Всё-таки повезло нам жить и в 20-м веке,во времена перемен,а вот теперь живём в 21-м веке,когда пришёл и интернет и мобильная связь и очень многое переменилось. Уже говорят о свободных визах в Европу,а раньше это было просто невозможно. Только по приглашению.после кучи справок,документов и собеседований в посольствах. Что ж, надо привыкать к этой жизни,в которой начинают жить наши внуки. И пусть они читают потом о нас вот в таких электронных дневниках, ведь я до сих пор жалею. что вот так не знала жизнь моих бабушек, а почитать о них негде, не осталось даже истлевших бумаг, только старые фото. Узнать по ним о жизни бабушки нельзя, можно
только увидеть её. Может, надо писать о себе для детей и внуков.

Ну вот про здоровье. Живёшь -и всё хорошо,а потом вдруг упал, очнулся- гипс!

разное

Натали,ты наконец прочитала...Надо писать дальше,потому что жизнь наших родителей нам бывает неизвестна,а уж ВНУКАМ часто только по отголоскам потом бывает понятна жизнь их предков. Пусть знают хоть кое-что :)
Хотя вот посмотрела перед ПАСХОЙ я на людей. Какие они мелочные,какие неблагодарные, но всё равно Господь послал Иисуса для того,чтобы можно было спасти их от грехов. И ведь прошло всего 2 тысячелетия с того времени. А нам посчастливилось жить и в прошлом столетии и в прошлом тысячелетии. И ЧТО? Время летит очень быстро. меняется техника, условия жизни,а люди такие же самые. Видят и признают только чужие ошибки, добиваются материальных благ, о духовном задумываются только ближе к старости,да и то не все.
Вот бы ещё фотографии посканировать и вставить в эти воспоминания. Тогда будет более достоверно.Пошла спать.

