Это еще не тюрма.Это вход в казенное помещение-"паспортный стол".Очередь со страдальческими лицами.Пренебрежение вертухаев.Окрики -куда преш? Контингент: гарстербайтеры и,к как я потерявшие документы(вт.ч. поспорт,банковские карточки и т.д.)...Перекличка...Леонов...АЛКОГОЛИК??!!. Значит теперь я в этой категории лиц....Поделом- не пей на улице!

Срок замены паспорта - 3 месяца.Значит на это время я не ГРАЖДАНИН России.А ,как же информационные технологиии? Это тюремные педбанники...Атюрьмы как?

где даже наркомания, преступность, шизофрения не является безотвественностьюи легкомыслием.

Трагизм своего опыта я вижу в потерях близких и родных, любящих. И,главное (все знают притчу) н.а. д.е.ж. д. .ы. и      в.е.р.ы. Замена - игрушечные идопы.

По Ожегову -  судьба- стечение обстоятельств не зависящих от воли человека, ход жизненных событий А как же  "человек проходит как хозяин необъятной Родины своей?"(Лебедв -Кумач) Интересно, но я не нашел внятнтного объяснения слова судьба в толковых словарях...Человек - вершитель своей судьбы...Расхожая фраза. По-моему - судьба - итог всей деятельности человекаи у меня она печальна... далее "Гримак.Необходимо использовать каждый благоприятный случай в повседневной жизни для того чтобы действовь разумнымм доводами, моральными чувствовами

Конечно, в философском и социальном смысле это стремление человека к социальному общению можно назвать потребностью в признаниии.  Эти отличия делают социальное взаимодествие столь различным и в какой то степени определяют судьбу каждого человека

Хотелосьбы начать  такой цикл на основе своего грустного  опыта.  Идея эта зародилась у меня после ночного просмотра гениального фильма Роберта Карлайла "Гитлер Восхождение дьявола" и прочтения книги Иосифа Бродского "Как читать книгу".

Внук

Вспоминая строки Алексея Жемчужникова

Дождик, холод, туман, непогода и слякоть,

Отчетливо понимаю всю свою ненужность...Даже"равлечение" - ведение личного дневника ущербно и несуразно: как написала однажды моя читательница ,заметив " тексты выходят из блога в блог переливая",   Хочу заверить, что это не поза, а убеждение.Да...я устал жить, особенно в рамках такой "общественной формы существования жизни".

Конечно, есть замечательные писатели, умеющие "Зажечь литературную тему" Пример- статья Валерии Ильиничны Новодворской "ЗОЛОТАЯ ПОРОДА СЕРЕБРЯНОГО ВЕКА " Майская книжка журнала 2008 "Медведь"Но...не каждому дано.

И завершаю. заметку моей излюбленной темой :"СУЧЬЯ"

 Вот опять окно,
 Где опять не спят.
 Может - пьют вино,
 Может - так сидят.
 Или просто - рук
 Не разнимут двое.
 В каждом доме, друг,
 Есть окно такое.
 
 Не от свеч, от ламп темнота зажглась:
 От бессонных глаз!
 
 Крик разлук и встреч -
 Ты, окно в ночи!
 Может - сотни свеч,
 Может - три свечи...
 Нет и нет уму
 Моему покоя.
 И в моем дому
 Завелось такое.
 
 Помолись, дружок, за бессонный дом,
 За окно с огнем!
                                       Марина Цветаева
 

Я помню тот Ванинский порт» — популярная народная песня времён СССР, которую иногда называют Гимном колымских заключённых. Время написания точно не известно. Колымский сиделец А.Г. Морозов утверждал, что слышал эту песню осенью 1947 и датирует её 1946-1947 гг. (строительство Ванинского порта было завершено 20 июня 1945 г.) Приписывалась (и самоприписывалась) целому ряду авторов, в том числе репрессированным поэтам Николаю Заболоцкому, Б. А. Ручьёву и даже расстрелянному в 1938 Борису Корнилову. Магаданский литератор А.М.Бирюков подробно исследовал вопрос авторства песни и с большой убедительностью показал, что её автором является Константин Константинович Сараханов.

