно разговаривая с самими собой, заявляет мистер Митчелл, загадочно сверкая глазами цвета сочной травы. Неизвестно в кого у него такой цвет глаз. Практически аномалия, так что все эти странности детского мышления становятся вполне объяснимыми.
Это так в его стиле, трахнуться с первым встречным и смыться, якобы забыв оставить номер собственного мобильного телефона. Не удивительно, что некоторое время он именно этим зарабатывал на безбедную старость, хотя одни только мысли о стареющих телах всевозможных тётушек непроизвольно вызывали рвотный рефлекс в желудке молодого человека. К тому же, они терпеть не могут одной мысли о том, что Артемис может прикасаться к молодой шлюшке. Одной из.
- Вы становитесь предсказуемым, мой развратный друг. И, должен сказать, вам это настолько к лицу, что я уже практически не отвечаю за себя. Собственно говоря, для многих и этот итог был достаточно явственно виден, но я не могу этого признать ,- и снова эта улыбка, как дождь из конфетти, такая редкость для этих губ, что они каждый раз не уверены, стоит ли воспроизводить это не хитрое действие на свет божий. Он занимает самую выгодную позицию, лёгкий поворот головы, палящее солнце освещает его ровно на половину, подчёркивая острый конус лица. Нет, конечно, он не красавчик, всего лишь самовлюблённый метросексуал, с ума сходящий от одного вида Бреда Пита, но ведь это не делает его плохим человеком или недостойным выбором собственного отца. Отнюдь, обилие шарма и невесомые улыбки, виноватые взгляды из под опущенных ресниц, всё это возводит его в ранг лучшего из отпрысков звёздных родителей. Лучший из лучших ценой ежедневного рабского труда и практически совершенного умения владеть собственным телом, умело подчёркивая каждое достоинство, столь трепетно воспитанное в самом себе, что потерять его или не проявить в необходимый момент видится преступлением против совести.
Митчелл наклоняется к Александро и медленно, явно растягивая момент, тянется к его губам. Одной из рук, якобы случайно, упирается в пах собеседника, но не спешит её убирать. Всё это настоящая игра по взрослому, грозящаяся закончиться животным сексом прямо здесь, в дверях злосчастного колледжа и тогда, можете быть уверенными, никто из этих двоих так и не пересечёт дверей забронированной по такому знаменательному случаю спален. Из них получилась бы шикарная пара, уничтожающая семейное благосостояние очередного смазливого парнишки, который имел бы глупость попасться на их удочку, но Митчелл привык работать в одиночестве, да и как то неудобно было предлагать подобную непристойность близкому человеку. В исключительных случаях, но порой совесть всё же просыпалась в этом молодом человеке, напоминая о своём существовании лёгкими позывами совершить нечто мало мальски благородное.

Он бежал от повседневности и возможно никогда не стал бы тем, кто способен привлечь ваше драгоценное внимание. Плакал бы в своей небольшой комнатушке после каждой неудачи и одевался в супермаркете, но всегда знал себе цену. Мальчик с амбициями умеет играть на скрипке. И только. Так и не закончил колледж, глупенький. Ещё совсем зелёные, играет на улице, стоя перед дырявой шляпой и тихо напевая мелодию своего детства. Он обожает джаз и знает, что когда нибудь научится играть на саксофоне, практически звезда мирового масштаба. Ему нравится ходить по улицам, опустив голову и представлять свое, несомненно, светлое и чистое будущее. Мальчик всего лишь умеет мечтать. С ясными глазами персикового цвета и объективной самооценкой. На самом деле он родом из Финляндии. Где люди улыбаются и вокруг всегда светло. У него обворожительный, незабываемый голос с лёгкой хрипотцой, что выглядит достаточно забавным фактом. Напоминает принца на белом коне, абсолютно фентезийный герой, приправленный отменным гарниром из городских нечистот и смачных плевков малообеспеченных соседей, который ненавидят звуки его грёбанной скрипки. Ему бы жить на море и заниматься ловлей рыбы, что бы каждое утро слышать шёпот ветра и видеть радугу. Или в горах, собирая землянику и прочие ягоды. В доме на холме с деревянными рамами в окнах и газовой плитой на кухне. И вести себя так, как будто всё это должно было быть именно так, а не иначе. Может быть, тогда он не научится курить и станет улыбаться немного чаще.

