Когда мной было задумано в заголовке указывать название песни, я не ожидала что однажды доберусь до немецкого. Но все меняется, а под эту чертовски красивую мелодию на меня напало вдохновение и сознательность. Думаю под нее было бы очень классно тянуться, плавно перетекая из одной позы в другую.
Тренер по йоге - Наташа - предпочитала сосредоточенность и требовала этого от нас, но устоять в асане, когда из-за двери долетают ударные, невероятно сложно. Иногда из-за смеха, иногда из-за желания подпеть. Но как тренер она - самая выдающаяся на моем пути. Столько заботливого внимания и поддержки, что волей не волей начинаешь ценить саму себя, а не марку тренировочного костюма, что на тебе.

В позапрошлые выходные зашли в фирменные магазин. Я рыдала и умоляла увести меня оттуда. За такие цены мне ничего будет скрывать, ведь полгода придется голодать. Купили штаны по распродаже. Ими я решила отметить уход Наташи в декретный отпуск до сентября и мой переход из йоги в стрейчинг.
Про мой эксперимент с данным видом я так и не написала, но зато значительно обновила воспоминания.

Он по-прежнему больше всего напоминает мне обычную зарядку. Наклоны вправо-влево с легкой пружинкой, к которой тело быстро привыкает и потом хочется все время подтягивать себя небольшими рывками. Наташа за это зверски ругалась. Ирина просто внимательно следит. Весьма очевидно, что ей скучно, но она прилежна.

Позабавило, когда в начале мы поворачивали голову, прикрыв одной рукой одну ноздрю. Вначале влево, потом в право. Мне так и представлялось логичное продолжение упражнения - заткните нос совсем и дышите ртом, но его не последовало. Сопение перекрывало еле слышимую музыку из динамиков.

Основным плюсом еще осенью стали некоторые насильственные элементы. Например, перед наклонами из положения сидя, Ирина проходит всех пришедших на тренировку и, использовав захват, выпрямляет/вытягивает позвоночник. Тот в свою очередь так хрустит, что потом минут десять прислушиваешься к нему - не сломался ли, цел ли? И при этом понимаешь, что спина реально прямая безо всяких усилий.

Но этим тесный контакт не ограничивается и в тот момент, когда тянешься из положения: сидя, ноги вместе - к коленкам, Ирина может неожиданно мягко навалиться сзади и на выдохе ты осознаешь, что желанные коленки уже давно и прочно на уровне ушей, а нос уперся в теплое покрытие пола.

Еще одним отличием стал шпагат, на который я и так почти в прошлое занятие села, но оказалась не все так просто. Нынче она растягивает не желающих, а всех. А может так было просто потому, что пришло всего семь человек. При растяжке то ли на продольный, то ли на поперечный (я их путаю, а стремимся мы к обоим) мне стало не уютно. Требовалась партнерша для удержания одной ноги на месте, пока на вторую аккуратно давила тренер. Две женщины в возрасте как-то не сговариваясь стали рядышком, две девушки изначально были вместе, а еще две не боялись того, что не смогут уйти из зала на своих двоих и прошли первыми во время экзекуции. Пришлось просить одну из подружек посодействовать мне, но расслабиться не получилось. Мышцу свело еще раньше и из клуба я выбиралась слегка прихрамывая.

А из тихо звучавшей в зале музыки мне ничего не запомнилось. Зато за время написания этого текста я прочно влюбилась в голос исполнительницы песни.