Песня названа по имени порта в пос. Ванино, на Тихоокеанском побережье. Порт Ванино был пересадочным пунктом для этапов заключённых, следовавших на Колыму. На станции и в порту Ванино происходила перегрузка заключённых из эшелонов на пароходы, следовавшие в Магадан — административный центр треста «Дальстрой».

Современный вариант песни:

Я помню тот Ванинский порт

И вид пароходов угрюмый,

Как шли мы по трапу на борт

В холодные мрачные трюмы.

На море спускался туман,

Ревела стихия морская.

Лежал впереди Магадан,

Столица Колымского края.

Не песня, а жалобный крик

Из каждой груди вырывался.

«Прощай навсегда, материк !» -

Хрипел пароход, надрывался.

От качки стонали з/к,

Обнявшись, как родные братья,

И только порой с языка

Срывались глухие проклятья.

Будь проклята ты, Колыма,

Что названа чудной планетой.

Сойдешь поневоле с ума,

Отсюда возврата уж нету.

Пятьсот километров — тайга.

В тайге этой дикие звери.

Машины не ходят туда.

Бредут, спотыкаясь, олени.

Тут смерть подружилась с цингой,

Набиты битком лазареты.

Напрасно и этой весной

Я жду от любимой ответа.

Я знаю: меня ты не ждёшь

И писем моих не читаешь,

Встречать ты меня не придёшь,

А если придёшь — не узнаешь…

Прощай, моя мать и жена!

Прощайте вы, милые дети.

Знать горькую чашу до дна

Придется мне выпить на свете!

 

 

---

Благодарю, о Господь,

За океан и за Сушу,

И за прелестную плоть,

И за бессмертную душу,

 

И за горячую кровь,

И за холодную воду.

- Благодарю за любовь.

Благодарю за погоду.

                   9 ноября 1918

      

 

 

 

Не удержусь - привожу текст Харуки Мураками

"Когда я учился в школе, у мужчин был в моде стиль «лиги плюща. Точнее говоря, ему практически не было альтерна­тивы. Сейчас это называют «традиционным американским  стилем». В то время мы все были без ума от стильного квартета

В те годы образ джазового музыканта был далек от идеала :грязная одежда, наркотики, аморальный образ жизни, Четверо исполнителей «MJQ» одевались в темные костюмы т - Братьев Брукс», белые рубашки и шелковые галстуки. Аккуратно подстриженные бороды и усы. Симпатичные ин­теллигентные лица. Поведение квартета на сцене было сдер­жанным и тихим, как у преподавателей университета. Веро­ятно, автором этого стиля был Джон Луис. Очень удачный ход. Их обожали. Сейчас оркестр Уинтона Марсалиса рабо­тает в похожем стиле, однако в каких бы дорогих итальян­ских костюмах ни выступали его музыканты, «MJQ» как в музыкальном плане, так и с точки зрения стиля смотрелся намного выразительней. В игре «MJQ» чувствуется реши­тельный и настоятельный призыв: «У черных музыкантов то­же есть интеллект. Мы не какие-нибудь неполноценные и за­служиваем должного уважения».

Парадоксально, но сила «MJQ» как единого коллектива заключается в заложенной в нем энергии распада. Посмот­рите их «живые» выступления, и вам все станет ясно. Трое исполнителей твердо придерживаются заданной линии, как

вдруг в какой-то момент вибрафонисту Милту Джексону" на­доедает весь этот формализм: он резко обрывает соло, срыва­ет с себя пиджак, галстук и в фигуральном смысле слова на­чинает свинговать в одиночку. Остальные музыканты делают вид, что их это не касается, и как ни в чем не бывало (по крайней мере, с виду) продолжают играть в прежнем ритме. Сделав то, что хотел, Джексон в полном спокойствии надева­ет пиджак и повязывает галстук. И так повторяется несколь­ко раз. В итоге получается захватывающий, чисто джазовый переход к свободе, сочетающей в себе распад и единство. Именно благодаря тому, что за долгих двадцать лет в составе «MJQ» только один раз произошли изменения, коллектив продолжал существовать, сохраняя при этом высокое качест­во исполнения.

