Ночная Москва. Иногородние “бабочки”, выстроившись вдоль Тверской и Садового, сверкают перед автомобилистами голыми ножками. Такая “романтическая” картина ушла в прошлое вместе с малиновыми пиджаками и мобильниками весом с кирпич. За последние 5—10 лет в столице многое изменилось, секс-индустрия — не исключение. Что именно произошло со сферой интимных услуг, попыталась разобраться корреспондент “МК-Воскресенья”, расспросив жриц любви и московских стражей порядка.

 

 

Сейчас проституция ушла в подполье — вернее, с центральных московских улиц перекочевала в сауны и квартиры.

Если вы видите “мамочку” или путану на обочине шоссе, то скорее всего вы уже выехали за пределы столицы. Хотя такая закрытость совсем не говорит о том, что девочки и их сутенеры стали работать цивилизованнее. Или о каком-то значительном повышении уровня и качества предлагаемых секс-услуг. Среднестатистический бордель, устроенный в городской квартире, как и прежде, представляет собой пару-тройку комнат, в каждой из которых стоит диван, светильники, магнитола и т.п. Причем такую нехитрую обстановку может иметь даже очень дорогое заведение секс-услуг.

То же касается массажных и интим-салонов, крупных публичных домов — минимум предметов, отвлекающих от “дела”.

Секс-услуги в борделях до сих пор отличаются сомнительным качеством, а живой товар — тем более. То, что путана абсолютно здорова, клиенту никто гарантировать не может. Многие девочки, прошедшие школу квартирных борделей (особенно те, которых привозили в столицу из стран бывшего СНГ), с ужасом вспоминают, как мамки и сутенеры гнали их к клиенту в полуобморочном состоянии, с пищевым отравлением или гриппом, лишь сунув в карман таблетку аспирина. Никаких врачей, понятное дело, в подпольные бордели сутенер вызывать не станет. Тут принцип — или переболеешь и выживешь или не выживешь.

 

 

А вот в плане конспирации притоны стали более продвинутыми. Во-первых, благодаря системе видеонаблюдения, помогающей отличить званых гостей от незваных: установить камеру у входа в подъезд или в квартиру для москвичей стало не такой уж и роскошью, а для сутенеров — тем более. Но главное достижение последних лет — это абсолютная доступность мобильных телефонов, без наличия которых бизнес вряд ли бы развивался так успешно. С нехитрой на первый взгляд, но очень результативной системой защиты от случайных людей пришлось столкнуться в прошлом году старшему дознавателю Инне Курницкой, накрывшей притон на Ленинском проспекте.

По словам Инны, бордель был устроен в обычной квартире, которую “мамка” (администратор) сняла у хозяев официально, якобы для себя. На это стоит обратить особое внимание — в подавляющем большинстве успешно работающих притонов квартиры для девочек-нелегалок снимают на свое имя сутенер или администратор точки, и наивные москвичи даже не подозревают, кому и для чего на самом деле сдали свое жилье.

Руководительница наведывалась в бордель редко — лишь за выручкой, но постоянно держала руку на пульсе именно благодаря сотовой связи. В объявлениях на интернет-сайтах “мамка” размещала фотографии своих путан, а номер мобильника указывала собственный. Позвонив ей, клиент думал, что говорит с понравившейся девочкой. По телефону “мамка” сообщала ему улицу, номер дома, подъезд, подъехав к которому, он снова ей звонил. После чего она тут же связывалась по мобильному с проституткой, чтобы та открыла гостю дверь по домофону и встретила у лифта. Этаж и конкретную квартиру клиенту сообщали по телефону в самый последний момент. 

Правда, хитрость не помогла. Бордель закрыли, а “мамку” осудили и отправили в места не столь отдаленные.

Высокие технологии идут во благо и клиентам, поскольку модернизировался и сам способ поиска девочек — все больше борделей и путан-индивидуалок предлагают себя через Интернет, что еще лет 10 назад не было таким массовым явлением. Способ давать объявления в газете продолжает оставаться популярным, но у Всемирной паутины есть преимущество — в объявлении можно показать товар лицом и расписать все свои достоинства, не ограничиваясь коротким “Сауна. Досуг”. Благодаря тем же сотовым телефонам клиент теперь может выходить в Интернет и просматривать объявления через систему wap.

