Прокуроры запросили 14 лет для Ходорковского и Лебедева. Ничего другого от них я не ожидал. Но тут же интересно не то, что попросила прокуратура, а что даст судья. С прокурорами все давно ясно: их интеллектуальные и нравственные способности давно оценены публикой, и здесь я ничего нового не скажу.

Тем, кто неравнодушен к судьбе обвиняемых, нужно менять политическую систему. На такую, в которой не будет политических заключенных, потому что в рамках этой системы – при авторитаризме – враги режима сидят в тюрьме. На Кубе, в Северной Корее, в Мьянме, в Иране, в Китае враги режима сидят в тюрьме. За что их сажают – это уже подробности, что у них в приговоре - никакого значения не имеет.

Нужно оказывать давление на власть всеми возможными законными способами. Публично, в прессе, на улице, у стен суда, если есть какие-то внутриноменклатурные возможности, то использовать и их (наверное, у кого-то они есть). Любыми путями необходимо отдавливать власть от стандартов авторитаризма, потому что политзаключенные – это примета авторитарного режима. Мы живем в авторитарной стране, и у нас не может не быть политзаключенных, к сожалению.

Надежда на решение суда небольшая. У нашего правосудия в путинскую эпоху надежда на торжество закона очень невелика. Но она есть. В данном случае можно говорить не о торжестве закона, а о некотором изменении представления о политической целесообразности в корпорации. О законе надо забыть. Если бы процесс шел по закону, Ходорковский давно был бы на свободе – столько нарушений со стороны прокуратуры. Речь идет о какой-то политической воле, видимо. Здесь можно только гадать и надеяться.

А. БЕЛЬКЕВИЧ – В гостях у нас Вадим Клювгант, адвокат Михаила Ходорковского. Будем мы говорить о последних заявлениях Владимира Путина по этому делу и не только. Одно из таких заявлений прозвучало на Валдайском форуме.

О. ЖУРАВЛЕВА - Его интерпретацию мы сейчас услышим от одного из участников.

А. БЕЛЬКЕВИЧ – Адам Михник, главный редактор газеты «Выборча» польской газеты рассказал нам, что и как там происходило.

А. МИХНИК – Я процитировал то, что сказал президент Медведев про правовой нигилизм. Конкретно спросил об освобождении Ходорковского. Ответ премьер-министра меня просто… У него не переменилось ничего, он говорил про Михаила Ходорковского как мы говорим про убийцу, про бандита. Смысл был такой: вы ничего не понимаете, это дело наших судов, у этого человека кровь на руках. Что касается правового нигилизма, это дело не… института, а в обществе. Правовые нигилисты это люди, которые нарушают наши законы.

О. ЖУРАВЛЕВА - Вот так коротко Адам Михник изложил эту историю, на самом деле была более длинная версия. Но вопрос вот в чем. Который задало больше десятка наших слушателей. Если человека обвинили в определенных преступлениях, уже не первый раз Владимир Путин делает заявление, обвиняя Михаила Ходорковского именно в убийствах, связи с убийцами. Скажите, пожалуйста, было ли какое-то судебное продолжение, жалобы, обвинения, вставленные в какие-то документы по последним процессам. Эти заявления они вообще к чему-то приводят?
далее

МОСКВА, 19 мая - РИА Новости. Cудья Виктор Данилкин отказался взять самоотвод от процесса по второму делу экс-главы ЮКОСа Михаила Ходорковского и бывшего руководителя МФО Менатеп Платона Лебедева, обвиняемых в хищении 350 миллионов тонн нефти, передает корреспондент РИА Новости из зала Хамовнического суда Москвы.

"Ходатайство стороны защиты не подлежит удовлетворению, поскольку нет оснований для отвода судьи от процесса, предусмотренных законом", - сказал Данилкин.

Защита просила отвести судью от процесса, поскольку, по ее мнению, он незаконно продлил срок ареста до 17 августа Ходорковскому и Лебедеву.

Бывший глава ЮКОСА Михаил Ходорковский объявил голодовку.
Он протестует против того, что его с Лебедевым оставили под стражей до 17 августа, несмотря на то, что в действие вступили поправки в Уголовно-процессуальный кодекс, внесенные президентом. Согласно этим поправкам, содержать под стражей подозреваемых в экономических преступлениях можно только в исключительных случаях.

Ходорковский намерен голодать до тех пор, пока президент России не узнает, как саботируется закон, принятый по его инициативе.

***

Ну что ж, теперь бы самое время воскликнуть: вот сейчас мы и проверим, как у нас соблюдаются законы!
Вот сейчас мы и узнаем, являются ли решения самого президента обязательными к исполнению, или они не более чем пустой звучок.

Но я восклицать не стану.
Потому что в нашей стране не существует прямой связи между законом и его исполнением.

Совершенно очевидно, что Михаил Ходорковский получил пожизненный срок.
Или, по крайней мере, его срок заключения будет не меньше срока правления Владимира Путина.
И абсолютно не важно, что и в каком законе написано! Не имеет значения, какие именно поправки и куда подписал Медведев. Если бы в деле Ходорковского и Лебедева речь хоть когда-нибудь шла о законе, они почти наверняка вообще не попали бы за решетку. И не было бы никаких новых обвинений. А даже если бы бывшие начальники ЮКОСа и сели бы в тюрьму, они уже вышли бы по условно-досрочному.

С одной стороны, может быть, и любопытно, что придумают на этот раз, чтобы проигнорировать медведевские поправки.
А с другой стороны можно не сомневаться, что что-нибудь придумают обязательно. Потому что за все эти годы мы не один и не два, не десять и не двадцать раз видели, как правосудие в данном деле превращалось в комические куплеты. Черное называлось белым или фиолетовым. Два плюс два в сумме давало пять или три. Обвиняемых обвиняли в том, что они воруют сами у себя, а масштабы украденного постепенно приближаются к размеру бюджета страны, и уже давно нет сомнений в том, что Ходорковский и Лебедев украли в стране вообще все, что в ней было украдено.

И что – теперь вы хотите сказать, что судья схватится за голову и скажет: «батюшки светы, да ведь президент поправки подписал, да как же мы могли ошибиться, мы же не можем больше их под арестом держать!».
Ага, разбежались. Скажите еще, что потом Ходорковского с Лебедевым помилуют и на выходе из тюрьмы вернут им ЮКОС и все остальное и попросят прощения.

Любой закон у нас можно трактовать как угодно, даже если никаких трактовок не предусмотрено.
В крайнем случае, просто игнорировать. Скажут: есть же исключительные обстоятельства, позволяющие по экономическим статьям держать подозреваемых в камере – так вот дело Ходорковского и есть исключительное. И поди возрази – действительно, куда уж исключительнее.

Я думаю, что президент Медведев, конечно, в курсе всех деталей.
Более того, мне кажется, что если бы это зависело только от него, он бы спустил дело на тормозах, и потихоньку Ходорковского отпустил. Но его старший товарищ и наставник никогда этого не допустит.

И голодовка ничего не даст.
Единственное, к чему она может привести – это ухудшение здоровья заключенного, а здоровье его, я думаю, и так уже не блестящее.
 

Аншлаг на лекциях Ходорковского. Публика записывает его апрельские тезисы. Прокуроры дезориентированы.

В Хамовническом суде Москвы продолжает давать показания Михаил Ходорковский… Показания эти собирают аншлаг. Публика приходит в зал суда с блокнотиками – записывать лекции. Лекции о том, как нельзя похитить нефть у самого себя, обмануть самого себя и том, как создать крупный вертикально-интегрированный холдинг…

Хроника стартовавшей с понедельника новой стадии процесса.