Впрочем, в мире нет ничего вечного. Так и «MJQ» в один прекрасный момент исчерпал присущую ему оригиналь­ность. Со временем играть вместе музыкантам стало в тя­гость, и в результате каждый решил идти своей дорогой. И все-таки музыка в исполнении «MJQ», звучащая в старых фильмах 60-х, оставляет очень светлое впечатление. Я отчет­ливо слышу трепет души, заточенной в гробу и рвущейся на свободу. Говоря попросту, я вновь и вновь убеждаюсь, что это и есть настоящий джаз. Хочется выпрямиться. Музыканты «MJQ» немногословны, но когда нужно сказать по делу, красноречия им не занимать."

«Мозги бы нам включить»

     Да, это день. День смерти наступил.

    Я думала, что будет он днем свадьбы.

    О, если бы все это раньше знать бы!

    Не говори, что ты у Гретхен был.

    Цветы с моей косынки

    Сорвут, и, хоть плясать

    Нельзя на вечеринке,

    Мы свидимся опять.

    На улице толпа и гомон,

    И площади их не вместить.

    Вот стали в колокол звонить,

    И вот уж жезл судейский сломан.

    Мне крутят руки на спине

    И тащат силою на плаху.

    Все содрогаются от страха

    И ждут, со мною наравне,

    Мне предназначенного взмаха

    В последней, смертной тишине

Зачем я дожил до такой печали

 

Чеченская война глазами Полины Жеребцовой

free (Вера Васильева)

В Музее и общественном центре имени Сахарова состоялась презентация книги "Дневник Жеребцовой Полины", недавно выпущенной в свет издательством "Детектив-Пресс". Книга рассказывает о событиях 1999-2002 годов в Грозном, во время второй чеченской войны, увиденных глазами раненного подростка.

"Ее словно вбросило к нам из другой вселенной. Взрывной волной на излете протащило в новый миллениум из законченного очага хаоса", говорится в эпиграфе.

В презентации приняли участие сама Полина Жеребцова, правозащитники Светлана Ганнушкина и Елена Санникова, а также автор предисловия к изданию Станислав Божко.

"Среда обитания Полины - ее семья, где все увлечены искусством, поэзией, историей, журналистикой и живописью. Изучают Восток. Одна из ее бабушек - актриса. Другая обучалась у Плятта, но впоследствии стала художницей, разрисовывала вручную покрывала и платки. Дед Полины - грозненский кинодокументалист", - рассказывает Станислав Божко.

Весь этот мир в одно мгновение был расколот ракетным ударом 21 октября 1999 года по центру Грозного. Тогда наибольшее число жертв было в трех местах: на центральном продовольственном и вещевом рынке, в республиканском родильном доме и в мечети. По разным данным погибли от 100 до 120 человек. Еще около 400 были ранены, многие из них впоследствии также умерли.

Полина Жеребцова (слева) и Елена Санникова. Фото В.Васильевой/HRO.org

На презентации Полина прочитала строки, написанные ею в дневнике днем позже.

"Нас с мамой ранило 21 октября. Так неожиданно и страшно сбылся мой сон.

Я видела: за столом сидела убитая женщина. Раненые прятались в кафе и в подъездах домов. <...>

А началось все неожиданно, около пяти часов вечера. Мы собрали свой оставшийся товар - две сумки (Полина помогала своей маме торговать на рынке книгами. - В.В.). Одна - мне, вторая - маме. Тут встретили Кусум с маленьким ребенком. Стояли, разговаривали.

Вдруг яркая вспышка осветила еще светлое небо. Последовал сильный грохот. Мы от испуга перекатились за свой стол. Присели между железными ларьками. Другого укрытия не было. Взрыв! Потом еще... Похоже на то, что одно и то же взрывается много раз. Мы побежали, теряя свой товар, во двор "Дома моды". Это самый центр Грозного. Улица Розы Люксембург.

Когда я бежала, огромный осколок, словно эхо очередного взрыва, просвистел рядом. Он рассек не меня, а время, словно теплую воду, которая ушла куда-то вниз, и я стояла в сухом русле, не сразу поняв, что ни мама, ни другие люди не могут спасти меня от Смерти, если я закричу о помощи.

Смерть и я - только мы оказались связанными друг с другом в этом мире. Нет ничего, что могло стать между нами и закрыть собой.

Мне стало смешно и не нужно все - вещи, сумки и всякие ценности. Я поняла, что ничего, совсем ничего не возьму с собой Туда.

Сильный удар и... время вернулось вместе с огненными искрами, которые осколок высек из кирпичной стены дома рядом с моей головой. А ноги мне рвали чьи-то маленькие металлические челюсти, но я по инерции продолжала бежать.

