В колонках играет - Paul Hartnoll - For Silence

 

Меня часто спрашивают, как можно желать себе смерти, ведь жизнь самое ценное, что у нас есть? Конечно, если ты тяжело и не излечимо болен, то это можно понять, но если ты здоровый молодой человек, то это должно быть противоестественно.

Таким людям я часто рассказываю ночную притчу об одном японском купце, который пожелал себе смерти.

В далекую эпоху Эдо, когда все жили в относительном мире и согласии, а верховная власть принадлежала самурайскому сословию, один относительно молодой купец, унаследовавший дело отца, пожелал себе смерти.

У него было много того, о чем другие могли только мечтать. Местный дайме регулярно делал заказы в его лавке, и многие богатые горожане закупались только у него — таково было его наследие от отца: превосходное качество, прекрасный товар. Но это было для него не так важно, в его внутреннем мироощущении.

Красавица  жена, которая все делала по дому, пятеро детей, которые прилежно учились, любому другому украсили бы жизнь и привели бы все к полной гармонии в самоощущении, но только не ему.

Множество слуг в его доме и талантливых работников в его лавке упрощали его жизнь, позволяя ему заниматься своим внутренним миром. Он мог помногу заниматься своим небольшим садом, чтением и сочинением стихов. Это было бы для любого человека подарком, но только не ему.

Этому купцу просто все надоело, и он начал просить своих богов заступников отпустить его, позволить ему умереть.

Одни умирают из-за всяких пустяков, другим боги не даруют крепкое здоровье, третьи находят в себе достаточно духа и смелости, чтобы пойти против всяких законов и совершают самоубийство, хотя этого акта достоин только благородный самурай. К примеру, если у человека есть неразделенная любовь, или его отношения с любимой находятся под запретом родителей. Но такого с нашим купцом не было. Его мотивы могут быть нам не ясны, но они были, и будучи человеком своей эпохи он прекрасно понимал ее традиции и обычаи, сложенные предками много веков назад. Однако он нашел способ обмануть свою судьбу и решил воспользоваться устоявшимися сословными нормами родины.

Однажды днем, когда весь торговый район обычно был переполнен людьми, в том числе самураями и ронинами, наш купец возле своей лавки уронил трость. Когда он нагнулся ее поднимать, он специально задел рядом стоящего господина. Тот был сильно недоволен таким отношением к себе, и приказал купцу встать на колени, чтобы казнить его за оскорбления причиненные самураю. Но воин не рассчитал своих сил, и когда он размахивался своим большим мечом, он случайно задел самым кончиком сзади стоящую лошадь сына дайме. Молодой жеребец был сильно напуган и резко сорвался с места, оставив благородного мужа на земле. Сын дайме тут же приказал схватить незадачливого палача и принудил того покончить с собой, так как он нанес большое оскорбление своему господину. На все это действо смотрела сотня любопытных глаз, пока самурая не отвели в городскую тюрьму, где должно было случиться предначертанное. А расстроенный купец так и остался стоять на коленях посреди улицы. Тогда сын дайме поинтересовался, чем же так был недоволен герой нашего рассказа, но тот лишь промолчал. Молчание благородный господин расценил, как мудрый шаг в данной ситуации, ведь что мог сказать простой купец, чудом избежавший казни.

Когда сын дайме вскоре, сам встал на место отца, он приказал этому купцу явиться в эго дворец и все объяснить. Купец все рассказал, как есть и про прибыльное дело своего отца, и про свою жену с детьми и даже о своих слугах, и что не смотря на все подаренные ему судьбой и предками блага, он желает себе смерти. За необычный ответ новый дайме сделал лавку купца главным поставщиком своего двора, а самого его сделал своим ближайшим советником.

Так, однажды пожелавший себе смерти купец, стал одним из самых влиятельных людей в своем небольшом княжестве и приближенным к дайме, а дело своего отца сделал еще больше. Он смог прославить себя и своих предков, а своим детям и внукам оставить несметные богатства. Хотя сам того особо себе и не желал.

Иной раз, добавляю я в конце данной притчи, и не желаешь себе никакой смерти, но тут же погибаешь от случайно упавшего на голову кирпича.