Оля дура, а Вахтанг всё-таки лимфаузел. Хорошо это когда не замечаешь того, что болеешь, а когда нет силы поднять руку, кажется, что и в самом деле каждый подобный случай может оказаться полнейшим крахом твоей деланной самостоятельности. Именно когда тебя, наконец, наказывают, так безумно хочется чувствовать в волосах воздух. Тупой Олин бред. Ведь Оля дура. Глупая девочка с длинными русыми волосами и пустыми глазами светло карего цвета. Обычная. Со средним ростом и не носящая очки. Одевается по моде в меру своих понятий. Никогда не получала в подарок цветов или конфет. Отдастся любому за определенную плату.
Уродины уродинами и рождаются. Сгниёшь и умрёшь.
Понятия о женской красоту, в зависимости от степени развития цивилизации и общества мечутся из крайности в крайность. Можно сказать, нет определённого эталонно абсолютного совершенства женского тела. Классика всего лишь способ уцепиться за определённое понятие и возвести его в ранг, тем самым добившись положения в обществе. Одни сплошные Оли.
Мертвецов мёртвым, живых живым, детей родителям.
Всё не так то просто когда не чувствуешь собственных ног и едва поспеваешь за полётом мысли. Чехоточная.

Глупым – это просто, если это является истиной. Нельзя есть в общественном транспорте фрукты. То же самое что начать разлагаться и выйти в магазин за хлебом, удивляясь, почему люди отворачиваются от тебя и кривят ебала.
Сначала, ты такая разумная, наверное, самая замечательная девушка. Давай вьебём по пиву, что бы ты не отвечала за свои поступки, а потом уединимся в общественном туалете. Он даже почти готов выковыривать из под твоих ногтей мыло. Не дорогое, не дешевое. Как и всё, что на тебе одето. А кожа так туго обтягивает кости, что кажется, стоит немного изменить угол натяжения и конец.
А потом, прости дорогая, в ближайшие две недели я буду катастрофически занят. Нет, больше мы не увидимся. Я был паражон.
-Паланика напоминает.
-Что за глупый хвостик?
-Почему ты мне никогда не звонишь?
-Не хочешь не пиши.
-Будешь раз в неделю делать задание и сдашь егэ.
- - - - -
Каждый раз когда сушишь волосы, не можешь сказать наверняка как ты будешь выглядеть. И ещё так сыро, когда за три часа окно isq ни разу не открывается автоматически. Можно подумать, всё в этом мире происходит само собой. Только Оля обижается на каждого третьего жителя планеты, то есть движется к лютому мужененавистничеству. А к концу недели в организме вырабатывается безразличие.

