Чтоб ненастные дни вы смогли бы любовью разбавить.

Спи моя милая.. спи..
Пусть тебе сняться яркие сны.
Сны о теплых морях,
Сны о дальних, крутых берегах.
Пусть ты услышишь прибой.
Ну, неужели ты хочешь домой?
А возвращаться пора,
Но не грусти это не навсегда.

Спи моя милая.. спи..
Пусть тебе сняться яркие сны.
Пусть ты увидишь рассвет.
Во сне ты познаешь то, чего нет.
Сбросишь обрывки оков,
Кожей узнаешь ласки стихов.
Сердца замедли ты бег..
Спи самый близкий мой человек

Продрогшая любовь бродила по пустым,

Холодным улицам в своём сиротском платье.

Стояла у стены с протянутой рукой,

Просила то, чего никто не смог бы дать ей.

Все горы и все океаны, все звёзды и радуги,

В горе и в радости всегда быть вдвоём.

И умереть в один день, взявшись за руки,

Не пожалев ни на миг ни о чём.

Мерцали фонари, летели в даль машины,

Стирались очертания и размывались знаки.

Любовь текла бесшумно хрустальной синевою

Из глаз бездомной, больной собаки.

У нас с тобой будут все океаны, все звёзды и радуги.

В горе и в радости мы будем вечно вдвоём,

И мы умрём в один день, взявшись за руки,

Не пожалев ни на миг ни о чём.

Бессмертная любовь висела на кресте,

Сгорали в небесах случайные кометы.

Мы вглядывались долго в рубиновые капли,

И ты сказал мне: "Неужели ты веришь в это?"

Да, все горы и все океаны, все звёзды и радуги,

В горе и в радости мы будем вечно вдвоём,

И мы умрём в один день, взявшись за руки,

Не пожалев ни на миг ни о чём.

Безумные сплетенья экстазов и агоний,

Поющие органы и свечи восковые.

И лепестки и ленты, и гвозди сквозь ладони,

Наверное, и вправду, всё это - эйфория.

Все горы и все океаны, все звёзды и радуги,

В горе и в радости всегда быть вдвоём,

И умереть в один день, взявшись за руки,

Не пожалев ни на миг ни о чём.

Когда мне встречается в людях дурное,
То долгое время я верить стараюсь,
Что это скорее всего напускное,
Что это случайность. И я ошибаюсь.

И, мыслям подобным ища подтвержденья,
Стремлюсь я поверить, забыв про укор,
Что лжец, может, просто большой фантазер,
А хам - он, наверно, такой от смущенья.

Что сплетник, шагнувший ко мне на порог,
Возможно, по глупости разболтался,
А друг, что однажды в беде не помог,
Не предал, а просто тогда растерялся.

Я вовсе не прячусь от бед под крыло.
Иными тут мерками следует мерить.
Ужасно не хочется верить во зло,
И в подлость ужасно не хочется верить!

Поэтому, встретив нечестных и злых,
Нередко стараешься волей-неволей
В душе своей словно бы выправить их
И попросту "отредактировать", что ли!

Но факты и время отнюдь не пустяк.
И сколько порой ни насилуешь душу,
А гниль все равно невозможно никак
Ни спрятать, ни скрыть, как ослиные уши.