Уильям Хогарт в своём трактате о красоте назвал пирамидальную композицию одной из совершенных и по умолчанию прекрасных. Красоту скульптуры «Лаокоон», например, он объяснял тем, что, мол, её можно удобно вписать в пирамиду, да ещё змеи там извиваются (извилистость, волнистая линия казалась ему тоже одной из по умолчанию красивых форм). Ну, извилистость мы пока оставим, а вот о пирамидах поговорим. Как-то так сложилось, что по пирамидам многих людей реально прёт и штырит. О пирамидах египтян, тольтеков и майя все знают, а вот, скажем, знаете ли вы, какая связь между пирамидами и религиозной организацией «Свидетели Иеговы»? Казалось бы – не должно быть никакой, верно? Иеговисты – почти строгие монотеисты, отрицают Троицу, не верят в божественность Христа, смешивая его с архангелом Михаилом, отрицают праздники, не любят всякую символику, отказавшись даже от креста. Какая-то у них, правда, странная заморочка по поводу переливания крови, но уж пирамидам в их мифологии, догматике и ритуальной практике ну просто совсем нет места. Так? Так да не так. Основателем «Общества Сторожевой башни, Библии и брошюр», из которого потом выросли «Свидетели Иеговы» и группы «Свободных исследователей Библии», был некто Чарльз Тейз Рассел, проповедник, который сперва тусовался с сектой адвентистов, а потом решил исследовать Библию самостоятельно. И вот этот самый Чарльз Рассел просто нереально ехал крышей по Великой пирамиде Хеопса. Ему не просто нравилось это гигантское сооружение – он считал Великую пирамиду в Гизе Великим каменным свидетелем бытия Бога, своего рода автографом Творца на лике Земли. Почему именно её? Потому что парню с пятью классами образования в провинциальной школе при евангелической церкви казалось, что ну просто не может столь огромная хреновина появиться без особого божьего замысла. Какой там фараон! Фараон же просто человек, а тут такая дура! В общем, Рассел собирал всякие сведения о Великой пирамиде, сопоставлял размеры рёбер и коридоров, размышлял над углами и прочая, и прочая – и в конце концов пришёл к выводу, что в размерах пирамиды зашифрован некий высочайший план. Он даже в своём фундаментальном шеститомном труде «Исследования Святого писания» целый том отвёл Великой пирамиде – будто она тоже является частью Писания, при этом чуть ли не главной частью. Назвал он эту книгу – «Божественный план веков».

Догматика и организационная структура основанного Расселом общества сильно изменились через несколько лет после его смерти, и современные «Свидетели Иеговы» не особенно любят покойника упоминать и цитировать, а уж его странной страсти к пирамиде Хеопса даже близко не разделяют. Но, конечно, сразу после его смерти всё было совсем не так – соратники ещё были под свежим впечатлением от его вдохновенного гона, а потому на кладбище, где похоронили Рассела и где для членов «Общества Сторожевой башни» было зарезервировано ещё несколько десятков мест, они даже поставили небольшую пирамиду. На открывающем этот обзор фото запечатлена именно она (щёлкните по картинке, чтобы загрузить более крупный вариант изображения; на пирамиде изображён продетый в корону наклонный крест – запомните его).

Справедливости ради стоит сказать, что непосредственно на могильном камне Рассела никаких пирамид нет (пирамида стоит в нескольких метрах от собственно надгробия и относится скорее ко всему кладбищу в целом, чем к его могиле). Да и вообще он сам к этой пирамиде отношения не имел, потому как к моменту её постройки был наглухо мёртв. Но последователи решили, что пирамида – очень важный момент в его наследии. И поставили пирамиду. А на могилках членов общества, которые умирали позже, иногда стали рисовать пирамидки прямо на надгробных камнях. Например, вот:

Читать далее