Мой Tелемак,

         Tроянская война
окончена. Кто победил - не помню.
Должно быть, греки: столько мертвецов
вне дома бросить могут только греки...
И все-таки ведущая домой
дорога оказалась слишком длинной,
как будто Посейдон, пока мы там
теряли время, растянул пространство.
Мне неизвестно, где я нахожусь,
что предо мной. Какой-то грязный остров,
кусты, постройки, хрюканье свиней,
заросший сад, какая-то царица,
трава да камни... Милый Телемак,
все острова похожи друг на друга,
когда так долго странствуешь; и мозг
уже сбивается, считая волны,
глаз, засоренный горизонтом, плачет,
и водяное мясо застит слух...

Время застряло. И это моя вина. Секунды проснутся только тогда, когда я узнаю, чем стал.

Мое оружие на земле. Я  стою на коленях.  
У меня недостаточно сил, чтобы подняться, и их слишком много, чтобы сдаться. Надежда на моих ранах, в моей крови.  Пустота ужасает меня. Надежда ужасает тоже.

Песочные часы намочены слезами. Секунды спят.

Доходишь до странного момента, до кочки, о которую спотыкаешься. О, луч озарения, странный таинственный свет. Вся фальшь, что ты говорила мне, прикосновения твоих рук, которые я хранил на себе с теплом, оказавшиеся такими же ненатуральными... По логике вещей я должен быть раздавлен этим осознанием. Но мне светло. Знаешь, то, как ты поступила никуда не годится, я этого не одобряю. Но то, что я тебе не нужен, никак не влияет на твое существо. Твой мир по прежнему светел и полон. Ничего из него не исчезло. Я не чувствую особенного разочарования. Все на местах. Ну и что, что мы не стали друзьями? Мое существо не нашло в тебе отклика, а это вполне нормальное явление. Ты не смотришь на меня, но это не значит, что я не могу на тебя посмотреть. Часть плана? Ну... надеюсь, что я тебе хотябы пригодился. До свидания, милый друг. Желаю, чтобы в твоем календаре было все больше дат, которые тебе хотелось бы запомнить.


О чем тогда я думаю один,
зачем гляжу ей пристально вослед.
На этот раз декабрь предвосхитил
ее февральских оттепелей свет. (с)

Ты знаешь, с наступленьем темноты
пытаюсь я прикидывать на глаз,
отсчитывая горе от версты,
пространство, разделяющее нас.

И цифры как-то сходятся в слова,
откуда приближаются к тебе
смятенье, исходящее от А,
надежда, исходящая от Б.

Два путника, зажав по фонарю,
одновременно движутся во тьме,
разлуку умножая на зарю,
рассчитывая встретиться в уме.(с)