И что? Поменяла настройку шрифта.а он не изменился

Мои первые вспоминания связаны с Ашхабадом, городом в средней Азии. Там было много солнца, длинные каменные заборы и огромный двор, где жили несколько семей. И, конечно, папа и мама рядом. Это было такое спокойное и насыщенное детство, когда на все твои вопросы есть кому ответить… Мы ездили в гости к родительским друзьям и там я впервые узнала вкус сгущёнки… Потом я ехала на папиных плечах -и на нас лаяли собаки…Ещё был детский садик, где нам давали градусник каждое утро и сажали на горшок. А когда мы ждали обед за детскими столиками , я любила пальцами пробегать по краю стола, как будто играю на фортепиано. С тех пор воспитатель решила сказать моей маме, что меня стоит повести в музыкальную школу. Но это произошло только тогда,когда мне исполнилось 10 лет. А в муз.школе я уже была переростком и моё музыкальное образование не задалось…кое-как я закончила несколько классов по фортепиано.
Как появилась моя младшая сестричка Галинка, я помню смутно. Знаю, что мамы не было дома, мы ходили с папой к ней в больницу и по дороге я учила с ним—какая марка машины поехала. Ещё к нам в Ашхабад приезжала папина сестра Нина, молодая крепкая девушка с белой косичкой. Видимо, она помогала воспитывать меня и помогала с малышкой, да и жить в деревне ей было скучно, а тут Средняя Азия, экзотика. Но вскоре, примерно перед тем, как мне исполнилось 5 лет, папу перевели служить в Германию. Немного помню поезда, дороги, пелёнки и лишь теперь понимаю, как непросто было моей маме всю жизнь переезжать из одного военного городка в другой. Мамочка, целую твои руки!!
А вот Германию я помню очень хорошо.
Там мы жили 5 лет в квартире на первом этаже, с соседями. Сначала это была одна семья,и у меня остались про них смутные воспоминания. Дети были старше нас и не поддерживали со мной отношений. У меня там было много друзей и свободы. Правда, мама часто просила меня погулять с коляской, где спала сестрёнка; или присмотреть за ней… Мне не очень нравилось, потому что хотелось бегать с друзьями.
Ещё у меня был друг –Алёша Прохоров. Но он уехал с родителями в Москву, когда мы учились в первом классе. Да…о школе. В школу я ходила в соседнюю воинскую часть, она была на территории части, окружённая забором .И мы проходили КПП, и переезд и лес с одной стороны. Я помню эту дорогу в школу очень хорошо,хотя училась там около 3 лет. В первый класс я пришла, когда умела читать. Среди первых учеников я не была,но быть отстающей мне тоже не хотелось. Родители внушили мне некоторое честолюбие, и лавры отличников не оставляли меня равнодушной. Мама занималась со мной дома уроками, но не очень регулярно, видимо- младшая сестра отнимала у неё время. И магазины, и приготовление обедов. Помню маму очень часто на кухне. И соседи у нас стали другие- молодой и весёлый дядя Стёпа, и его жена из Вильнюса тетя Ира. Родители с ними дружили, и ко мне они относились хорошо. Кухня была общая, с двумя обеденными столами. Ванная комната тоже, и в ней стоял титан для горячей воды, да и унитаз там же. Так мы и жили, дружно и по-семейному.
Мама любила ходить в лес за грибами. А там ,где лес, был воинский полигон. Там иногда проводили учения. Есть семейная легенда, как мама однажды попала под обстрел на учебных тренировках и выбиралась перебежками. Мы с друзьями туда сами не ходили, вот только до полосы препятствий для солдат добирались иногда, там и играли. Однажды у родителей были гости, я сама на кухне объелась( или отравилась) маринованных грибов, и мне стало так плохо, что я всю ночь в детской рвала. Поэтому грибов есть не могу до сих пор.
Ещё мы там ездили на экскурсии в другие города: Берлин, Потсдам, Ютербог, Виттенберг и Лейпциг. Ещё Дрезден. Картины из галерей помню больше по книгам иллюстраций, которые хранились у нас дома.
В поездках помню мороженое- это было необычное лакомство для нас. И было оно между двумя вафельными ракушками. У родителей много чёрно-белых фотографий того периода. Оказывается, родители в то время ходили в партийную школу, конспектировали классиков марксизма -ленинизма . Тоже учились, папа собирался поступать в военную академию, по-моему. Вокруг нас был военный городок, солдатские казармы, правда, были за стеной. Но что значили стены для детворы. Мы бывали и там. К тому же, дом культуры и библиотека и кинотеатр были именно там –в части; поэтому путь туда был открыт.
Лет в 9 я познакомилась с немецкой девочкой Экэпон. Ходила к ней домой, удивлялась её собственной комнате, огромному количеству игрушек и даже настоящему кукольному домику. У неё была домашняя мышка или крыска, точно не помню. Как мы понимали друг друга, не знаю. Немецкого я не понимала. Она- русского. Но играли. Видимо, жестами общались. Наш посёлок назывался Альтес-лагерь. Когда мы оттуда уезжали, нас провожал военный оркестр. Автобус с провожающими друзьями довёз нас до железнодорожного вокзала, папа получил назначение на новое место службы, в Армению, город Ленинакан.
Долгое время я мечтала вернутся в свой Альтес-лагерь, мне снилось место моего детства, наш дом, друзья, весь ТОТ порядок жизни.
Отец поехал на новое место службы, но квартиры там не было, и мама с нами поехала сначала в деревню Серогозы, где жила бабушка Домна, это была родина отца. Я там ходила в школу, а Галинка была ещё маленькая. Зима -и пешком, прямо вдоль дороги, по снегу, мы ходили в сельскую школу. Там давали молоко и занимались со мной по слегка индивидуальной программе, потому что я по учебнику обогнала свой класс намного вперёд. Но долго мы там не задержались и переехали к маминой родне, в Кисловодск. Там я ходила в школу тоже месяца три. Школа была не близко, но меня сопровождала двоюродная сестра Маринка. Там я осознала, что люди имеют карманные деньги, а мне их не давали. Поэтому пирожок мне давали укусить подруги. И ещё девочки нашептали мне, что я нравлюсь мальчикам в классе, и соседскому мальчику тоже. Так что в жизни стали иметь место сплошные открытия – ведь мы жили с родственниками, там был мой двоюродный брат Сергей, старше на 4 года, и его сестра Марина.
Родной брат мамы Пётр Дмитриевич –очень интересный и добрый человек. Он играл с нами, по выходным давал нам деньги на шоколад, ходил с нами в кино. Тетя Маша, его жена, тоже добрая и большая. Но думаю, именно она решила рассказать нам с Мариной, что мальчики обращают на нас внимание. Она была намного проще моей мамы, и интересы были другие. А ближе к лету папа позвал нас переехать к нему,в Армению. Мне кажется, мы там жили сначала в военной гостинице. Но не долго. А в школу я пошла в русскую, школа 23 имени Крупской. Её и закончила впоследствии, т.е. училась там около 7 лет. Потом нашей семье предоставили большую квартиру в старом доме. Печь, большие комнаты, но под кухню пришлось приспособить кладовую, и удобства были во дворе –и не близко. Мылись в корытах по выходным. Носили уголь и воду в дом, выносили отходы. Был сараюшка во дворе. А многие жили в барачного вида домиках рядом. Это уже потом, когда я уехала учиться в институте, родители получили квартиру в другом военном городке, там были удобства и общее отопление.

