И если мне сомненье тяжело,
Я у Нее одной ищу ответа,
Не потому, что от Нее светло,
А потому, что с Ней не надо света.

Иннокентий Анненский


Она сидела на корточках на берегу и ковыряла палочкой песок у себя под ногами. Ее силуэт был окутан серым облаком безнадежной печали. Внешне спокойная женщина обреченно опустила голову себе на колени и уткнулась лбом. Ветер пытался вскружить ее распущенные волосы, озорно врываясь вихрем в пряди, но они тут же вяло падали опять на плечи. Ее глаза блестели, но не от солнца, не от бликов воды, а от грусти, которая стремилась слезами покинуть ее существо.

Маленькая Мисс Потерр увидела ее случайно, проходя мимо по краю реки. В принципе, ей было не до этой женщины, не до этой печали, и тоски этой знать она не хотела. Но, так странно всегда сталкиваться с какими-то явлениями впервые. Это и пугающе и удивительно увлекательно - познавать мир людей таким, какой он есть: с горестью и радостью, с солнцем и луной, с любовью и смертью. Мисс Потерр не делила его на черное и белое, на плохое и хорошее. Она любила его какой он есть, ведь она знала точно, что именно наполненность противоречиями и делает мир людей таким прекрасным.

Малышка Мисс Потерр стояла на противоположном берегу во весь свой рост и внимательно смотрела на женщину в сером облаке беспомощности. Постепенно она становилась все ближе, ближе, еще ближе... вот она уже различает кружевной рисунок на воротнике кофты, вот четко видит пряди ее волос, вот глаза большие и уставшие... потрясающие серые глаза... Они когда-то были голубыми. Они были голубыми как небо, как море, как гармония... Ее глаза... И в одну секунду Мисс Потерр настолько приблизилась, что почувствовала себя этой женщиной...

Можно ли привыкнуть к расстованиям? Может ли разлука стать привычкой? Можно ли перестать плакать из-за потерь? В детстве мы совсем не знаем прощаний. В отрочестве приходят первые разочарования и первая, быть может, боль, но мы уговариваем себя, что еще так молоды, и все впереди... В юности... это очень сложно, ведь каждая встреча полна надеждой, а каждое прощание - кинжал в сердце... А как относится к разлукам в зрелости? Наверное, с мудростью. Она должна когда-то придти.

Женщина поднялась на ноги. Довольный ветер вцепился ей в юбку и начала мотать ее из стороны в сторону, стараясь заставить двигаться, хватать подол, сделать пару шагов, придерживая непослушную ткань, открывающую сокровенные тайны ее тела... Но все было бесполезно...

Когда мне было 15, я села на поезд и уехала, а он стоял на перроне и плакал. Я, наверное, наслаждалась его слезами, ибо было так сладко грустить и прощаться. В 17 я лежала пластырем несколько дней и рыдала. В 19 -пыталась покончить с собой. А что сейчас? Я осмысленно отслеживаю свои чувства, подобно ученому, под микроскопом наблюдающему размножение смертельно-опасных бактерий.

Во мне было так много всего, когда он был рядом. Мне казалось, что я умею летать! Я была полна жизни и света. А что теперь? Теперь я - пустая бутыль из под прекрасного вина. Будь я даже украшена стразами, никому не придет в голову хранить использованную тару. Я пуста. Я совершенно призрачна и бесполезна. Нет, не для людей вокруг, не для страны, не для той девочки пятнадцати лет на противоположном берегу так упорно смотрящей на меня. Я бесполезна самой себе.


Мисс Потерр покинула сознание женщины и резким прыжком поднялась на небо, где в высоте царил покой и умиротворение, которое никто не рисковал нарушить, кроме бесчувственных железных машин, перевозящих людей от одной земли к другой. Почему люди не летают сами, Мисс Потерр не могла понять до сих пор. Чего проще - оттолкнуться и полететь??? Нет, им надо собираться группами в эти огромные тяжелые машины, которые еще к тому же иногда падают, убивая всех своих пассажиров... Странные, все таки, эти люди... очень странные. Но, Мисс Потерр любила их за то, что они не переставали ее удивлять!

Невесомая, она села на крыло самолета и заглянула в иллюминатор. В салоне было спокойно: кто-то спал, кто-то читал, кто-то слушал музыку... Девушки в синей форме ходили между рядов и кукольно улыбались. Он не спал, хоть и веки были закрыты. Не мог уснуть при всем своем желании. Он любовался ее глазами. Картина прощания была еще совсем свежа в памяти и насыщенна красками, запахами, ощущениями и мыслями. В голове играла музыка. Наверное, он специально выбрал такую заунывную мелодию, чтоб она разрывала и без того раненное сердце. Какие же эти люди странные! Мисс Потерр восхищалась их способностью упиваться и наслаждаться несчастьем и болью. Она протянула руку в направлении молодого человека, и услышала его сердце:
-Тук-тук… тук-тук… тук-тук...Ты забудешь меня. Тук-тук… Ты обязательно встретишь другого и забудешь меня. Тук-тук… Согласись, наша история была такой прекрасной именно из-за своей обреченности: нас не постигло разочарование и скука, мы не успели устать друг от друга… тук-тук… мы остались любимы друг другом... тук… остались любимы... Тук-тук… Я люблю тебя, Анна. Люблю! - и его зарытые ресницы стали влажными.

Мисс Потерр соскользнула с гладкого крыла и мягко приземлилась на землю. Анна стояла недалеко от нее.
-Он любит тебя! - крикнула ей маленькая Мисс.
-Что? - женщина обернулась, решив, что ей послышалось, - простите, мне показалось, что Вы...
-Я сказала, он любит тебя, Анна, - спокойно повторила Мисс Потерр.
Женщина оторопела. Она не сразу узнала в этой высокой стройной рыжеволосой девушке девчушку с противоположного берега, которая еще секунду назад разглядывала ее так открыто и даже нагло.
-Понимаешь, Анна, важно лишь то, что он любит тебя. Время и расстояние - условны. Быть может пройдет пара дней, и он вернется...
-А может, пройдет пара месяцев или год... или даже несколько лет... – перебила ее женщина с некоторым вызовом, как будто обвиняя свою незваную собеседницу в испытываемой боли.
-А может быть пройдет вся жизнь, а она пройдет, обязательно пройдет, вот увидишь! Но он любит тебя. Понимаешь, Анна... Можно жить, держась за руки с человеком, с которым тебе хорошо, удобно, приятно, от которого ты даже, может быть, родишь детей и будешь думать, что счастлива, а можно смотреть на небо и думать, то где-то там далеко есть тот, кого ты любишь и кто любит тебя. И для того, чтоб быть вместе совсем не нужна физическая близость. Достаточно любить! - она взглянула в серые глаза женщины и увидела голубоватую искорку, - Он любит тебя, Анна. Дело за тобой, - не дожидаясь ответа, Мисс Потерр развернулась и пошла на встречу ветру, который трепал полы ее платья, заставляя удерживать их руками, вращаться вокруг своей оси, убирать волосы с лица, останавливаться или ускорять шаг - жить в одном ритме с ветром, потому что она любила его, этот озорной теплый ветер.