 

 

Веяние последних лет — в городе (главным образом в центре) обосновались дорогие ночные клубы, в которые клиенты могут приходить, снимать девочек, платить деньги и тут же уединяться. Их владельцы проявляют невиданную фантазию в дизайне и развлекательных программах. Но публичными домами эти заведения являются только по сути — никто никогда не сможет уличить персонал в предоставлении интимных услуг, потому что на это администрация ответит: “Вы что? У нас никаких проституток нет. Посетитель познакомился с молодой девушкой, они друг другу понравились — что здесь такого?”

— В проституции есть много полутонов и переходных моментов, — говорит знакомый милиционер, занимающийся отловом “бабочек”, — сейчас в ходу столько различных форм работы: начиная от вокзальной проституции, представительниц которой уже не так много осталось, заканчивая эскорт-услугами для олигархов. Более того, одна и та же путана может сегодня работать как индивидуалка, а завтра примкнуть к какому-нибудь борделю.

Часто бывает, что девочка исполняет сразу несколько ролей — днем она мазохистка, вечером — строгая госпожа и т.д. Проститутки вообще пластичны как воск. Они прирожденные актрисы, и верить им нельзя. Потому что когда “бабочка” что-то говорит, ее главная цель одна: подстроиться под клиента.

 

 

Что предлагают на рынке интимных услуг? Ассортимент за последние годы однозначно расширился. Если раньше большая часть проституток практиковала классическую любовь — “мужчина — женщина”, то сейчас не предлагать “экзотику” как-то даже не принято. 

Если посмотреть объявления, которыми сейчас кишит Всемирная паутина, то практически в каждом из них дама пишет: “стриптиз, минет, ролевые игры, госпожа, садомазо, золотой дождь, куннилингус”, а в графе “виды секса” почти половина из соискательниц указывает: “классический, анальный, лесбийский, групповой”. Особенно эта тенденция характерна для бань, VIP-клубов и саун. Вот как выглядит типичное объявление одного из популярных интимных клубов:

“Уважаемые господа! Девушки нашего салона будут рады встрече с вами в наших шикарных апартаментах. У нас есть все для качественного отдыха: бильярдный зал, джакузи, несколько душевых, бар, со вкусом оформленные комнаты. Наши девушки готовы исполнить любые сексуальные желания. У нас есть профессиональные стриптизeрши, массажистки, любительницы группового и анального секса и игр с доминацией. Приглашаем также семейные пары и дам”.

Кстати, что касается анального секса, то как дешевые девочки из рядовых борделей, так и обитательницы шикарных дорогущих апартаментов все-таки не очень охотно на него идут. Поэтому частенько за такой вид секса они берут с клиентов доплату — 20—30 долларов.

 

 

Сами жрицы любви как товар тоже стали разнообразнее! Взять хотя бы пол и комплекцию. Если на заре становления московского секс-бизнеса дам бальзаковского возраста среди путан было совсем мало, то теперь их пруд пруди. На одном из популярнейших сайтов досуга в графе “возраст” пестрят смелые цифры: 38 лет, 40 лет, 54 года. Дамы, большинство из которых довольно упитанны, не стесняются публиковать свои фотографии в костюме престарелой Евы и указывать объемистые параметры: “Вес 100 кг, грудь — 8-й номер”. Цену “ветеранши” заламывают не меньшую, чем совсем юные феи, что явно говорит об их невиданной популярности среди клиентов.

Еще более разнообразен мир “ночных бабочек” с этнической точки зрения. Иностранки четко разделились на несколько категорий. Товар эконом-класса — украинки, белоруски и молдаванки — уже давно не экзотика. А вот казашки или девочки с Кавказа — совсем другое дело, их заказывают как соплеменники, так и россияне, причем стоят такие девочки порой дороже русских.

Китаянки и вьетнамки в последнее время тоже перестают быть редкостью. Они приезжают в Москву официально, с формулировкой “трудовая деятельность”, а на самом деле работают в китайско-вьетнамских борделях “для своих”. Такие заведения расположены там, где обитают приезжие из этих стран (вещевые рынки, общежития с восточными ресторанами и т.п.).