Он, этот циничный, самовлюблённый мальчик пытается быть нежным и смотрится это настолько нелепо, что его из нутрии мёлкой дрожью ласкового морского заката разбирает детский смех. Такой прозрачный и невинный, получающий своё могущество именно в незаконченности мысли и обрывками фраз складывающийся на бархатистую кожу, от которой пахнет сладкими цветочными духами, что так несвойственно для юноши восемнадцати лет. Он бы с удовольствием был пьяным и не осознавал, что на кончиках ухоженных пальцев теплится новая жизнь, а за стенами ещё один огромный мир со своим укладом и запретом шуметь после одиннадцати. Вероятно, он выглядит аморальным в глазах сотен тысяч мирных граждан, будущий спидозник с мелодичным аристократическим именем и фееричным умение опаздывать на полтора часа с невинным видом сообщая об этом разъярённому клиенту.
Артемис любит, когда с ним обращаются грубо, когда его унижают самым отвратительным из всех возможных способов. В его жизни так мало подобных странностей, словно это возводит его в ранг изгоя общества. Ненависть – это то, что он способен полюбить, то чему отдаться телом и душой и заставит трахнуть себя четыре раза за ночь. Это будет его маленькая садистская тайна покрытая мраком. Нервно кусая губы, он будет ждать следующего удара, каждый раз прикрывая кукольное лицо извращенца мраморными руками, которые способны разбиться и превратиться в сотню невидимых осколков, забирающихся под ногти и мучающих всю оставшуюся жизнь. Будет дразнить этого персонального цербера, утверждая, что устал после длинного рабочего дня. Поддразнивая размера причиндалов своих клиентов. Альфонс.
Голова кружится и воздуха абсолютно не хватает. Когда я говорю «абсолютно» то рассчитываю на то, что это будет воспринято буквально, но подобное бывает исключительно редко. Перед глазами белоснежная буря. Снежная буря способная замести бренное тело, поднять его над землёй невесомой пушинкой и унести в бесконечном танце не жалея искалеченного сознания жителей мегаполиса. Он толком не знает чего хочет, но, так или иначе, движется вперёд, считая это самым оптимальным вариантом. Много курит и всё чаще задыхается. Сейчас не время прерываться, но горло хрипит ужасающе впечатляюще для неподготовленного зрителя, и всё происходящее принимает вид спаривания двух самцов богомолов. За то он готов сдать губы и голосовые связки в аренду и наконец таки исполнить детскую мечту – стать звездой немого кино и получить сотню другую Оскаров. Немного воли и он оденет туфли, на вульгарно огромном каблуке. Платье, в обтяжку и чуть приспущенное на плечах. Мечта педофила. Всё что вашей душе угодно. Любое извращение за преждевременную плату. На самом деле ему просто нравится доставлять удовольствие окружающим, тем самым поднимая чувство собственное значимости. Нравится когда кто-то плачет в трубку и умоляет о встрече за тройную, нет, восьми кратную плату. Что угодно. Нравится унижать и быть униженным. Сумасшедший молодой человек, отравленный выхлопными газами и собственной желчью. С богатым детством в золотистом достатке на берегу моря подле мамаши, возлежащей в шезлонге раскорячив длинные ноги цвета мороженного со вкусом крем-брюле. Мальчик желает быть богом. А ещё он мечтает стать спортсменом с чудным телом и пытливым взглядом, проникающим прямо под одежду и оценивающим мышцы, бицепсы и трицепсы. Исключив чувства как времена погоды поселиться в метро на кольцевой станции и подолгу соображать, когда у тебя просят подсказать дорогу.
Он такой мелочный и мерзкий, что его начинает подташнивать от самого себя. За то ему нравятся тихие стенания души в теле своего апонента, и он начинает более активные движения руками, заставляя ощущения накатывать сладостными волнами захватывающего удовольствия которое вот-вот готово перерасти в нечто колоссально большее, но каждый раз замирает на пике собственных иллюзий. Лёгкие и требовательные движения от основания полового органа к концу, чуть сжимая его по мере удаления от каскада таких наивно естественных волос. Всё это указывает на то чего он лишился, выбрав деньги и аристократию. Выбрав умение, есть с ножом и вилкой, и вытирать уголки губ незаметными прикосновениями края вафельной салфетки.
Когда ему хочется сделать что-то воистину отвратительное, он в мгновение оказывается на коленях. Даже не поднимая блядского взгляда. Это только для себя. То же самое что заниматься анальным сексом в одиночестве. Смотрится исключительно нелепо, но поразительно забавно. Без лишних церемоний, Митчелл облизывает подготовленный орган, специально долго и мучительно для того кому он принадлежит. А потом заглатывает его, не скрывая хищного желания познать степень собственного унижения. Деланно неаккуратен в общении с жизненно важной частью человеческого тела, старательно изображая стажера в этом тонком деле. Это походило на некоторое хобби зазвездившегося молодого человека. Но умелые действия прохладным языком быстро снимаю напряжение. Он словно предугадывает скорое завершение и предстоящую заслуженную благодарность, но пока старается не выдавать собственных намерений смены ролями.
Глупо пытаться просить этого мальчика-ромашку заставить унизить себя. Хотя он вполне может оказаться тёмной пешкой в этой нелепой игре безумства самолюбия наследника империи Митчеллов.
Он всё глубже впихивает в себя ствол незнакомца, именно так и никак иначе, но и это делает с лёгким оттенком ленивого недовольства, словно кошка, которую прогнали с насиженного места и заставили предпринимать какие-то активные действия. Сжимая его у основания. Все движения выверены и неожиданностям здесь места нет и никогда не будет.
Упиваясь собственной бездарностью, гадает в какой именно момент это произойдёт. Подавляет рвотный рефлекс практически не меняясь в лице, которое сосредоточенно, но не напряженно.