1968… Что рассказать об Армении. Я жила жизнью школьницы, училась и имела подруг. Одна –Марина Гусельникова, из очень дружной семьи, жила с родными около моей школы. Вторая- Анжелка Барсегян, жила рядом в военном городке. У меня были длинные светлые волосы, чаще всего носила косы, сначала их заплетала перед школой мама, потом сама. В девятом или десятом классе подстриглась, это было отвоевание некоторой свободы. Был случай, когда папа с учений привёз змею в чемодане. Мы с Мариной, подругой, явились со школы и долго боялись достать её из чемодана, прятались за дверью, А потом выпускали её за городом на свободу. Почти все наши учителя были армянского происхождения, но несколько учительниц были жёнами военных. Были личности, конечно. Типа Курегяна—учителя английского. Он был из Англии, говорил очень красиво, правильно, читал «Moscow News” по утрам в автобусе. Но с озорниками в классе не ладил, дисциплина была на его уроках слабой, мальчики хихикали. Зато у меня появилось сносное английское произношение. Спасибо ему!
Школьные годы были интересны тем,что каждые каникулы ездили или на Украину или в Ставропольский край, Левокумку. Или с папой на целину.Это была экзотика –ехать вместе с военным эшелоном, на открытых платформах стоят привязанные машины. И всё это движется через ЛЕТО от станции к станции. Нам приносили обед и солдатскую кашу, было вкусненько…И наш папа в военной форме- командир эшелона. В пионерские лагеря я не ездила. Училась хорошо. Школу окончила с двумя 4ми,остальные пятёрки. В старших классах сложилась компания из 5 девчонок, как я сейчас понимаю -мы были не столько дружны, сколько раскованы друг с другом. И вечеринки устраивали иногда, т. е. приходили мальчики-и одноклассники и не только. Танцевали, играли в разные игры. Потом помню массированную подготовку к экзаменам в выпускном классе. И дома и с подругами.
1975г.Ещё у меня были друзья, ребята – интернациональная команда: Володя Новаков, Юра Эристави, Геворка Хачатрян. С ними иногда были посиделки и хохоталки по вечерам, в нашем военном городке. Потом мальчики выросли, стали просить меня познакомить их с приезжими подругами(Вовка),а Геворг стал учиться в железнодорожном техникуме. Правда, на мой выпускной вечер они пришли…..поздравить меня с окончанием школы. И своё первое предложение выйти замуж я получила на выпускном –от мальчика ,что дёргал меня за косички ещё в седьмом классе , С.Кондакова. Потом практически сразу поездка в Ереван и на самолёте с папой в Ростов-на-Дону. Я струсила поступать в московский универ, и поехала в Новочеркасский политехнический институт. Там остановилась на химии, подала документы и стала сдавать экзамены. Папа жил со мной в гостинице тем летом, даже обижался на меня, что один вечер я улизнула гулять с новыми знакомыми. Но экзамены были сданы. И вот начало осени, новые впечатления, студенческая картошка в колхозе. Потом учёба, снимали квартиру вдвоём с Элькой. Она страх какая настойчивая девочка, вся такая комсомолка! Два года учились и жили на квартире, постигали студенческую жизнь только как бесконечную учёбу, лекции, ЛАБЫ и поиски еды. Время было трудное, везде очереди за продуктами. Я записалась на секцию плавания. ВООБЩЕ-то наш институт заслуживает отдельного рассказа. Семь больших и старинных корпусов, красивое здание главного корпуса, студенческая поликлиника, большая столовая и дополнительно ещё две небольшие. Свой стадион, бассейн и спортивные корпуса. И учебный процесс был построен очень даже удачно. Несколько тысяч студентов было, были у нас и вторые смены. В группе было 16 парней и 8 девчонок. С третьего курса я стала жить в общежитии, одной из 11-ти пятиэтажек. Тот учебный год начался со встреч командиров студенческих отрядов, кем я и была прошлое лето. Я поняла, что у ребят бывает зависимость от водки, после ресторана «Сармат», красивого подземного ресторана на окраине Новочеркасска. И опять зациклилась на учёбе, переписывалась с Витькой -он служил в армии и был Анкиным одноклассником (познакомились в Красном Сулине, когда я ездила к ней в гости).
После третьего курса была практика в Москве, на заводе аккумуляторов, Мы работали на настоящем конвейере и получали понятие о вредности химических производств. А жили в общежитии студентов МИИЖТ, на Новослободской.
Когда заработали первые деньги, нас занесло в кафе, где познакомились с московскими студентами, потом были поездки на ночном такси, осмотр города. И под утро мы с Лидком Терёхиной оказались на Автозаводской, в компании трёх симпатичных ребят. Но мы не знали тогда, что делать дальше. Тем более стало резко холодать к сентябрю и мы уже мёрзли в плащах и собирались домой, в родные стены альма-матер.
На следующий год практика была в Риге, радиозавод. Там была классная столовая, с национальными блюдами и относительным сервисом. Интересным был гальванический цех…