Только спустя несколько шагов - упала..."

"Я не верю, что национальность, вероисповедание влияют на то, есть совесть или нет", - сказала на презентации автор. И действительно, в книге Полины имеется эпизод, в котором рассказывается, как ее - потерявшую сознание от голода и стресса - спас, доставив в больницу, русский водитель водовоза, на котором чеченец нарисовал своей кровью красный крест. Благодаря этому знаку, автомобиль миновал без остановок блокпосты, и врачи успели спасти девочку.

От последствий ранения Полине приходится лечиться до сих пор - не извлеченные из ног осколки продолжают доставлять боль. Она регулярно на длительное время ложится в клинику, из-за чего постоянно сталкивается со сложностями в трудоустройстве. Мама Полины живет в деревне Ставропольского края в тяжелых бытовых условиях. По словам Полины, некоторые тамошние жители зарабатывают, торгуя супом из мяса собак. Однако государство, причинившее Полине ранения, никакой компенсации ей за это не заплатило.

Подробнее - на HRO.org

         Подумаешь - с женой не очень ладно.
 Подумаешь - неважно с головой.
 Подумаешь - ограбили в парадном.
 Скажи еще спасибо, что живой.
 
 Ну что ж такого - мучает саркома.
 Ну что ж такого - начался запой.
 Ну что ж такого - выгнали из дома.
 Скажи еще спасибо, что живой.
 
 Плевать - партнер по  покеру дал дуба.
 Плевать, что снится ночью домовой.
 Плевать - соседи выбили два зуба.
 Скажи еще спасибо, что живой.
 
 Да ладно - ну, уснул вчера в опилках.
 Да ладно - в челюсть врезали ногой.
 Да ладно - потащили на носилках.
 Скажи еще спасибо, что живой.
 
 Да, правда - тот, кто хочет, тот и может.
 Да, правда - сам виновен, бог со мной!
 Да, правда. Но одно меня тревожит -
 Кому сказать спасибо, что живой?
 
 
 1969
 

Артур (Арт) Блэ́йки(англ.Art Blakey; впоследствии изменено на Абдулла ибн Бухаина, Abdullah Ibn Buhaina;11октября 1919, Питтсбург —16 октября 1990,нью-Йорк) — джазовый барабанщик, работал в стилях бибоп,хард-боб. Музыка основанного им ансамбля «Jazz Messengers» представляет собой особый стиль, имеющий много общего со стилями соул и фанк

Сотрудничество с пианистом Силвером продлилось несколько лет и принесло большое развитие стилю фанки-джаз. Возрожденные с помощью Силвера «Jazz Messengers» стали хорошим плацдармом для молодых талантливых музыкантов того времени. У Арта Блэйки было хорошее чутьё на молодые таланты. Он находил новичков, помогал им расти и шлифовать мастерство, а когда они вырастали настолько, чтобы продолжить самостоятельную карьеру, он находил новых.

Вплоть до старости Блэйки поддерживал напряжённый график гастролей «Jazz Messengers», а помимо этого принял участие в мировом турне «Giants of Jazz» (с Диззи Гиллеспи и Телониусом Монком), а также часто выступал как солист на «Newport Jazz Festival» в Нью-Йорке (особенно незабываемо его участие в «битве на барабанах» с участиемМакса Роуча (Max Roach),Бадди Ричем (Buddy Rich) и Элвином Джоном— 1974 г).

Умер Блэйки в госпитале св. Винсента в Нью-Йорке от рака легких.(1990)

«Кино и Виктор Цой - Каждому солнце светит»

 Серая тень, обручи-мысли давят мозг каждый день.
 И я не знаю как мне быть, сижу целый вечер дома.
 На улице - дождь.
 Мой телефон молчит, как труп. 
 Словно пень тихо сижу, готов завыть.
 
 И кажется день огромным,
 Кажется день огромным,
 Кажется день огромным. 
 
 Ты получил липкий стакан и поцелуй
 И затих, и не желаешь ничего.
 Бросаешь слова на ветер.
 Сколько таких, сколько таких как ты, 
 Сидят по углам и каждый занят ерундой.
 
 Но каждому солнце светит,
 Каждому солнце светит,
 Каждому солнце светит.