Когда выдаётся тёплая  погода, мы с Шеги гуляем вдоль побережья. Огромная тучная хозяйка, над которой постоянно кружит облако сигаретного дыма, и маленький, вечно радостно облаивающий прохожих, щенок ярко рыжей окраски. Животное рвётся вперёд, а я плетусь в конце, часто дыша и нелепо размахивая руками. За то на мне сногсшибательное платье, хоть и жмёт немного. Зелёное, юбка чуть выше колена, ноги, правда, отвратительно толстые и огромная грудь смотрится до рвоты развратно. Спутанные, жидкие волосы распущенны, с ними играет мягкий и тёплый ветер. Губы раскраснелись и потрескались, по лицу радом льётся пот, а возле подмышек бросаются в глаза внушительных размеров мокрые пятна. Между пальцев на ногах, каждый из которых напоминает огромный огурец, набивается песок и стирает кожу в кровь.  Когда опускаю ноги в воду, едкая боль проносится по двухсот килограммовому телу и отзывается в нём гулким эхом. 

На самом деле, никакое оно не сногсшибательно, просто нет, не одних брюк, в которые я смогла бы влезть. Огромное количество испорченной ткани. Живи я на заре цивилизации, проблем было бы значительно меньше. Сбрось сто сорок килограмм и абсолютно никаких проблем. Искупайся в ванной с включенным в сеть феном, выбросись из окна, работай в цирке. Раньше, когда я была стройной и следила за собой, я торговала сахарной ватой у самого моря и была мужчиной. Загорелым, симпатичным мальчиком, ещё слишком юным, что бы работать полный рабочий день, чересчур бедным, что бы вообще не работать. Дети меня не любили, но относились благосклонно, отчасти из-за сладкого презента. Родители наоборот. В частности родительницы. Палило солнце, а с  моря шёл раскалённый воздух. В соседней палатке, ровно напротив моей, торговал соком немой мальчик. Моих лет, с поразительно шелковыми волосами. Я часто видел его полуголым, здесь это считается нормальным. Здесь все голые. Он нравился девушке из «Золота», но чувства были не взаимны. Филипп приехал сюда из Англии. Его родители постоянно переезжали с места на место, а в конечном итоге отправили его сюда, к больной бабке. От старости она не совсем вменяемая и постоянно рассказывает всякие мерзости. Говорит, её муж был моряком, но какое-то морское животное откусило ему палец на левой руке.

Никакой в нём загадки нет. Милое лицо, ухоженная фигура, всегда аккуратно лежащие волосы, по немного  начинающие выцветать. С прозрачно карими, ежедневно пронизываемыми сотней золотых лучей, наполненными благосклонной прохладой моря глазами. Тонкими, словно горлышко у бутылки из под дорогого вина, запястьями и цепкими пальцами. Голый немой мальчик по пять месяцев в году слушающий попсу, что ставили в магазине музыки неподалёку. Можно было наблюдать за тем, как растет и мужает его хилое тельце. Растут волосы.

Ровно в восемь часов на горизонте появлялась та самая девушка из магазина, с длинными волосами цвета мёда. Всегда одетая в классику, вьющиеся локоны разложены на острых плечах, напоминая натюрморт. От неё пахнет ароматным мылом и гигиенической помадой со вкусом ягод. Он носит туфли на не мыслимом каблуке и обтягивающие юбки исключительно деловой длины. Сорочки застёгнуты до последней пуговицы, средних размеров груди в ажурных бюстгальтерах, на стройных ногах дорогие чулки. Она пьёт апельсиновый сок и курит ароматические сигареты, от которых начинает болеть голова. При её появлении в воздухе слышен аромат цитрусового лака для волос, так что мы всегда готовы.

Её он не любит, за то меня просто ненавидит. Так как её мы недолюбливаем вместе, а в одиночестве его сила дважды велика.

После работы, обычно, Филипп долго идёт по пляжу, пока фигуры людей не превратятся в сплошную линию горизонта. Ветер окружал и наполнял его изнутри. И с каждым новым порывом, казалось, что он вот-вот сорвётся с места, всё выше и выше. Ловя своими немыми губами дыхание стихии, он нёсся всё быстрее, и могло показаться, что солнечная система давно не ограничение. Широко распахнутые глаза внимательно оглядывают бескрайнее пространство под ногами, и тщательно фиксирует всё в ячейках памяти. Но ничего подобного не происходило и бледно розовые губы всё так же небрежно сомкнуты. Босые ноги мягко переступают по тёплому песку, который уже начал отдавать часть своего драгоценного тепла в никуда. Не одного лишнего движения и цель достигнута.