Всё было современным- ванны, гидравлическая система, хорошее освещение. Рабочие были в униформе ,всё это совсем не было похоже на остальные заводы, что я видела потом, и в Москве в том числе. Значит, Прибалтика действительно была ближе к Европе, что и доказала потом, присоединившись к Евросоюзу после развала Советского союза. Единственное, за два месяца практики в Риге НАС, студентов, переселяли три раза в разные общежития. Первое было в старом городе, удобства были на улице и там бегали крысы… Второе близко к заводу, современное здание, вокруг сосновый лес и близко к Юрмале. Но ожидая приезда новых гостей, нас решили переселить на улицу Горького, это почти центр Риги, а до отъезда оставалось 2 недели. Я решила отправить маме пару посылок вещей, потому что купила себе кое-что и подарки родным. Сервис на почте мне тоже понравился, гораздо более похож на Германию, чем на Россию. Ещё на одну неделю я улизнула в Ленинград, там была на практике Ольга Христолюбова, моя подруга. Она работала на заводе, где было также электрохимическое производство. Мы с ней посмотрели Эрмитаж, она показала мне центр Питера, ездили и в Петергоф смотреть на фонтаны. И даже посмотрели Пискарёвское кладбище, что тогда тоже считалось достопримечательностью города. Фу, сплошной песок- это всё.что осталось у меня в памяти, ну и ещё долгая поездка туда на трамвае. До меня тогда не доходило просто, что кладбища – это тоже часть нашей истории, причём с философским оттенком. Но мне тогда и белые ночи, и многое другое показалось смазанным, видимо –голова была занята чем-то другим. Потом вернулась в Ригу. Мы там, кстати, ездили на побережье Балтики. И море показалось мне отличным от южных морей. Сосны прямо на берегу (и как они там держатся корнями за песок?). Было желание найти на берегу кусочек янтаря . Потом произвела впечатление одна закусочная, где подавали горох с кусочками мяса в оригинальных пиалках ( похожих на японские). Там же мы покупали сувенирный рижский бальзам в керамических бутылочках – на подарки. В то время это можно было купить только в Риге. Я не курила, поэтому про сигареты как-то не подумала, хотя папа собирал коллекцию разных сигарет. Там за мной начал слегка ухаживать мой однокурсник - жаль, он отвлекал внимание от другого интересного. Потом опять вернулись на учёбу, пятый курс института, дипломная практика, её я проходила прямо при институте, в лаборатории электрохимии. Поэтому диплом был лёгким, защитилась на отлично. И тут, во время распределения нас по местам работы, со мной получилась накладка. Меня распределили работать в Киев, завод «Точ.прибор». А потом пришёл отказ от молодого специалиста и я осталась не у дел. Пришлось самой проситься в Новосибирск, куда собиралась целая группа наших ребят. Научно-исследовательский институт «Гидроцветмет» заказал 6 специалистов из нашего института. После каникул у родителей я полетела на самолёте туда. Меня встречали Сусло Степан Титович с семьёй, это друзья нашей семьи, которые служили с моими родителями ещё в Германии. В то время дядя Стёпа работал гл.инженером на автомобильном заводе в Новосибирске. После двух дней пребывания в тёплой семейной обстановке Сусло мы поехали на их служебной машине на другой берег Оби, искать мой институт, он находился в лесу около Академгородка. Я начала работать, мне дали жильё (благодаря хлопотам Степана Титовича отдельную комнату). Это был девятиэтажный дом по улице Экваторной, 1. Там целый подъезд был выкуплен институтом для своих специалистов. В квартирах жили и семьи, и одинокие. Всех старались поселить по двое в комнате, мне повезло жить одной. Потом стали предлагать отселиться ближе к институту, в старые тёплые двухэтажные дома. Я не видела смысла, потому что уже думала перебираться на Украину. Кстати, когда мои знакомые уезжали отдыхать, они просили меня пожить со Светланкой, она не могла ехать из-за учёбы в школе. Мы с ней не на шутку сдружились, 15-летняя и 22-летняя девушки. Шептались по ночам и варили на кухне гречневую кашу (иногда) . Летом ко мне приехал Василий Полюджишин, как бы в гости. Но оказалось свататься. И в мой первый отпуск из Новосибирска я полетела к родителям, они уже жили в Днепропетровске, на частной квартире и ожидали свою квартиру. С Васей мы встретились в Новочеркасске, там же и расписались, в городе моей студенческой юности. Галка, сестра была свидетельницей. Свадьба состоялась в ресторане. А буквально на следующий день мне надо было улетать в Новосибирск и оформлять отъезд на Украину, и как-то разобраться с вещами. А ведь Сибирь мне к тому времени нравилась и Там были друзья и Суслы. К тому же нас отправляли в село «на картошку» южнее Новосибирска, там очень красивые места, ТАМ я впервые попарилась в настоящей русской баньке. Подружилась с Денисовым, а потом и с его женой, потом с Аннетой, она даже перебралась жить потом в мою комнату. Ведь она была с балконом на сосновый лес, -и что немаловажно, отдельная. Анка Чеботарёва, моя однокурсница, к тому времени перебралась в двухэтажный дом ближе к институту и познакомилась с Игорем Макаровым, который впоследствии стал её мужем, они до сих пор живут счастливо и дружно, имеют двоих детей, Сашу и Лену. Анета потом приезжала ко мне в гости, в Миргород. А Элька (Лида) осталась в Новосибирске, тоже строила карьеру, стала мл.