Темнокожие красавицы (мулатки, афроамериканки) тоже стоят дороже обычных путан. Они делятся на две категории. Первая — студентки-иностранки московских вузов, которые торгуют собой в свободное от учебы время. Получив диплом, они обычно возвращаются на родину. Вторая — дети смешанных браков, которые родились и выросли в России. Эти могут торговать собой до пенсии.

Экзотические путаны — это в большинстве своем вольные птицы в борделях, которые не настолько зависят от сутенеров, как те же приезжие славянки: пришла, ублажила клиента, получила деньги и ушла. 

Не менее характерный признак последних лет — увеличившийся спрос на транссексуалов и гермафродитов. И тех, и других в сфере интимных услуг становится все больше. Причем представители фигур “женский верх — мужской низ” стоят намного дороже обычных проституток-женщин.

Откуда берутся такие уникальные “экземпляры”? Просветил приятель, имеющий нетрадиционную ориентацию и большой опыт нетрадиционного секса:

— В основном с периферии. Это может быть мужчина после “переделки” в женщину. Или же представитель сильного пола, который еще не накопил денег на операцию по смене пола, но уже пытается быть дамой. Например, постоянно пьет гормональные таблетки, благодаря чему его грудь стала постепенно превращаться в женскую и доросла до 1—2-го номера.

 

 

А вот что нисколько не изменилось — так это жестокость клиентов и сутенеров. Проституция, как и несколько лет назад, продолжает оставаться весьма опасным для “бабочек” бизнесом.

Очень показательна в этом плане история молдавских путан, которую мне рассказали в столичном УБОП.

Живущие в Молдавии вербовщики выискивали в тамошних неблагополучных семьях девушек с хорошими внешними данными, знакомились, предлагали “приличную” работу в Москве — официантками. Согласившихся привозили в столицу нашей родины на поезде. На перроне у них сразу отбирали паспорта и начинали держать пленницами в съемной московской квартире. Заправлял девочками в столице сутенер по имени Михай. Далеко не все молдаванки, узнав, что за работа их ждет на самом деле, соглашались. Непокорных Михай и его подручные избивали, пытали и в итоге все равно ломали. Московский сутенер вплотную работал со своими молдавскими “коллегами”. Кстати, он сам был уроженцем Молдавии, но в Москве околачивался уже очень давно и даже имел тут вид на жительство.

У истории оказался хороший конец — на исходе минувшего года сутенера задержали сотрудники УБОП ГУВД по Москве. Его подельников из Молдавии повязали на родине. Все девочки, находившиеся на момент операции в борделе, освобождены.

Тут стоит заметить: по наблюдениям оперативников, торгующие собой гостьи столицы частенько оказываются таковыми поневоле, но иные едут сюда предлагать себя целенаправленно. Именно так было в вышеописанном случае с борделем на Ленинском проспекте: к “мамке” девочки устраивались как на работу и были вольны в своих передвижениях. 50 процентов от каждого “заказа” они отдавали ей, а другую половину денег оставляли себе.

 

 

О зверствах клиентов может рассказать практически любая московская проститутка. Страдают они от сильного пола точно так же, как и лет 10 назад. Иногда из чувства солидарности девочки даже создают в Интернете сайты, на которых делятся координатами и приметами таких садистов. Об одном из таких порталов “МК-Воскресенье” в свое время писал.

Самые характерные пакости, которые на сегодня делают клиенты девочкам:

• Избил.
• Поджег волосы
• Ограбил.
• Получил свое и ушел, не заплатив.
• Заставлял заниматься извращениями.
• Пообещал, что будет один, но пригласил друзей и пустил по кругу. 
• Снял на ночь, а продержал в квартире несколько суток.

 

 

Если еще лет 6—7 назад львиную долю жриц любви составляли приезжие из братских республик — Украины, Белоруссии и Молдавии, а россиянки-провинциалки и москвички были на панели в меньшинстве, то теперь последние буквально дышат в затылок иностранкам — по заверениям стражей порядка, россиянок среди путан сейчас почти 50 процентов.