Он терпеливо ждет, когда сядет солнце. В последних лучах снимает с себя футболку. Дожидается наступления сумерек и уходит в воду. Медленно шагает по дну, а я слежу за ним, сидя на пригорке из песка. Некоторое время ещё можно созерцать тёмную макушку, но она быстро уходит под воду, разрезая водную гладь аккуратными кругами. Становится совсем темно и ночь эта спокойна, словно самое ленивое животное во вселенной. Совсем не слышны типичные городские шумы, только размытые огни дискотек на зеркальной глади, в которой таится величественная сила всемогущей стихии. Ненавязчиво холодает и жар, исходящий от песка оказывается спасительным, бережно обволакивая тело. Медленно идёт время, отсчитываемое шёпотом волн, который звучит как белый шум.

Совсем сухой, не тронутый природой, он снова появляется в поле зрения. Поначалу в качестве миража, с каждым мгновением становясь всё более явственней. Мёртвые губы зовут тебя и, в самом деле, сопротивление бесполезно. А руки у него ледяные. Мальчик снежная иллюзия, которого ты придумал себе сам. С потухшими глазами. Ведёт тебя по лунной дорожке, сплетя свои цепкие пальцы с твоими, обычными, от которых пахнет сахаром и пластмассой. Не спеша передвигает босыми ногами в воду, смотрит вперёд, иногда улыбается и сильнее сжимает руку, от чего та понемногу синеет. Вода достигает твоего подбородка, и ты задерживаешь дыхание.

В мягком сиянии бликов лунного света виден город-сказка, с гениальными памятниками архитектуры. Находки бесноватого автора построек ты созерцаешь во все глаза. Проспекты плавно разрезают друг друга и всюду великое буйство красок. Полипы, кораллы, стайки миниатюрных рыбок с тщательно прорисованной тончайшей кистью из конского волоса окраской чешуи. Филипп замедляет шаг, благосклонно разрешая тебе любоваться окружающим великолепием. Но в скором времени подводный город остаётся позади. Перед глазами бескрайние просторы алых водорослей, конца которым нет даже в воображении. Идти по лесу сложнее, растения обвивают ноги и цепляются за руки. Он останавливается и запутывает  в твоих волосах несколько алых лент, а потом забирает себе губы. Твои губы, что бы не было слышно криков. Поправляет на тебе одежду. Отбирает глаза, и ждёт когда ты задохнёшься, а потом, пока подводный лес не подарит твоё тело малюскам, любуется собственным творением, вертит в руках глазные яблоки. Сосредоточенный и терпеливый немой мальчик.

 

 

Шеги слишком проворен и с моей комплекцией успеть за собакой представляется чем-то фантастичным. Глубоко и часто дыша, выдаю максимальную скорость, оставляя за собой глубокие вмятины на мокром песке. Зелёное платье становится болотным и напоминает использованное полотенце. Юбка задирается всё выше, оголяя ужасающих размеров бёдра. Мокрые от пота волосы липнут ко лбу, а руки продолжают разрезать воздух нелепыми движениями.

 

Отдельная от мира страна. Целый материк вечного лета. Без правил, денег и наркотиков. Сухой закон. Да нет, никому и в голову не придёт пить здесь. А люди такие совершенные. И тот самый храм, бесподобное творение архитектуры, напоминающий строение твоего божественного тела. Все жители блондины с голубыми глазами, которые всё больше роднят их с морем. В центре храма, на алтаре, камень. Осколок метеорита, кроющий в себе великую силу и мощь. Сам по себе являющийся целой непознанной вселенной, в руках человека, на которых виднеются голубые вены, что просвечивают через не здорово прозрачную кожу.
Я хочу похудеть до смерти. Растворяться в сигаретном дыме с каждым днём всё больше, теряя очертания и целостность собственной личности как таковой.
Ничего не осталось, под тоннами пыли не видно цвета стеклянных глаз, и протезы занимают большую часть помещения. Никто не умеет петь по настоящему, один общаковый голос на сотни и тысячи сходных внешне людей. Не читай мои книги и начни, наконец-таки звонить по воскресеньям. Состриги волосы и похорони несколько локонов. Насколько правильно мы поступаем никто не знает. Заодно проверим. Придуманный мальчик с настоящим именем и внешностью. Такой же, как все, но абсолютно иной. Мы слушаем одинаковую музыку. Хотя, нет. Я тебе соврал. Сесть в кучу растаявшего снега и научиться плакать, что бы скорее пришла весна. И писать, кому попало, лишь бы чувствовать себя хоть для кого-то значимым. Обязать всех и каждого отвечать тебе и тихо радоваться собственной популярности. Болеем на ходу, лечась солнечным светом и запахом горелой пищи.