научным сотрудником ко времени моего отъезда. Потом стала заниматься кружками с детьми и перешла работать в школу. Благо после моего отъезда на Экваторной стали строить другие жилые дома, школу, магазины, детские сады. И ещё там рядом проходила хорошая лыжная трасса, освещённая и в ночное время, она шла прямо к Академгородку. А ведь зима в Новосибирске начиналась уже в октябре, и до апреля-мая стоял снег. Словом, было у меня сожаление, что не уговорила супруга переехать туда жить, работу там найти было легко, при институте были большие мастерские, с хорошим станочным парком, а он механик по образованию. Хотя теперь все они отошли от науки по причине её распада после распада СССР.
ИТАК, Миргород. Я приехала сюда в январе 1982 года, поезд из Новосибирска в Москву шёл 3 суток, потом небольшая прогулка по Москве, потом Днепропетровск и лишь тогда переезд в Миргород, где жили только Васины родители, а он ещё учился на 5м курсе в Новочеркасске. Дом их стоял почти на окраине города, мне тогда так показалось, почти деревня. Хорошо хоть, что в начале февраля пошла на работу на арматурный завод, это меня отвлекало от прозы жизни с чужими, по сути, людьми. К тому же Ярослав Васильевич пил и тогда они ссорились с женой. Сначала я отсиживалась в «своей» комнате, писала Васе письма. Но потом ,летом, его забрали на военную подготовку на три месяца ещё. ОН приезжал, но для меня это было трудное время. Папа пытался найти для нас работу в Днепропетровске, но муж переезжать туда не хотел. Вернее, колебался… Я продолжала работать на заводе, сначала инженером-технологом в стальцехе, потом перешла в отдел гл. металлурга. Муж вернулся, тоже пошёл работать на завод, в другой цех- механосборочный. Потом, в 1983 году, я забеременела. И свёкры, и родители уже ждали внуков, но меня в декрет отпустили только в августе, а 30 сентября я родила близнецов - Наташеньку и Славика. Конечно, поначалу они были слабенькие, особенно сынок, были волнения по поводу его здоровья. Но постепенно они выровнялись, хотя Ната была крепенькой почти до школы. Пожалуй, братик обогнал её только годам к 15. Когда появились дети, я смирилась с неродной хатой, с Миргородом. Им здесь было хорошо, ведь рядом природа, недалеко речка. Дома я находилась почти 5 лет. Пыталась выйти на работу после 3х лет, но дети болели, кому нужен работник, что постоянно сидит на больничных. Они любили, когда я им читала книжки. А мне читать в ту пору было некогда. Всё-таки свой дом без удобств: вода была в колодце во дворе, туалет дощатый, печка с дровами, а газ провели когда детям стало по 5 лет. И все на работе, коме меня и детей. Приходилось и топить и воду носить и стирать в корыте и готовить еду к приходу мужа. И, конечно, присматривать за двумя малышами. И это мне, городскому жителю. Да, и ещё огород. Тогда я не могла отличить сорняки от огородных растений. И каждую весну и начало лета сплошные копания, посадка, прополка огородины. Если бы не мои малыши, я бы не выдержала там жить. Да ещё свекровь, Устинья Васильевна, ссорилась с мужем и приходила жить к нам, ведь дом был разделён на две половины, отдельный вход к нам. И даже забором. Это потом прорубили калитку между половинами дома. Потом они развелись и свекор привёл другую женщину. А она уже прочно обосновалась жить вместе с нами. Одна комната – свекровь, другая –мы с мужем и двумя детьми. И Василий даже не сделал замка в дверях. Так что к 30 годам моё здоровье уже было не то. Болела спина частенько. Муж любил выпить с друзьями или с отцом. И вот тогда я поняла, что мне нужна нормальная работа, а не та, что хотели муж и свекровь, меня к тому времени взяли нянечкой в детский сад, для того, чтобы детей устроить туда же; в те годы были очереди на детские садики. И почти год я работала там, приносила домой отходы, а на них выкормили поросёнка. Хорошо, что дети были рядом со мной, утром мы шли вместе кто на работу, кто в садик, все втроём. А вечером обратно, и хорошо, если папа встречал нас. Папа первый год очень любил заниматься малышами, а потом –нет. Между нами начались ссоры- по поводу быта, его мамы, пьянки. Был один выход –заняться собой и карьерой. Дети были близки к школе, а это тоже серьёзный шаг в их жизни.