Жить в соседней с Москвой области и периодически ездить на 2—3 недели в столицу на заработки для многих проституток очень удобно. Не только из-за того, что близко дом, а милиция на московских улицах не будет так строга с проверкой документов, как к иностранкам. К соотечественницам у клиентов порой и отношение другое. Понятно, что пострадать от незнакомца может любая путана, но если ты россиянка, то все-таки будешь чувствовать себя в большей безопасности. Вот что рассказала мне проститутка-серпуховчанка Алла:

— Однажды мы с двумя девочками из Феодосии сняли троих клиентов. Они отвезли нас за город, на какую-то богатую дачу. Мы немного выпили. Уж не знаю почему, но что-то они на нас взъелись и начали издеваться. Я сразу поняла, что это какие-то садисты и надо оттуда сматываться. Мы попытались просто уйти, но они заперли ворота дачи и забрали у нас сумочки. У меня в ридикюле был российский паспорт, и они сказали, что я могу уходить. А вот моих подружек не отпустили. Сказали, что меня могут начать искать родные, а их уж точно никто. После этого я не видела девчонок недели две. Оказывается, отморозки продержали их на той даче 10 дней — со всеми вытекающими последствиями.

Так называемый “бизнес домохозяек” — это когда торговать своим телом начинает добропорядочная на вид мать семейства — за последние годы набрал обороты и остается популярным.

— Заскучавшая от постоянного сидения дома супруга говорит мужу, что устроилась работать. Например, кассиром в ресторан или администратором в ночной клуб. Поздно вечером она одевается и якобы уходит на новую работу, — рассказывают московские дознаватели. — На самом деле она садится в машину, и ее с еще несколькими коллегами нанятый водитель везет на адрес потенциального клиента. Тот спускается, выбирает из предлагаемого “живого товара” понравившуюся дамочку и тут же расплачивается — проститутка отдает деньги водителю, оставив себе лишь определенный процент, и уходит с клиентом. Остальных же девушек везут на следующую точку. Все больше и больше продажных женщин сейчас выбирает такую систему выездов.

 

 

За последнее время в Москве подорожали не только продукты. Расценки за любовь тоже существенно выросли.

Сравним их с 2000—2001 годами. Тогда ночь любви в центре столицы стоила от 1000 русских до 100 американских рублей (на Лубянке можно было найти “товар” и по 800 целковых). Сейчас стандартная цена — от 1 до 5 тысяч рублей за час или от 5 до 12 тыс. за ночь. В саунах немного дороже. А экзотическая внешность дамы или “смешанный пол” для клиента обойдется примерно вдвое больше стандартной цены. Снять в ночном клубе гея или “транса” может стоить больше 500 долларов. То же касается и покупки “бабочки” в ночном клубе “по интересам”.

Но это не предел: эскорт-услуги для олигарха — это уже совсем другие деньги. Такая девушка может стоить несколько тысяч “зеленых”. Кстати, предоставлением шикарных спутниц для клиентов сейчас занимаются подавляющее большинство профессиональных модельных агентств.

На заре ХХI века жрицы любви средней руки признавались, что цена на них часто зависит от того, какой у них “прикид”: мол, самый шик — это кожаная куртка с опушкой, высокие черные замшевые сапоги и короткая юбка. Сейчас это выглядит смешно, потому что многие уважающие себя путаны не вылезают из салонов красоты и массажных кабинетов, а на куртку с опушкой смотрит разве что с ностальгией.

Короче говоря, секс-индустрия в Москве хотя и развивается помаленьку, но, как и многие некриминальные виды бизнеса, еще очень далека до современного западного образца. Однако если российское законодательство будет по-прежнему лояльным к этой сфере услуг, она очень скоро станет цивилизованной и догонит Запад. К великой радости любителей сходить налево.

кстати

Молодые да ранние

На сегодняшний день средний возраст московской проститутки — от 17—18 до 30 лет. Что касается верхней планки, то тут речь идет о дамах, которые очень хорошо за собой следят и выглядят не хуже своих младших коллег.

Источник