Очень быстро идёт время. Новый год,Рождество.....зима была снежная,красивая,холодная в меру. Но февраль не дал никаких надежд на потепление. Праздники Валентина, масленицы....Аня гостила у Наташи,мне было спокойно за дочь и детей-всё-таки они вдвоём. А теперь Аня дома,в Питере. Ната осталась ОДНА.И работа -какой тут отдых,когда живёшь на два дома,когда не покидает чувство ответственности за двух малышей. Будь благословенна,доченька!

Да, давно не заходила в свой дневник! А вдохновила меня Зуля...При том,что у неё малыш,много домашних дел,она успевает и написать,притом интересно- и даже талантливо.Плюс фото,они просто показывают жизнь в Японии,но как они хороши. И напоминают мне ,как я жила там.Как гуляла с Каем.Как цвела сакура,когда он родился.Как я искала цветы на японском базаре,чтобы подарить Натали в роддоме,и это без особого знания языка...Но все меня понимали,они старались для моего внука и моей дочери- открывали закрытый цветочный магазин;делали красивый букет,поздравляли. Да,много было хорошего. Спасибо,Зульфия!

Надо, наконец, записать часть дневника сюда...
Правда, внуки занимают всё время- то прогулки,то кормления,то переодевания и стирка детских вещей. Казалось бы,всё просто,но делать ДЕЛА с ними не получается, всё время надо смотреть за ними.

moi vospominaniya